Умру магом, наколдую портвейна

Сквозь рыхлые от плесени ставни пробивался лунный свет, расчерчивая пол таверны бледными полосами. Я лежала на кровати, перекатывая над ладонью кровяной шарик. Ленивым движением пальцев я заставляла его вытягиваться в тонкую ленту, обвиваться вокруг запястья, сжиматься в шип, в звёздочку, а затем в миниатюрный кинжал. Просто чтобы занять руки и не думать.

С соседней кровати доносился размеренный храп Урбана. Он провалился в сон сразу после того, как Эрвин с Эмилем устроили нам пышный банкет в честь поступления. Кажется, я впервые видела, как он засыпает с улыбкой на лице. Я встала с кровати подошла к окну, а кровяной шарик пролетел за мной, меняя форму.

Сквозь щели прогнивших ставен, я увидела Эрвина и Эмиля, седлающих коней под пучком света фонаря у таверны. Вполне возможно, что мы не скоро их снова увидим. Но их отъезд, банкет и поступление стали жирной точкой в одной из глав моей жизни, а уже завтра моя жизнь изменится полностью.

Точно так же, как из лесного духа гоблинов я превратилась в бандитку, сейчас из бандитки я становлюсь студенткой. По сути, я добровольно запираю себя в клетке, где не смогу заниматься той магией, которая мне интересна больше всего. Только разрешённая, скучная и безопасная.

Ну, разве что ещё телепортация – она всегда была крутой. Но вряд ли ей начнут обучать с первого дня. А учится всему остальному мне не очень хочется. Но деваться некуда, ведь я топчусь на месте. Ни магия крови, ни магия льда не даются мне так, как хотелось бы. И причина проста до отвращения: мне банально не хватает понимания магии в целом.

Я ломала над этим голову весь вечер и пришла к единственному верному выводу: чтобы стать сильнее, нужно понять суть магии, то, как она работает и взаимодействует с миром. А единственное место, где это объясняют – это академия.

В таком ключе обучение уже не казалось таким бессмысленным и скучным, как с первого взгляда. Возможно, мне даже хватит терпения и мотивации на то, чтобы стать в этом заведении лучшей ученицей…

Я представила себя, сидящую за первой партой с очками на глазах и горой учебников, и невольно фыркнула.

~ Не. — пробормотала я, втягивая кровь назад в тело. — Это вряд ли.

Эрвин с Эмилем пришпорили коней и, под цоканье копыт, скрылись из моего поля зрения. Я вздохнула и вернулась в кровать. Натянув одеяло до самого носа, я перевернулась на бок и закрыла глаза.

.

.

.

Вечером, когда солнце на всех порах падало за холмы вокруг города, мы решили перебраться в наши комнаты в общежитии. Мы – это Урбан и я. Уна, не желая идти вместе со мной, сбежала из таверны ещё днём и куда-то запропастилась. Надеюсь, её поймали на краже и казнили на месте. Я же немного задержалась у тележки с едой, а когда нагнала Урбана в общежитии, то обнаружила, что он уже получил свои вещи и скрылся в мужском крыле.

Так я и оказалась в просторном холле. В его конце расположилась стойка комендантши, над которой висела световая панель с картой академии и расписанием. Слева и справа от неё располагались проходы в крылья общежития. У этих проходов располагались широкие трёхмаршевые лестницы, ведущие как на второй и третий этаж, так и в подвал.

Здесь было шумно. Первокурсники сновали туда-сюда, получали вещи, изучали расписание, висящее над стойкой. Немецкий и шведский звучали отовсюду – в переговорах у расписания, в приглушенных беседах проходящих мимо преподавателей, в ругани тех, кто что-то забыл или перепутал. Но что самое забавное, я практически не видела между ними разницы, а потому проблем с общением особых быть не должно.

Такое чувство, будто я вообще не уезжала никуда.

Наконец подошла моя очередь, и я смогла разглядеть комендантшу получше. Она оказалась немолодой орчихой с седыми, похожими на глупый парик волосами, собранными в тугой пучок и пришпиленными двумя гигантскими, похожими на сваи, шпильками.

Она встала из-за стойки и неторопливо, досконально, словно пыталась прожечь взглядом дыру у меня в голове, осмотрела меня с ног до головы. Она так делала с каждым, видимо, чтобы запомнить.

Приблизившись почти вплотную, она обдала меня плотным, почти осязаемым запахом лука и шкварков, заставив меня невольно поморщиться.

~ Как имя?

~ Алай Вайс. Первый курс.

Её карие глаза сузились, и она нырнула под стол. Через мгновение на столе между нами выросла огромная гора вещей, увенчанная, словно короной, толстенной книгой с надписью "Устав Стокгольмской Академии", и за которой едва ли можно было разглядеть комендантшу. Обернувшись к стойке с ключами, она подцепила оттуда связку с номером "311" и шлёпнула её о стол. На металлическом кольце висело два ключа: длинный и широкий, и совсем маленький, похожий больше на отмычку, чем на ключ.

Напялив глупые очки, она принялась перечислять всё, что было в стопке, читая с огромного журнала, лежащим перед ней.

~ Два комплекта формы, утеплённый зимний комплект, форма для занятий физической подготовкой, гигиенические принадлежности, книги для записей, учебники, ключ от комнаты, личная эмблема, устав академии и сумка.

Она пододвинула ко мне журнал с пером и ткнула пальцем в надпись "подпись обучающегося". Чуть выше был перечисленный список вещей и информация о том, что ставя подпись, я становлюсь полноправной ученицей и соглашаюсь со всеми условиями. Правда никто мне этого говорить, видимо, и не собирался.

~ Сама-то унесёшь? Может, помощь позвать?

Я растерянно посмотрела на орчиху, затем снова на надпись, и поняла, что не знаю, как это, расписываться.

~ Да, помощь была бы кстати. Как мне расписаться?

~ Да как хочешь. Только хорошенько подумай, ведь потом её будет сложно поменять.

Я на мгновение задумалась и, не придумав ничего лучше, просто написала своё имя с завитушками. Орчиха, кивнув, отложила в сторону журнал и сбросила мне в руки всё вышеперечисленное.

~ Твоя рука на третьем этаже.

Кое-как пытаясь удержать эту башню от обрушения, я зашагала на лестницу. Я была рада уже тому, что у меня нет лишнего барахла. Иначе я не смогла бы всё это унести, и пришлось бы делать вторую ходку.

Орчиха проводила меня пристальным взглядом, и когда я вступила на первую ступеньку, рявкнула в догонку:

~ И запомни: мальчиков не приводить, срач не разводить и не бедокурить! А то выселю на улицу нахер! Усекла!?

Я проигнорировала её выкрик и продолжила подниматься по широким ступеням.

Моя комната оказалась практически в самом конце коридора третьего этажа. Ещё на подходе я учуяла этот запах. Змеиный, скользкий, едва уловимый, но безошибочный. До самого последнего момента я надеялась, что ей просто повезло поселиться со мной на одном этаже, но когда я дошла до своей двери, запах стал наиболее сильным.

Встав напротив двери, я сжала стопку вещей с такой силой, что костяшки побелели.

Как, блять, такое вообще могло случится? Это выглядит, как какая-то ирония судьбы или просто издевательство. Среди тех, кто нас распределял сидит тайный садист? Впрочем, он никак не мог знать, что я не выношу эту суку.

Я простояла у двери добрую минуту, борясь с желанием развернутся и пойти требовать другую комнату, ну или на крайний случай с желанием оторвать ей голову. Но перспектива снова вдыхать отравляющий запах лука или вылететь в первый же день из академии, замаравшись о труп змеи остановила меня.

Нет уж, спасибо. Переживу как-нибудь.

Кое-как извернувшись, я толкнула дверь плечом и вошла.

Внутри не оказалось никакого намёка на роскошь, что я видела в комнате того же Генриха. Тут властвовал суровый, академический функционал: шкафы для формы, письменные столы, два стула, две кровати. Всё это добро располагалось зеркально и по двум сторонам вытянутой вдаль комнаты. Хоть на пол не кладут, как бомжей. И на том спасибо.

Как раз на кровати в левой части комнаты и расположилась змея. Её хвост радостно вилял из стороны в сторону, а в руках была какая-то книга – видимо, стащила по дороге. Услышав, как я вошла, она обернулась с уже готовой, дебильной улыбкой, но ту сдуло ветром быстрее, чем я успела моргнуть.

~ А… Это ты… — она уселась на кровати и небрежно швырнула книгу на тумбочку, но промахнулась.

Та с глухим стуком упала на пол. Названия я не разобрала, да и плевать.

Я перешагнула через порог, ногой закрыв за собой дверь, и прошла до кровати.

~ Только не ной. — я сбросила свои вещи на кровать. — Я тоже не в восторге.

Я бегло взглянула через окно. Вид, рисовавшийся через стекло – было единственной вещью, за которую можно было зацепится. Прямо за ним раскинулся уютный внутренний дворик с фонтаном в центре, мощёнными дорожками, резными скамейками и клумбами с красивыми цветами, а напротив, через тот же двор, тянулось мужское общежитие.

Взяв лишние шмотки, я открыла шкаф. Внутри он, разумеется, был абсолютно пуст. Не обращая внимания на змею, я быстро сняла с себя старую одежду и запихнула её поглубже в шкаф, следом отправив и лишние комплекты формы.

Она смотрела на меня практически в упор, не отводя взгляда, и лишь её хвост то и дело с хлёстким звуком ударял по одеялу, выдавая раздражение. Я сделала вид, что не замечаю.

Застегнув последнюю пуговицу, я достала волосы из под одежды и поймала своё отражение в зеркале на внутренней стороне дверцы. Теперь на мне красовалась та же форма, что и на всех: белые чулки, юбка, рубашка, а поверх – синий китель и накидка. Единственное, что у меня было не такое, как у всех, это мои сапожки, подаренные Эрвином. Расставаться с ними я не хочу ни при каких обстоятельствах.

Отступив на шаг, я окинула себя взглядом. Смотрелось… непривычно и очень некомфортно но в целом… вроде симпотишненько. Да и ткань была выше всяких похвал. В сравнении с тем, что я носила раньше, эту одежду я даже не ощущаю на себе. Думаю, если не высплюсь, то могу решить, что вышла на пары голой.

