Полу Кома

Прошло непонятное количество дней в нечеловеческом темпе, превратившихся в сплошную полу-кому. Обычный человек сломался бы после пары подобных тренировок, а ребёнок... не пережил бы и одной. В голове уложилось только одно знание: ошибка = неприятнейший удар по мозгам. Но мышцы помнили сами, а счёт и буквы потихоньку становились чем-то инстинктивным. Но сегодня должно было быть кое-что новое. Хотя когда это “сегодня” она не знала, как и не знала, сколько дней прошло. Ей в последнее время вообще тяжело ориентироваться во времени и пространстве, поэтому всё это слилось в один нескончаемый поток размытых образов.

И вот она стоит, немного пошатываясь из стороны в сторону, втыкая в метр голой земли перед собой – весь её результат. На крыльце как обычно восседает Эрвин, смотрящий совсем не на неё, и даже не на Эмиля, что просто из интереса теперь присутствует на каждой её пытке.

~ Урбан, — обратился к мальчику Эрвин. — Видишь вот это полуживое неразумное существо?

~ Д-да? А что с ней? — с тревогой в голосе спросил юноша.

~ Это ты завтра. — усмехнулся он и, увидев испуганное до потери сознания лицо мальчика, поспешил его обнадёжить. — Шутка. Это состояние через неделю.

~ Не надо…

~ Надо.

~ Да не беспокойся ты! — положив ему на плечо свою огромную руку, попытался успокоить Урбана Эмиль. — Для тебя её метода не подойдёт. И этот увалень это понимает. Да, будет сурово, но шататься рядом с ней ты не должен. Вроде.

~ Прекратите оба… Пожалуйста… — взмолился Урбан.

~ Нет. — сурово похоронил всю надежду Эрвин, и всучил ему в руки меч, а после обратился к Алай. — Эй, а ты чего стоишь? Давай начинай!

Едва она на автоматизме занесла клинок, тут же из уст блондина-садиста слетел вопрос:

~ Пять минус шесть?

Деревянный клинок свистнул по траве, срубив десяток травинок и, итак скрипящие шестерёнки в её голове окончательно дали клин.

~ П-пять… Минус шесть? — машинально спросила она. — А как же… Есть цифры меньше нуля?

~ Есть. Называется “долг”. Теперь ты должна мне один удар. Теперь отработай.

Без лишних слов, она продолжила безэмоционально косить, ведь на эмоции ресурсов её пока что скудного разума теперь не хватает. Эрвин кое-какое время наблюдал, а после повернул голову на Эмиля:

~ Позадрачивай её несколько часов, как обычно. — Эмиль кивнул, встал слева от неё и начал отдавать приказы по счёту и письму. Эрвин с улыбкой посмотрел на Урбана, у которого на лице отпечаталась мысль: “зачем только я попросил…”. — Чего стоишь? Раздевайся.

~ Ч-что?

~ Я неясно выразился? Всё снимай.

Урбан заметно покраснел, отвёл взгляд в сторону, пытаясь найти между досками забора помощь.

~ Прям… Всё?

~ Прям всё. — с серьёзной миной утвердил Эрвин. — Стесняться некого. Эта вон, — он махнул головой в сторону Алай. — …вообще не соображает, что вокруг неё происходит. Спроси у неё, какое имя она носит, та “пять” ответит. А мы с Эмилем такие же мужики, как и ты. И так и в чём проблема?

Объяснение не оказало абсолютно никакого эффекта и Урбан начал очень неловко снимать с себя одежду. Оставшись абсолютно нагим, смущённо прикрыв достоинство, началось мучительное ожидание того, когда Эрвин оценит его с ног до головы.

~ Слышь, Эмиль! — крикнул он. — Что скажешь?

Урбан повернулся в сторону мужика, похожего на медведя. Тот почесал бороду, обвёл его взглядом и громко дал оценку:

~ Для сына кузница неплохо. Для солдата недостаточно. Для егерей никуда не годится.

~ Согласен. — кивнул Эрвин. — Давай одевай портки и в упор лёжа.

~ Простите… — пробубнил Урбан, оглянувшись на Алай, что и правда ничего не замечала вокруг себя. Смущённо подобрав штаны, он быстро оделся и принял упор лёжа.

~ Сотня отжиманий! — приказал Эрвин.

~ Сотня? — удивился мальчик. — Это сколько раз по сорок?

~ Два раза по сорок и один раз двадцать.

~ А… А почему… не с мечом… как она? — отжимаясь, спросил юноша.

~ А зачем тебе меч для отжиманий?

~ Справедливо. — саркастично подметил Эмиль.

~ Но всё же отвечая на твой вопрос… — Эрвин быстро сменил тему. — Ниже! Опускай корпус ниже! Вдох глубже! — после правок, он продолжил. — Кхм… Я не знаю, почему и как, но ей не нужно тренировать мышцы, поэтому может сразу перейти к занятиям мечом.

~ А… Фух… Насколько… Фух… Она… Фух… Сильна?

~ Как кобыла! — встрял Эмиль, что было не далеко от правды. — Её в плуг можно! Она всё поле за час перепашет!

~ Ага! Там скорее целый табун.

~ О! А идея хорошая! Жаль не сезон уже.

Тренировка продолжалась на протяжении нескольких часов. Алай учила писать уже известные ей слова, а также складывать и вычитать числа. У Урбана, по сравнению с бедной альбиноской, всё было куда радужнее. Сотня отжиманий для него это конечно тяжёлая задача, но не выполнимая. За несколько подходов он выполнил задачу, получил новую, пробежал несколько раз вокруг деревни, выполнил ещё одну задачу, отдохнул и получил заслуженный обед. Во время всего этого процесса его ударили палкой только один раз, и то за то, что отвлекался.

Урбан одновременно завидовал Алай потому, что она уже учится фехтованию, но в тоже время не хотел быть на её месте. Она же, изредка выходя из коматозного состояния, всё же заметила, что с ним обращаются куда мягче, чем с ней и что это несправедливо. Ей завидно его лёгкой тренировке, но в тоже время ей хочется остаться на своём месте, ведь её прогресс в этом ремесле куда больше, и это приносит невероятное удовлетворение.

И вот голод с усталостью выбили последние силы, и Алай обессиленно упала на новый, только что скошенный метр травы, что говорит о её прогрессе. Едва тело соприкоснулось с грунтом, как стоящему рядом Эмилю послышались тяжёлые посапывания.

Он хмыкнул, повернулся на Эрвина и крикнул:

~ У меня всё!

Он привстал со стула, чтобы лучше оценить результат.

~ Каждый день новый рекорд. — безэмоционально заключил он. — Отнеси её в постель.

Эмиль кивнул, отнёс Алай в комнату и, быстро вернувшись, сел рядом с ним.

~ Ты сломать её решил?

