После вчерашней прогулки я, как назло, простудилась. Проснулась я ранним утром, когда ещё солнце не встало, в холодном поту, с больным горлом и жаром. Больше я не смогла уснуть и несколько часов ворочалась в кровати. Да, стоило вчера одеться потеплее, сейчас бы так не лежала, мучаясь. С самого утра, как только служанки разнесли весть по дворцу о том, что я слегла, вокруг меня так и толпятся люди: то слуги, то лекари, которых я пыталась всеми силами отогнать, то члены императорской семьи. Лекарей я сумела выгнать, ведь какая Святая будет лечиться у лекарей, это ведь неслыханно. Поэтому все ждут, пока я поправлюсь с помощью святой силы, эх, жаль, этого не произойдет. Голова так болит, будто вот-вот разорвется на части. Надеюсь, я все же не стану долго отлеживаться в постели, ведь совсем скоро наступит осень, а там и рыцарский турнир. И магия моя сейчас нестабильна, даже трудно создать обычную сферу. Мне было так скучно, что я невольно уснула. Но через некоторое время меня разбудил стук в дверь. Я вскочила с кровати от испуга. И кого на этот раз сюда занесло? Оглянувшись, я обнаружила, что в моих покоях никого нет, служанки ушли, все же решили оставить меня в покое.
— Войдите, — хриплым голосом сказала я.
И вошел Гелиос, выглядел он неважно. Был одет в теплую меховую мантию, значит, на улице холодно. А ведь он последний пришел меня навестить, даже император навестил меня первой.
— Селена, ты что, заболела? — спросил он волнующимся тоном, заперев дверь и подойдя ко мне.
— Простудилась, — равнодушно ответила я.
— Не надо было мне вчера звать тебя гулять, все же ты была легко одета. Прости, — сказал он и опустил голову.
— Рано или поздно я бы все равно заболела из-за холода, я еще не привыкла к такому климату, так что нет смысла винить себя в этом. Кстати, где ты был? — попыталась я перейти на другую тему.
— Отец поручил мне поехать проведать графа Оржунского и уточнить дела по торговому бизнесу. На улице стало еще холоднее, думаю, в этом году зима будет суровой.
— Вот как, тогда мне лучше быстрее вылечить наследного принца, чтобы не начались осложнения.
Лицо Адриана быстро переменилось, будто стало хмурым.
— Как ты себя чувствуешь?
— Не очень, если честно, голова и горло жутко болят, и бросает то в жар, то в холод.
— У тебя есть лекарства?
— Да, пришедшие лекари оставили несколько лекарств, ну и я вот тоже сварила один отвар, надеюсь, поможет.
— А, ты была занята, надеюсь, я не помешал?
— Я спала, и ты разбудил меня. Сколько сейчас вообще времени? — посмотрев на часы, которые висели слева, я ужаснулась. — Что?! Я проспала пять часов, какой ужас! Думаю, ночью теперь я не усну.
— Выпьешь снотворного и поспишь ещё. Больным требуется много сна. Надеюсь, ты успеешь выздороветь до рыцарского турнира.
— Да, много наслышана про это событие, хотелось бы хоть разок в жизни взглянуть на него.
— О да, там идут хоть и жестокие бои, но зрелище само по себе интересное. Зато после них устраивают большой пир. А на улицах поселений устраиваются фестивали. Брат Килиан будет принимать участие, он всегда участвует в них и часто занимает первые места.
— А ты?
— Ты же знаешь, я не силён в этих делах, и не по душе мне эти все сражения до смерти, как по мне, бессмысленное занятие, — сказал он и пожал плечами.
— Понимаю. Иногда люди очень жестоки, и это можно увидеть именно в таких мероприятиях. Когда, говоришь, они будут?
— Пятого сентября.
— Ну, сейчас у нас тридцатое августа, думаю, успею поправиться. Ах да, точно, я ведь хотела попросить тебя кое о чём, если ты не слишком занят.
