Розалина, молча встав с утра пораньше, мельком взглянула на чистое сиреневое небо и яркое только встающее солнце. Отголоски разных птичьих щебетаний донеслись до ее ушей, однако она лишь апатично задвинула тяжелые шторы, погружая свою всегда светлую комнату в непривычный мрак. Сегодня ее коронация. День, который она явно не захочет когда-нибудь в будущем еще раз вспоминать. Она даже не успела прийти в себя после смерти любимого отца, а теперь должна занять его место.
Устало вздохнув, Розалина присела в обрамленное бархатом кресло и уставилась в пустоту, вспоминая последние несчастливые дни ее жизни. Было невозможно описать словами ее ненависть к незнакомой ей святой Анфисе и доброму Габриэлю, перевернувшего ее жизнь с ног на голову. Она пыталась убедить себя, что ее возлюбленный просто попал под чары ведьмы, что стоит ей его поцеловать и он обретет над собой контроль и они, преодолев все невзгоды и несчастья, победят злодейку, зажив счастливо. Но где-то глубоко внутри, она понимала, что все это бред, что счастливого конца, как бывает в сказках, у нее не будет, просто ей было слишком больно и тяжело признать реальность.
- Ваше Высочество, - легкий стук в дверь и знакомый женский голос, который принцессы узнает из тысячи.
- Заходи, Джуд, - слабо позвала Розалина, обращая свое внимание на пришедшую дорогую служанку.
- Ваше Высочество, - Джуд было неловко разговаривать с такой равнодушной ко всему госпожой, так как боялась случайно задеть тонкие струны, на которых еле-еле держится поломанная детская психика совсем юной девушки, - уже нужно начинать приготовления.
- Хорошо.
Джуд промолчала о явных огромных мешках под глазами принцессы, которая с того самого дня видит одни кошмары, и, схватив потрепанную любимую сказку, показала ее ей, намекая, что она могла бы почитать для нее историю перед коронацией.
- Джуд, избавься от этой книги. Видеть ее больше не желаю.
Несмотря на слабость в голосе девушки, ее тон был твердым и полным разочарования, при простом взгляде на обманувшую все ее ожидания книгу. Джуд удивленно посмотрела на Розалину, прежде чем убрать с ее глаз детскую сказку, положив ее в самый дальний уголок комнаты.
- Джуд, - тихо позвала девушка, с трудом поднимая свой взгляд на служанку.
- Слушаю вас, Ваше Высочество.
- Мне страшно. Вдруг ты, герцог и другие тоже умрут, как папа. А если я стану королевой, и за моей головой тоже будут охотиться...
- Ваше высочество, не переживайте! Герцог Шутте обязательно защитит вас, будьте уверенны!
- Моего отца тоже усилено охраняли, но почему-то сейчас он лежит в королевском склепе, забыв о жизни и отправившись на небеса! – истерично прокричала Розалина, резко вставая из-за стола, угрюмо смотря в напуганные глаза Джуд.
- Ваше Высочество... - печально процедила сквозь крепко сжатые зубы служанка, переводя свой нервный взгляд в пол.
- Прошу простить, Ваше Высочество, - грубо войдя в чужие покои, пролепетала молодая служанка, безразлично окинув измученную принцессу взглядом, - по рекомендациям герцога Шутте были подготовлены платья и украшения к предстоящей коронации. Пожалуйста, выберете, что вам понравится, Ваше Высочество.
Розалина с подозрением оглядела наглую служанку, всматриваясь в утонченные черты лица, вызывающие зависть глубоко в ее сердце. Она всегда мечтала похудеть и приобрести изящное хрупкое тело, не такое, которое у нее есть сейчас, толстое и неприглядное глазу. Раньше, она старалась не замечать этого недостатка, игнорируя косые взгляды и замечания, однако в этот момент она чувствовала сильный взрыв эмоций глубоко в душе. Ей не хотелось больше сдерживаться и не замечать этих нахальных взглядов, давняя мысль о том, чтобы поставить их всех на место сейчас заиграла особенно яркими красками. Успокоившись, Розалина с несвойственным ей гневным выражением лица, подошла к удивленной служанке и ударила ее по щеке со всей силой.
- В-ваше Вы-высочество... - в шоке прошептала девушка, падая на пол и вытаращившись на безумную принцессу.
- Да как ты смеешь таким взглядом смотреть на меня! Замышляешь что-то за моей спиной?! Измену планируешь?! – Розалина, смотря на перепуганную служанку, вспоминала сцену, в которой Габриэль пронзает ее отца его же благородной рапирой. Генриха предал тот, кому он безоговорочно доверял, в таком случае какова вероятность, что она не закончит также?
- Ваше Высочество, как вам эти сережки? – спокойно спросила Джуд, привлекая внимание принцессы к изящным длинным сережкам с фиолетовой кисточкой и рубиновым камнем в виде солнца.
- Пойдет, тогда подбери к ним ожерелье, а платье пусть будет вон то, алое, - указав на простое кружевное платьице, приказала принцесса и ушла в ванную комнату, вслед за ней поспешила Джуд, грозно уставившись на избитую служанку.