~ Не боись. Такой сорняк как она, чтобы извести, нужны нешуточные усилия. Мне кажется, в ней столько воли, что она через скалу прорастёт. Но всё таки, чтобы превратить сорняк в пшено, нужно куда больше усилий. А воля? Воля только крепнет. Ей сейчас собственный нрав мешает, что я пытаюсь исправить. Как видишь, бугуртить она перестала.

~ Сделай ей выходной, и она тебя боготворить станет.

~ Не сейчас. Пускай хотя бы половину заднего двора скосит.

~ Тогда поднажми. Зима скоро, и вся эта трава сама-собой сгниёт.

Неожиданно из горла Эмиля сорвался смешок, затем ещё один и ещё, пока в конечном итоге не перерос в истерический смех. Эрвин удвилённо поднял на него бровь.

~ Ебанулся? Или голову напекло?

~ Не… — сквозь смех выдавил он. — Просто в голове уложить не могу.

~ Что?

~ Её изводят до седьмого пота с помощью магии, считай, пытают, прям по мозгу бьют. Её в хуй не ставят, почти не кормят, ничего не рассказывают, а она дово-о-ольная! Видал? Положил её в кровать, а она лыбу давит! Ебанутость, видимо, наружу прёт. Или ты уже ей чёт там в мозгу не то пошевелил?

~ Тебе, блять, что-то не то пошевелили! — усмехнулся Эрвин и ударил Эмиля кулаком в плечо. — Ну, а вообще правда интересно, почему такая реакция. Как думаешь, смогли бы мы такое перетерпеть?

~ Не знаю. Нас достаточно было палкой бить, а не бить по психике с помощью магии.

~ Ну, иного стимула я не нашёл, уж извини. Палки об неё ломаются, а ей как о стену горох.

~ И всё-таки. Дай ей отдых. Зная её немного… кровожадные наклонности, она же и психануть может. Лучше внимание на Урбане сконцентрируй. Он то у нас отстающий. Только не с той же методой!

~ Жаль…

~ Что жаль-то блять? “Жаль” на надгробной плите тебе напишут, если Урбан кони двинет!

~ Да шутка это. — поспешил успокоить его Эрвин. — Ладно, я тебя услышал. Я дам ей выходной, но перед этим поставлю более осязаемую цель.

~ Ну-ка, ну-ка?

~ Если в эту пятницу она напишет диктант и математический тест, то субботу и воскресенье может быть свободна.

~ Ух ты-ж блять! Извините, профессор, не признал вас! Какими судьбами в наших краях?

~ Иди нахуй. — усмехнулся Эрвин, вставая со стула.

.

.

.

Постепенно наступила пятница, а Алай даже не заметила. Утром шум в голове слабее всего. Она встала с кровати и через пару мгновений уже очутилась на кухне. За столом, как и, кажется, вечность до этого, сидел Эрвин с двумя тарелками чего-то съедобного.

Автопилот привёл её за стол и она начала уплетать единственную пищу на день. Её учитель смотрел на неё с неким восхищением, трепетом и надеждой, но в тоже время испытывал отвращение. Почему так – она не знала.

~ Ну и несёт же от тебя.

Алай резко остановилась, медленно прожевала и проглотив, неуверенно ответила:

~ Шестнадцать?

~ Не в этом дело. Смотри, — он отставил свою тарелку в сторону. — Сегодня будет особый день.

~ Больше тренировки?...

~ Нет. Сегодня у тебя будет возможность получить сразу два выходных дня. И сходить помыться.

“Два выходных дня…” — отразилось от стенок её черепной коробки эхом.

~ Правда?

~ Да. Доедай и приступим.

~ Можно вопрос?

~ Угу. — кивнул Эрвин.

~ Почему меня бьют, даже когда я чего-то не знаю? Разве… Я виновата в этом?

~ Да. Незнание это тоже ошибка, которая может стоить жизни.

~ Ясно. — безэмоционально сказала она, засовывая в рот ложку.

Молча доев, она взяла тарелку и помыла её, ведь домашние обязанности до сих пор её забота. И вот она вновь сидит за столом, а перед ней лист бумаги, гусиное перо и чернильница. С той стороны сидит Эрвин. В руках у него какая-то потрёпанная, затёртая до дыр книга в простом переплёте, от которой несёт застарелой бумагой. Алай устремила взгляд на обложку, пытаясь прочитать название.

~ “Till… Eu-lens…pie-gel”... — пробубнила она с трудом, сопоставляя свои знания букв с образами их же на обложке и знанием того, как произносить их по отдельности.

Сразу же после этого она стала ожидать удара за ошибку, но Эрвин лишь хмыкнул, откинувшись на стуле.

~ Ну, что, альба, готова?

~ Не знаю. На слух тяжело… Язык сложный очень и в буквах легко запутаться.

~ Это да. Поэтому за ошибки наказания не будет. Но это не значит, что их можно совершать. Итак, — Эрвин прокашлялся и перелистнул несколько страниц, выбирая рассказ. — Вот! “Как Уленшпигель на ярмарке голым оказался”. Ухо в остро, перо в руку, и записывай каждое слово.

Алай кивнула, достала перо из чернильницы, сбив в него лишние чернила и приготовилась писать. Увидев готовность в её уставших глазах, он начал медленно и чётко проговаривать текст. Девочка же начала записывать, совершая резкие, размашистые взмахи пером, словно она прямо сейчас орудовала мечом, а буквы словно были проекциями её атак. Она чётко помнила, как писались эти буквы с помощью клинка, и прямо сейчас делала тоже самое. Эрвин подметил её резкий подчерк и в глубине души проснулась гордость.

Через полчаса долгого и монотонного чтения и старательного, неосознанного письма, страница текста была переписана на бумагу. Эрвин отложил книгу в сторону и, взяв бумагу с пером, начал читать написанное, иногда взмахивая пером и зачёркивая ошибки. Алай смотрела на него с глазами, полными надежды на то, что всё обойдётся.

~ Ну-у-у-у… — протянул он, и замолчал на долгую минуту, словно намеренно издеваясь над учеником. — Ошибок много. Но-о-о-о… — вновь он повторил этот манёвр, нагоняя напряжение. — Пойдёт. Ошибка через слово для первого раза это хороший результат.

~ Фух… — облегчённо выдохнула Алай. — И что это значит?

~ Это значит, что ещё нужно работать и работать… — едва слышно сказал Эрвин, после того, как перевернул лист и начал на нём что-то писать.

Через несколько мгновений он положил его перед ней, положив перо в чернильницу. Алай приблизилась, чтобы прочитать написанное и увидела на обратной стороне бумаги набор математических примеров. Обычный счёт и вычитание однозначных и редких двузначных чисел, суммой или разницей не превышающие пятьдесят и минус десять. Прочитав и поняв, что от неё хотят, она взяла перо, придвинула лист, и начала считать, записывая результат сразу после знака “равно”.

