— Ваше Высочество, вам пора выходить, — сказала служанка.
— Да, уже иду.
Быстро взглянув на большое зеркало, висевшее во всю стену гардеробной, я увидел себя, одетого в белый мундир с синими вышивками и золотыми латками, белые брюки, синюю мантию, по краям которой вышит мех белого льва, волосы уложены назад, а на голове – венок из перьев и цветов. Все вышито из самых качественных материалов, каких заслуживает принц. Пора выходить, нам предстоит ехать целых три часа до Летнего дворца. Схватив сумку, я вышел из покоев, меня сопровождали два стражника. Выйдя к главному выходу, я сел в поданную карету. Мой старший брат уже сидел в ней и ждал лишь меня, отчего стало неловко. Я ехал со своим братом Килианом, а вот Лиззи ехала со Святой. Дорога предстоит долгая, поэтому я взял тетрадь для записей, точнее, мой личный дневник. На самом деле, у меня много записных тетрадей, очень много: есть и для научных исследований, есть и для исследований природы, есть и личный дневник, и подобных дневников очень много. Позабыв обо всех манерах, я сел, откинувшись на сиденье, колени прижал к себе и прижал к ним дневник. Хочу зарисовать сегодня Селену в храме. Когда она пела, её образ был превосходен, так красив, что я будто увидел нимфу из сказок. Её пепельные волосы, собранные в косу и покрытые вуалью, сияли в лучах солнца, её блестящее платье и пионы рядом с ней придавали большей воздушности что ли. Невозможно описать это словами, будто увидел какое-то чудо.
— Что ты делаешь? — спросил внезапно брат, пока я рисовал, а сам он точил кинжал.
— Да так, зарисовываю кое-что, — ответил я ему.
— Лучше бы занялся чем-нибудь дельным, — фыркнув, ответил он.
— Ха, брат, я ведь говорил тебе, что каждый человек вправе заниматься чем хочет, и ты не должен это критиковать.
— Да-да, извини.
— Похоже, ты сегодня нервный.
— Да эти аристократы и наши "дорогие" гости знатно надоели уже мне, они постоянно задают вопросы мне про Джереми. И намекают, что если что-нибудь случится с ним, то я стану чёртовым императором!
— Успокойся, они правы, но Святая сможет вылечить брата Джереми, и всё встанет на свои места.
— Хотелось бы верить, ведь я могу и не сдержаться в порыве эмоций, и один из аристократов получит от меня по лицу.
— Нам остается лишь молиться о его здоровье, а ты постарайся не обращать на них внимание.
— Да, пытаюсь. Поскорей бы Святая нашла лекарство.
Мы наконец доехали до летнего дворца. Он был небольшим и не таким богато украшенным, как Главный дворец. Он был раскрашен в темных оттенках, но внутри было всё также мило и уютно, зато его территория была намного живописней: никаких ворот не было, дворец стоял на холме, окруженный густым зеленым лесом, а внизу — чистое голубое озеро, возле озера беседки для отдыха и напротив дворца и озера — прекрасный мраморный павильон. Территории были обширными и красивыми, особенно в пасмурную погоду и на закатах. От этой зелени так и веяло свежестью. На входе во дворец нас встретили слуги, забрали личные вещи и сопроводили в бальный зал. Он был небольшим, и потолки здесь не были так высоки, но обширные панорамные окна открывали взор на этот чудесный пейзаж, это и было изюминкой Летнего дворца. Здесь собралось уже немало народу: император, гости, высшие аристократы.
— Похоже, Лиззи все еще не приехала, надеюсь, с ними все хорошо, — сказал я, обращаясь к брату.
— Не волнуйся, сам же знаешь ее прекрасно, она, наверно, долго собиралась, вот и опаздывает. Ну ладно, я пошел, там Филипп стоит.
— Хорошо, до встречи.
Я поздоровался с некоторыми аристократами и поболтал с ними. У всех было праздничное настроение, поэтому по всему залу раздавались звуки смеха и звон бокалов.
— Приветствую всех на сегодняшнем балу, — начал император, привстав с трона. — Хочу поздравить вас с днем Великого Восхождения! Хочу пожелать всем милости богини и удачи, а теперь, как и велела нам она, давайте же веселиться и пить в честь нашей богини! — закончил свою речь император, он тоже был в хорошем настроении. Все начали аплодировать и кричать от радости, такие крупные балы во дворце проходили редко, поэтому все очень рады продолжительным приемам.
