4
— Верни меня обратно. В то время! Нет, в прошлое! Да, верни меня в прошлое! Прямо перед тем, как я спасла Рама!
На мгновение у неё промелькнула мысль: если вернуться в тот момент, найдётся ли иной способ спасти Рама, не закрывая его собой? Но она тут же отбросила её.
Она рванулась к Чёрному Туману, крепко схватила его за плечи и взмолилась:
— Ты же можешь! Ты ведь можешь отправить меня в прошлое. Ты же течение! Отправь меня в прошлое прямо сейчас! А?!
— Нельзя.
— Почему? Мама говорила, что я могу вернуться в прошлое! Отпусти меня!
— Сейчас твоя способность указывает вовсе не на прошлое. Если вернёшься назад, ты погибнешь! Твоя способность служит для того, чтобы спасать твою собственную жизнь, вне зависимости от того, прошлое это или будущее. Ты собираешься отказаться от будущего?
— Откажусь! От будущего, от жизни, от чего угодно! — закричала Е Чжу, не раздумывая.
С того самого момента, как она прижала Рама к себе, она уже отказалась от собственной жизни. Она не могла потерять его дважды. Она бы просто не вынесла снова тот ад, через который прошла после смерти матери. Поэтому она отчаянно закричала:
— Пожалуйста, отправь меня!
— Ты и правда особенная, — тихо сказал Чёрный Туман. — Люди лишь благоговеют перед Чёрным Осколком, но не испытывают к нему любви… Неужели человеческий бог, если он существует, послал тебя ради его спасения?
Внезапно ребёнок повернулся к ней спиной и с пугающей лёгкостью, словно вода, утекающая сквозь пальцы, выскользнул из её рук. Ей показалось, будто она пыталась удержать саму пустоту.
— Взгляни туда, Е Чжу.
Чёрный Туман поднял руку и указал вперёд. Там, посреди взрывающейся пещеры, одиноко зависла в воздухе дверь и лежал Чорон.
— Чорон?
Это был тот самый момент, когда она чуть не погибла на Восточном континенте. Е Чжу резко втянула воздух.
— Ты возвращаешь всё в прошлое, жертвуя будущим. Вообще-то помимо этого есть ещё кое-что…
— Как это сделать? — перебила она Чёрный Туман.
— Прошлое не ушло насовсем. Оно лишь находится в другом измерении.
С выражением лица на грани отчаяния и надежды Е Чжу продолжала допытываться:
— Я спрашиваю, как именно это сделать?!
Обычный ребёнок испугался бы такого напора, но стоявший перед ней мальчик оставался совершенно бесстрастным.
Чёрный Туман опустил голову:
— Если ты останешься здесь, то отправленное тобой в прошлое пройдёт иным путём и через другие события, но в конечном счёте, вернётся туда, где ты находишься сейчас.
Перед ней вновь всплыл миниатюрный мир. Словно в крошечном кукольном домике, внутри квадратных рамок она и Чорон стояли друг напротив друга. Между ними тянулось множество линий: прямые, кривые, волны, зигзаги. Они пульсировали, будто живые. В то же время рамки, заключавшие в себе их уменьшенные копии, начали сближаться и в конце концов слились воедино. Теперь в общем окне они стояли бок о бок.
— Подобно тому, как твоя материнская энергия выбрала не смерть, а породила тебя, пробудив твои способности, — Чёрный Туман поднял голову и пристально посмотрел на неё. — Ты уже отказалась от множества вариантов будущего, Е Чжу. Мы всегда были благодарны тебе за то, что могли оставаться в измерении, созданном твоим даром. Поэтому и сейчас мы отсрочим твою смерть.
Взгляд ребёнка скользнул по окровавленной груди Е Чжу. В его пустых, лишённых эмоций глазах на мгновение промелькнуло нечто похожее на сожаление.
— Но мы больше ничего не сможем сделать. Срок этого места исчерпан, оно исчезает. Нам пора уходить, а тебе нужно отправиться в будущее, туда, куда указывает твоя сила, и вовремя получить лечение. Только тогда появится шанс.
— Тогда… а как же Рам?
Е Чжу со слезами на глазах оглянулась на умирающего Рама, оставшегося позади.