После нескольких мгновений, что изрядно удивило Эрвина, она отодвинула лист к нему и вложила перо в чернильницу.

~ Уже всё? — он удивлённо поднял бровь.

~ Угу.

~ Может, не будешь спешить и перепроверишь примеры? Ошибки могут дорого тебе стоить.

~ Нет, я уверена. Это не так сложно, как письмо.

~ Ну, как хочешь. — с удивлённым видом сказал он, беря в руки лист.

По мере того, как он опускался всё ниже и ниже по листу бумаги, его глаза заметно округлялись от невиданного доселе чуда. Проверка выявила всего одну ошибку – в самом сложном, последнем примере, где фигурировало сразу три двузначных числа. И то, её ответ на был на четыре меньше правильного.

Молчание затянулось. Алай уже готовилась к укору за единственную ошибку, но Эрвин просто сидел, уставившись в лист, будто пытаясь разгадать скрытый в нём шифр.

~ Ладно, одна ошибка. — наконец выдохнул он, и в его голосе впервые зазвучали ноты не усталости, а странного уважения. — С математикой у нас... проблем не будет. А вот письмо надо будет исправлять. Ты заслужила свои выходные. Можешь потратить их на что хочешь.

~ На что… хочу? — переспросила она неуверенно. — А чего мне хочется?

~ Может, выйти на улицу? Погулять по деревне? Только помойся для начала у Эмиля и правила не забывай.

~ Д-да. Хорошо… — она встала из-за стола и, пройдя несколько шагов на выход, сказала: — На что хочу… Хе-хе…

Через мгновение она скрылась в коридоре, а ещё через мгновение послышался громкий хлопок дверью.

~ Ну надо же! — сразу же воскликнул Эрвин, отбросив лист с математическим гением в сторону. — Да я не верю в случайности! Но так просто быть не может!

.

.

.

Улица была просто удивительной при свете дня. Впервые, за всё это время, она вышла в люди. Деревня до краёв заполнена жизнью. Зелень бросается и отсвечивает в глаза, яркие кроваво-красные плоды яблони и вишни блестят на свету. На лавочках сидят бабушки, вокруг которых носятся дети. Чуть в стороне, в поле пшена, работают мужчины и дети постарше. В домах и дворах суетятся женщины и девочки. Всюду слышится сладкий запах плодов и вкусный запах свежеприготовленного обеда.

С первого взгляда и не понять, что деревня не особо богатая, и едва сводит концы с концами.

Взгляд просканировал деревню во второй раз. В прошлый раз ей была интересна кузня из-за звуков и яркого пламени внутри, но идти туда не хотелось вообще. Причиной был Урбан – гад, что ходит к ней отдыхать, пока она работает.

Теперь же глаз зацепился за высокий, двухэтажный дом, ассоциирующийся со словом “баня”, что в свою очередь синоним чистоты. Помимо всех тех уличных приятных запахов, вокруг себя она почувствовала почти непроницаемый барьер пота и собственной крови. Вдыхая это ассорти, даже у неё морщился лоб от неприязни.

Более не раздумывая и минуты, она понеслась прямо в дом Эмиля. По пути она собирала на себе удивлённые взгляды старушек и испуганные взгляды детей, что неудивительно. Её красные звериные глаза, грязная одежда, безжизненный, хоть и радостный взгляд, растрёпанные волосы и когти на кончиках пальцев создают образ белого чертёнка, проклинающего одним взглядом.

~ Быстро в дом!

~ Не смотрите!

~ Прости Господи! Спаси и сохрани! — послышалось со всех сторон.

Единственным человеком, что отреагировала по другому, была одна старушка, с грустью и в одиночестве сидящая возле знакомого по ночной прогулке дома. Она лишь устало подняла свои глаза, на проходящую мимо девочку.

~ Постой, красавица. — молвила старушка.

Алай резко остановилась и медленно обернулась, повторяя в голове последнее её слово. Её впервые так назвали и это… необычно.

~ Ты же Эрвиновская племянница?

~ Да. А я помню тебя. — она подошла ближе и нависла над тощей бабулей.

~ Надо же! Хе-хе… Кто-то ещё помнит меня. А мужа моего знаешь?

~ Да. Он умер почти без боли.

~ Это хорошо… Но откуда ты знаешь? И мужа, и как он умер.

~ Я наблюдала. Было занимательно, но слишком быстро кончилось.

~ Ясно… Ясно… Ну ладно! Иди куда шла, не буду больше задерживать. Береги себя. Люди здесь злые бывают.

Алай молча кивнула и пошла дальше. Через несколько минут она уже стояла напротив массивной дубовой двери. Подняв руку над головой, её кулак несколько раз влетел в неё, издав громкий грохот. Древесина дребезжала под мощью, пока с той стороны слышались торопливые шаги.

Дверь резко распахнулась, едва не ударив Алай. С той стороны был бородатый и злой мужик.

~ Ты чё? Дверь мне решила вынести? — неожиданно его лицо чуть позеленело. Он с трудом сглотнул и отошёл на пару шагов внутрь дома.

~ Я мыться хочу!

~ Чувствую. Ну заходи.

Эмиль, ворча, растопил баню. Через полчаса Алай уже находилась внутри. Печь гулко гудела, камни слабо светились красным светом. Внутри пахло небольшой сыростью, древесным, смоляным ароматом, свежим запахом веников и сажей с пахучими травами от мыла. Лёгкие немного обжигало из-за жара. Впервые оказавшись в таком месте, она c интересом тыкала в раскалённые камни пальцем, хихикая из-за смешного, по её мнению, пшика.

Ей провели короткий экскурс по мытью и напялили плотную шапочку. Она была подготовлена к мытью лучше, чем рыцарь к бою.

~ Ну, хе-хе, пора приступать. — она взяла черпак и, зачерпнув холодной воды из бочки, ливанула на камни.

Раздался сильнейший “ПШШШШШ”, и комнату тут же заполонил горячий пар. Но недостаточно горячий. Она зачерпнула ещё и ещё. Через несколько минут непрерывного поливания, комната, кажется, имела температуру, сравнимую с солнцем. Смог, стоявший в бане, был настолько плотным, что Алай не видела собственного носа, а его жар проникал в самую глубину её тела и, кажется, обволакивал и плавил кости.

С чувством удовлетворения, она залезла на самую высокую полку и, устроившись поудобнее… Уснула.

Атмосфера в бане оказалась для неё настолько расслабляющей, что в её чуть пьяненьком состоянии не было ни единого шанса не уснуть.

Через время жар спал, и по телу Алай пробежался прохладный сквознячок. Она открыла глаза. Пар вокруг был всё ещё достаточно плотным, но не настолько, чтобы полностью перекрыть обзор. Она могла различить в пару каждый предмет в комнате.