— Ваше Высочество, скажите же, чудный праздник, сама богиня говорит нам пить и веселиться, ну какая же она щедрая, так ведь? — сказал мне один пожилой граф.
— Разделяю ваше мнение, — вежливо ответил я. Да, этим людям лишь веселья подавай, а работать их не заставишь.
— Ваше Высочество, а где же принцесса? Мне нужно бы с ней обмолвиться словечком, — спросила меня какая-то графиня.
— Они задерживаются, похоже, принцесса Элизабет снова долго прихорашивалась, — ответил я с замешательством, мне бы самому знать, почему их так долго нет.
— Ох, ну да, ну да, уверена, принцесса снова затмит всех своей красотой на этом балу.
— Граф Делуа, я слышал, на днях у вас родился сын, правда ли это? — спросил маркиз.
— Да, это так, — сказал граф и повеселел.
— Давайте же выпьем за рождение вашего сына, пусть боги благословят его! — сказал маркиз и поднял бокал.
— Да-да! — поддержали его все, в том числе и я.
Мы все выпили, и в этот миг раздался голос глашатая, он наконец объявил о приходе Лиззи и Селены. Все обернулись на них: они шли вдвоем под руку. И когда они успели так сблизиться? Лиззи была в темно-синем пышном платье с большим шлейфом, короткими рукавами и открытыми плечами. На шее красовалось дорогое колье с бриллиантами, неужели надела какую-нибудь семейную драгоценность? Селена же была одета в голубое платье, не очень пышное и с не таким большим шлейфом, с синими кружевами и вырезами на предплечьях. Длинные рукава почти достигали пола. На голове не было вуали, лишь длинные волосы были распущены, а весь этот образ украшала Святая корона. Она была прекрасна, как всегда, словно лебедь, плывущий по озеру.
— Извините, но мне надо идти, — попрощался я с людьми, стоявшими рядом.
Я подошел к ним и, подойдя ближе, увидел их уставшие и измученные лица. Что с ними случилось, раз они выглядят, словно пешком добирались до дворца?
— Почему вы так долго?
— Ну, сам же знаешь, братец, я долго готовилась к балу, — саркастично ответила Лиззи.
— Поэтому ты такая изможденная?
— Да, — неуверенно ответила она, глядя на Селену, а та махнула ей рукой. — Ладно, на самом деле мы встретили медведя! — шепотом сказала Лиззи.
— Медведя?
— Да, только тссс! Это секрет!
— Но как вы сумели его встретить?!
— Да мы просто ехали, а потом откуда-то появился он! Медведь был агрессивным и начал нападать на стражников, а Селена вышла и повалила его своей магией, — склоняясь ко мне, шептала она.p
— Что, но как ты смогла победить медведя? — ошарашенно спросил я Селену. С виду и не скажешь, что она даже собаку бы смогла отбить.
— Это не сложно на самом деле, — ответила Селена с неловкостью.
— Да потому что её вуаль куда-то улетела, а платье немного порвалось, поэтому мне пришлось самой всё переделывать, — говорила она, указывая на подол платья. И лишь сейчас я мог заметить, что его порвали и сшили. — Если об этом узнают остальные, то точно начнут доставать Селену, поэтому мы решили скрыть этот случай. Так что держи всё в секрете! — сказала Лиззи и прижала палец к губам.
— Хорошо, — в замешательстве ответил я.
— И посмотри, как у меня хорошо получилось переделать платье, всё-таки какие у меня золотые ручки! — восторженно говорила Лиззи, всё также указывая на наряд Селены.
Похоже, сестре было всё равно на то, что их чуть не съел медведь. А у меня это в голове не укладывалось, поэтому я хотел поподробнее расспросить Селену отдельно. Но только я собирался обратиться к ней, как меня перебили.
— Извините, Ваше Высочество, принцесса, Ваше Святейшество, вы не против, если мы заберем принца Гелиоса? — сказали вдруг из-за моей спины Джеймс и Оскар, подхватив меня за плечи и улыбаясь.