В целом, буду носить эту одежду с удовольствием, а не потому что нет выбора.

Захлопнув дверцу шкафа, я обернулась. Уна тоже решила переодется и, забравшись с ногами на кровать, деловито пересчитывала высыпанные из кошелька монеты. Ещё одна вещь, что явно украдена. Она что, не может удержаться?

Не найдя ответа, я уселась на кровати, заведя руки за спину.

~ Это откуда?

~ По пути с-стырила. А что?

~ Лучше бы ты подожжёную бомбу украла.

~ Захлопнис-сь. Денюжка никогда лиш-шней не бывает. — она засыпала монеты в кошелёк и, подбросив его, зашвырнула в тумбочку, после чего закрыла дверцу. — А у меня лиш-шних денег не бывает, ос-собенно ес-сли они мои.

~ Только попробуй у меня что-нибудь украсть, я тебе хвост оторву и в рот засуну.

~ Тебе лиш-шь бы что-нибудь в рот с-сунуть.

Её губы медленно, словно змея, растянулись в ухмылке до самых ушей. Аметистовые глаза превратились в две хитрые щёлки, и в их глубине на мгновение мелькнули вертикальные зрачки.

~ Кс-стати, раз уж об этом заш-шла речь. — она подпёрла подбородок рукой и уставилась на меня своим дурацким, немигающим взглядом. — Что ты думаеш-шь нас-счёт Урбана?

~ Как цепочка мыслей в твоей пустой голове привела тебя от "сунуть" к этому? — я попыталась представить у себя это в голове, но не смогла и, выдохнув, сдалась. — Что ты имеешь ввиду?

~ Я имею ввиду нравитс-ся он тебе?

~ С чего вдруг такой вопрос?

~ А что? Мне интерес-сно. Вы вроде долго дружите, может, планы у тебя на него какие…

Я фыркнула и закатила глаза с таким усилием, что они едва не выскочили из орбит. Потом рухнула спиной на кровать и уставилась в потолок.

~ Я не понимаю, почему ты об этом спрашиваешь, и зачем мне отвечать на этот бред.

~ И вс-сё-таки, ес-сть или нет?

~ Да какие у меня на него могут быть планы?

Змея, не долго думая, подскочила ко мне и плюхнулась рядом на кровать, положив мне свой хвост на колени.

~ Да дейс-ствительно? Какие планы? О чём это я? — бубнила она, заглядывая мне в лицо с ехидным прищуром. —

Я тяжело вздохнула, чувствуя, как заканчивается моё терпение.

~ Ты можешь прямо спросить или будешь ходить вокруг да около? И хренотень свою убери!

Я отшвырнула её хвост с моих коленей, и он, словно был живой, уполз куда-то за спину Уны.

~ Забей. — она попыталась сделать вид, будто не обиделась на это, и отмахнулась от вопроса, как от назойливой мухи. — Ес-сли не можеш-шь понять этот вопрос-c, значит не дорос-сла ещ-щё. Коротыш-шка.

~ Корофтыфка. — передразнила я, даже не пытаясь скрыть раздражение в голосе.

~ О чём и речь. — Уна натянула веко пальцем и высунула напоказ раздвоенный язык. — Ты как никчёмная, мелкая, злобная с-собачёнка. У тебя ума не хватает чего-то умное придумать. Только передразнивать и можеш-шь!

С победоносным видом она спрыгнула с кровати, но в этот момент моя рука метнулась вперёд и намертво сжалась на её хвосте. Я рванула его на себя. Уна споткнулась, согнулась от неожиданности пополам, плюхнулась назад на кровать и застыла в ужасе, ошарашенно обернувшись на меня.

~ Сказала же, хвост оторву. — процедила я, крепче сжимая пальцы и "мило" улыбаясь.

Под моими пальцами чешуя была гладкой и холодной, как хорошая сталь, а некоторые были довольно острыми на растопыренных краях и едва не рассекая мне руку. Уна зашипела и дёрнулась, пытаясь вырваться. Её хвост отчаянно заметался. Будь на его кончике связка колокольчиков, она бы гремела, как церковная колокольня.

Моя рука соскользнула, но я успела перехватить его у самого основания, где он был толще, и сдавить ещё сильнее. Она взвизгнула и её хвост скрутился вокруг моей руки и сдавил ответ.

~ Пус-сти, дура! Больно же!

~ Слушай, Уна, а ты уверена, что ты змея, а не ящерица? Вдруг у тебя хвост отрасти может?

Её лицо побраговело, то ли от стыда, то ли от ярости и боли. В следующую секунду она извернулась, схватила с кровати подушку и со всей дури влепила мне ею в лицо. От неожиданности я выпустила хвост, а от удара в глазах на мгновение потемнело и заплясали звёзды. А когда я смахнула с лица подушку, она уже стояла в центре комнаты, сжимая свою подушку обеими руками, словно меч.

~ Бери подуш-шку! Я безоружных не опездюливаю.

~ Значит, так? — я встала с кровати, сжимая кулаки.

Я не глядя схватила свою подушку.

~ Защ-щищ-щайс-ся, мерзавка! — завопила она и бросилась в атаку.

Я отреагировала тем же. Мы встретились на середине комнаты, как и наше оружие. Я тут же ударила вновь, и змея ловко отскочила к двери, уворачиваясь, и тут же контратаковала. Я заблокировала её удар запястьем и врезала своим оружием наотмашь. Подушка взорвалась с оглушительным хлопком, и нас обеих окутало облако перьев.

~ Будешь знать как пиздеть! — хмыкнула я, но в то же мгновение ответный удар обрушился на меня.

Вторая подушка лопнула с не менее громким треском.

~ Выкус-си! — сплюнув попавшее в рот перо, прошипела она.

Мы принялись ходить вокруг друг друга в облаке медленно оседающего пуха. Я уже прикидывала, как накину на неё остатки наволочки и придушу, когда дверь с грохотом распахнулась. Мы мгновенно замерли и обернулись. На пороге, словно разъярённый дух миропорядка, стояла комендантша.

~ Какого рожна тут творится!? — её рёв был такой силы, что стекло в окне жалобно задребезжало. — Я кому говорила не учинять беспорядков!? Время видели!? Всему крылу спать мешаете!

Я рефлекторно обернулась на окно и действительно, солнце уже скрылось за холмом, и небо полностью усыпалось звёздами на тёмно-синем небе.

Змея, мгновенно оценив, от кого исходит большая опасность, прошмыгнула мне за спину и прикрылась мной, как щитом.

~ Извините… — промямлила она, чуть подталкивая меня вперёд. — Это вс-сё она!

Орчиха упёрла руки в боки и, оглядев комнату, усеянную перьями, рявкнула:

~ Живо за мной! Обе!

Мы послушно поплелись за ней до каморки уборщиков. По пути я заметила, как виляет змеиный хвост, словно у счастливой дворняги. Хотя чего таить, и мне было немного весело лупить её подушкой. Но в итоге нам вручили по метле и развернули обратно. Комендантша что-то прорычала нам вслед и с грохотом захлопнула дверь, оставив нас наедине с последствиями нашей битвы.

Уна окинула тоскливым взглядом засыпанный перьями пол и тяжело вздохнула, перехватывая метлу.

~ Вот чего тебе мирно не живётс-ся? Из-за тебя теперь убирать тут вс-сё.

~ Бля, я тебе сейчас метлой переебу.

.

.

.

.

.

.

Утро нового дня не предвещало ничего хорошего. Он предвещал сложный день. Не сложный, в плане того, что мне будет много чем заняться, хоть и это тоже. Он будет от начала и до самого конца бесконечно долгим, нудным и забитым до краёв бесполезными, скучными уроками, на которых только и нужно, что писать, писать, писать и ещё раз писать.

Я это ненавижу. Лучше бы мы реально учились магии, но что поделать.

Для начала мне нужно выжить на церемонии поступления. Потом – магическая теория и алхимия. Где-то между ними, по слухам, должен затесаться обед – и по совместительству, самая интересная часть дня. По крайней мере, расписание обещало, а обещание надо держать.

Разбудил нас колокол – глухой, басовитый звон, проплывший над крышами и пробираясь, казалось, в каждую щель. Ровно семь ударов, означающих подъём с кровати в нереальную для меня рань. Вставать в такое время – то ещё удовольствие.

Я потратила минут тридцать только на то, чтобы смирится с жестокой реальностью каждодневного пробуждения в это время. Потом всё-таки поднялась, быстро переоделась и привела себя в подобие порядка. Спускаясь по лестнице в холл, я зевала так, что едва не вывихнула челюсть, и сразу влилась в поток студентов, стекающихся под руководством учителей к месту церемонии.

Уна нагнала меня во дворе. Вид у неё был недовольный и сонный – точь-в-точь как у меня, что неудивительно. После вчерашней незапланированной уборки, которая сожрала уйму времени, выспаться толком не удалось ни мне, ни ей.

Впереди, заслоняя собой половину неба, маячила огромная постройка – не то склад, не то церковь. Возле широких ворот, над которыми тяжёлыми складками висело знамя академии, стоял знакомый по экзамену магистр-эльф и молча, одними жестами, направлял поток первокурсников вглубь. Когда мы приблизились, он даже не взглянул на нас, лишь махнул рукой вправо.

Внутри всё было именно так, как я и представляла: типичная церковь, только без алтаря. Вместо него – трибуна на сцене. Пол сотни рядов деревянных скамеек были заполнены учениками, разделёнными на мальчиков и девочек, на стенах висели гербы, между которыми расположились высокие окна, а с потолка свисали высокие люстры, заливающие всё вокруг тёплым, тусклым магическим светом. Свет этот, словно имея разум, стекался к сцене, оставляя остальное пространство в уютном полумраке.

Нас направили в правую часть зала, а мальчиков, соответственно, в левую. Первые два ряда уже заняли преподавали, так же разделённые этой невидимой границей. Не знаю, с чем связано это повсеместное разделение, но менять это как-то я не собираюсь.