Она устала зевнула и слезла с полки. Схватила мыло, щетки, веник и мочалку и, быстро помывшись, смыла холодной водой чистящую смесь. Добавив ещё столько же воды на камни, она посидела ещё около получаса в геенне огненной, а затем, укутавшись в полотенце, открыла дверь.

Её появление во внешнем мире было эпичным. Жар, сконцентрированный в одной точке, рванул в остальной дом Эмиля, что сразу почувствовал хозяин дома. Когда он в ужасе прибежал на место, он увидел как красное, словно лепестки роз, существо со всех сторон обволакиваю клубы пара, а по полу, словно нагнетая атмосферы, быстро движется ударной волной белая раскалённая смерть.

Эмиль застыл на пороге, наблюдая, как горячий пар пожирает прохладу его дома, оседая влагой на стенах и потолке.

~ Ну всё. — его голос был неестественно спокоен. — Всё, Эрвин. Я твою племянницу сейчас сам веником прибью. Мой дом… Мой бедный дом…

Алай тем временем, глубоко вдохнула и удовлетворенно выдохнула, выпустив ещё одно облачко пара. Её кожа дышала жаром, а в глазах, прищуренных от удовольствия, больше не было той пустоты и отрешённости. С каждым мгновением и каждым выдохом её красной кожи, она становилась всё светлее и светлее, возвращаясь к естественной чистой белизне.

~ Я снова чувствую себя живой. Мне понравилось. — она шагнула вперёд, и, проходя мимо потерявшего дар речи Эмиля, сказала: — Я завтра ещё зайду.

От этих слов бедный мужчина рухнул на колени, схватившись за голову.

.

.

.

Чуть позже, когда вся влага с её тела испарилась благодаря жару из камина и сухим полотенцам, она вернулась к себе домой, забрав у Эмиля длинную рубашку. Она не ожидала, что обычное мытьё сможет снять столько напряжения, что копилось непонятное количество дней. Ей хотелось бы отдохнуть ещё больше, но нельзя.

Она встала перед лицом Эрвина, читающего книгу в своей комнате. На обложке написано “Magische Theorie”. Что такое теория и почему она магическая – вопрос интересный, но не это сейчас беспокоит Алай.

~ Научи меня смотреть так же раздражающе, как вы на меня смотрите с Эмилем.

~ Чегось? — озадаченно выпалил Эрвин, подняв глаза от текста. — Тебя раздражает именно как мы смотрим?

~ Нет. Смотри, сколько хочешь. Меня раздражает… как бы это объяснить? Ну когда…

~ Вот так? — спросил он, включив магическое зрение.

Тут же она всем телом ощутила колючий, пристальный взгляд сквозь неё. Как и всегда.

~ Да. Это оно.

~ Странно, — шепнул Эрвин, отключив способность. — Обычно люди даже не замечают, что на них смотрят. Редко когда инстинкты развиты, могут чувствовать дискомфорт. Но такая реакция…

~ Теперь ты не будешь на меня так смотреть, зная, что меня это бесит?

~ Нет. Ещё чего! Мало того, что так я знаю, где ты ошибаешься и почему, так тебя это ещё и злит, что, вроде как, приятный бонус! — ехидно сказал Эрвин, откладывая книгу в сторону. Его лицо выражало крайнюю степень заинтересованности и даже гордости из-за её жадности к знаниям.

Он привстал с кровати, пригласил Алай сесть рядом взмахом руки, и когда она села, он начал объяснение.

~ В общем, магическое зрение – так это называется, это способность человека видеть то, что сокрыто от обычного взора. Оно помогает видеть потоки маны в чужом и своём теле, читать с их помощью намерения врага, видеть невидимое и скрытое. Духов, призраков и даже демоническое присутствие в объекте или теле.

~ Угу. — многозначно промычала Алай. — Это всё интересно, но всё же как?

~ Да подожди ты! — буркнул Эрвин. — В общем, магическое зрение само по себе напоминает вуаль, покрывающую твои глаза. Чтобы эту вуаль получить, нужно сконцентрировать ману в глазах, что может быть опасно при низком контроле.

~ Чем опасно?

~ Можно травмировать глаза. Ты, бьюсь об заклад, уже испытывала такое? Когда голову словно в тисках сдавили? Вот это вот оно. Только в случае с глазами они могут и лопнуть от напряжения. Или зрение непоправимо испортиться.

~ Ясно.

~ А, да. Просто сконцентрировать недостаточно. Нужно создать что-то типа линзы. Ну, то есть, выпуклого стекла и поддерживать её ровным, непрерывным потоком. Проще всего это сделать с закрытыми глазами, потому что форма век идеально подходит. Просто обвалакиваешь маной веки с внутренней стороны, открываешь глаза и поддерживаешь форму.

Она кивнула и закрыла глаза. Так же, как и в тот раз, она начала собирать частицы маны со всего своего тела и объединять в единую нить, пронизывающую всё её тело и устремленное прямо в глаза. Вернее, в один глаз. Ей не получилось разъединить поток на два глаза.

~ Остановись. — положив ей руку на плечо, резко приказал Эрвин. — Ты что творишь?

~ Ману концентрирую…

~ В один поток? Со всего тела? Совсем дура? Зачем тебе столько маны в глазах? И как ты собираешься потом использовать магию с магическим зрением? Тебе нужно лишь собрать ману в голове, и не в одну нить, а в две. Одна нить будет давать слишком плотный поток, при этом не сможет проводить всю ману, что ты в неё пытаешься впихнуть.

Она кивнула и попробовала ещё раз. Первый поток, созданный в голове, присоединился к пучку маны, созданному в левом глазу. Второй появился мгновение позже, был нестабильным, а ману проводил большими, хоть и одинаковыми кусками в такую же нестабильную линзу в правом глазу.

Алай распахнула веки и обомлела. Она видела всё: потоки маны в комнате, что напоминали тонкие струйки пара, вырывающихся из кипящего котла, закрытого крышкой. Видела она и бурлящие потоки внутри собственных рук. Они пульсировали, светились ярким светом, отражались от стенок её тела и двигались в едином направлении – от кончиков пальцев до сердца и назад по всему телу. Видела она и сотни скрытых магических знаков на стенах, мебели, потолке и полу. Магическими кругами, защитными знаками и амулетами были изрисованы все поверхности, да так плотно, что не было ни единого свободного места.

Но в тоже время Алай не видела ничего. Всё немагическое поблекло, стало оттенками серого и размылось, словно она смотрела через мутное стекло.

И было в этом всём нечто, что беспокоило Эрвина, а теперь интересует и Алай.

~ Почему у меня мана красная, а везде синяя? — прошла всего секунда, после того, как она открыла глаза, и нестабильная нить маны распалась, отключив магию.