— Конечно, конечно. Забирайте, — сказала Лиззи, помахивая рукой. — До встречи, братец. Пойдем, Святая, — обратилась она ко мне, и они вдвоем ушли под руку.
— Что вам от меня нужно? — наконец спросил я у своих друзей.
— Как это что? Мы же вчера на балу договорились, что сегодня все вместе соберемся, — сказал Джеймс, идя рядом со мной по правую руку. Высокий парнишка, выше меня на полголовы, брюнет с карими глазами, мой ровесник, с острыми чертами лица, сын маркиза Минека.
— А сегодня как раз-таки все и собрались! — сказал Оскар, который шел по мою левую руку. Он был одного со мной возраста и роста, кудрявый блондин с серыми глазами, младший сын графа Филера.
— Я вообще-то был занят, — с недовольством ответил я.
— С принцессой ты в любое время можешь поговорить, а вот с нами ты встречаешься редко, — сказал Оскар.
Я было хотел поправить его, что хотел поговорить со Святой, но не стал. Начнут еще расспрашивать, почему я постоянно околачиваюсь рядом со Святой. Ладно, в другой раз спрошу у нее. Мы поднялись на второй этаж бального зала, откуда можно было увидеть всю танцевальную площадку. Все уже собрались там, а точнее: Бреннет, младший брат графа Кидра, Стюарт, будущий герцог Навий, и Эрнест, старший сын графа Зелерска. Все мы учились в одной академии, там мы и сдружились. Второй этаж бального зала представлял собой места для отдыха: здесь стояли диваны со столами с едой, карточные столы. Сюда люди приходили отдохнуть, поболтать после оживленных танцев и посмотреть сверху на весь бальный зал. Отсюда было все прекрасно видно: вон стоит отец, общается с герцогами, а вон там, рядом со столом, стоят Лиззи и Селена, похоже, проголодались после драки с медведем.
— Ох, присаживайтесь давайте, давно мы так все вместе не собирались, — сказал радостный Эрнест.
И все его поддержали. Мы начали играть в карты, но вскоре эта игра нам наскучила, потому что Бреннет, как всегда, всех выигрывал — он был мастером в этой игре. Потом мы просто общались на разные темы.
— Кстати, Гелиос, это собрание ведь устроено для того, чтобы утвердить место пребывания Святой, как думаешь, к кому же достанется она? — спросил Стюарт.
— Думаю, Святая останется у нас. Император — хороший дипломат, у него получится достичь своей цели.
— Вы ведь живете со Святой под одной крышей, что она за человек? Неужели она такая набожная, как кажется со стороны?
— Ну, мы не часто пересекаемся, — солгал я им, — и не сказал бы, что она очень набожна, довольно приличная и вежливая девушка.
— О да, я немного пообщался с ней сегодня, оказалась очень милой леди, — сказал Эрнест.
Я с удивлением посмотрел на него, и он тотчас замолчал. О чём это он с ней успел поболтать?
— Смотрите, начинается вальс белых птиц! — сказал Оскар.
Мы подошли к перилам и взглянули вниз. Людей там было очень много, и все они были одеты в наряды нежных цветов, так что это выглядело вполне гармонично и красиво.
— Смотри, там принцесса танцует с Шехзаде, — обратился ко мне Джеймс.
Лиззи и вправду танцевала с ним. Ей, наверное, это не нравится, и Шехзаде, скорее всего, тоже. Интересно, кого же мне надо больше жалеть.
— Неужели император хочет свести её с ним? — спросил Оскар, и я почувствовал давление от взглядов друзей, которые, не таясь, таращились на меня, дожидаясь моего ответа.
— Не смотрите на меня так, я и сам не знаю, — сказал я, и все тут же поникли.
Если это окажется так, Лиззи не выдержит этого и, может, даже сбежит. Надеюсь, это не так. Не хватало мне этой проблемы. Стоп. Это что, Селена?! Неужели она снова танцует с этим придурком?! Ох, черт, почему он не отстает от нее? Это связано с тем, что они давно знакомы? Но не перегибает ли он палку, постоянно ходя за ней?
— Святая снова танцует с новым императором Вирии, — сказал Бреннет. — Они, наверное, были знакомы и раньше.
