Для Доротеи, ученицы ведьмы, жившей в небольшом лесу на востоке континента, выполнение абсурдных поручений своей наставницы было всего лишь частью повседневной жизни.
Ей едва не пришлось расстаться с жизнью, пробираясь через ядовитый лес в поисках лекарственных трав. Её заставляли сражаться с медведем, вооружившись лишь деревянным посохом. А однажды ей пришлось провести без сна три дня и три ночи, чтобы не дать злому духу вырваться из наложенного на него барьера.
Каждый раз, когда Доротея жаловалась на невыносимые тяготы, наставница смотрела на неё с сочувствием и говорила:
— Ц-ц-ц. Глупая девочка. И из-за такой мелочи поднимаешь шум. В твоём возрасте мне приходилось терпеть вещи куда хуже.
Для молодого человека нет ничего раздражительнее стариковского: «А вот в моё время…»
Доротея пыталась переубеждать наставницу, приводя вполне разумные аргументы о том, что времена изменились и у каждого человека свои способности и пределы. Но ответ наставницы всегда оставался одним и тем же:
— Не нравится — можешь перестать быть моей ученицей. Дорога домой вон там.
И когда наставница небрежно махала рукой в сторону выхода, Доротее — слабой, несчастной и ужасно невезучей красавице, как она сама себя называла, — оставалось лишь проглатывать своё возмущение.
Ведь между «ученицей Великой ведьмы» и «бывшей ученицей, которую Великая ведьма вышвырнула за дверь» лежала огромная пропасть.
Ради своего будущего и перспектив на рынке труда Доротея должна была любой ценой получить от этой скверной наставницы нормальный диплом об окончании обучения.
Терпение. Ещё немного терпения. Стоит только пережить это и получить диплом — и меня ждёт беззаботная, прекрасная жизнь!
С таким же самообманом, как студент, уверенный, что после изнурительных вступительных экзаменов его ждут весёлые и беззаботные университетские годы, Доротея терпела одно испытание за другим.
— Слушай. Мне нужно, чтобы ты отправилась в королевскую столицу вместо меня.
Наверное, она просто настолько привыкла к подобной жизни.
Поэтому, впервые услышав эти слова наставницы, Доротея невольно подумала:
«О, а на этот раз задание вполне выполнимое».
Одного лишь знания, что ей предстоит отправиться в оживлённый город, а не в логово троллей где-нибудь в горах, было достаточно, чтобы решить: могло быть и хуже.
Наглядный пример того, до чего падают человеческие стандарты, если слишком долго жить на самом дне.
— В королевскую столицу? А что мне там делать?
— Встретишься с королём и выполнишь для него одно поручение. Этот мелкий сопляк всё зовёт меня к себе. Уже начинает действовать на нервы.
Доротея благоразумно промолчала и не стала задавать очевидный вопрос: разве прилично называть короля «мелким сопляком»?
Вопросы, основанные на здравом смысле, имеют смысл лишь тогда, когда задаёшь их человеку, обладающему здравым смыслом.
А её наставница ведьмой была, но здравым смыслом — отнюдь.
Поэтому Доротея спросила другое:
— Но ведь король вызвал именно вас, наставница. Разве не бессмысленно отправлять вместо себя меня?
Нет, не просто бессмысленно. Это вполне могло вызвать гнев короля.
Если бы Доротею спросили, что страшнее — гнев короля или гнев её наставницы, она без колебаний выбрала бы второе. Но это вовсе не означало, что королевского гнева она не боялась.
— Не так уж важно, кто именно пойдёт. В конце концов, этому сопляку нужен всего лишь кто-нибудь, кто выполнит его просьбу.
— Если это задание настолько сложное, что для его выполнения он призвал именно вас, наставница, не думаю, что мне удастся справиться с ним самостоятельно.
Доротея не уважала характер своей наставницы, зато прекрасно знала, насколько чудовищно та сильна. И насколько зловещую репутацию успела себе заработать.
Если уж королю лично понадобилось вызвать ведьму с таким жутким прозвищем, как «Королева мёртвых», то дело наверняка было далеко не простым.