В тоже время её зрение чуть помутилось. Всё стало размытым, а края и углы объектов растянутыми и смазанными, словно у художника дрогнула рука и кисть соскочила с холста, сделав неумелый и неосторожный мазок.

~ Это очень интересный вопрос, ответ на который я не могу тебе дать. — холодно сказал Эрвин.

~ А что означает красный цвет?

~ Этого я тоже тебе сказать не могу. Однако ты первая с таким цветом. И именно поэтому ты здесь.

~ Хах… Столько вопросов, а ответов нет.

~ А знаешь теперь что будет?

~ Что? — удивлённо спросила Алай.

~ Теперь ты не будешь получать по голове просто так. — Алай широко улыбнулась, но он поспешил опустить её с небес на землю. — Теперь получишь, только если не сможешь увернутся, прочитав меня по мане.

Теперь улыбнулся уже Эрвин, а с лица Алай мгновенно испарилась её улыбка. Благодаря своему любопытству задача стала сложнее, но теперь она хотя бы выполнима. Если раньше получила по голове и свободна, то теперь надо считать, учить слова, махать мечом, ещё и концентрировать ману в глазах, читать ману Эрвина за доступное ей для этого мгновение и уворачиваться.

~ Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. — словно прочитав её мысли, начал ехидно злорадствовать Эрвин.

Алай тяжело вздохнула и покинула покои Эрвина. Через несколько минут, уже лёжа на своей кровати, четкость зрения вернулась к ней. Но это было лишним. Она закрыла глаза, и сконцентрировала в них ману. Секунда-повтор, секунда. С каждой попыткой преодолеть предел в одно мгновение она уставала всё больше и сделать это становилось всё сложнее.

Через десять попыток глаза начали слезиться, ещё десять попыток и её дыхание затруднилось, а концентрация не поддерживалась и долю секунды. Но она продолжала и продолжала, пока в глазах не потух свет. На мгновение она испугалась, что зрение к ней больше не вернётся. По щекам прокатились кровавые капли.

И даже тогда у неё оставалась последняя капля мощи, и ту она выдавила, издав хриплый, сдавленный и тихий крик. Сразу же после этого она потеряла сознание. “Всё ради победы. Хотя бы увидеть его движение…” — было её последней мыслью за этот день.

.

.

.

.

.

.

.

.

И вот, наступил понедельник. Всё как обычно и все уже готовы к очередной тренировке. Алай повернула голову на Урбана. Он выглядит изрядно измучавшимся. Она видела, как он тренируется и с каждый днём его нагрузка становится всё больше. Да и сейчас она не маленькая для его возраста. По его лицу видно, что каждая мышца его тела болит при каждом движении, но он изо всех сил старается не подать вида.

Вчерашний день был абсолютно пустым. Наутро зрение к ней не вернулось, и ей пришлось жить его, передвигаясь на ощупь. Но уже на следующее утро всё пришло в норму.

~ Ну, что? — спросил Эрвин, подойдя к Алай почти в упор. — Готова начинать?

~ Я хочу бросить тебе вызов. — заявила она. — Попробовать свои силы. Мне нужно это.

~ О, как! — удивлённо воскликнул Эрвин.

Оставшиеся участники тренировки на мгновение замолчали, а затем присели, устремив свои заинтересованные взгляды на начинающуюся дуэль.

~ Что? Правда хочешь получить по голове раньше времени?

Она отрицательно кивнула головой.

~ Одно условие… — Алай замолчала и с трудом, сквозь зубы, едва слышно выдавила из себя капитуляцию. — …не в полную силу.

~ Что? Не в пол… — Эрвин намеревался опозорить её, но его перебила Алай.

~ Завались! Ни слова! — завопила она, сжимая меч в руках до побеления костяшек.

~ А ты заткни! — бросив провокацию, он тут же отпрыгнул и, повернувшись на Эмиля, словно ни во что не ставя своего противника, крикнул: — Слышишь! Она попросила меня не…

Алай прижалась к земле, занесла клинок за спину слева, скопила силу в ногах и, вспоров грунт ногами, рванула на Эрвина с диким, яростным оскалом. Секунда и раздался громкий щелчок – её враг взмахнул ей на встречу, отбив атаку в землю. Кончик меча прошёл по земле в нескольких сантиметрах от ноги Эрвина.

Она вновь рванула вперёд, прижавшись максимально низко. Эрвин играюче перепрыгнул девочку и её клинок, целящийся в колени, прошёл мимо. Он тут же оттолкнулся от неё, отправив Алай в землю.

Приземлившись, она перекатилась по земле и вскочила на ноги, тут же сконцентрировав ману в глазах.

~ И что? — заметив красный блеск магических линз в её глазах, сказал Эрвин. — Это всё, чему я смог тебя научить?

Его мана была спокойной во всех частях тела. В отличии от буйной маны Алай, что ежесекундно взрывалась внутри её тела, без слов говоря о ярости.

“Бесполезно. У меня нет понимания как читать ману” — пронеслось у неё в голове, после чего сразу же развеяла магию, чтобы не рисковать потерей зрения. Её враг же тем временем не использовал его вовсе. Лишь собственный взор помогал ему в этой битве.

Она подскочила к нему, сделала ложный выпад и тут же ударила ногой в землю. Взметнув в лицо Эрвину клубы пыли и комья грязи, она мгновенно перевела клинок на другую сторону и взмахнула им, но коснутся удалось лишь воздуха.

Её враг стоял в десятке метров от неё, вытирая глаза.

~ Подло! Но эффективно! — хмыкнул Эрвин. — Ну, что дальше?

Алай на мгновение опустила глаза, чтобы посмотреть на своё оружие. Неудобно. Слишком медленно и громоздко. Не хватает навыка. Нужно перевести бой на свою территорию. Она перевела взгляд на Эрвина. Ему меч идеально подходит, у него нет её недостатков, он намного превосходит её. В голове вспыхнуло сразу три идеи.

Она, набрав воздуха в лёгкие, мгновенно приблизилась к противнику, занеся меч за спину.

~ Видели уже. — безразлично сказал Эрвин, собираясь парировать.

Но неожиданно для него, она, не меняя хвата, уколола его навершием меча. Эрвин едва успел среагировать и поймать удар открытой ладонью, как она тут же освободила левую руку и махнула когтями наотмашь.

Сразу после Эрвин отпрыгнул. На его белой рубашке красовались четыре рваные дыры от его когтей, а на ладони остался круглый след от удара.

Не давая ему отдыха, она последовала за ним. Сблизившись с ним почти в упор, она совершила целую серию хаотичных, яростных, местами ложных и скоростных разрубаний и уколов. Взмах слева-вверх, перевела клинок, горизонтальный разрез, Эрвин отступил на шаг, Алай на два следом. Встав в упор, она уколола его в грудь. Тот, шагнув в сторону, с лёгкостью увернувшись, и вновь отступил. Через мгновение в него полетело ещё несколько ударов: слева, сразу справа, сверху, тут же вновь слева.