— По-любому, он ведь сын герцога, а я слышал, что его отец был близок с отцом Святой. А что, если она захочет вернуться к себе? — ответил Оскар, пока все наше внимание было обращено к ним.
— Вряд ли, — и все с недоумением посмотрели на меня. — Ну, ведь ей, наверно, будет неприятно возвращаться туда, где её держали как заложницу, так ведь? — отвертелся я, и многие согласились со мной.
Они красиво смотрятся, на самом деле, возникла эта мысль у меня в голове, и я захотел ударить себя за это, как же мне не нравится на это смотреть. Хотя Селена красиво танцует. Ну, она была принцессой, понятное дело, что её научили этому. Танец закончился, и все начали расходиться. И вдруг этот подлец сказал что-то Селене и, поклонившись, ушел, а она осталась стоять, смотря ему вслед. Что он ей такого наговорил, что ввел её в такой ступор? Мне нужно идти и проверить, как она себя чувствует. Я уже собирался уходить, как друзья меня остановили.
— Мы и так редко собираемся все вместе, останься с нами еще на чуток, — говорили они, а посмотрев вниз, я уже увидел, как толпа людей окружила её, а она улыбалась и говорила им что-то.
Ну ладно, похоже, все в порядке.
Мы снова сели играть в карты, но теперь без Бреннета, он стоял у перил. В моей голове витали мысли о Селене, и я не мог сосредоточиться на картах, но вот, наконец-то, мне повезло с картами, и я все же смог выиграть!
— Ох, похоже, что-то случилось. Святая убежала из бального зала, — сказал Бреннет.
— Что?! — не выдержав, воскликнул я и подбежал к перилам.
— Она убежала на улицу, но через заднюю дверь зала, она там точно не потеряется? Ночь ведь уже, — неуверенно спросил он. И все согласились с ним.
— Я пойду лучше за ней, вдруг что-то случится.
— Зачем, ты же просто можешь отправить стражников? — спросил Стюарт.
— Не стоит поднимать лишний шум, лучше я сам, — быстро проговорил я и проскочил по лестничному пролету.
****
— Селена, я отойду, там стоит мадам Бордже, мне нужно с ней перемолвиться словечком.
— Да, конечно.
— До встречи, скоро приду, — сказала мне Элизабет и пошла к даме, что стояла рядом с другими дамами.
И что, мне тут одной стоять придется? Ну, зато спокойно, тихо, никто не тревожит. Я взяла бокал сока и, устремив глаза вперед, стояла. Интересно, куда ушел Гелиос? Как же хочется уйти отсюда, но нельзя. Зато здесь очень вкусная еда, ради которой, впрочем, можно и остаться ненадолго.
— Приветствую вас, Ваше Святейшество, я граф Эрнест Залесский, для меня честь познакомиться с вами, — вдруг раздался голос у меня за спиной. Я мигом повернулась и увидела перед собой юношу с ярко-рыжими кудрявыми волосами, карими глазами, среднего роста, с мягкими чертами лица и маленьким носом. Он был одет в красный сюртук, украшенный цветами, черные брюки и красные сапоги, блиставшие на свету.
— Приветствую вас, граф, рада познакомиться.
— Как вам у нас здесь?
— Прекрасно, я всем довольна.
— Чудно, — ответил он, какой-то странный тип. — У меня к вам один вопрос, не затруднит ли вас на него ответить?
— Нет, конечно, задавайте, — ответила я и улыбнулась.
— Ваше Святейшество, а вы верите в мечи Солнца и Луны? Я слышал, что они действительно существовали и были очень мощными, такими, что с их помощью можно было разрубить стены.
— Возможно, они и вправду существовали, но даже если так, они давным-давно потерялись. А к чему этот вопрос?
Вообще, это легенда, в которой говорилось, что дети Богини Солнца и Луны вечно ссорились и недолюбливали друг друга, и вот они решили сразиться на мечах. В итоге они сражались так жестоко, что небо с землей содрогнулись. И части их мечей отлетели на землю и потерялись. Богиня, узнав об этой бойне, наказала своих детей, запретив им видеться друг с другом, и больше солнце и луна никогда не виделись. Легенда очень древняя, но, как мне рассказывали, меч солнца действительно существует и спрятан в тайной сокровищнице.