— О чём же? Я всегда готов выполнить вашу просьбу, моя леди, — сказал он и ухмыльнулся, а я сделала вид, что не обратила на это внимание.
— Ты можешь записать те странные надписи с картин, чтобы я попыталась расшифровать их, кто знает, может, у меня получится.
— Для меня, конечно, это не составит труда, но тебе не стоит нагружать себя, лучше отдохни.
— Я уже отдохнула и теперь хочу заняться чем-то полезным, — потребовала я.
— Ну ладно, сейчас сбегаю, все запишу, — сдался Гелиос и исчез за дверью.
Я бы сейчас занималась травами, но сил сидеть за столом у меня не было. И спать теперь не хотелось, поэтому я сидела и напевала про себя песенку из детства. Не прошло и часа, как Гелиос вернулся с одним листом бумаги. На бумаге аккуратно были начерчены символы чернилами. Я попросила его дать мне чистые листы и перо.
— Я бы остался с тобой, но, похоже, отец решил загрузить меня сегодня по полной. Сейчас он посылает съездить в столичную академию. Долго не сиди за бумагами, а то тебе может стать хуже.
— Хорошо, Ваше Высочество, думаю, вам пора, не стоит здесь долго задерживаться, — сказала я до того, как он успел дать ещё несколько советов.
Он хмыкнул, поклонился мне и ушел. Теперь я осталась наедине то ли с какой-то шуткой, то ли с большой тайной. Ну что, пора разобраться. Символы были очень странными, но будто знакомыми. Теперь они стали более понятными, ведь я их вижу, а не нащупываю. Я вертела этот лист как могла, пыталась вспомнить все языки, которые знала, даже вспомнила древние языки, но и это не помогло. Я стала вспоминать картины, возможно, они были как-то связаны, но и здесь ничего не получилось. Прошло уже два часа, а успехов нет. Я готова была сдаться, так как была уже измождена и мозг совсем не хотел думать. Положила лист на тумбу, стоявшую возле кровати. Рядом было зеркало, я взглянула на него и увидела в отражении знакомые мне буквы, а следом и слова. Быстро схватив зеркало, я начала разглядывать в отражении лист. Неужели это был древневирийский язык! Я выписала слова, потом мне пришлось понатужиться, чтобы вспомнить значения этих слов. И вот, наконец, я что-то разобрала. На листе было написано:
"Найти тайник сокровищ сумеешь в Солнечной стране, где в птичьей библиотеке, за картиной каменной леди, найдется путь. Бродить ты будешь по подземельям и доберешься до прохода, а ключ к двери - любимица Нилона Дери".
Так это подсказка, как найти какой-то тайник сокровищ. Ну что это за сокровища, если их так сильно зашифровали? Хотя, Солнечная страна - это точно Вирия, через подземелья… Стоп, неужели это Тайная библиотека?! Но откуда здесь, в Сандарском дворце, такая подсказка, кто мог её здесь оставить? Это слишком опасный тайник сокровищ, и людям нельзя его искать. Но зачем кому-то потребовалось оставить такую подсказку? И как это вообще возможно, как эта тайна добралась до Яловели, если о ней знают лишь великий жрец и некоторые члены правящей семьи? А картины были очень старыми, не мог же художник знать о такой большой тайне?! Почему вокруг меня появляется все больше тайн, но ни одна не проясняется! Нужно рассказать Гелиосу, может, у него есть какие-то разъяснения. Я позвонила в колокольчик, и ко мне прибежала служанка.
— Найди четвёртого принца и скажи, что мне нужно с ним срочно поговорить.
— Хорошо, Ваше Святейшество, — поклонившись, выбежала из покоев служанка.
