Раздел 1
Глава 61 из 79
Настройки чтения
18px
1.8
1

Раздел 1

Глава 61

Раздел 1

— Босс, я хочу услышать это прямо от тебя.

Стояло раннее утро. Восточный горизонт окрасился в кроваво-красный цвет. Море было спокойным, в небе клином летели птицы. На палубе Главной базы находились только Миллер и Снейк.

— Какого черта тебе сдалась эта штука?

Ослепшие глаза Миллера были устремлены на Sahelanthropus, закрепленного на платформе. Именно Снейк приказал доставить его сюда из Афганистана.

— Привод сломан, ядерного заряда на борту нет… Даже если металлические археи и смогут превратить его в ядерное оружие, всё, на что он способен — это самоликвидация. Sahelanthropus больше не оружие. Он лишь привлечет ненужное внимание, не являясь при этом даже средством сдерживания.

Снейк прервал Миллера, когда тот собирался продолжить.

— Это не то же самое, что ZEKE в те времена.

— Я знаю. Это знак. У нас, Diamond Dogs, нет страны, которую можно назвать домом. Это значит, что у нас нет прошлого, нет ничего, что доказывало бы, что мы жили. Каждый из нас отринул всё, когда пришел сюда. Sahelanthropus — это символ того, что такие, как мы, положили конец хотя бы одному кризису. Нам от него нет никакой практической пользы, но он нам всё равно нужен.

Да, действительно, всё было кончено. Они похоронили одну цель, Череп — сожгли его тело по настоянию Код Токера. Но не всё было кончено. Конечно, Шифр всё ещё существовал, а на Главной базе была подтверждена новая вспышка паразитов голосовых связок. Конфликты по всему миру продолжались. На самом деле, многие из них оставались неразрешенными. Так что это было надгробие. Человек умирает, его хоронят, и ставят надгробный камень. Но это никогда не было концом истории. Они были акцентом в человеческом времени, которое тянулось и тянулось. Те, кто остался, продолжали жить и вспоминали мертвых, глядя на надгробие. Люди посещают могилы не для того, чтобы помнить мертвых, а чтобы превратить их в пищу для живых. Sahelanthropus высвобождает дух мести в будущее. Так заявил Череп. Значит, этот надгробный камень должен стать символом, очищающим дух мести и окрашивающим будущее в другие цвета. Именно нас, живых, будут испытывать, доказывая это.

Миллер собирался сказать что-то подобное, но почувствовал, что если он это сделает, всё пойдет прахом, поэтому промолчал.

Не в силах уснуть, Леонард сел на койку в командном центре и закурил. Он давно утратил способность чувствовать вкус дыма, просто механически вдыхая и выдыхая его. Горло, как обычно, саднило, но этим утром он почувствовал легкий дискомфорт в груди. Он не придал этому особого значения, потому что заметил Миллера и Снейка на палубе.

Он встал, подошел к окну и посмотрел на них обоих. Казалось, они о чем-то говорили перед Sahelanthropus. Он не мог понять намерений Босса — зачем тот вообще потрудился притащить эту штуку сюда. И, что еще важнее, он не мог понять, почему тот заставил Миллера произнести эту «речь». Как человек, знавший прежнюю Главную базу, он хотел услышать заявление Биг Босса.

Наш рай и наш ад. Это Outer Heaven.

Слова Биг Босса, сказанные в то время, живо всплыли в его памяти. Итак, чего же Босс хотел добиться от Главной базы здесь и сейчас? Он понимал, что тот не желает повторения трагедии девятилетней давности, когда база подверглась нападению из-за того, что Биг Босс стал слишком заметной иконой. Именно поэтому он сделал шаг назад и уступил свое место Миллеру? Или же он хотел, чтобы эта группа действовала без символа Биг Босса? Возможно, Sahelanthropus и был тенью этого стремления.

Что ж. Леонард решил отбросить свои блуждающие мысли и приняться за работу. Сейчас было крайне важно разобраться с повторяющимися вспышками инфекции. Распространение болезни должно было быть предотвращено путем введения пациентам вольбахии, согласно инструкциям Код Токера. Тем не менее, произошла новая вспышка. И число заболевших было значительно выше, чем в прошлый раз. Под руководством Код Токера медицинская команда всю ночь работала над выяснением причин вспышки и разработкой контрмер, но результаты не внушали оптимизма. В дни, последовавшие за обнаружением первого зараженного, число больных росло. Поначалу страх перед паникой привел к введению запрета на упоминание болезни, и эта строжайшая секретность в итоге вышла боком. Они даже заставили всех пройти вакцинацию вольбахией, утверждая, что это необходимо для профилактики эндемического заболевания. Поэтому никаких знаний или информации о паразитах голосовых связок передано не было. Те, кто заразился, не понимали, что означают их симптомы, и становились переносчиками болезни. Но предотвратить распространение инфекции без знаний о ней было невозможно, ведь осознать симптомы можно было, только зная о самой болезни.