— Что будет с ним?
— Ты любишь Чёрный Осколок? — внезапно спросил Чёрный Туман.
Любит ли она Рама? Она никогда прежде всерьёз не задумывалась о любви - на это просто не хватало времени. Ей казалось, что она выразила все свои чувства, когда сказала, что он ей нравится. Однако сейчас она ощутила укол сожаления. Он ведь не понимал эмоции и спрашивал её снова и снова. Стоило хотя бы раз набраться храбрости и признаться: то, что между ними - это именно любовь.
— Да, — медленно кивнула она, принимая чувства, которые прежде не осознавала. — Я люблю его.
— Даже если Чёрный Осколок перестанет быть тем, кем является?
Она не смогла ответить на этот вопрос сразу.
«Даже если Чёрный Осколок перестанет быть Рамом? Что это вообще значит?»
Нахмурившись, Е Чжу спросила:
— Что вообще такое Чёрный Осколок?
Тогда носящий личину маленького Рама Чёрный Туман улыбнулся:
— Ты ведь уже знаешь ответ.
— Что ты…
— А теперь довольно. Пора шагнуть за дверь.
Чёрный Туман посмотрел в другую сторону.
— Ох…
Е Чжу повернула голову вслед за его взглядом, думая, что он указывает на очередное видение, но там находился ярко сияющий прямоугольник. Единственная дверь, в которой ничего не отражалось.
— Иди.
Чёрный Туман толкнул её в спину. Она качнулась, теряя равновесие, и испуганно выкрикнула:
— Погоди! А как добраться до Рама?! Хоть это скажи!
Спросить предстояло о многом, но сила, толкавшая её вперёд, была непреодолимой. Верилось с трудом, что она исходит от столь хрупкого ребёнка. И гнал её не только Чёрный Туман: точно так же, как в миг, когда она закрыла собой Рама от копья, дверь начала стремительно приближаться. Всё это измерение, где почти не осталось тьмы, изо всех сил пыталось вытолкнуть её наружу.
— Стоп! Подожди минутку! Я ещё не всё спросила!
— Нам тоже пора спешить. Нужно идти встречать хозяина нового пространства!
Дверь оказалась прямо перед её лицом. Е Чжу попыталась развернуться, чтобы не провалиться в неизвестность, но тщетно - Чёрный Туман со всей силы вытолкнул её.
— Прощай! Спасибо тебе за всё и удачи! И тебе, и твоему Чёрному Осколку!
Ребёнок помахал ей на прощание. Ослепительно яркий свет застелил взор, и не успела она даже ответить, как её затянуло в дверь.
***
— Хах…
Е Чжу резко распахнула зажмуренные глаза. Она больше не находилась в пространстве рушащейся тьмы - её всё-таки перенесло в будущее.
— Это…
Е Чжу принялась ощупывать себя. Серая роба по-прежнему была вся в крови.
— Уф…
Приподняв край одежды и взглянув на грудь, Е Чжу содрогнулась от омерзения: на коже отчётливо виднелись три сочащиеся кровью раны.
— Будет чертовски больно, — пробормотала Е Чжу, поморщившись.
Однако, как ни странно, хотя она и вышла за пределы двери, боли совершенно не чувствовалось. Более того, кровотечение почему-то остановилось. Корки ещё не образовались, но из самих ран больше ничего не текло.
Опустив край одежды, Е Чжу попробовала подвигать плечами, но всё осталось по-прежнему: ни боли, ни кровотечения. Однако в груди ощущалось какое-то странное инородное чувство, будто там что-то застряло - раны вовсе не исцелились.
— Похоже, они и правда отсрочили…
Е Чжу внезапно всё поняла. Чёрный Туман говорил, что отсрочит её смерть. Значит, ей нужно как можно скорее получить лечение.
— Где это я?
Она подняла голову и осмотрелась. Вокруг сгущались сумерки - солнце, похоже, только что зашло. Место, где она оказалось, было тёмным и грязным переулком. Между белыми прямоугольными зданиями теснились неопрятные дощатые лачуги.
— Трезубец?