Я протиснулась в центр ряда и уселась на твёрдую лавку. Уна, собрав хвост в охапку, села рядом. Внезапно люстры над залом погасли, и весь свет, словно по команде, ещё сильнее сфокусировался на сцене. Из-за ширмы вышел бородатый старик в чёрной мантии, расшитой золотыми рунами. Он встал за трибуну и прокашлялся. Его голос, усиленный какой-то

~ Сегодня мы открываем двери для тех, кто сделает первый шаг в мир магии! — гремел он, подобно грому. — Ваше будущее, дорогие первокурсники, соткано из великих возможностей! Из этих стен выйдут первопроходцы науки, легендарные полководцы и мудрые советники, чье слово станет законом для королей и императоров!

Зал затих. Даже шепота и дыхания слышно не было. Я широко зевнула, даже не закрывая рот рукой, после чего принялась бороться с резко потяжелевшими веки Кто-то, кто видел мои острые зубы, начал это обсуждать со своими соседями.

~ Все вы – молодые дарования, доказавшие своё право получать знания! В этих стенах вам предстоит подчинить себе духов и обуздать ярость демонов. Вы постигнете тайны древних эликсиров, научитесь стирать вражеские цитадели с лица земли и вдыхать жизнь в металл огромных големов. Я желаю вам, дорогие ученики, стойкости на той дороге, которую вы избрали сегодня, и мудрости на тех путях, которые вам еще только предстоит выбрать. И пусть этот путь будет озарён чистым светом знаний!

Он театрально поднял руки вверх, и над сценой вспыхнул огромный, переливающийся всеми цветами радуги магический круг. Активировавшись, он выпустил в сторону зала целую канонаду сверкающих разноцветных огоньков, взрывались через секунду что россыпью таких же цветастых искр.

Зал взорвался аплодисментами. Я зажала уши. Казалось, ещё немного, и моя голова расколется от этого грома.

Старик, отвесив церемонный поклон, удалился за ширму, а ему на смену из первого ряда уже поднимался другой – тот самый преподаватель, что принимал у нас письменный экзамен. В отличии от директора, его фиолетовая мантия была лишена каких-либо украшений, что делало его похожим не на важного чиновника, а на хищную, ядовитую тварь, притаившуюся в ожидании добычи.

Он взошёл на трибуну, сухо кашлянул, и открыл лежащую там книгу.

~ Дорогие первокурсники. — его голос был сухим, деловитым и лишённым даже намёка на торжественность. Меня зовут Фабиан Фогель, я – декан по учебной части. Моя задача – разъяснить вам незыблемые правила нашей академии и огласить списки распределения по группам.

Он выдержал небольшую паузу, перед тем, как продолжить.

~ Отныне ваша жизнь подчинена системе баллов. За успехи в учебе и прорывы в магии вам будут начисляться баллы. С их помощью вы сможете открывать доступ к закрытым ярусам библиотеки, покупать артефакты в лавке и заказывать более изысканную пищу в столовой. Однако помните: ваша лень, неуспеваемость и академические долги повлекут за собой штрафы. Начиная снятием баллов и заканчивая выговоров, объяснительных, и отчислением.

~ Сурово. — пробубнила я, даже не пытаясь скрыть скуку.

~ Ага. — согласилась она, ударив хвостом по ножке стула.

~ Текущий баланс отображается на оборотной стороне ваших ученических эмблем. — тем временем продолжал Фогель. — Этот знак отличия – ваш универсальный ключ. Его вы будете использовать при получении и снятии баллов. Помните также о коллективной ответственности: успехи каждого формируют общий академический рейтинг группы. Лидеры триместра удостоятся особых привилегий от ректората. На этом вводная часть, касающаяся системы поощрений и взысканий, окончена.

Он перелистнул страницу какой-то книги, возложенной на кафедре. И за этим действием последовал очень долгий и, казалось, бесконечный список правил. Если до этого я могла хотя бы чуть-чуть сохранять внимание, то сейчас я буквально уснула с закрытыми глазами, провалившись в сон.

Да в целом неважно, какие там правила. Суть всегда одна – не косячь и всё будет хорошо. В конце этой невероятно увлекательной речи я обернулась на Уну. Она слушала этот бред про запреты с тем же лицом, что и я. Она даже больше была возмущена чем я, потому что очевидно, воровать тут нельзя.

~ А что вообще в этой академии можно?

~ Вс-сё, что не запрещ-щено. — отшутилась она.

По залу крокатилась волна приглушённых голосов – ученики перешёптывались, обсуждая некоторые правила. Где-то даже слышались возмущённые возгласы, вызванные запретом на магию без контроля учителя, но они довольно быстро сами собой сходили на нет.

Я лениво скользила взглядом по чужим затылкам и вдруг наткнулась на два знакомых – Урбан и Артур. Они сидели относительно недалеко, и о чём-то увлечённо разговаривали. Интересно, о чём же?

~ Кхм-кхм… — Фогель сухо прокашлялся, и его голос хлестнул по залу, словно кнут. — Прошу тишины!

Гул послушно стих. Декан перелистнул страницу и начал зачитывать – монотонно, без выражения, словно перечислял инвентарь на складе.

~ Сейчас я оглашу списки групп. Итак, первая группа: Алай Вайс, Артур Морган, Уна фон Пертизау, Урбан Шмидт, Фрея фон Эттинген, Игна Шайн, Ульф Варгссон, Рей Люпин, Флориан Розенкранц, Эрик Лидстрём, Карл Йенсен, Лотта Вебер, Магнус Эриксон, Олаф Нурдаль, Торкель Бьёрнссон, Хельга Стренг…

И ещё тринадцать имён, которые я и знать-то не хотела. Назвав последнее имя эльф свернул свиток и произнёс:

~ Вашим руководителем будет магистр Тринн Химмерланд.

С первых рядов тут же поднялась девушка. На вид — лет девятнадцать, не больше. Тёмно-зелёная рубашка с вырезами на плечах, тонкие перчатки без пальцев, светлые волосы, заплетённые в тугую косу до самого пояса, аметистовые глаза с суровым взглядом. На ногах — высокие сапоги с завёрнутыми краями. Но всё это меркло перед одной деталью: ветвистый розовый шрам, что выползал откуда-то из-под воротника, змеился по открытому плечу и поднимался по шее, словно плющ, к самой челюсти. Живой, пульсирующий в такт её дыханию.

Она обвела зал быстрым, цепким взглядом резко, по-военному, хлопнула в ладоши.

~ Внимание! Все, кто услышал своё имя – за мной!

И, не дожидаясь нашей реакции, зашагала к выходу строевым шагом. Я переглянулась с Уной и, поднявшись со своих мест, двинулась следом. Вскоре двадцать восемь человек, не считая нас обеих, вышли из зала, вытянувшись за Тринн, как цыплята за наседкой.

~ Не отставать! — бросила она через плечо, даже не обернувшись.

Через какое-то время Тринн привела нас к двери, за которой скрывалась просторная аудитория. Внутри всё было так же, как на экзамене: парты спускались лесенкой к массивной кафедре у огромной грифельной доске, которая занимала большую часть стены с каким-то механизмом, позволяющим менять части дости местами и переворачивать их на чистую сторону.

~ Места у нас не фиксированные, садитесь где хотите и с кем хотите. — бросила Тринн, обернувшись к нам. — Но советую выбирать с умом. Как только вы застолбите за собой место, у вас будет десять минут перемены, за которую желательно успеть сходить за записными книгами и учебниками.

Я не раздумывала ни секунды. Галёрка у окна – моё законное и самое козырное место. Я плюхнулась на лавку и сразу отвернулась к стеклу. Уна, видимо назло, уселась рядом и тут же поймала мой озлобленный взгляд.

~ Тебе чё? Мёдом намазано тут сидеть?

~ А где мне ещ-щё с-сидеть? — она пожала плечами, даже не пытаясь скрыть самодовольство. — Урбан вон, c-c этим Артуром с-сидит, а никого больш-ше я не знаю. Так что терпи. К тому же поговорку с-слыш-шала? Держи друзей близко, а врагов ещ-щё ближе.

~ Заткнись и вали за учебниками. — я отвернулась к окну, игнорируя её потуги меня заставить что-то делать.

За стеклом разливался тёплый солнечный полдень. Внизу, среди кустов внутреннего дворика, мелькали тени свободных студентов, которые, в отличие от меня, не были заперты в этой каменной коробке. Я провожала их завистливым взглядом.

Краем уха я слышала, как Уна продолжала возмущаться у меня за спиной, но было ли мне дело до её претензий? Конечно нет.

~ Ты меня вообщ-ще с-слуш-шаеш-шь? — она вдруг пихнула меня в плечо.

~ Чё? — я лениво забросила голову назад и раздражённо зыркнула на перевёрнутую вверх ногами Уну. — Ты ещё здесь?

Её ответом было резкое движение. Она схватила меня за руку и с такой силой рванула на себя, что я едва не слетела скамейки.

~ Да! Идём вмес-сте!

Я попыталась встать, но змея всё продолжала тащить меня к выходу, игнорируя мои попытки к сопротивлению. Пришлось перебирать ногами, чтобы не растянуться на полу. Только у середины аудитории мне удалось вырвать руку из её крепкой хватки и выпрямится.

~ Чёрт с тобой! — прошипела я, уже идя вперёд самостоятельно. — Сходим вместе. Тебе вот прямо принципиально нужно меня за собой тащить?

~ Я тебе в с-слуги не нанималас-сь! — фыркнула она, вздёргивая подбородок. — Учебники видиш-шь ли, ей принес-cи! Обломайс-ся!

Я смирилась с этим раскладом и через несколько мгновений мы вышли в коридор и влились в пёстрый поток студентов, спешащих кто куда. Что интересно, форма у некоторых была не такой, как у нас. В основном отличались накидки и в отличии от нашей, на которой ничего нет, у них мелькали какие-то эмблемы.

Но я не придавала этому особого значения и молча пробиралась сквозь толпу, чувствуя, как во мне закипает раздражение.

~ А какого хрена ты меня вообще потащила? — не выдержала я, когда мы оказались в более свободном пролёте. — Могла просто без учебника оставить и все дела.