— Просто думаю, я знаю, где находится лунный меч, — сказал он, и я чуть не выплюнула весь сок от удивления. — И думаю, он бы вам очень пригодился перед предстоящей бедой.
— О чем это вы? — спросила я, откашлявшись. Что он вообще несет, какая беда?
— Да, так скоро вы обо всём узнаете. Хочу просто сказать, что если вы захотите найти лунный меч, то приезжайте ко мне, я буду рад вам помочь. А теперь прошу извинить меня, но мне нужно идти. Было приятно с вами пообщаться, Святая, — сказал он и ушел в обратном направлении, а я осталась стоять и смотреть ему вслед.
Что он имел в виду? Лунный меч, да, он существует, но был давно потерян. Ох, заиграла музыка, сейчас начнется вальс. Заострив взгляд, я начала всматриваться в центр зала. Там что, Элизабет и Шехзаде?! Неужели он влюбился в нее, хотя вряд ли, по его лицу видно, что он не заинтересован в ней, похоже, султан заставил. Я смотрела на них и небрежно крутила бокал.
— Ваше Святейшество, позвольте с вами станцевать?
От этих неожиданных слов я вздрогнула, это был Терион. Ух, ну и напугал же! Он стоял, склонившись и подавая руку, с как всегда спокойным лицом. Согласиться или нет? Мне нужно было задать ему ещё вопрос, ладно, соглашусь.
— Хорошо, — сказала я и сделала реверанс, а затем положила свою ладонь в его.
Мы шли к центру зала, и боковым зрением я видела, как все оборачиваются к нам. Мы встали в стойку и начали танцевать. Сегодня было намного легче, ведь платье не такое тяжелое, как в прошлый раз. Плавно кружась в вальсе, я заметила Гелиоса. Он стоял со своими друзьями наверху у перил и смотрел на меня.
— Селена, смотри на меня. Когда танцуешь, нужно смотреть на своего партнера, — сказал Терион и невинно улыбнулся.
— Ты не знаешь, кто подал информацию о том, что я в темнице и меня нужно освободить? — внезапно спросила я, чем его удивила.
— К сожалению, нет. Я пытался узнать, но увы, не смог.
Это не мог быть Терион, ведь из-за раскрытия плана бывшего императора Вирии умер не только сам Лукас III, но и многие его приближенные, в том числе и отец Териона. Из-за этого Терион лишился отца, осиротел, но зато получил трон.
— Портреты твоей семьи сохранились, я успел их спрятать, - сказал он после минуты молчания.
— Что? Ты их привез? — в надежде спросила я.
О, как же это было бы прекрасно, наконец они окажутся у меня! Хоть какая-то память о них.
— Нет.
Его слово кольнуло меня в сердце. Глаза расширились, лицо выражало недоумение.
— Но почему?
— Ты должна сама их увидеть в Вирии, — вальс закончился. — Эти портреты ждут твоего возвращения, — лишь сказал он и ушел, а я осталась стоять как вкопанная.
Он что, говорит мне, чтобы я вернулась? Но я так не могу, и он это прекрасно понимает. Он ведь мог хотя бы одну картину привезти мне, зачем он так поступает? Я отошла в замешательстве из центра зала. И вдруг на меня налетели люди, я даже не поняла, откуда они взялись. Это были и здешние аристократы, и гости, и священники.
— Святая, вы должны принадлежать королевству Фриндар!
— Святая, вы должны благословить нас!
— Святая, вы должны защищать Остранскую империю!
— Святую можно отдать и другому государству за какой-нибудь хороший товар!
— Святая, вы должны вернуться домой, в Вирию!
Люди то и дело говорили и говорили, а голова моя этого уже не выдерживала. Как же хотелось им крикнуть, чтобы они заткнулись! Голова кружится, я будто тону в этой толпе, в этом шуме, и никто не может меня спасти. Почему я им всем должна?! В глазах все плывет, а в ушах звенит. За что мне все это?!
— Извините, мне нужно подышать свежим воздухом, — тихо сказала я, смотря в пол, и выбежала на улицу.
Бежать, надо скорее бежать отсюда.