Первое, что сделал Леонард, оценив ситуацию, — подумал: «Это в точности как политика правительства США в отношении СПИДа», и ему стало стыдно. Не предоставив достоверной информации, они ввели людей в заблуждение. Теперь он спешил распространить сведения о паразитах голосовых связок, но было слишком поздно. Вместо этого возникли домыслы, и на Главной базе воцарились сомнения и ненужный страх.

Первая подтвержденная вспышка произошла среди носителей определенного языка, киконго, что привело к откровенно дискриминационному поведению по отношению к ним. То же самое повторилось, когда появились дополнительные случаи среди носителей другого языка. Так же было и со СПИДом. Здесь проявилась та же психология и то же поведение, что и при исключении групп меньшинств, таких как гомосексуалы.

Более того, предрассудки и нападки на Молчунью стали еще радикальнее. Вскоре просочилась информация, что первым зараженным был солдат, на которого напала Молчунья, и ее указали как виновницу. Тот факт, что Молчунья не разговаривала, лишь подкреплял эту идею. Если она не говорит, значит, не может проявить симптомов. Должно быть, она носит патоген в своем теле.

«Речь» Миллера также сработала с точностью до наоборот.

Враг внутри нас. Он был уверен, что Миллер имел в виду совсем не это, когда произносил те слова. Но фраза зажила собственной жизнью. Если подумать спокойно, это утверждение можно было истолковать так, что враг находится внутри каждого из них. Что внутри есть «враг», который заставляет других проявлять подозрительность и нетерпимость. Именно это и нужно было победить.

Не заметив того, он докурил сигарету. Леонард подошел к столу и прикурил новую. Утреннее солнце пробивалось сквозь окно командного центра. Должно быть, это разбудило D-Dog, спавшего на полу: пес зевнул и потерся о ноги Леонарда. Погладив его по голове, он задался вопросом, не может ли тот быть заражен паразитами голосовых связок.

Он задавался вопросом, почему эффект вольбахии, некогда остановивший инфекцию, сошел на нет. Согласно Код Токеру, вольбахия — это микроб, паразитирующий на хозяине и превращающий самцов в самок. В природе это явление не редкость. Они обитают в цитоплазме многих насекомых и нематод, включая яйцеклетки. Следовательно, потомство, рожденное от них, уже заражено вольбахией. В сперматозоидах же цитоплазмы нет, поэтому вольбахия не может в них существовать. Даже если паразит заражал самцов, на одном поколении всё заканчивалось. По этой причине была принята стратегия «максимизации числа зараженных самок». Эта тактика заключалась в феминизации самцов. Подобная стратегия вольбахии основывалась на предположении, что один самец спаривается с несколькими самками. Чем больше самок-хозяев, тем больше потомства могла произвести вольбахия.

Изначально вольбахия не заражала паразитов голосовых связок. Паразиты спаривались и производили личинок в парах «один самец — одна самка» внутри хозяина. Моногамные паразиты голосовых связок не подходили для стратегии выживания вольбахии. Именно на это обратил внимание Код Токер. Он заразил паразитов вольбахией и создал такой штамм, который безотказно превращал самцов в самок. Самки спаривались с самками, и личинки не рождались.

Но возник эффект, который Код Токер не предвидел. Стратегия вольбахии повлияла не только на паразитов, но и на их человеческих хозяев, лишив их репродуктивной функции. Причина этого была неизвестна. У млекопитающих нет механизма смены пола, поэтому в природе превращение мужчины в женщину невозможно. Некоторые виды вольбахии вызывали цитоплазматическую несовместимость — явление, при котором яйца, полученные от зараженного самца и незараженной самки, не развивались, и, возможно, именно это стало причиной проблемы. Гипотеза Код Токера заключалась в том, что это происходило из-за изначальной близости паразитов голосовых связок к человеку.

Паразиты, меняющие облик своих хозяев и подстраивающие окружающую среду под себя, — это стратегии выживания всех живых существ. И наоборот, хозяин также меняется, чтобы соответствовать паразиту. Если хозяин нетерпим к паразиту, его шансы на выживание снижаются. Паразит и хозяин должны сосуществовать в некотором равновесии. Иммунная система — это суперсистема, которая динамически различает «своё» и «чужое». Это не механизм, присущий лишь одному организму; он существует также в среде и обществе, окружающих жизнь.

У нынешней Главной базы иммунная система дала сбой.

Если так пойдет и дальше, мы погибнем, даже если не от паразитов голосовых связок.

Леонард закурил очередную сигарету.

назадназад
1 ... 59 60 61 62 63 ... 79
впередвперед