~ Ага, ещ-щё чего! — Уна даже не обернулась — Ес-сли у тебя не будет учебника, мне придётс-ся с-своим делитс-ся. А это ещ-щё хуже! "А" – делитс-ся я не люблю. "Б" – взаимодейс-ствовать с-с тобой лиш-шний раз тоже.

Я хотела было ответить, но у самого холла общежития позади нас послышались быстрые, тяжёлые шаги. Я резко обернулась, уже готовая уклоняться, но из-за двух проходящих мимо старшекурсников показалась запыхавшаяся физиономия Урбана.

Его лицо осветилось явным облегчением. Я остановилась, и Уна тут же замерла рядом. Секунду спустя он уже тормозил возле меня, сгибаясь пополам и пытаясь отдышаться.

~ Алай… — выдохнул он, хватая ртом воздух. — Тут это… Дело есть…

~ Отдышись сначала. — я скрестила руки на груди и терпеливо ждала.

Он пару раз глубоко вздохнул, выпрямился и, набрав полную грудь воздуха, выпалил:

~ Короче, сразу к делу. Артур о тебе расспрашивал. Мол, откуда ты, кто ты, какой расы, какой магией владеешь и так далее. Спрашивал ещё, друзья ли мы, как хорошо тебя знаю и всё ток. А почему спрашивает – не признаётся.

~ Ага. — я положила руку на подбородок, чтобы обдумать сказанное.

Я медленно положила руку на подбородок. Значит, рыжий разузнать обо мне...

Не успела я ничего ответить, как по спине прилетел мощный шлепок. Я вздрогнула и обернулась. Уна сияла той самой ехидной улыбкой, значение которой я уже начинала потихоньку понимать – сейчас она ляпнет какую-нибудь идиотскую чушь.

~ Ну чё, поздравляю!

~ С чем? — я искренне не понимала её радости — С тем, что обо мне информацию собирают?

~ Дура ты набитая! — она ещё раз хлопнула меня, но на этот раз по плечу. — Это то, что с-среди взрос-слых тётенек, как я например, называетс-ся романтикой! Для с-совс-сем глухих разжую: понравилас-сь ты ему, Алай. Познакомитьс-ся с тобой хочет и, возможно, замутить чего-нить.

~ Романтикой? — я скривилась, чувствуя, как это слово царапает мне язык.

~ Ну да. А он с-сам-то как тебе? Вроде привлекательный мальчиш-шка. Рыжие, правда, не моё, но хочеш-шь, я тебе с-свидание с-с ним организую?

Внутри что-то лопнуло. Я резко развернулась к ней всем корпусом, и улыбка мигом сползла с её довольной морды, когда я схватила её за воротник.

~ Уна, блять! Какого хера ты меня пытаешься уже второй раз с кем-нибудь сосватать?! У меня на лбу написано "ищу жениха"?! Не интересно мне! И, если уж захочется найти, ты будешь последней, кого я попрошу помощи!

Уна замолкла, и закивала головой, принимая мою угрозу. Я отпустила её, и она мгновенно удалилась от меня на безопасное расстояние. Я же, выдохнув, чуть успокоилась и добавила:

~ Больно надо мне по свиданкам шарахаться. — я обернулась на Урбана и тот дернулся. — И что ты ему ответил?

Поняв, что ему не собираются бить морду, он облегчённо выдохнул.

~ На вопросы-то? Утаил много, много что недосказал или наврал. В общем, не выдал тебя с потрохами.

~ Молодец. И спасибо что сказал.

Уна, всё ещё держась на безопасном расстоянии, тяжело вздохнула и покачала головой.

~ И что ты за девуш-шка такая… — она томно вздохнула, на этот раз почти без ехидства, скорее устало. — Твой друг врёт, чтобы хоть один с-самоубийца реш-шилс-ся подойти, а ты…

~ Чё?

~ Да ничего. — она вскинула руки, показывая, что сдается. — Молчу. Прос-сто жаль парня. Он наверняка был хорош-шим человеком.

~ Не ёрничай. — буркнула я, уже без прежней злобы.

~ Алай, ну так что думаешь с этим делать?

~ Да, Алай. Какие планы на начинающ-щийс-ся роман? — подхватила вопрос Уна.

~ Что я думаю делать? Придушу гада и финал роману. — усмехнулась я. — Хочет романтики – будет ему романтика. Назначу ему "свидание". Последнее и окончательное.

~ Ну, дело твоё. — Уна спрятала руки за головой, принимая мой выбор.

~ Ладно, Алай. — Урбан уже начал отступать в сторону лестницы. — Пойду я за учебниками, а то до пары мало времени. А и кстати. Мы с Артуром соседи. Моя комната на третьем этаже. Номер триста сорок семь. А вы обе в каком?

~ Триста одиннадцать. Мне тоже не посчастливилось с ней в одну комнату заселиться.

~ Выходит, тоже третий этаж?

Я кивнула. Урбан махнул рукой, прощаясь, и скрылся в глубине коридора. Мы с Уной продолжили путь в женское общежитие. Дорога туда и обратно заняла минут пять, и мы, захватив сумки и набив их учебниками на оставшиеся занятия, вернулись в аудиторию. И сделали мы это как раз тогда, когда колокол пробил конец перемены.

В аудитории стоял гвалт: студенты смеялись, ходили по классу, громко обсуждали новости и непринуждённо беседовали. А преподавателя не было.

Мы быстро скользнули внутрь и захлопнули дверь. Я нырнула на своё законное место у окна, бросив учебник и записную книгу на стол. Уна плюхнулась рядом, довольно виляя хвостом.

Не зря я выбрала место у самого окна. Отсюда весь класс – как на ладони. Я словно учёный, наблюдающий за копошащимся в своих бессмысленных делах муравейником. Двадцать девять учеников – двенадцать людей, семь эльфов, два драконида, пять волколюдов, одна змея, одна лиса и парочка дворфов. Пока нас не было, они успели разбиться на кучки, и каждая была достойна отдельного внимания.

Центр и добрую половину правой части аудитории оккупировала эльфийская гвардия Фрейи. Та восседала среди своих, как императрица, принимая поклонение с таким видом, будто ей это было должно по праву рождения. Её свита, все до единого эльфы, наперебой льстили ей, и от этого жужжания у меня уже начинало свербить в ушах.

Чуть ниже, на первых рядах справа раскинул свои владения парень с розой – Флориан. Его положение было довольно интересным. Его окружали стайки девочек, организовавшихся между собой в небольшие группки, а Флориан объединял их всех своих обаянием, порхая между ними, словно пчела. Он то ухаживал за одной, то тут же переключался на другую, и никто, кажется, не был против.

Волколюды, поселившиеся выше этих двух фракций, и не думали уступать в шумности. Они грызлись между собой за лидерство с таким остервенением, что со стороны напоминали не вольчью стаю, а свору дворняг. Их споры, судя по всему, не собирались заканчиваться.

Остальные же, кто не входил в эти три фракции, организовались в мелкие компании по два-три человека или предпочли сидеть в полном одиночестве. Одной из одиночек была лисица Рей. Она уселась в углу класса и физически отгоняла от своего места любого, кто приближался к её месту, и, кажется, была готова загрызть любого, кто посмеет нарушить её границы.

Внезапно рядом с нашим столом материализовалась какая-то девочка с короткой стрижкой. Она мялась с ноги на ногу, не зная, куда деть руки.

~ Девочки, вы тут одни сидите? Не хотите с нами дружить?

~ Нет. — отрезала я, кивая на Уну. — А она вообще людоедка. Вы с ней дружить не захотите.

Девочка залилась краской и замялась.

~ Я-ясно…

Уна только хихикнула, но перечить не стала. Я удивлённо на неё покосилась, видя нехилый прогресс её ума. Может, удар подушкой и правда пошёл ей на пользу.

~ А чё ты не стала спорить? — спросила я, когда девочка, поспешно ретировавшись, скрылась в общей куче народа.

~ Так с-сама пос-смотри на неё. — лениво протянула Уна.

Я посмотрела, но ни ничего такого не заметила. Обычная серая мышь.

~ Ну и? Самая обычная лохушка. Тебе с такой самое-то – выделяться не будешь.

~ Как раз в этом и дело, Алай. — Уна снисходительно, словно ребёнку, пояснила: — Она лохуш-шка, а я не из таких. Я попалас-сь на краже всего пятнадцать раз! А это уровень нас-стоящ-щих профес-с-сионалов!

~ Это только за вчера?

Её самодовольная ухмылка треснула и осыпалась, как штукатурка с потолка.

~ Иди нахуй. — беззлобно бросила она, роняя голову на сложенные руки.

Очередная победа в копилку. Я мысленно поставила галочку и, откинувшись на спинку лавочки, вернулась к созерцанию нашего муравейника. Ждать препода, похоже, придётся долго.

.

.

.

Препода не было слишком долго. Я уже начала надеяться, что она вообще забыла о нашем существовании, но в этот момент дверь с грохотом распахнулась. В аудиторию, словно порыв ветра, влетела Тринн, сжимая в руке журнал.

Прямо на ходу она осмотрела каждого своими аметистовыми глазами и, не останавливаясь, швырнула журнал на стол. Тот проехался по полированной поверхности и замер у самого края.

~ Смотрю, пока меня не было, вы успели познакомится? Отлично.

С приходом препода балаган в аудитории мгновенно рассосался, и ученики с шумом расселись по своим местам. Тринн, не дожидаясь тишины, резко развернулась к доске и, схватив кусок мела, несколько размашистыми движениями вывела своё имя. Затем, оперевшись руками о стол, слегка подалась вперёд, и её розовый шрам на шее чуть запульсировал.

~ Представлюсь ещё раз. Меня зовут Тринн Химмерланд, и я буду вашим куратором и преподавателем по магической теории и ещё парочке предметов. По всем вопросам обращаться ко мне. Я могу уладить практически любой вопрос. Трупы я на себя брать не буду, но подскажу, где можно спрятать, чтобы никто не нашёл.

В аудитории повисла такая тишина, что я услышала, как у кого-то на заднем ряду скрипнуло перо. Никто даже не улыбнулся. Я не сдержалась – из горла вырвался смешок, следом смешок Уны, и в мёртвой тишине они прозвучали как выстрелы. Её фиолетовые глаза тут же впились в нас. Не со злом, а скорее с любопытством, словно она только что нашла родственные души.