Эрвин уже начинал потихоньку уставать. На его лице появилось несколько капель пота. Пнув её в живот, он вновь отпрыгнул. Удар выбил из её легких воздух, она отшатнулась на несколько шагов и, вдохнув полной грудью, резко обернулась на Урбана.

~ УРБАН! МЕЧ! — с невиданной злобой крикнула она. Да так, что мальчик аж подскочил.

Через секунду клинок, пролетев через весь задний двор, был ловко пойман. Она покрутила оба клинка в руках, разминая запястья и устремив острый, убийственный взгляд на своего противника.

~ Пора становится чуть серьёзнее. — чуть нахмурив брови, сказал Эрвин, выставляя перед собой оружие.

Алай начала медленно подходить к нему, смотря прямо в глаза, словно пытаясь нагнать страх. Эрвин знал о её небольшой, слабо выраженной особенности. А именно – обоерукость. Хоть и редко использует левую руку в быту, но всё таки ей ничего не мешает это делать. Поход за травами дал ему это понять. В купе с её силой, даже две кувалды в её руках сравни по удобству кинжалам.

Эрвин тем временем неотрывно следит за её движениями и взгляду, чтобы понять, куда придёт её шквал атак.

И тут она сорвалась с места. Вновь прорвавшись к нему в упор, она атаковала сразу двумя мечами с одной стороны, приложив максимум своей силы. Они влетели в блок Эрвина с громким стуком древесины. Алай попыталась продавить блок грубой силой, но вместо того, чтобы сопротивляться, её враг ослабил защиту, и прошёл вниз. Мечи с лязгнули над головой Эрвина и, едва его собственное оружие оказалось на свободе, он тут же ударил им по запястью Алай.

Её хватка дрогнула, пальцы разжали меч. Оружие устремилось вниз. Чувствуя победу, Эрвин решил закончить дуэль одним мощным ударом рукоятью в переносицу. Но она чувствовала его атаку ещё до её начала. Вместо того, чтобы защищаться или уклонятся, она решила бить до конца.

Отойдя ровно на полшага, Алай со всей дури вдарила ногой по выпавшему из рук мечу, отправив его прямо в голову не ожидавшему такого Эрвина. Дерево влетело ему прямо в челюсть с такой силой, что он на мгновение ослеп.

В ту же секунду она отклонила голову. Клинок Эрвина свистнул возле её уха, и она резко шагнула в сторону. Выставив руку в сторону, через мгновение в неё упал выбытий ранее клинок. Схватив того за крестовину, она уколола им Эрвина в спину. Но неожиданно кончик её меча столкнулся с выставленным в слепую блоком.

С блеском азарта, она бросила второй клинок во врага, вынудив того отвести первый меч Алай и защищаться от второго. Когда Эрвин отбил летящий в него снаряд, с другой стороны уже надвигался только что отведённый меч девочки.

Не видя иного выхода, Эрвин, двумя мощными прыжками, отпрыгнул назад.

Выброшенный меч упал в траву, под тяжёлый выдох Эрвина. Резким движением Алай подбежала к нему и подобрав, устремилась к нему.

~ Больше не дам! — выкрикнул Эрвин, начав контратаку сразу же, как она приблизилась, не пуская её в упор.

Она с лёгкостью увернулась от угрозы, пригнувшись так низко, как смогла. Тут же ей в лицо полетел удар коленом, который она избежала, отпрыгнув в сторону. Оказавшись сбоку от врага, она, поставив блок от ещё одной атаки, совершила рубящий выпад, целясь в почки.

Эрвин уклонился, но открылся слишком сильно. Алай оттолкнулась от земли, и, приблизившись в упор и протянув к нему руку, использовала “инсендит”.

В то же мгновение из кончиков пальцев соскочил ворох ослепляющих и обжигающих лицо искр. Эрвин ударил кулаком наотмашь, отбросив Алай на несколько метров. Едва она приземлилась, девочка тут же вскочила и метнула сначала один клинок, а затем и второй. Эрвин, всё ещё ослеплённый яркой вспышкой, не смог заблокировать летящее в него оружие и пропустил оба удара.

Один клинок с огромной силой ударил ему в плечо. Инерция удара отшатнула его назад, вскрыв кое-какую оборону, а второй ударил прямо в солнечное сплетение, парализовав дыхание.

И тут уже Алай, с когтями наголо, стремилась закончить дуэль, разукрасив гаду, мучавшему её на протяжении нескольких недель. И едва она взмахнула когтями, она получила мощный удар коленом в челюсть. Буквально перевернувшись в воздухе, она рухнула в траву, а над её горлом висел меч Эрвина.

~ Я победил. — сказал он, протирая глаза. В них всё ещё сверкали остатки вспышки, что мешали хорошо видеть.

В ту же секунду раздался победный возглас Эмиля, наблюдавшего за этим со стороны.

~ Это я победила.

~ Да ты что?

~ Угу. Будь это настоящие мечи, один пробил бы тебе плечевую артерию, а второй не позволил бы сделать и вдоха.

~ Может это и так, но проиграла здесь ты. Пока враг не испустил дух, это угроза. Ты забылась, и умерла ни за что.

С этими словами он скопил в клинке ману и ударил Алай по лбу. Она мгновенно скорчилась от удара по её нервам, а он, подобрав оружие, направился в “зрительский зал”. Спустя несколько секунд, он завалился на свой стул, всё ещё пытаясь разогнать искры из глаз.

~ Вполне неплохо для той, кто держит меч восьмой день. — произнёс Эрвин.

~ Учитель, — обратился Урбан. — Разве она вас не теснила от начала и до конца?

~ Да, теснила. Просто потому что я разрешал. Тут смотри какое дело, — Эрвин наклонился вперед, сложив руки под подбородок. — Я позволил ей сражаться так, как ей хочется, чтобы понять, какой она вообще борец. Какие у неё есть слабые и сильные места и где нужно поднатаскать её, а где не трогать. Вот ты, что можешь сказать?

~ Я? — удивлённо воскликнул Урбан, в ответ он получил кивок головой. Урбан почесал голову, и тяжело вдохнул. — Но почему я? Я ведь вообще ничего в фехтовании не понимаю.

~ Потому что врага нужно уметь анализировать.

~ Ладно… Ну, она очень вынослива. То есть она вас истощала.

~ Так…

~ Ещё она любит сражаться лицом к лицу и хорошо находит выходы из проигрышных ситуаций. Вот, когда она меч вам в лицо пнула.

~ Импровизирует. Так… Дальше?