****
Протискиваясь через людей, я выбежал через заднюю дверь на улицу. Хорошо, что люди не обратили на меня никакого внимания, все были слишком заняты кадрилью. На улице было прохладно и очень темно, даже подъезд не видно. Я спустился с холма и начал бегать и звать Селену, повсюду оглядываясь. Я прошарил почти всю территорию и почти дошел до павильона, но ее все еще нет. Где она может быть, а если с ней что-то случилось плохое? На меня упала капля, я поднял голову, и вдруг хлынул дождь. Ох, черт, дождь, только не сейчас!
— Селена! Где ты?! Селена! — не переставая кричал я.
— Гелиос! — раздался из леса ее голос.
Я подбежал туда, и вдруг ко мне прильнуло что-то. Я даже не успел подумать, что случилось, и вот она уже стоит, крепко прижавшись ко мне.
— Селена, что случилось? Зачем ты ушла сюда? Тебя кто-то обидел? — спрашивал я, взволнованный, приобнимая ее.
— Гели-Гелиос, я т-так устала, — она заикалась и плакала, прижимая меня к себе, будто игрушку, — почему все со мной поступают так?!
— Селена, что случилось? Неужели тебя обидел этот подлец?!
— Я так хочу уйти отсюда, не хочу видеть этих людей, почему со мной обращаются словно с вещью?!
— Тихо, тихо, Селена, успокойся. Давай пойдем в павильон, мы сильно промокли, так и заболеть можно.
— Стой, постой так немного, прошу.
— Хорошо. — ответил я почти шепотом.
На улице шёл дождь, стояла глубокая ночь, вокруг высились деревья. Я промок, но пытался укрыть её, хотя и плохо получалось. Пытался успокоить, но в этом я был не силён. Кто довёл её до такого состояния? Она вся дрожала, заикалась и промокла насквозь. Я гладил её по волосам, пытаясь успокоить и укрыть своей накидкой, чтобы она не замёрзла. Селена успокоилась и отпустила меня. Я накрыл её своей мантией, несмотря на её протесты, и мы пошли к павильону, чтобы укрыться от дождя. Она молчала, и я не стал её допрашивать. Наконец, мы дошли. Здесь было сухо, а рядом плескалось озеро. Мраморный павильон украшали статуи богини и других легендарных существ в виде колонн, а купол был сделан из витража. Селена подошла к колонне посередине — это была богиня с поднятыми руками — и сказала, будто обращаясь к ней:
— Ненавижу, — в её голосе звучала ненависть и злость.
— Селена, объясни, пожалуйста, что случилось. Может, я смогу помочь?
Она уселась на холодный пол, я рядом с ней. Похоже, всё таки не расскажет…
— Терион сказал мне, что портреты моей семьи уцелели, хотя мне говорили, что их сожгли. Я спросила, почему он не привез их. Он сказал, что я должна сама приехать туда и увидеть эти портреты, и это должно случиться скоро. Я была в ступоре и не понимала его. Он изменился, начал говорить странными загадками. Но когда он ушел, ко мне начали подходить абсолютно все аристократы, гости и так далее. Все они начали говорить, что я должна принадлежать какому-либо государству, указывать на мой долг и обращаться со мной, словно с вещью, будто меня можно подарить, продать или выбросить. И как я должна к этому относиться?! Почему я не могу сама выбирать, где мне жить?! — кричала она, прижав колени к себе и глядя на богиню. — Я ведь человек, у меня есть свои мысли, свои чувства, свое мнение! Я и так родилась девушкой, из-за чего общество лишает меня некоторых прав, так еще и превратили меня в Святую, которая всем все должна! Но мне при этом даже нельзя сказать и слова! Я выполняю все, что от меня просят, но ведь богиня должна мне шикарную жизнь, так почему она лишь издевается надо мной?! Мне даже не боятся говорить гадости прямо в лицо, будто я слабоумная! Но ведь если я захочу, я могу разорвать их по щелчку пальцев, — говорила она, смотря на свои дрожащие руки. — Все эти люди такие лицемерные, и грустно осознавать, что я такая же, как они. От этого я так устала. Знаешь, я просто хочу стать птицей, стать свободной и летать по ясному небу под лучами теплого солнца, а не сидеть в темных башнях и дворцах.