~ Ну, хоть пара из вас имеет чувство юмора. Ладно. Начнём с классного часа. С сегодняшнего дня этот кабинет – ваш, и вы здесь хозяева. Каждый понедельник мы будем собираться здесь на классный час. Я буду объявлять важные новости, вы – обсуждать свои учебные планы и прочие дела. А ещё уборка за вами по воскресеньям.

Она достала из кармана платочек и вытерла руки от мела.

~ А теперь к десерту. Через две недели пройдут выборы старост среди первых курсов – таких, как вы. К следующему классному часу каждый из вас должен решить, хочет ли он участвовать в этом или нет, и только тогда начнутся выборы. Подробнее об этом так же поговорим на следующем занятии.

Тринн обвела аудиторию взглядом и чуть понизила голос, словно собиралась поделится чем-то, о чём не принято говорить громко.

~ И самое захватывающее. Вы наверняка видели в коридорах учеников в особой форме – с нашивками, в расцветке или гербами на спине, которых у вас нет. Это не просто украшение. Это "именные группы". Те, кто каким-то способом заслужил себе имя. Иметь имя – значит получить разрешение в участии в борьбе между группами за баллы и привилегии и иметь место в общем рейтинге академии. Как вы поняли, академия поощряет соперничество. Вы можете бросать вызов другой группе, можете заключать союзы, выигрывать у них баллы в соревнованиях, можете даже отнимать их – в честном бою или не очень. Всё это здесь легализовано. Считайте, вы тут что-то типа небольшого государства. И учтите, что баллы группы – более ценный ресурс, чем личные баллы.

А это интересно. У меня будет возможность построить собственную империю, как я и мечтала по дороге сюда… Правда, не знаю, хочется ли мне заниматься этой мутью. У меня же не класс, а стадо баранов, с которыми нужно будет считаться. А мне чёт этого не хочется.

Она сделала короткую паузу, давая разыгравшемуся обсуждению чуть подутихнуть.

~ Но! Вы пока никто. Безымянная кучка без прав. И чтобы получить имя, вам, в первую очередь, нужен староста. Тот, кто сможет вас возглавить. И не думайте, что куратор сможет заменить его. Я что-то вроде советника и не могу принимать никаких решений за группу, так что всё в ваших руках. Подумайте хорошенько, кого будете выбирать. От этого будет зависеть, станете ли вы добычей для других групп или сами станете хищниками. На этом пока всё. Открываем записные книги, учебники и записываем тему.

Она снова повернулась к доске и, когда тряпка стёрла имя, мел заскользил в её руке по зелёной поверхности.

~ Тема сегодняшней лекции: «История развития магии. Первая Фаза и катастрофа "Расколотого Неба"». Но перед тем, как раскрыть тему, я хочу задать парочку вопросов.

Тринн лениво прошлась вдоль доски, заложив руки за спину.

~ Давайте включим логику, дорогие ученики. Если нужно вылечить человека от лихорадки что мы делаем? Правильно – мы зовём лекаря. Если нужно вырастить хлеб и спасти страну от голода – мы идем к пахарю. Так зачем строился этот замок? Зачем мы изучаем магию? Она не нужна, чтобы печь пироги или шить сапоги, для этого есть ремесла. Так для чего она?

Она выждала несколько секунд, лениво скользя взглядом по лицам. Я на всякий случай уткнулась в тетрадь. Эльфийка с первых рядов подняла руку, чтобы ответить, и глаза Тринн тут же вонзились в неё. Получив одобрительный кивок от учителя, Фрейя горделиво поднялась со своего места.

~ Магия нужна для того, чтобы человек мог постичь законы мира, через её изучение.

Тринн хмыкнула, покачав пальцем из стороны в сторону.

~ Не-а. Ответ неверный!

Её взгляд тут же обратился к классу, и следующей её жертвой стал какой-то пухлый парень без имени. Она указала на него пальцем и тот, нехотя, поднялся.

~ Я считаю, что магия нужна для всего. Ну… Вот если лихорадка, мы можем позвать мага вместо лекаря. Хлеб тоже вроде… Ну и для защиты слабых, конечно. Это в первую очередь.

~ Глупости. — замотала головой Тринн и в её взгляде было почти искреннее разочарование. — Всё это детские сказки.

Её взгляд вновь пробил аудиторию, и упал на Артура.

~ Может, рыжие в этом классе другого мнения?

Артур поднялся с некой смелостью в глазах, будто только он знал ответ.

~ Магия, это просто один из фундаментальных законов вселенной, позволяющий человеку изменять мир под себя с помощью воли и энергии, и тем самым облегчать своё существование в мире.

~ Может быть. — кивнула Тринн, и её палец ткнул прямо в моё сердце. — Вот ты, беленькая, будь добра. На тебя последняя надежда.

~ Я? — почти возмущённо спросила я, указывая пальцем на себя.

~ Ага. Как ты считаешь, для чего нужна магия?

Я медленно поднялась, пытаясь растянуть время, чтобы подумать и решить эту сложную задачу. Наконец, я выпрямилась и, прокашлявшись, произнесла.

~ Магия – это максимально эффективный способ убить огромное количество народа за короткое время.

Тринн хмыкнула, сверля меня каким-то странным взглядом, пока остальные смотрели на меня, как на ёбнутую психопатку.

~ Ну так? — неуверенно произнесла я. — Я правильно ответила?

Вместо ответа Тринн медленно зааплодировала. Одинокие, сухие хлопки эхом разнеслись по аудитории.

~ Молодец! Хвалю за честность. Садись. — Она повернулась к притихшей аудитории. — Посмотрите на неё. Вы считаете её сумасшедшей? А по-моему, она единственная, у кого извилины работают правильно.

Она вновь подошла к доске, и вывела мои слова на доске, после чего несколько раз постучала по ним мелом, привлекая всеобщее внимание. От этого я чувствовала какую-то странную… гордость, что-ли? По крайней мере такое было для меня непривычно. ~ Ваша одногруппница правильно сказала. Магия нужна для убийства. Меч в руках умелого солдата заберет одну жизнь, когда как магия в правильных руках за секунду заберёт сотни. Даже на вступительных экзаменах почти все из вас использовали только атакующие заклинания, так что отбросьте сопли про защиту слабых, постижение мира и прочий бред. А теперь к теме урока.

Она подошла к кафедре и, открыв учебник, начала лекцию, изредка сверяясь с текстом учебника. Голос у неё был ровный и приятный на слух.

~ Магия, как наука, существует всего четыре сотни лет. До тысяча сотого года магия жила только в мифах и легендах, а сама магия в Европе с приходом христианства из тайного искусства для избранных превратилась в тёмное колдовство, ересь и дьявольщину. Всё изменилось летом тысяча сотого года. В ночь летнего солнцестояния произошла катастрофа, которую историки нашего времени назвали "Катастрофой Расколотого Неба".

Я в очередной раз мысленно поблагодарила судьбу за то, что преподавание здесь велось на моём языке. Но всё-таки интересно, почему именно немецкий? Надеюсь, об этом расскажут позже.

Я записала слова тринн в свою книжку и подняла глаза.

~ На сегодняшний день мы мало знаем об этой катастрофе, однако сохранилось много свидетельств того события. По ним мы можем понять, что это был всплеск маны невиданной силы. Он прокатился по всему свету, стирая поселения под корень, а других обращая в чудовищ или меняя их расу. По оценкам историков, тогда погибла треть живущих на земле людей. Те, кто был более восприимчив к мане, смог выжить и начать то, что сейчас называют "Первой фазой".

Я представила себе огромную волну маны, как если бы бросила в лужу огромный камень, но даже так я не смогла вообразить себе масштаб этой катастрофы. Представить, как каждый третий на земле умирает от невидимой силы было тяжело.

Тринн тем временем продолжала:

~ "Первая фаза" продлилась век, и это был век хаоса и полной разрухи. Остатки монархии боролись за своё существование, а деревни и города подвергались нападениям орд чудовищ. Во многом благодаря церкви нам удалось пережить это время. Папа Римский, Пасхалий Второй, направил в европу для защиты от чудовищ ордена и войска, совсем недавно окончившие первый крестовый поход. Тысячи крестоносцев и рыцарей принялись зачищать земли от всех последствий катастрофы, теряя тысячи людей за каждую битву.

Тринн сделала небольшую паузу, обвела взглядом притихших учеников и, обернувшись к доске, взяла мел. Основные даты и понятия заскользили по зелёной поверхности, а она продолжала говорить – теперь уже громче, будто сама заражалась энергией той эпохи:

~ В то же время те, кого раньше называли шаманами, ведьмами и колдунами, пользуясь всеобщим хаосом и занятостью церкви, стали свободно изучать всю магию, что была им доступна на тот момент, а также создавать первые местечковые школы, принимая в их стены всех, кто пострадал из-за катастрофы или её отголосков, и обладал хоть каким-то талантом в магии. Многие из этих школ в конечном итоге были обнаружены инквизицией и уничтожены, но те, что смогли выжить, в итоге объединились в первые прообразы тех академий, что мы знаем сегодня.

Она внезапно оборвала рассказ на полуслове и, опершись о кафедру, обвела нас изучающим взглядом.

~ Кстати. Кто-нибудь знает, почему в шведской академии преподают на немецком, а не на шведском или латыни?

Аудитория ответила ей гробовой тишиной. Даже Фрея или Флориан, которые, казалось, знали всё на свете, лишь нахмурились и поджали губы. Тринн хмыкнула.

~ Всё просто. Шведский и немецкий – родственные языки. Наши предки говорили на близких наречиях и писали одним и тем же алфавитом – Старшим Футарком. Однако с восьмого века латиница заменила руны в нашем языке, а знания о нём сохранились здесь, на этой земле. Это и стало причиной, из-за которой основатели отправились на север. Здесь они объединились с местными школами магии против охотников на колдунов и помогли отстоять местные традиции, верования и знания. Таким образом и появилось то, что сейчас называют Стокгольмской Академией. Однако перед ними встал вопрос: на каком языке преподавать. Шведский? Но он тогда был понятен только здесь, на севере. Латынь? Её ненавидели, как язык тех, кто уничтожает магов. И тогда выбрали немецкий. В последствии этот язык стал языком магии по всей Северной Европе.

