До начала семестра оставалось совсем немного.
Учебный процесс вот-вот должен был развернуться в полную силу, а значит, и количество происшествий наверняка возрастёт.
Однако меня это нисколько не волновало, и я продолжал наслаждаться счастливой жизнью.
Даже работа, которую свалил на меня старый профессор.
Даже тот факт, что я практически стал классным руководителем класса главного героя.
Ничто из этого больше не могло отрицательно повлиять на мой душевный покой, ведь теперь я постиг одну великую истину.
И сегодня я вновь широко улыбнулся и произнёс волшебную фразу.
«Ну, уволят меня — и на этом всё!»
Когда на меня внезапно свалили класс А, я поначалу опешил и немного растерялся, но, спокойно всё обдумав, понял, что директор уже поставила на мне крест и моё увольнение практически предрешено.
Передал мне Скотт свои полномочия или нет — это никак не меняло того факта, что через несколько дней меня здесь уже не будет.
Поэтому больше беспокоиться об академии мне не требовалось.
Куда разумнее было задуматься о том, как жить после того, как меня отсюда уволят.
«Вот уж действительно приятная забота».
Учитывая, насколько огромной изначально была моя зарплата, выходное пособие после увольнения тоже должно было оказаться внушительным.
Если не сорить деньгами, я смогу до конца жизни вообще не работать.
А если возникнут какие-нибудь проблемы, всегда можно обратиться к профессору Скотту.
Стоило мне покинуть академию, как обременительная благосклонность профессора Скотта превращалась в огромную поддержку во внешнем мире, так что даже в случае неприятностей переживать было не о чем.
С такой надёжной страховкой и козырем в виде знаний современного мира меня наверняка ждала счастливая жизнь.
***
Динь-дон!
Стоило мне замечтаться о будущем, как раздался дверной звонок.
Открыв дверь преподавательского общежития, я увидел мужчину с письмом в руках.
Естественно, уголки моих губ тут же поползли вверх.
Похоже, сегодняшний день вот-вот станет лучшим в моей жизни.
Я достал из холодильника прохладный сок и угостил сотрудника, после чего бережно прижал письмо к груди.
«Наконец-то настал день, которого я так ждал».
Я достал прибережённое специально для этого дня шампанское.
Готовясь поднять праздничный бокал, я сорвал печать с конверта.
Сердце бешено колотилось.
Внутри конверта, который я с таким нетерпением открыл, разумеется, находилось долгожданное уведомление об увольнении.
Там должно было быть уведомление об увольнении.
Обязано было быть уведомление об увольнении.
Ничего другого там быть не могло.
[Уведомление о повышении]
Мне показалось?
Отказываясь принимать реальность, я протёр глаза, однако сколько бы я их ни тёр, содержание документа не менялось.
[В знак признания ваших выдающихся заслуг и преданности делу уведомляем о вашем повышении до должности доцента. Надеемся и впредь видеть столь же блестящие результаты.]
Эта жестокая пачка бумаги приговорила меня к страшнейшему наказанию — повышению.
Наверное, из-за навернувшихся на глаза слёз отчаяния зрение начало расплываться.
Где вообще видано настолько несправедливое обращение?
Даже в обычном университете после первого назначения до повышения до доцента требуется как минимум пять лет.
А здесь находилась не какая-нибудь захудалая школа, а прославленная Имперская академия.
Требования к преподавателям здесь были настолько высоки, что большинство, так и не набрав необходимых заслуг, до самой пенсии не могли избавиться даже от звания младшего профессора.
И при этом я, проработавший здесь всего неделю, уже становлюсь доцентом?
Ещё одна ступень — и я окажусь в одном ранге с профессором Скоттом?
По правилам такое просто не могло быть разрешено.
Однако, попирая всякую логику, вместе с уведомлением лежала записка.
[Возможно, по сравнению с твоей заслугой эта награда покажется ничтожной, но не расстраивайся. Я разберусь со стариканами из совета и вскоре подготовлю для тебя куда более подходящее место.]
[Директор Имперской академии, Сион]
Внизу красовалась отчётливая печать драконицы-прародительницы.
Что это вообще за бред? Я понятия не имел, почему после всей моей грубости она решила меня повысить, однако раз решение уже было принято, изменить его было невозможно.
С этого самого момента я стал доцентом.
Теперь моя и без того огромная зарплата должна была вырасти ещё в тридцать раз до совершенно астрономической суммы, а на исследования и найм помощников мне полагалось щедрое финансирование.
Вдобавок мне доверили класс А, так что со стороны казалось, будто я уверенно шагаю по дороге к успеху.
Правда, проблема заключалась в том, что вместе с шансами на повышение мои шансы выжить катастрофически уменьшились.
«Я действительно скоро свихнусь».
Всю прошлую неделю я отчаянно напрягал память, но так ничего и не смог вспомнить об оригинальной истории.
Может быть, я бросил её ещё после пролога, а может, вообще никогда не читал.
Как бы то ни было, надёжного способа восстановить первоначальный сюжет у меня не было.
«Я даже пытался стать сильнее, чтобы меня не затянуло в события оригинального сюжета. Но, как и следовало ожидать, ничего не получилось».