Наставница и не стала этого отрицать.
— Конечно, решить эту проблему будет непросто. Она наверняка принесёт немало хлопот. Но именно поэтому в ней и есть смысл.
— Какой ещё смысл?
— Экзамен для выпуска был бы бессмысленным, если бы оказался слишком лёгким, разве нет?
Тело Доротеи мгновенно напряглось.
— Ты сама уже почти взрослая. Не пора ли тебе научиться стоять на собственных ногах?
Увидев реакцию ученицы, наставница улыбнулась.
Это была не её обычная язвительная усмешка, а удивительно мягкая и доброжелательная улыбка.
— Ну же. Покажи мне, на что ты способна, моя ученица.
Доротея кивнула.
Свет удильщика, мерцающий в глубинах моря, ярок.
Запах плотоядного растения, заманивающего добычу, сладок.
А голос демона, соблазняющего заключить контракт, исполнен такой хитрости, что с ним не сравнится ничто.
Поэтому нетрудно представить, насколько опасным оказалось «доброе предложение», сделанное злой ведьмой.
Цена за то, что Доротея на мгновение забыла, с кем имеет дело, оказалась поистине ужасной.
— Будь ты проклята, наставница…! Ведьма ты злобная! Чтоб ты сама свалилась в свой алхимический котёл и там сдохла!
Доротея скрипнула зубами.
Будто даже такие проклятия были для неё слишком большой роскошью, мимо её глаза со свистом пролетел острый кинжал.
Следующий кинжал летел прямо в шею. Доротея отбила его любимым деревянным посохом, а затем, коротко прошептав заклинание, собрала ману.
Чёрные, зловещие сферы энергии разлетелись вокруг неё веером. Нескончаемый дождь кинжалов на мгновение прекратился — их метатель, похоже, был ошеломлён неожиданной контратакой.
Не упуская шанса, Доротея вновь бросилась бежать.
Если спокойно подумать, тревожные признаки появились с самого начала.
Король скривился так, словно проглотил что-то крайне неприятное, когда узнал, что вместо знаменитой «Ведьмы Востока» прибыла всего лишь её ученица.
Канцлер же, напротив, встретил Доротею с распростёртыми объятиями и мягким, любезным голосом объяснил причину её вызова.
А затем произошло нечто совершенно нелепое.
Получив величественный «королевский приказ» разыскать восемь утраченных сокровищ королевства, Доротея обнаружила, что приставленные к ней солдаты поддержки совершенно не заинтересованы в выполнении задания.
Вместо этого они настойчиво предлагали ей отправиться на экскурсию и осмотреть достопримечательности.
Что-то здесь было не так.
Это было лишено всякой логики.
Словно в кукольном спектакле, где сцены перепутали местами, а события на сцене скрипели и никак не желали складываться в единое целое.
Политика Доротею не интересовала.
Желание короля вернуть королевству былое величие или стремление аристократов тихо жить, не провоцируя соседние государства, были для неё одинаково бессмысленны.
Поэтому она решила бежать.
Конечно, остаться с этими «солдатами поддержки» и спокойно наслаждаться осмотром достопримечательностей было бы куда комфортнее.
Но испытание, которое поручила ей наставница, заключалось в том, чтобы «выполнить поручение короля».
А значит, действовать нужно было самостоятельно.
Доротея была человеком рациональным.
И, похоже, кому-то её рациональность очень не понравилась.
Именно поэтому теперь она в одиночку убегала от неизвестных преследователей посреди ночи.
— Ха… ха-а…
Доротея тяжело дышала.
Кожа была покрыта мелкими порезами, а чёрная мантия ведьмы испачкалась в пыли и грязи.
За годы выполнения поручений своей вздорной наставницы Доротея привыкла к подобным погоням. И именно поэтому прекрасно понимала: нынешнее положение было далеко не благоприятным.
Она не знала, сколько врагов преследует её, а союзников поблизости не было.
Маны у неё было не просто много — её запасы буквально переполняли тело. Но вот правильно использовать эту силу Доротея пока не умела.