Она на мгновение замолчала, словно вспоминая что-то, и хотела уже продолжить, как вдруг кто-то с первых рядов поднял руку и спросил:

~ А как дела обстоят в других академиях?

~ Чтобы не затягивать урок, расскажу в общих чертах. В академиях, располагающихся вдали от Рима, языком преподавания стал язык народа. Это касается Константинополя, Москвы, Лондона, Каира и Стокгольма. В остальных же языком преподавания стал латинский. Вернёмся к "Первой Фазе".

Она обернулась к доске и продолжила диктовать и записывать.

~ К концу двенадцатого века, когда хаос Первой Фазы начал утихать, на территории Европы и за её пределами насчитывалось около трёх десятков мелких школ, разбросанных от побережья Атлантики до Уральских гор. Но лишь восемь из них смогли не просто выжить, а вырасти в полноценные академии, которые вы знаете сегодня. Именно они объединили вокруг себя сильнейших магов того времени, накопили знания и влияние, заставив Рим изменить свою позицию относительно магии. Во многом благодаря волшебникам, активно участвовавших в защите простого населения от чудовищ. Изменение настроений среди крестьян способствовало легализации занятий магией, однако даже до сих пор церковь существенно ограничивает подобные увлечения у крестьян. Из-за этого в большинстве деревень, которые вы посетите в своей жизни, уровень магии редко будет превышать бытовой.

Тринн, наконец, отложила мел и села за свой стол, скрестив руки на груди.

~ Концом Первой Фазы принято считать два события. Первое: после образования Восьми Академий маги поняли, что разрозненные исследования ни к чему не приведут. Нужна была связь. И тогда началась работа над тем, что стало величайшим достижением той эпохи – Телепортационными Башнями. Скорее всего вам всем уже удосужилось увидеть нашу башню. Она возвышается над гором и пронзает небо, как копьё. Это не просто красивое строение– это врата в другие академии и на Архайос. И второе событие: закон, принятый в Риме о прекращении гонений.

Архайос…Я слышала это название всего несколько раз, и каждый раз оно звучало как начало какой-то пугающей сказки. Континент, которого не должно было существовать, одно из последствий катастрофы, которое никогда не исчезнет. Место, куда отправляются лучшие из лучших. И откуда возвращаются не все.

~ Уже на втором курсе вам выдастся возможность впервые попробовать телепортацию через башню, но это потом. Сейчас самое скучное, но не менее важное для экзамена – даты, имена и прочий бред.

Дальше меня хватило не надолго. Полился бесконечный поток дат, имён, и каких-то неважных событий, против которых я была абсолютно бессильна. До меня долетали только обрывки, которые тут же забывались, не отпечатываясь ни в голове, ни на бумаге.

Я покосилась на Уну. Та строчила с такой скоростью, что её перо, казалось, сейчас задымится. Пять страниц дат и имён, против моей одной, с самой сутью. Откуда в ней столько терпения на эту скуку?

Тринн время от времени задавала вопросы, и некоторые даже тянули руки. Фрейя, разумеется, вместе с остальными отличниками, блистала. Каждый из них получал свои баллы. А меня, к счастью, не спрашивали. Я старательно делала вид, что что-то записываю, но на деле просто водила пером по бумаге, чтобы не уснуть, пока до ушей не доходило что-то важное.

Концом первой в моей жизни пары ознаменовался громким хлопком журнала о стол. Хотя на деле для меня она кончилась сразу, как перестали рассказывать интересное.

~ На сегодня всё! — голос Тринн разнёсся по аудитории. — Домашнее задание – прочитать главы с пятой по десятую. На следующем занятии у вас будет небольшой тест. Мисс Вайс и мистер Шмитд, зайдите ко мне после уроков. Остальные свободны.

Я застыла с пером в руке, глядя, как она собирает вещи и выходит из аудитории. Урбан? При чём здесь он? Неужели комендантша нажаловалась на вчерашний шум? Но Урбана-то с нами не было...

~ И где ты уже ус-спела накос-сячить? — прошипела Уна, наклонившись к моему уху.

~ Я? Да нигде. Вроде.

~ Как-то не уверенно.

Я вздохнула и захлопнула тетрадь.

Ладно, разберёмся по ходу дела. Пока что я понятия не имела, что этой Тринн от нас нужно, но сам факт, что вызвали не только меня, немного успокаивал. Может, это просто какая-то формальность.

Решив пока не забивать себе голову, я собрала вещи и вместе с Уной и Урбаном вышла в коридор.

А насчёт рыжего… Чёрт с ним. Если не успокоится, реально голову оторву.

.

.

.

Постучавшись, я вместе с Уной и Урбаном вошла в аудиторию. Дверь за спиной скрипнула, и я сразу заприметила необычную деталь – невысокую каменную площадку между учительским столом и первыми рядами. На ней виднелось два вырезанных в камне магических круга, но, кажется, функции они никакой не несли. Но я сразу поняла: здесь будут дуэли.

В остальном это была привычная аудитория с партами, расположенными ярусами.

Возле доски, с мелом в руке, застывшим на одной из букв, стоял седобородый старик в мантии, подбитой мехом. Он даже не обернулся на звук открывающейся двери.

~ Добро пожаловать! — бросил он радостным, скрипучим голосом, не оборачиваясь. — Мы как раз начинаем. Пожалуйста, садитесь и слушайте.

Переглянувшись между собой, мы молча прошла до своего места у окна и, усевшись на лавочке, раскрыла учебник на первой странице. Уна рядом со мной сделала тоже самое.

Через несколько мгновений на доске появилось имя преподавателя — Толфдир. Старик обернулся к нам и опёрся руками о стол.

~ Прежде всего вам нужно уяснить, что магия по природе своей непостоянна и опасна. Если ты не можешь ею управлять, она может уничтожить тебя – и уничтожит. Все вы обладаете врождённым даром. Я не ставлю это под сомнение. Но рвение в изучение магии, что вы проявляете в угоду своей юности, должно умеряться осторожностью, иначе катастрофа неминуема.

Толфдир оттолкнулся от стола и, взяв мел, стал с ловкостью и резвостью, неприсущей старикам, выписывать на доске буквы. Когда он закончил, на доске появилась тема: "Защитные чары. Классификация защитных чар".

~ В моём понимании верхом осторожности является защитная магия – её то мы и будем изучать. Вы можете сколько угодно считать, что стоя в обороне войну не выиграть, но с должным контролем и запасом маны можно победить, возведя лишь один барьер, истощив запасы своего противника.

Толфдир вышел из-за стола и начал расхаживать взад-вперёд, заложив руки за спину.

~ Вы научитесь ставить барьеры, возводить ментальные стены, использовать обереги и отражать вражеские чары. Но главное, — он резко остановился и поднял палец вверх. — если вы поймёте, как устроена защита, взломать чужую для вас не составит труда.

Я подалась вперёд, едва не выронив перо из рук.

А вот это уже разговор! Не тупая оборона, а знание того, как крушить чужую оборону! Вот это я понимаю!

~ Защитная магия, как и любая другая, бывает разных форм, но назначение у неё всегда одно – обезопасить, удержать сохранить. Достичь этой цели можно разными путями.

Он повернулся к доске и, взяв мел, принялся выводить схему.

~ Защитные чары делятся на два основных типа – временные и постоянные. — продолжил Толфдир, начав записывать на доске. — Ко временным относят те заклинания, что требуют от заклинателя концентрации и постоянного вливания маны. Постоянные же накладываются единожды и активны до тех пор, пока не выйдут из строя. Они же делятся ещё на два класса: универсальные и специализированные. Думаю, это в пояснениях не нуждается. Кто сможет назвать примеры для каждого класса?

Он повернулся к нам и принялся обводить взглядом аудиторию, выискивая учеников с самыми умными глазами. Ещё до того, как его глаза поймали такого ученика, с места поднялась Фрея и произнесла.

~ Временным является "Щит" – или же "Малый оберег". Постоянным "Охранная Руна". К универсальным относят "Щит", а пример специализированного защитного заклинания является "Ментальный Барьер".

~ Хорошо! — кивнул Толфдир. — Очень хорошо! Как некоторые из вас, возможно, могли заметить, охранными рунами снабжена ваша униформа. Это дополнительная мера безопасности ещё не раз спасёт вам жизнь во время магических опытов, но не считайте себя неуязвимыми. Осторожность превыше всего.

Толфдир вновь обернулся к доске и, взяв тряпку, стёр лишние надписи, после чего начал чертить магический круг.

~ Главный недостаток магии – задержка перед атакой. Очень малое количество заклинаний активируются мгновенно. Их можно пересчитать по пальцам. И чем выше уровень заклинания, тем больше у вас времени для того, чтобы распознать магию и возвести защиту. Способность быстро распознавать и реагировать на магию противника как раз и отличает хорошего мага от плохого, и количество заклинаний в запасе не так важно.

Толфдир закончил чертить круг и обернулся к нам, сбивая мел ударами рука об руку. Он ткнул пальцем в центр круга и произнёс:

~ Это заклинание многим из вас, наверняка, знакомо. Имя ему "Щит". На первый взгляд простейшее защитное заклинание, известное каждому, но простота эта обманчива. В основе этой магии лежит принцип отведения и рассеивания атаки. "Щит" состоит из плотного, закольцованного потока маны, движущегося от центра к краям и обратно.

Он обвёл пальцем круг, изображая движение маны.

~ Сей принцип позволяет "Щиту" распределять энергию атаки по большей площади и "выбрасывать" её за границу. Главным недостатком и одновременно преимуществом является зависимость прочности от общего количества маны и уровня контроля.

Толфдир отошел от доски и сел за стол.