В историях об академиях довольно часто встречался избитый сюжетный ход, где где-нибудь на горе за учебным заведением прятался чудодейственный эликсир.
Я попытался усилиться благодаря какому-нибудь невероятному счастливому случаю, но вместо лекарства обнаружил там старого профессора.
[Профессор Риян? Надо же встретить вас именно здесь. Неужели вы, как и я, беспокоились, что ученики могут столкнуться с чудовищем, и потому патрулировали Запретный лес?]
[Вы и правда именно тот молодой человек, за которым я не зря наблюдал.]
[Ваш образ мыслей поистине достоин восхищения.]
[Раз уж мы так встретились, пойдёмте вместе поужинаем.]
Так на третий день работы меня утащили в роскошный ресторан и угостили великолепным ужином.
Я смог насладиться трапезой стоимостью в несколько золотых монет, а заодно узнал о ресторане, где подавали мясные блюда, буквально таявшие во рту.
Если считать это приобретением, то да, кое-что я получил, но моя боевая мощь не выросла ни на каплю.
Я мог бы продолжить пробовать самые разные способы, но предпочёл бы не ставить жизнь на настолько ненадёжные планы.
Если я со своими посредственными способностями дотяну до финальной битвы, то закончу тем, что вместе со всеми превращусь в пепел, когда какой-нибудь владыка демонов или злобный дракон объявится и сожжёт академию дотла.
«В конце концов, мне действительно остаётся только добиться увольнения».
Я быстро взял себя в руки.
Сложность задачи резко возросла, но нельзя сказать, что абсолютно все пути уже оказались перекрыты.
Раз мои попытки заставить директора и профессоров возненавидеть меня провалились, на этот раз нужно было взяться за учеников.
«Сколько бы Сион и Скотт меня ни прикрывали, если все ученики единогласно потребуют моего увольнения, остановить это будет невозможно».
Это была не обычная школа — это была Имперская академия.
Здесь собирались лучшие таланты Империи, поэтому происхождение каждого ученика нельзя было недооценивать, а их влияние, естественно, было весьма значительным.
«Если ученики по-настоящему меня возненавидят, увольнение наверняка пройдёт без проблем».
И у меня как раз появилась идеальная задумка.
— Тебе больше подходит меч, чем лук.
«В историях об академиях часто встречается сюжет, где преподаватель замечает скрытый талант ученика и советует ему выбрать более подходящий путь, благодаря чему между ними постепенно возникают доверие и привязанность».
«…А что, если сделать всё ровно наоборот?»
Я мог силой отобрать у учеников оружие, которым они прекрасно владели, и вместо него всучить совершенно бесполезный хлам.
«А если ещё и пригрозить, что без этого оружия они вообще не смогут посещать мои занятия, что произойдёт?»
«Я гарантирую, что весь класс устроит бунт».
«Даже поступившая в этом году Святая наверняка обругает меня и спросит, не сошёл ли я с ума».
— Хе-хе-хе…
Я зловеще ухмыльнулся, представляя будущее, в котором меня вышвыривают из академии.
В этом идеальном плане не было ни единого изъяна.
Завтра я стану худшим преподавателем в истории Империи.
***
В роскошном кабинете директор академии Сион, как обычно, наслаждалась чаем и сладостями, одновременно разбирая лежавшие перед ней документы.
Работа была простой — всего лишь просматривать и утверждать материалы, которые профессора запрашивали для своих занятий.
Однако, перелистывая бумаги, Сион внезапно замерла.
Иначе и быть не могло.
Среди совершенно обычных запросов обнаружился один весьма необычный предмет, затребованный одним весьма необычным профессором.
— Огнестрельное оружие…? И зачем ему вообще понадобилось такое оружие?
Популярностью оно не пользовалось.
Пусть обычные жители и могли использовать его для самообороны, это совершенно не подходило ученикам академии.
И всё же профессор Риян по какой-то причине запросил столько единиц огнестрельного оружия, чтобы хватило каждому ученику под его руководством.
Ситуация была совершенно непонятной.
Обычно она просто решила бы, что произошла какая-то ошибка.
Но раз документ собственноручно составил и продумал сам Риян, за этим наверняка скрывался какой-то замысел.
Сион задумчиво погладила подбородок, внимательно изучая документ, и наконец поняла его истинное намерение, когда увидела строку с просьбой предоставить «огнестрельное оружие самого низкого качества».
— …Вот оно что! А я даже не думала использовать его подобным образом.
Использовать огнестрельное оружие не как оружие, а как головоломку.
Мысль совершенно выходила за рамки привычного представления, но в ней действительно был смысл.
Если всё получится, это даже можно будет превратить в новый метод обучения.
«Как ему вообще пришла в голову настолько изобретательная идея?»
Ей стало по-настоящему любопытно.
— Ну что же. Не могу же я просто сидеть сложа руки.
Сам профессор, возможно, и сочтёт это вмешательством, но раз уж её любопытство проснулось, ничего не поделаешь.
От своей любознательной натуры она так и не смогла избавиться даже за несколько сотен лет.
С помощью магии создавая форму огнестрельного оружия, Сион озорно улыбнулась.
— Пожалуй, немного ему помогу.