В руке был зажат тот самый трезубец, что пронзил её. Она вспомнила, как Чёрный Туман вытащил его из груди и протянул ей. Но с оружием происходило нечто странное.
— Он больше не чёрный.
Словно обнажив свою истинную суть, трезубец вернулся к состоянию обычного куска железа и теперь выглядело довольно грубым. Получается, Чёрный Туман, который находился внутри, исчез в тот миг, когда она покинула тёмное пространство?
— Ха…
Она с озадаченным видом посмотрела на оружие, после чего торопливо приподняла робу. Подоткнув края одежды за пояс, Е Чжу закрепила копьё поверх них. Ткань оказалась жёстче, чем она думала, и на это ушло немало сил, но когда древко вошло примерно до середины, оно плотно зафиксировалось. Сверху Е Чжу набросила просторную робу, которая надежно скрыла копьё. Теперь она прекрасно понимала: эта свободная одежда служила для того, чтобы прятать уродливые тела людей, постепенно превращающихся в монстров.
— А что делать с кровью?
Оружие кое-как удалось спрятать, но залитую кровью ткань на груди скрыть было невозможно.
— А, плевать. Сначала нужно выбраться отсюда.
Если кто-то спросит, почему она в таком виде, скажет, что харкала кровью.
Какое бы расстояние во времени ей ни пришлось преодолеть, цель оставалась одна - во что бы то ни стало вновь спасти безумца, разрушающего самого себя, и поскорее получить от него лечение, пока она сама не умерла.
— Ох, не жизнь, а одно сплошное наказание…
Оглядевшись по сторонам, она глубоко натянула капюшон. Стоило ей сделать шаг, как правая нога, травмированная ещё до пересечения двери, отозвалась пронзительной болью.
— Похоже, они и правда остановили только саму смерть… — пробормотала Е Чжу, глядя на всё ещё опухшую лодыжку. К счастью, боль была не настолько сильной, чтобы мешать ходьбе. Возможно, она просто к ней привыкла.
Переулок оказался сквозным. Хоть он и выглядел запущенным, это были не беспорядочные, хаотичные узкие улочки, как в прибрежной деревне. Для неё, страдающей топографическим кретинизмом, это стало настоящим спасением. Пройдя совсем немного, Е Чжу вышла к оживлённой главной дороге, по которой двигался сплошной поток людей. Какой-то мужчина, тяжело волочивший ноги, яростно толкнул идущего впереди:
— Эй, давай поживее!
— Не толкайтесь! Не толкайтесь!
От толчка последний вылетел из шеренги в сторону переулка, где пряталась она. Е Чжу инстинктивно отступила назад и затаилась у стены, погружённой во тьму.
— Эй, чёрт возьми!
К счастью, мужчина её не заметил и снова быстро затерялся в толпе. Мелькнувший на мгновение незнакомец был таким грязным, что его вполне можно было принять за нищего. Впрочем, не только его. Все, кто шёл по дороге, были облачены в какое-то рваньё, едва прикрывающее тело.
Плотная людская масса медленно двигалась вперёд. На испачканных грязью лицах читалась смесь невыносимой усталости и странной призрачной надежды.
— Что это...
Наблюдая за этой сценой, Е Чжу нахмурилась. С чего бы такой толпе людей собираться в одном месте?
— Пошёл вон, ублюдок!
От внезапно раздавшегося крика она резко повернула голову. С её губ сорвался сдавленный стон:
— Хм-м...
Неподалёку виднелись широко распахнутые крепостные ворота, через которые проходило бесчисленное множество людей. Она видела их открытыми лишь дважды: когда её привели в храм и когда из него вышвыривали бесполезных детей, словно мусор. Всё остальное время этот барьер, возведённый для защиты деревни племени глаз от внешнего мира, был заперт.
— Тогда получается, это…
Деревня племени глаз? Она не сразу смогла узнать это место, потому что здесь не осталось ни крупицы снега, которым Южный континент был укрыт почти весь год.
— Почему совсем нет снега?
В этот момент со стороны барьера снова раздался громкий окрик:
— Так, следующий!
По обе стороны от ворот стояли группы вооружённых людей. По одному лишь их внешнему виду можно было сразу догадаться, что это солдаты племени ног.