~ Иначе говоря, при достаточной практике ваш "Щит" будет намного прочнее. Естественно, вам так же следует понимать, что чем меньше будет ваш "Щит", тем плотнее будут потоки маны, а значит и прочность. Но не переусердствуйте и ищите золотую середину между размером и прочностью. Теперь же, когда мы изучили основы, можно закрепить эти знания на практике. Сейчас я буду вызывать вас по парам. Задача одного найти слабое место в щите второго и повредить его или же полностью разрушить. Второй же должен этого не допустить. Потом они меняются ролями. Первая пара…

Магистр прищурил глаза и принялся вглядываться в журнал, а через секунду поднял глаза к классу и назвал первую пару.

~ Эттинген – атака, Вайс – защита.

Ну конечно. Кто же ещё.

Мы поднялись одновременно и змея отправила меня в бой добродушным шлепком по спине. Я встретилась с ней уже у площадки. Каблуки застучали по холодному, выщербленному трещинами камню. Эльфийка, даже не поведя бровью, бросила через плечо.

~ Знаешь, Вайс, что в тебе самое мерзкое?

Я остановилась в пяти шагах, чувствуя, как под подошвами сапог холодеет камень от маны. Она медленно повернулась. Её лицо было воплощением спокойствия, но за радужками глаз скрывалась такая густая неприязнь, что, казалось, она должна была прожигать дыры в моей одежде. Между нами и остальными учениками вспыхнула едва видимая пелена защитного барьера – чтобы шальные заклинания не задели остальных.

~ Нет, не знаю. Просвяти.

~ То, что ты даже не осознаешь своей ущербности. Ты ведь знаешь, что тебя не должно было быть в этой академии. Называть тебя магом, это оскорбление, а твоя "магия" ничто иное как тупое варварство – ты и сама это понимаешь. И всё равно ты по какой-то причине ещё не сбежала отсюда в свою помойку, из которой появилась, прихватив с собой свои животные привычки и таверное воспитание. Хотя не уверена, что тебя вообще воспитывали. Разве что стадо свиней.

Пальцы эльфийки резко сжались, и на её ладонях, с сухим треском разрывая воздух, вспыхнули искрящиеся тёмно-синие магические круги. Меж её пальцев, стрекоча, пронеслись разряды электричества, готовые в любую секунду сорваться и вылететь вперёд, пробивая воздух.

~ И сейчас я покажу тебе, насколько твоё глупое решение о поступлении было ошибочным. Клянусь, надолго ты здесь не задержишься.

Я же стояла, и ничего не делала. Фрея растерянно взглянула на магистра.

~ Мисс Вайс, у вас какие-то проблемы? — Толфдир подался вперёд с явным интересом. — Вам неизвестно заклинание?

Я мотнула головой.

~ Не в этом дело. "Щит" я умею использовать – приходилось в реальном бою, в отличии от моей соперницы. — я вызывающе посмотрела на свою противницу и чуть присела, готовая развернуть самый маленький "Щит", на какой только способна. — Стреляй!

~ Не положено! — рявкнул магистр, но Фрею это уже не могло остановить. Её глаза вспыхнули азартом.

Разряды в её ладони слились в ослепительный шар, и каждый волосок на моём теле встал дыбом. Я среагировала мгновенно – передо мной развернулся алый "Щит". В ту же секунду в него ударила с оглушительным грохотом молния, выпущенная с двух рук.

Меня отбросило на шаг. Подошвы заскрежетали по камню, а перед глазами всполыхнула ослепительная вспышка света. Не успела я выдохнуть, как в щит врезались новые разряды – один, второй, третий. Все они разлетались во все стороны ветвями молний, крохотными разрядами, похожими на червей и снопами искр.

Каждый удар высасывал у меня огромные куски маны, исчезающие бесследно в моих попытках удержать заклинание от разрушения. На пятом ударе сила удара сбила меня с ног и я упала на одно колено, чтобы суметь удержаться, и только тогда Фрея остановилась.

Вернее, её оставил Толфдир, наложив какое-то заклятие на эльфийку, из-за которого она не смогла больше выпустить ни одной молнии. Поняв, что дуэль кончилась, она вздёрнула нос и на её лице расцвела победоносная, полная яда улыбка.

~ Злоебучие молнии. — выругалась я под себя, вставая на обе ноги.

Сквозь алую плёнку заклинания виднелись десятки трещин, покрывшие всю поверхность щита плотной паутиной. Ещё один удар и пришлось бы принимать всю её мощь на своё тело. Я отпустила контроль, и барьер осыпался крупными осколками алого стекла, сгорая в воздухе ярко-розовым, почти белым, пламенем, не долетая до пола.

По аудитории прокатился гул – обсуждали цвет моей маны, дерзость Фрейи, моё поражение. Хотя в основном цвет маны. Краем уха я уловила, как Флориан тихо сказал соседу, мол, с характером, и тот понимающе кивнул.

Как только атаки превратились, между нами встал Толфдир. Его глаза метали молнии пострашнее, чем у Фрейи.

~ Прекратить! Обе! Я не позволю вам более нарушать безопасность на своих занятиях! Мисс Вайс, я снимаю с вас пятнадцать очков за игнорирование указаний, Что же касается вас, мисс Этинген…

Он повернулся к Эльфийке и та, поймав на себе его взгляд, отвернулась от него и выкатила грудь, не желая признавать свою неправоту, за то не стесняясь выражать свою победу.

~ C вас снимается тоже число баллов, плюс ещё пятьдесят за нарушение безопасности на уроке, а также я выписываю вам письменное замечание за намерение нанести серьёзные увечья своей одногруппнице.

Остроухая лишь высокомерно фыркнула. Толфдир жестом велел нам возвращаться на места, а барьер, защищавший зрителей, упал.

Я спрыгнула с платформы и шагнула к лестнице, в ту же секунду столкнувшись нос к носу с Фреей.

~ Бравада про "боевой опыт" это про таверные побоища за бутылку? — откровенно насмехалась она. — Или с собаками за брошенную кость?

Она выждала секунду, наблюдая за реакцией.

~ Что, неприятно, когда ловят на лжи, да?

Я позволила ей подумать, что мне нечего ответить. Она проглотила наживку и, расправив волосы, шагнула вперёд, прямо в мою ловушку. Я резко выставила ногу и Фрея споткнулась о неё, полетев лицом прямо на твёрдые ступени, нелепо махнув руками.

Её лицо с приятным стуком влетело в ступени, и та вскрикнула от боли. Но прежде, чем она успела прийти в себя и встать, я с силой наступила ей сапогом на ладонь, прижимая к камню.

Она дёрнулась, пытаясь одновременно уменьшить боль в лице одной ладонью, и вытащить из под сапога другую. А её вскрик боли перерос в яростное шипение и моё искреннее наслаждение её унижением.

~ Пиздец тебе на следующей дуэли. — прошипела я ей прямо в лицо, прежде чем отпустить руку. — Да и вообще.

Класс на мгновение замер. Тишина стала звенящей, почти осязаемой, и нарушаемой лишь эльфийским шипением от боли.

Фрея резко вскочила, её лицо, до этого бледное от ярости, залилось алым пятном. Она сжала ушибленную кисть, на которой отчётливо проступил след моей подошвы. Её глаза, полные слёз обиды, мгновенно сменились безумным гневом.

Она замахнулась, чтобы ударить меня магией прямо здесь, на лестнице, не заботясь о правилах, но заклинание Толфдира, наложенное совсем недавно, не прекращало действовать и блокировать активацию любой магии. Поняв это, она лишь смогла дрожащим, хриплым голосом крикнуть мне в спину:

~ Я тебя уничтожу! Это война, Вайс!

~ Довольно! — голос магистра прозвучал в аудитории подобно грому. — Хватит этого цирка!

Толфдир в мгновении ока возник между нами. В первую очередь он посмотрел на меня и его взгляд выражал разочарование.

~ Вы превзошли сами себя в своей глупости, мисс Вайс. Подобные выходки недопустимы в стенах этого заведения! С вас будут вычтены ещё пятнадцать баллов за драку на занятии! Немедленно извинитесь перед своей одногруппницей и возвращайтесь на своё место. Сейчас же! И задержитесь ненадолго после урок.Я поднялась на несколько ступеней выше, чтобы смотреть на Фрею свысока.

~ Угу. Прости, я не хотела наступать тебе на ногу.

Я подняла глаза на учителя.

~ Теперь могу вернутся на место?

Он медленно выдохнул.

~ Возвращайтесь на место. — махнул рукой Толфдир. — Но ваша выходка обернётся вам устным предупреждением.

Я молча развернулась и пошла к своей лавке. Спиной чувствовалось, как на мне буквально прожигают дыры десятки глаз. Я рухнула на лавочку, улеглась на стол и уткнулась в окно. Уна покосилась и её хвост, замерший от давящей атмосферы, наконец ожил, начав извиваться.

~ Безбаш-шеная ты. Разве с-стоило так делать?

~ Да на самом деле нет. Я просто хотела потренировать маленький "Щит" и развести Фрейю на несколько нарушений за оскорбления, но… вышло что вышло.

~ А с-с тобой опас-сно. — положив голову на руку, улыбнулась змея. — Теперь жди мес-сти. Она это так не оставит.

~ Смотри, как бы тебе за компанию не прилетело.

~ Потому и говорю, что с-с тобой опас-сно.

Толфдир тем временем вызвал новую пару – двух бледных типов с самого дна спиcка, чьи имена я даже не пыталась запомнить. Я закрыла глаза и позволила себе провалится в дрёму.

…

Колокол пробил удивительно скоро. Аудитория загремела учебниками, заскрипела скамьями и направилась на выход. Учитель стоял у края стола и, положив руку на странную доску, произносил заключение к своему уроку:

~ Тот, кто считает, что магия – это лишь способ показать свою силу или потешить самолюбие, покинет эти стены быстрее, чем успеет закончить первый курс. Следующее занятие будет посвящено принципам сдерживания. И я настоятельно рекомендую каждому из вас подумать над тем, как вы будете использовать полученные знания: чтобы защищать тех, кто слабее, или чтобы самоутверждаться за чужой счёт. На сегодня всё. Хорошего вам дня.

Пока он это говорил, ученики проходили мимо его стола и прикладывали свои эмблемы к той же доске, после чего уходили с счастливыми лицами. Я смогла проснутся и собраться как раз к тому моменту, когда аудитория совсем опустела. Фрея, казалось, специально задержалась, чтобы бросить на меня последний на сегодня взгляд, полный злобы и уйти, хлопнув дверью.