— Селена, — аккуратно начал я, — жить во дворце сложно, нужно всегда быть начеку и скрывать свою истинную личность. Мне, конечно, не понять, что ты испытываешь, но хочу сказать, что ты не должна слушать этих людей, ты никому ничего не должна, и на собрании, мне кажется, тебе стоит самой поведать свою волю. Они здесь все слишком зажравшиеся, им и слова сказать нельзя, но если ты покажешь им свой характер один раз, они и пискнуть больше не посмеют, так как на самом деле являются трусами. Люди здесь почти всегда лицемерны — из этого состоит весь высший свет, и нам приходится учиться не обращать на это внимание. Ты не должна принимать все близко к сердцу, они ведь сами ни в чем не разбираются. Тем более, когда ты вылечишь моего брата, ты сможешь стать свободной, и тогда тебе никто не будет указывать, ты обретешь счастье. Думаю, ты должна думать об этом, чтобы совсем не отчаиваться. Но знай, у тебя есть я, ты всегда можешь мне выговориться, и я попытаюсь поддержать тебя, хоть у меня и плохо это получается, — закончил я, а она тихо сидела и смотрела на меня, поджав колени к себе.
— У тебя есть мечта? — наконец спросила она, положив голову на колени.
— Конечно, я мечтаю о путешествиях, хочу жить, путешествуя и изучая мир, чтобы развивать человечество, внести вклад в науку. Вот такие мои мечты.
— Звучит интересно, думаю, у тебя все получится.
— Если отец не женит меня на ком-нибудь.
— А может? — поинтересовалась она.
— Да, может, политический брак — важная вещь в делах государства.
— Ваш отец слишком любит вас, думаю, он не сможет так поступить, так как для него главное, чтобы его дети были счастливы, — сказала она, грустно улыбаясь. — Спасибо тебе и извини за ту сцену.
— Не нужно извиняться, давай лучше прогуляемся, чтобы развеяться, как раз дождь прекратился.
— Но нас, наверное, уже потеряли.
— Нет, я попросил своих друзей найти нам оправдания, так что все в порядке. — Я встал и подал ей руку. — Пойдем.
— Куда? — удивленно спросила она, но положила свою ладонь в мою.
— В одно тайное место, — улыбнулся я.
Взявшись за руки, мы вышли из павильона, на улице моросил дождь. Селена начала взмахивать руками и что-то шептать, а я стоял, ничего не понимая. Вокруг нас образовалось какое-то световое голубое поле и быстро исчезло. Потом на ее руках появился свет, похожий на фонарь.
— Это поле защитит нас от дождя, а свет — чтобы видеть, куда мы идем.
— Удивительно, неужели ты и раньше так могла?
— Да, но тогда у меня не было надобности это делать.
Мы брели по лесу, ее рука была ледяной, наверняка замерзла.
— Скоро мы придем? — спросила она.
— Да.
Мы подошли к высокой кирпичной стене с зарослями, я нащупал огромный булыжник, отодвинул его и отворил спрятанную дверь. Дал пройти Селене, она, наклоняясь, прошла внутрь, я за ней.
— Что это за место? — спросила Селена, оглядываясь вокруг.
— Это наше тайное место с Лиззи, в детстве мы нашли это заброшенное поле и начали здесь играть, смастерили сами качели, принесли сюда игрушки, на дубе сделали что-то вроде деревянного домика. Здесь красиво, ну, утром это виднее, чем сейчас.
Селена взмахнула рукой, и над травой появились, как я думал, светлячки, а это просто оказались маленькие шары света, их было очень много, и мигом здесь стало намного светлее.
— Ого! — я был в восторге.
Теперь качели, деревья и булыжники хорошо были видны. Здесь все ещё росли розы, которые мы посадили.
— Не хочешь покататься? — спросил я Селену, указывая на качели.
— А они не упадут?
— Не должны, но не бойся, я тебя поймаю, — гордо ответил я.
— Не надо, я могу просто взлететь, — усмехнулась она.
Она аккуратно села на качели, и я начал качать её потихоньку.
— Ты когда-нибудь каталась на качелях?
— Что-то припоминаю в детстве. Давай сильней, а то как ребенка катаешь! Или тебе тяжело?
