Том 2 Глава 15
Глава 75 из 79
Настройки чтения
18px
1.8
1

Том 2 Глава 15

Глава 75

Том 2 Глава 15

«Я отвезу тебя туда».

Это я нарушила обещание, которое дала Боссу. Но другого пути не было.

Ветер от «Пекода» растрепал волосы Молчуньи, когда вертолёт пошёл на посадку. Но никто не мог её увидеть, ведь паразиты скрыли её от глаз. Она была здесь, но никто не мог её обнаружить.

Это я.

В знак их связи она решила забрать коммуникационный терминал Босса. Затем ей пришла в голову мысль, и она взяла из кармана Босса кое-что ещё. Для неё это был бриллиант.

Персонал с вертолета был рядом с Боссом, оказывая помощь. Босс теперь в порядке. Значит, я больше не нужна. На самом деле, меня здесь вообще быть не должно. Английский штамм, дремавший в ее горле, вот-вот должен был проснуться и начать размножаться. Это должно закончиться на мне, чтобы не распространиться на весь мир. Этот мир никогда не был для нее добрым или ценным местом. Но Босс живет в этом мире. Поэтому я не могу позволить ему погибнуть. Даже если это непростительный, ненавистный мир.

Молчунья огляделась, размышляя, куда ей податься. Насколько хватало глаз, простиралась пустыня, а вдалеке виднелся суровый горный край, граничащий с Советским Союзом. Безлюдное, одинокое место. Но это лишь то, что можно было увидеть «человеческими» глазами. Мир, изображенный сквозь призму особого мировоззрения тех, кто решил, что она — не человек.

Это не была пустыня смерти. Здесь дышала жизнь, невидимая для человеческого глаза, и цикл жизни, неведомый людям, продолжался без остановки. Здесь существовал образ жизни, утраченный в человеческих словах. Когда песчаная буря утихла, Молчунья и паразиты окунулись в солнечные лучи, и они почувствовали одно и то же.

Пойду в ту горную местность, — решила она. Граница между Советским Союзом и Афганистаном. На карте линии границ четкие, но в реальном мире их никогда не увидеть. Подобно тому, как граница между морем и сушей постоянно размывается волнами, становясь все более неясной, чем пристальнее ты ищешь границу в реальности, тем сильнее она исчезает где-то вдали. Я хочу отправиться туда, в неопределенное место, которое не является ни тем, ни другим. Молчунья чувствовала это так сильно, что ей было больно.

Это то место, где я могу быть. Оно должно стать для меня подходящим пристанищем.

На ходу Молчунья достала iDroid Босса. Это был автономный терминал, ни к чему не подключенный. Она заговорила в записывающее устройство, встроенное в него. У записывающего устройства было мало памяти, поэтому у нее оставалось совсем немного времени. Она лишь надеялась, что оно останется здесь после ее ухода и что кто-то — Биг Босс — прослушает его. Это была маленькая надежда Молчуньи.

«Я не выбирала быть Молчуньей».

Она произнесла это на прекрасном английском. Она не хотела молчать. Только когда она произнесла эти слова, то, что было заперто глубоко внутри нее, начало вырываться наружу. Это не было «сдерживанием», «терпением» или «болью». Эмоции, которые невозможно было выразить словами, переполняли ее в виде слез.

«Я хотела выразить тебе свои чувства. Если бы только у нас был общий язык».

Но это чувство, эту эмоцию невозможно было выразить словами. Я не выбирала быть Молчуньей. Эти слова послужили спусковым крючком, высвободив её эмоции. Но то «нечто», что вырвалось наружу, никогда не будет облечено в слова. Как же удобны, как неудобны и как ужасны были слова. И всё же она хотела говорить.

Гора была уже близко. Давай исчезнем на невидимой границе, разделяющей земли с одного края до другого. Ей повезло по пути подобрать канистру с бензином, которую, по-видимому, обронило советское механизированное подразделение.

«Месть — вот что привело меня к ним».

Это была месть тебе, изменившему моё тело подобным образом. Месть тебе, сжегшему мою человеческую плоть и обрекшему меня на жизнь с паразитами.

«Единственный язык, что у меня остался — месть».

Тот человек внедрил паразита в мою плоть.

Когда-то давно слова были дарованы нам паразитами. Какими были те первые слова? Как люди понимали друг друга, когда у них не было слов? Выражение чувств — это человеческое поведение. Речь — тоже человеческая деятельность. Но чувства мести и возмездия убивают. Слова действуют как триггеры, которые притягивают и пробуждают эти эмоции. Люди, дающие волю своим эмоциям, уничтожают тех, кто не выражает своих чувств. Те, кто убивает словами, отвергают тех, кто молчит.

Когда существовал лишь первородный язык — язык, на котором говорили в Эдемском саду, — понимали ли люди друг друга? Были ли люди счастливы в едином мире?

Позволили бы мне остаться в Эдеме?

«Но слова, которыми мы обменивались… Нет, это был вовсе не язык».

Паразиты, покрывавшие её тело, становились всё громче. Внутри Молчуньи зарождался новый представитель их вида. Паразиты приветствовали его с ликованием. Она чувствовала, как горячая масса распространяется от груди к горлу. Ни паразиты, ни иммунная система Молчуньи не собирались уничтожать это потомство.

«Вот почему… я выбрала язык благодарности и вернулась в тишину».

Она взобралась на скалу и встала на самой вершине. Она видела землю далеко внизу. Ах, мир так огромен. Небо было ослепительно синим и бескрайним во всех направлениях. Эта синева и высота говорили о том, что это место связано со всей Вселенной. Неужели в этом широком мире не найдётся уголка для меня?

«Я отвезу тебя туда».

Где это, Босс? Могу ли я увидеть это отсюда?

Грудь Молчуньи жгло так сильно, что она рухнула на колени. Слёзы текли по её щекам, стекали на шею и грудь. Пришло время закрыть рот.

«Я — Молчунья. Я… отсутствие слов…»

Положив руку на грудь, она извинилась перед своими новорожденными детьми.

Простите, я не могу позволить вам выбраться отсюда. Вы исчезнете вместе со мной.

Молчунья облила себя жидкостью из канистры и подожгла её зажигалкой Биг Босса.

назадназад
1 ... 73 74 75 76 77 ... 79
впередвперед