Я три часа сидела в раздумьях об этом и ждала Гелиоса. Ну где же он ходит?! Голова уже кипит от всяких мыслей, я уже успела столько выдумать: а что, если правители Лаундии знают секрет Вирии? А что, если шпион разгадал все эти тайны? А что, если они нашли шкатулку созидания? А может, это богиня подает знаки людям? И прочие сумасшедшие догадки. Наконец-то Гелиос прибыл. Он вошел в мои покои с удивлением, похоже, даже не стал заходить к себе, так как был одет при параде. Я привстала с кровати.
— Что случилось? Тебе плохо? — с ходу начал он. Быстро подошел ко мне, схватил моё лицо своими руками и начал рассматривать, проверять, есть ли у меня жар.
— Отпусти, — сказала я и легонько оттолкнула его. — Со мной всё в порядке. И если бы мне было плохо, думаешь, в первую очередь я бы позвала тебя?
— Ну, возможно, — замялся он.
— Ладно, не в этом суть. Я смогла расшифровать эти символы!
— Смогла?!
— Да! Ты не представляешь, это было одновременно сложно, но при этом так легко.
— Но как у тебя получилось?
— Оказывается, это древневирийский язык, зашифрованный с помощью зеркала. Этот язык был давно утерян, очень мало людей знают его, но нам повезло, хоть какие-то знания в моей голове остались, — гордо сказала я и передала ему листок с переводом.
— Потрясающе, — прошептал Гелиос, — это превосходно, Селена, ты просто чудо, ты буквально прекрасна во всём, даже древневирийский знаешь! — восторженно сказал он, его глаза блестели, смотря на меня, а я залилась румянцем от таких комплиментов. — Но что это за сокровищница? Ты знаешь, где это?
— Да, я знаю, что это за сокровищница, и знаю, где она находится, — сказала я, мигом переключившись на главную тему нашего разговора. — Но эта сокровищница слишком опасна для мира, поэтому держится в тайне. Я без понятия, кто решил раскрыть её местонахождение, но, скорее всего, цель его была нечиста.
— Вот оно что. И что же ты планируешь сделать? Оставить всё как есть или скрыть символы?
— Хм, пока я не знаю, ну, лучше, наверно, было бы скрыть их, замазать чем-нибудь. Вообще ничего не понимаю: то эта подсказка, то странное поведение Териона, то меч с тёмной силой, то солнечный и лунный мечи. Похоже, богиня подаёт мне знаки, но я не могу найти разгадку, — сказала я и схватилась за голову.
— Что за мечи? — спросил Гелиос и сел на стул напротив меня.
— А сэр Эйлер нашел темный меч, и какой-то молодой граф, ах, забыла его имя, он твой друг, рыжий такой, — сперва Гелиос смотрел на меня с замешательством, но как только я сказала про рыжесть, то сразу понял.
— А ты имеешь в виду Эрнеста Жульва?
— Да, он что-то говорил со мной про меч солнца и говорил, что в будущем он мне понадобится. Я так и не поняла, что он имел в виду.
— Эрнест сам по себе человек странный и таинственный, нужно будет его расспросить тогда. Но ты не бери все в голову, не стоит себя сильно перегружать, сейчас тебе самое главное — выздороветь. Да и эти странности потом когда-нибудь прояснятся.
— Но что, если грядет масштабная беда? У меня какое-то плохое предчувствие насчет этого, — спросила я, не подумав.
— Масштабная беда? Селена, может, у тебя жар? — он потрогал мой лоб. — Вроде нормально. Но тебе лучше не стоит переживать об этом, такого не произойдет, думаю, сейчас твой мозг может придумывать немыслимые вещи. Лучше выпей успокоительный отвар и ложись спать. Поразмыслим на эту тему, когда ты выздоровеешь, сейчас просто отдохни и не волнуйся, — сказал он, нежно улыбаясь мне.
От его лучезарной улыбки становилось так тепло, так хотелось прижаться к нему. Ох, что я несу, и вправду мой мозг уже бредит.
Я попрощалась с Гелиосом, отложила все записи в укромное место, выпила успокоительный отвар и, к своей неожиданности, быстро уснула.