Возможно, для легендарной некромантки вроде её наставницы это и не было бы проблемой. Но Доротея всё ещё училась, и одними собственным телом да посохом она могла творить лишь ограниченное число заклинаний.
Почти все имевшиеся у неё зелья и магические артефакты она уже потратила во время побега. Осталось всего несколько.
Она почти слышала в голове раздражённое цоканье наставницы.
«Ц-ц-ц. Вот поэтому я всегда говорю тебе держать при себе несколько нежитей. Они прекрасно подходят в качестве живых щитов, могут выполнять всякую грязную работу и вообще являются удобной рабочей силой, которая никогда не жалуется, сколько бы ты её ни эксплуатировала. Не понимаю, почему ты так их не любишь».
Разумеется, для Доротеи, которая в детстве однажды устроила в городе настоящий хаос, бездумно отправившись на рынок в компании двух скелетов, этот совет даже не стоил внимания.
Если бы она проделала подобное посреди королевской столицы, её жизнь, возможно, и не оказалась бы под угрозой.
Зато её общественная жизнь была бы уничтожена раз и навсегда.
Отогнав бесполезный призрачный голос наставницы, Доротея некоторое время блуждала по лесу, пока наконец перед ней не возникло странное сооружение.
— …Замок?
В глазах Доротеи вспыхнул интерес.
Серый замок, одиноко стоявший посреди заросшего леса, выглядел совершенно неуместно.
Высокие стены и массивные ворота говорили о былом величии, словно символизируя давно ушедшую эпоху процветания. Но даже их величественный вид оказался поглощён зелёным мхом и вьющимися растениями.
Если выражаться максимально дипломатично, это место можно было назвать «когда-то знаменитой достопримечательностью, ныне полностью пришедшей в упадок».
Как ведьма Доротея обладала обширными познаниями в магии.
А вот с историей дело обстояло иначе.
Среди всего, чему наставница её учила, не было ни слова о заброшенном замке в лесу на окраине королевской столицы.
…С точки зрения здравого смысла, куда разумнее было бы продолжить бегство в место, куда людям труднее добраться, а не лезть в такое приметное сооружение.
Но Доротея, с детства прошедшая через бесчисленные испытания, знала одну вещь.
Иногда приходится доверять интуиции, а не разуму.
И её интуиция сейчас говорила:
Проверь этот замок. Прямо сейчас.
За полуразрушенными воротами царила кромешная тьма.
Доротея расстегнула один из множества кожаных мешочков на поясе и растёрла его содержимое по навершию посоха.
Порошок, изготовленный из перемолотых насекомых, обитавших возле могил, вступил в реакцию с маной, оставшейся в посохе, и испустил слабое свечение.
Освещённые теперь внутренние помещения замка находились в плачевном состоянии.
Разрушенные стены и провалившиеся полы были лишь началом. Повсюду виднелись следы того, что сюда неоднократно врывались и всё здесь переворачивали вверх дном.
Доротею это не слишком расстроило.
Учитывая состояние ворот, она ожидала чего-то подобного.
Вместо этого она развязала ещё один кожаный мешочек и высыпала его содержимое на пол.
Масло, полученное из крысы, забурлило и закипело.
А мгновение спустя из него возникла мышь, состоящая из полупрозрачных пузырьков.
Мышь пошевелила носом, словно принюхиваясь, а затем побежала в одну из частей замка.
Доротея последовала за ней.
Пузырьковая мышь настойчиво кружила над определённым участком пола.
Доротея ударила туда кончиком посоха.
Раздался глухой звук.
Здесь точно было потайное помещение.
Оставался вопрос, как туда попасть.
Но Доротея не собиралась долго над этим размышлять.
Ведьма должна быть мудрой.
Но мудрость не означает, что нужно быть её рабыней.
Иногда самый простой способ и оказывается правильным.
Поэтому Доротея без колебаний со всей силы ударила наполненным маной посохом по полу.
ГРОХОТ!
Удар, наполненный раздражением, накопившимся за время погони, с лёгкостью проломил пол.
Доротея молча начала спускаться по открывшейся лестнице.