— Ну, раз ты попросила, то придется исполнить это. Просто боялся, что ты упадешь, — я начал катать сильней, и она начала доставать ногами чуть ли не до другого дерева. Она смеялась громко и звонко, и я тоже. Я будто оказался в детстве, и от этого на душе стало так хорошо и тепло. Когда я закончил катать её, она начала настаивать, чтобы она покатала меня. В итоге все же согласился. Она катала меня, правда, я чуть не свалился с качелей по неосторожности, но она поймала меня магией. Потом мы сидели на камнях, и я рассказывал ей истории из детства, как мы разыгрывали наших братьев, а она плела венки из цветов. Дождь прошел, и пока я смотрел на небо, Селена надела венок на мою голову и рассмеялась.
— Ну как мне, идет?
— Очень, — сказала она и начала напевать какую-то мелодию, а потом надела венок на себя.
— Что за мелодию ты напеваешь?
— Эту песню мне в детстве часто пела мама, но я не помню слов, лишь мелодию, — она внезапно встала и подала мне руку, я не задумываясь схватил её.
Она крепко сжала обе мои руки, и земля из-под ног начала тихонько уходить.
— Что ты делаешь?!
— Успокойся, не бойся, просто смотри на меня.
Я сделал, как она велела, смотрел в её желтые глаза. Раньше они мне казались просто необычными и странными, но сейчас они кажутся такими прекрасными и яркими, их свет завораживал меня.
— Теперь посмотри по сторонам, только не волнуйся, — прошептала Селена.
Я посмотрел по сторонам, и вокруг было лишь небо. Посмотрев вниз, я увидел землю, крик сам вырвался из моих уст — мы были на высоте где-то в десяти метрах от земли. Я не понимаю, это пугает меня или удивляет. Посмотрев наверх, я увидел звезды, одни они оставались такими же, как и на земле, отдаленными. Вон там, в метрах трехстах отсюда, виден дворец, бал, похоже, все ещё идет.
— Нас отсюда никто не увидит?
— Нет, мы слишком далеко. Как тебе?
— Это… это превосходно, я не могу в это поверить, может, всё это сон?!
— Может, мне тебя ущипнуть? — ухмыльнулась Селена.
— Не стоит, — сказал я, приближаясь к ней.
Она снова начала напевать ту мелодию, и мы вдруг закружились. Я был в восторге, мне казалось, что я летаю, словно птица, а ведь это не удавалось ни одному человеку, кроме магов. Мы кружились и смеялись, а потом и вовсе начали танцевать в воздухе! Я кружил её, совсем не боясь, что она или я можем упасть. Это так восхитительно. И она так прекрасна, как луна. И вот мы спустились на землю, нам нужно было идти обратно во дворец. Венки мы оставили в тайном месте на булыжнике.
— Селена, я хотел тебя спросить, но забывал, как ты смогла защититься от медведя?
— Ну, это было несложно, я просто впустила в него сферу магии и показала огонь, а потом он сам убежал.
— А как же стражники, они ведь наверняка всё видели.
— Нет, я сказала всем закрыть глаза, чтобы они якобы не ослепли от света.
— Вот как, неужели ты не испугалась?
— Конечно, испугалась, но я видела вещи и пострашнее, так что одним медведем меня не испугать.
Мы прошли павильон. Она растворила всю магию на всякий случай, чтобы никто не увидел.
— Мы испачкались, думаю, нужно будет пройти сразу в свои покои, а то люди нахлынут на нас со своими бесконечными вопросами. Было бы хорошо, если бы мы никого не встретили по пути.
Мы прошли во дворец через главный вход, потом нас отвели в наши покои, и я попрощался с ней. После чего ушел к себе. Слуги удивились, увидев меня, ведь я был весь в грязи и без накидки. Приготовившись ко сну, я вышел на балкон подышать воздухом и, посмотрев направо, увидел Селену, стоявшую на балконе и опирающуюся руками о перила. Она была все еще в своем платье.
— Эй, — воскликнул я. Она, испугавшись, обернулась ко мне. — Ложись лучше спать, завтра тоже будет тяжелый день.
— Хах, хорошо, добрых снов, Гелиос.
— И тебе.
Я ушел к себе и лег на кровать. Да, вот это денек выдался! Уверен, запомнится он мне на всю жизнь.