~ У неё словно нет страха. — после минуты раздумий сказал Урбан. — И в заключении: это всё позволяет ей давить ваше мастерство простой грубой силой.

~ В целом, ты прав. — кивнул головой Эмиль. — Как ты мог заметить, она попыталась компенсировать качество атак их количеством. Это, в целом, ни хорошо и не плохо. Смысл пытаться перефехтовать того, кто может убить тебя как ребёнка? Ты тоже так можешь делать, только…

~ Только мастер может уклонятся, экономя силы и в итоге ты выдохнешься и умрёшь. — перебил его Эрвин.

~ Так… — неловко начал Урбан, боясь разозлить грубым вклиниванием в разговор. — Какой у неё стиль?

~ Стиль? — хмыкнул Эмиль.

~ У неё нет стиля. Это просто дикость. Дикость, ведущая к глупой смерти…

~ Если бы она была человеком.

~ Именно. Для человека такой стиль не эффективен и опасен. Но для неё возможно. Нужно лишь научить её сражаться с умом, и её дикость сможет сломить любую оборону, а с её темпом перейти в атаку практически невозможно.

~ Вот тут точно подметил. — сказал Эмиль. — Всё время боя она всегда держалась на такой дистанции, где атаковать её просто неудобно, а обороняться неудобно вдвойне.

~ А можно… Я тоже попробую? — c огоньком в глазах спросил Урбан.

~ Нет. — резко отозвался Эрвин. — Ты не готов к такому.

~ Да, Урбан. Он прав. Не держи обиды и не завидуй. Вы просто разные изначально, и подход к вам тоже разный.

~ Понятно… Я прислушаюсь.

~ Урбан, — обратился Эрвин, что за это время уже успел отдышаться и прийти в норму. — Иди подними её, и приступай к занятиям.

Тот кивнул и побежал в сторону Алай. В ту же секунду, как он отбежал на достаточное расстояние, лицо Эрвина стало серьёзным и встревоженным: брови нахмурились, а глаза неотрывно смотрели на неё.

~ Страшно не то, что она научится. Страшно, если научится слишком хорошо. Потому как так мы не сможем её остановить.

~ Ограничить ей доступ к информации?

~ Она бунтует, если ничего не узнаёт. Один раз пронесло, но второй, уже когда она хоть что-то будет уметь, уже другое дело.

~ И что ты тогда предлагаешь?

~ Не знаю. Нужно подумать.

.

.

.

Тем временем Алай всё ещё лежала в траве, смотря на проплывающие над ней облака. В ушах звенело, а в нервы будто било сотни иголок из-за последнего удара. Но это не помешало ей услышать всю беседу про стиль и сильные стороны, развивающуюся без неё.

И тут ей в поле зрения попало лицо Урбана. Более она не могла ничего услышать.

~ Ты как? Живая? — спросил он.

~ Угу. — безынициативно промычала она, даже не обратив на него внимание.

В её голове раз за разом прокручивалась прошедшая битва. Мозг кипел в попытках найти путь к победе, упущенный в ярости и натиске на врага. Но ничего не находилось. Не было ни единого шанса на более уверенную победу, чем она получила по итогу.

~ Эй! — крикнул мальчик, и помахал у неё рукой возле носа. Когда её глаза перевелись на него, он протянул ей руку. — Давай помогу встать.

Она молча приняла помощь и, уже стоя на ногах, положила руку на подбородок. Идя в сторону дома, она прошептала: ~ “Пока враг не испустил дух, это угроза” значит? Пусть так…

Заметив, что Алай идёт домой, Эрвин обернулся на неё.

~ Ты куда?

~ Воды хочу.

С этими словами дверь дома с грохотом захлопнулась.

Она вышла через главную дверь и, быстро прибежав к деревенскому колодцу, что был в самом центре поселения, подняла полное ведро воды наверх. Сразу же она схватила его и, прислонившись губами, залпом опустошила его. Следом она так же убила ещё два ведра и с глазами полными решимости опустила взгляд на дно колодца.

Пальцы сжались на каменном ободе, а когти со скрежетом поцарапали стенки. Странная тяжесть опустилась ей на плечи, которую она не может объяснить. Концентрироваться на чём-то становится с каждым днём всё сложнее.

~ Хочется… Да только нельзя… Нужно найти момент… — сказала она шёпотом. — Почему сейчас? Я так сильно никогда не хотела… Это из-за драки?

И, не осознавая этого, она была права. Драка подключила всё то, что долгое время не использовалось. Все инстинкты и рефлексы работали на максимум, пытаясь вырвать победу у сильного противника. Смешавшись с обидой и унижением от поражения, это всё осело где-то в глубине, смешалось с кровью и отравило разум.

Чуть отдышавшись и придя в себя, она вернулась на тренировку, где её как и всегда избивали и мучали вопросами, от которых, вернее от последствия её неправильных ответов, в голове шумело. Только теперь вопросы были исключительно про грамматику написания слов.

День кончился, наступила ночь – время для маленькой пакости. Алай, словно по будильнику, раскрыла глаза посреди ночи глаза и прошла в прихожую. Там стояли любимые сапоги Эрвина, которые он носил каждый день. Высокие, с мощным каблуком и сделанные из качественной и дорогой кожи. Идеальная цель.

Через несколько минут дело уже было сделано. Маленькая пакость, бьющая прямо по любимым сапожкам была сделана и она вернулась в постель. С улыбкой до ушей, она закрыла глаза и с небольшим облегчением на душе, легла спать.

.

.

.

На следующий день, с самого утра, когда солнце ещё не успело встать, в доме стоял яростный вопль:

~ ДА ТЫ ОХУЕЛА, МРАЗЬ! — вопил Эрвин, пуляя в убегающую и улыбающуюся при этом Алай. — НЫА!

Промокший насквозь сапог полетел в её сторону. Она пригнулась, с легкостью увернувшись от него. Обувь шмякнулась об стену и рухнула на пол и тут же Алай сместилась в другую часть комнаты под громкий смех наблюдавшего за этим всем Эмилем.

Заняв позицию у другой стены, она отодвинула пальцем веко и показала язык – жест, подсмотренный у детей, значение к и способы применения которого она не понимала до конца. Однако самую суть, то есть, злорадство, она уловила точно.

~ НЫА! ПОЛУЧАЙ ТВАРЬ! — ещё один сапог полетел в её сторону и вновь не доставил ей никаких проблем.

~ Успокойся, Эрвин! Она всего лишь… пф… сапог пометила.

~ ЛЮБИМЫЙ САПОГ! — он поднял с пола снаряд. — ДАЖЕ ДВА!

В очередной раз обувь полетела в сторону девочки, и в очередной раз она увернулась. Только теперь сапог влетел не в стену, а в окно на кухне. Стекло со звонким треском разбилось и он улетел на улицу.