Внизу находился подвал.
Похоже, предыдущим посетителям так и не удалось его обнаружить: следов человеческого присутствия почти не было.
Проблема заключалась в том, что здесь не было не только воров.
Похоже, здесь давно не было и смотрителя.
Поднимающаяся пыль.
Хрупкие от времени книги.
Покрытое ржавчиной оборудование.
На стенах и потолке сохранились едва заметные магические контуры. Когда-то здесь явно действовала магия сохранения, но, судя по всему, она перестала работать ещё несколько десятилетий назад.
Доротея уже почти отчаялась найти здесь что-нибудь полезное, когда пузырьковая мышь внезапно бросилась к «чему-то» в углу комнаты.
Доротея посмотрела на «это».
У «этого» были руки и ноги из металла.
Холодное тело.
И потрёпанный плащ, накинутый поверх.
На первый взгляд это походило на заброшенный комплект доспехов.
— Магическая кукла? Её прежний хозяин бросил её здесь?
Слуги, которых маги и ведьмы используют для помощи в своих делах, называются фамильярами.
Духи волшебников, гомункулы алхимиков, нежить некромантов — каждый класс создаёт фамильяров, приспособленных именно для своих нужд.
А найденная Доротеей магическая кукла относилась к универсальному типу, который широко использовали представители самых разных магических профессий.
Такие куклы создавались путём помещения искусственной души в сосуд, хорошо проводящий ману.
Из-за низкого интеллекта они не могли выполнять сложные приказы, зато отличались простотой управления и потому особенно ценились начинающими магами.
Кукла перед Доротеей выглядела настолько древней, что даже она, кое-что знавшая благодаря наставнице, не могла определить время её создания.
Однако магические контуры, судя по всему, оставались целыми.
При должном ремонте куклу вполне можно было вернуть в строй.
Доротея не стала долго раздумывать.
Положив ладонь ей на грудь, она медленно влила внутрь свою ману.
Постепенно внешний вид безмолвной магической куклы начал меняться.
Ржавчина осыпалась с металлического корпуса, а мелкие царапины затягивались.
Казалось, будто угасающая жизнь вновь возвращалась к существу.
Доротея нахмурилась.
Кукла поглощала куда больше маны, чем она ожидала.
Настолько много, что это начало утомлять даже Доротею — девушку, чьи запасы маны сама наставница однажды назвала «неприлично огромными».
— Неужели из-за старости у неё настолько отвратительная энергоэффективность?
Если рассуждать хладнокровно, разумнее всего было бы немедленно убрать руку.
Но тут взыграло упрямство Доротеи.
Словно бросив вызов:
«Ну-ка посмотрим, кто кого».
Доротея продолжила вливать в куклу свою ману.
— Есть!
В тот момент, когда с тела куклы наконец исчезла последняя крупица ржавчины, Доротея инстинктивно вскинула руки в победном жесте.
Наставница наверняка тут же цокнула бы языком и отчитала её за недостаток женственности.
Возможно, из-за того, что она впервые за долгое время израсходовала почти весь запас маны, у Доротеи закружилась голова.
— Эй, смотрите сюда! Вы проверили этот проход?
Именно тогда сверху донёсся шум и послышались чьи-то голоса.
Как не вовремя… — раздражённо подумала Доротея.
Обычно следующим этапом она должна была наложить заклинание, создать искусственную душу и заключить контракт между хозяином и слугой.
Но сейчас существовала большая вероятность, что враги обнаружат её раньше, чем она успеет закончить.
Единственным утешением было то, что единственный вход создавал неплохие условия для обороны против многочисленного противника.
Доротея стряхнула остатки головокружения и крепко сжала посох.
Вжух!
Из броши, висевшей у пояса магической куклы, вырвался луч света и ударил прямо в Доротею.
Щёлк.
В её сознании вспыхнуло странное ощущение — словно что-то соединилось.
А прежде чем Доротея успела хоть что-нибудь сделать, в её голове прозвучало загадочное сообщение:
[После долгого сна пробуждается «Оловянный Рыцарь»!]