~ В чём мне, блять теперь ходить!? — воскликнул он, обернувшись на Эмиля и разведя руками. — Это же пизда!

~ Босиком ходи. — хихикнула она, чуть сузив глаза.

От её слов Эрвин покраснел ещё больше и с новой силой и усердием продолжил метаться в неё оставшимся сапогом. Эмиль же продолжал наблюдать за этой сценкой, хихикая в процессе.

~ Скажи, стоило оно того? — в перерыве между воплями Эрвина, сказал он.

~ Абсолютно! — ответила она, поймав сапог и метнув его в отправителя. — Я теперь так каждый день…

~ Я тебе, блять, дам каждый день! — перебил её Эрвин.

Это продолжалось ещё какое-то время, пока он, наконец, не смирился. Надев запасные сапоги, он вышел на улицу вместе с остальными. Подняв голову на небо, Эрвин прикинул время осознал:

~ Слышь, Эмиль…

~ А?

~ Урбан где?

~ Не знаю. Он мне ничего не говорил.

~ Прогуливает, значит?

Эмиль пожал плечами. Кивнув головой, Эрвин опустил голову на Алай.

~ Сгоняй за ним. Если будет отнекиваться, отлупась, и тащи сюда. Только не калечить.

~ Угу. — промычала она, и, развернувшись, пошла в сторону кузницы.

Спустя несколько минут знакомый запах Урбана привёл её к нужному дому. Как и в прошлый раз из горна рядом с ним веело жаром, рядом, за наковальней, стоял огромный, по сравнению с Алай мужчина, бьющий по раскалённой заготовке тяжёлым молотом. Вокруг кузнеца крутился один из его сыновей, смотря за тем, как и куда его отец бьёт. В нем она узнала одного из мальчиков, что был с Урбаном, когда те следили за ней из-за забора.

~ Вот, вот так вот бьёшь. Равномерно. По всей площади. Понял? — увлечённо рассказывал кузнец, совсем не замечая вокруг себя ничего. — На, вот. Попробуй. — он вручил ему молот и чуть отошел в сторону, продолжая придерживать металл щипцами.

~ Вот так? — ударив пару раз, спросил мальчик. — Я правильно делаю?

~ Угу. Продолжай.

Ещё через пару минут кузнец всё таки обнаружил постороннюю, случайно подняв глаза. Увидев её, он чуть выпрямился и сузил глаза, чтобы точно понять, не получилось ли ему.

~ Отто, иди в дом.

Мальчик поднял голову от металла, намереваясь узнать причину, и в ту же секунду побледнел, увидев знакомую ему ведьму. Без лишних вопросов от бросил молот и, сверкая пятками, скрылся за дверью.

Ганс, нахмурив брови и состроив недовольную мину, буквально швырнул железо в воду и, сняв перчатки, сунув их в карманы на фартуке, подошёл к Алай. Встав прямо перед ней, он смотрел на неё сверху вниз, пытаясь припугнуть белую мелочь.

~ Чё надо? — грозным, почти гортанным голосом, спросил он.

~ А где Урбан? В доме? — она шагнула в сторону, намереваясь обойти великана, но тот положил ей руку на плечо и поставил на место.

От таких наглых телодвижений девочка немного опешила, но когда пришла в себя, почувствовала исходящую из глубины ярость.

~ Зачем тебе Урбан?

~ Он. Опаздывает.

~ Ты его не увидишь. Я запрещаю ему и, тебе в том числе, гулять вместе. Не хватало мне чертей в роду.

Она пропустила его слова мимо ушей. Алай бегло осмотрелась. На покрытом пылью и шрамами от работы столе рядом лежал самый обычный молоток и несколько других инструментов. Не раздумывая и секунды, она схватила его. И тут же в голове вспыхнула сценка того, как она, используя этот самый молоток, выбивает колено этому мужчине, а затем с широкого замаха бьёт ему прямо в челюсть. Тот кричит, падает, зубы вылетают изо рта вместе с кровью, попадая на стену и землю, и она продолжает избивать кузнеца. Ломать пальцы, кости, уродовать, проламывать череп и тем самым убивать.

Вчерашний эпизод у колодца дал о себе знать.

Видение продлилось всего пару мгновений, но этого хватило для того, чтобы искренне захотеть воплотить его в жизнь. Ганс, видя пустой, расфокусированный взгляд Алай, щелкнул у неё перед лицом пальцами, и, когда та пришла в себя, подняв на него глаза, выхватил у неё молот из рук, швырнув его назад. Её пальцы инстинктивно сжались, словно обхватив рукоятку молотка, рука чуть дрогнула в сторону замаха, а на лице пробежала небольшая судорога.

~ И чё ты тут забыла? — сильнее нахмурив брови, спросил кузнец.

~ Я же говорю… Урбан опаздывает.

~ Забудь. Он заболел. Купался, видно, в реке много. Каждый день приходил мокрый, вот и продуло.

~..........И сколько он будет болеть? — её пальцы вновь сжались, на сей раз в кулак.

~ Долго. Теперь иди.

Посмотрев на него ещё несколько минут, мечась между поддаться сиюминутному желанию или устоять, чтобы получить больше, она, всё таки выбрав первое, молча развернулась и ушла. На пути домой, она увидела нескольких гуляющих во дворе беззаботных гусей. Они громко гоготали, хлопали крыльями и щипали траву.

Вновь мозг выдал ей видение, которому она без промедления последовала. Подобрав с земли камень, она метнула его прямо в голову бедной птице. Не успев издать звука, она рухнула на землю сразу же, как камень раздробил гусю висок. Остальные в панике, громко гоготая, разбежались в разные стороны.

Тем временем по телу Алай прокатилось небольшое, тёплое удовольствие. Но по сравнению с её потребностью, это всё равно, что капля воды посреди пустыни. Но всё же, это принесло кое какое облегчение. Быстро осмотревшись по сторонам, чтобы понять, был ли свидетель, она быстрым шагом вернулась домой.

И вот. Это конец 1-го тома. У меня уже почти написана переходная глава про Урбана и я начал писать первую главу второго тома. Жаль конечно, что бетта вызвал такую лютую задержку в выпуске, но ничего не поделаешь. Из объявлений у меня есть две новости: 1) у меня прошел 19й день рождения, так что я теперь старый хрыч с которого песок сыпется. 2) я наконец собрал себе пк и я как Сашко Фокин устанавливаю все игры. (Кстати ещё одна причина задержки, но в написании 1-10.5, и 2-1)В целом, по планам на второй том у меня ничего. Единственное, где-то к 4й-5й главе произойдет событие, виноватой в которой будет естественно главная героиня и придётся сматывать с деревни в другую локацию. Ну, ничего нового. У меня всегда не было особых планов и цельновыстроенного сюжета в голове.