Через пару мгновений я спустилась к столу учителя. На всём моём пути он сверлил меня взглядом, и я заметила, как всего на мгновение блеснули голубым его глаза, и по телу прошёлся холодок – он просветил меня магическим зрением.

Я решила не придавать этому значения и встала у стола.

Его рука всё ещё покоилась на доске – толстой, широкой каменной плите с двумя пазами для эмблем. Вокруг пазов, не соприкасаясь, расходились невероятно сложные магические круги. Символы и линии внутри каждого из них располагались вплотную друг к другу и, кажется, вообще были многослойными. На дне каждого паза, словно капли застывшей крови, темнели огранённые рубины.

~ Признаться, я думал, что вы умнее и не станете вестись на провокацию. — произнёс магистр, доставая свою эмблему из одного паза и вкладывая его в другой.

Видимо, один паз для снятия баллов, а другой для начисления. Я сняла свою эмблему и вложила её на освободившееся место.

~ Кто-то должен ставить таких, как она, на своё место.

Толфдир лишь хмыкнул, не став ни спорить, ни соглашаться со мной.

~ Ставить на место и калечить – разные вещи, мисс Вайс.

Я подняла глаза на Толфдира, и взглянула на него с укором.

~ Вот именно. Я лишь указала зазнавшейся сук… одногруппнице, что не постеснялась пустить в беззащитную пять молний и что она сильно ошиблась. Виновата ли я в чём-то? Вряд ли.

Он улыбнулся, многозначительно хмыкнув, и коснулся центра доски.

Из под эмблем ударил красный свет, исходящий от рубинов. Голубые камни на самих эмблемах засветились голубым, и в воздухе, сотканные лучами этого света, появились числа. Мои – ровно три сотни. Учителя – больше трёхсот тысяч. Солидная сумма.

~ Как вообще эти штуки работают? И доска, и эмблемы… Как они знают, сколько у меня баллов и сколько надо списывать?

Следом за камнями загорелись руны и магические круги. Каналы в камне наполнились синим сиянием, а затем взмыл в воздух, на мгновение зависнув над эмблемами, но практически сразу же начав вращение. Над учительской эмблемой круг крутился по часовой, а на моей же – против.

Я смотрела за этим представлением, пока мои баллы стремительно убывали, а его же, напротив, росли.

~ Боюсь, я вам не могу рассказать всего. Это тайна артефакторов. Однако эта доска преобразует ману в зашифрованные импульсы – они то и определяют, снимать или начислять баллы.

Я кивнула и в этот момент доска закончила свою работу. Перед тем, как погаснуть, камень показал число "235". Вздохнув, я достала эмблему и, повесив её на плечо, уже собиралась уходить, как Толфдир вдруг сказал:

~ Знаете, мисс Вайс, за сорок лет преподавания я видел множество учеников. Способных, бездарных, усердных, ленивых. Но талантливых – единицы.

Я остановилась, схватившись за дверную ручку. И он тоже сделал паузу. Только обернувшись, я поняла, что он ждёт от меня какой-то реакции.

~ Вы считаете меня талантливой? Это ложь. Вы ничего не знаете обо мне, чтобы утверждать это. Вас больше интересует цвет моей маны, я ведь права? Именно поэтому вы использовали магическое зрение?

~ Не могу утверждать обратного, но и согласится с вами не могу. То, о чём я говорю – не имеет никакого отношения к вашей мане. Это мне интересно, как учёному и я, признаюсь, надеялся увидеть вас в другой… обстановке. Однако ваши способности интересны мне как преподавателю. Вы поступили сюда, имея серьёзные пробелы в теории. Ваши письменные ответы на вступительном были, откровенно говоря, удручающими. Однако вы здесь. И сегодня, даже не беря во внимание нарушения безопасности, вы проявили именно те качества, которых ждут от мага.

~ Не понимаю о чём речь.

~ Вы среагировали на молнии – самую быструю из стихий, а ваш щит смог выдержать пять последовательных ударов в самое слабое место заклинания и не рухнуть.

~ Это плохой результат.

~ Для архимага – да, но ошибки у ученика это именно то, что помогает стать ему архимагом. И хоть вам недостает воспитания, дисциплины и, пожалуй, уважения к старшим, но всё это – приобретаемое. Талант же либо есть, либо его нет. У вас он есть. И будет настоящим преступлением, если вы растратите его на конфликты с одногруппниками и бессмысленные попытки что-то кому-то доказать. Так что советую вам умерить свой буйный нрав и больше не учинять ссор.

~ Нрав здесь не причём. — я отошла от двери и, встав перед Толфдиром, произнесла: — То, что я потеряла баллы – виновата моя недооценка Фрейи как противника, и моё желание научится использовать "Щит" иным способом, однако вы мне не дали.

~ О чём и речь. Более вас не задерживаю.

Я кивнула и вышла из аудитории с каким-то странным чувством на сердце. Коридор встретил меня привычным гулом голосов и топотом ног. Уна и Урбан ждали меня, беседуя о чём-то у окна. Заприметив меня, они хихикнули и подошли ко мне с написанным на лице вопросом. У Уны он буквально был написан – её хвост изогнулся вопросительным знаком.

~ Ну что? — Уна дёрнула хвостом и вопросительный знак исчез. — Тебя, наконец, ис-сключают?

~ Не дождёшься. — уголки губ растянулись в злобное ухмылке.

Но я практически сразу стёрла её и шагнула ей навстречу, перехватывая учебники удобнее.

~ Слышь, а подними-ка руки.

~ Зачем? — удивлённо спросила змея.

Она сузила глаза и принялась рассматривать меня, пытаясь понять, в чём подвох.

~ Подними говорю! Так, словно подачку просишь – ты знаешь как, но только обеими руками. Давай!

Она переглянулась с Урбаном, всем своим естестеством выражая недоверие, но всё же руки вытянула. Я тут же свалила на неё свою стопку учебников, а сверху, пока её руки заняты и она не успела опомнится, добавила ещё и стопку Урбана.

~ Неси в комнату. — я хлопнула её по плечу и подтолкнула её в сторону общаги. — А взрослой тётеньке ещё надо дела доделать.

~ Э? — она затормозила и возмущённо уставилась на меня. — Я же с-скалаза…

~ Мало ли что ты сказала? Неси, говорю!

Решив не давать ей больше времени на раздумья, я схватила Урбана в охапку и, положив того на плечо, понеслась в сторону нашей аудитории.

Когда я отбежала до такого расстояния, чтобы не слышать змеиных воплей, я поставила Урбана на землю и тот, пошатываясь, побрёл следом уже самостоятельно. Через минуту мы добрались до нашей аудитории. Из неё всё ещё выходили остатки учеников из наших параллелей. Дождавшись, пока последний ученик выйдет из аудитории, мы вошли внутрь.

Тринн сидела за столом и, подперев голову рукой, улыбалась нам.

~ Закройте дверь. — сказав это, она протяжно, сладко, до хруста в костях, потянулась.

Я закрыла дверь и подошла ближе. Она откинулась на своём кресле, забросив руку на спинку стула, и скользнула по мне изучающим взглядом.

~ Мы пришли. — сказала я. — Что от нас нужно?

~ Мне? Да ничего. — она лениво перевела взгляд на Урбана. — Мне просто было интересно, какие вы – ученики Эрвина.

~ Эрвина? — Урбан ошарашенно осмотрел её.

Я тоже пригляделась и действительно. Только сейчас до меня дошло, что она буквально женская копия Эрвина. Разве что… морщинок меньше.

~ Вы знаете Эрвина? — Урбан все ещё не мог поверить в её слова. — Того самого?

~ И не просто знаю. Мы намного ближе, чем вы думаете.

~ Любовница? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Но прозвучало это глупо, и я предположила другой вариант. — Или дочь?... А может…

Тринн не ожидала такого вопроса и заметно смутилась, но быстро пришла в себя, и рассмеялась.

~ Ха-ха-ха-ха! Нет-нет, что ты. Такое точно не "может". Мы не из королевской семьи, чтобы практиковать такие отношения. Я его сестра.

Мы с Урбаном переглянулись от удивления, и хором выдохнули:

~ О как!

Тринн медленно поднялась с кресла и встала к окну. За стеклом стремительно вечерело, и алое солнце заливало аудиторию тёплым светом, подсвечивая летающую в воздухе пыль.

~ Вы уже вкурсе, что поступили сюда не просто так. Мой брат послал вас, чтобы мы смогли найти кое-кого… кого он назвал "Дарованным". — она посмотрела на нас через плечо и чуть нахмурилась. — Опережая очевидный вопрос: я этим заниматься не могу. Дарованные – вашего возраста. Если я просто задумаюсь в сторону дружбы с ними, меня сожгут на доске как растлителя. А это пользы не принесёт.

~ Вы не старушка. — возразил Урбан, и тут же сделал шаг вперёд. — Вам на вид двадцать лет.

~ Спасибо, но сути это не меняет. — Она опёрлась о подоконник, повернувшись к нам, и скрестила руки на груди — Теперь к делу. Ваша задача: наблюдать, собирать информацию, дружить, втираться в доверие и в конечном итоге доказать, верны ли наши предположения.

Я скрестила руки на груди, недовольно нахмурив брови.

А, ну конечно. Я же здесь не просто потому что наши дорогие учителя расщедрились до такой степени, чтобы дать нам образование, а потому что здесь их шкурный интерес. Разве могло быть иначе?

~ И что произойдёт, если мы докажем?

~ А это, Алай, зависит от ваших отношений с каждым из них. Если вам доверяют – будем вербовать. Если нет – похитим. А если он уже завербован – убьём. И решение принимать вам.

От этих слов Урбан насторожился.

~ Убить? Прямо… ну, в академии? Разве не вызовет скандал? За нами могут начать охоту.

~ Конечно, начнут. Но мой брат скрывался в твоей деревне от демона, который его ищет. Уж от магов-недоучек он спрятать вас сумеет. Но вам и не придётся убивать, если у вас получится с ними подружиться, так что всё в ваших силах.

~ Это всё, конечно хорошо, — начала я. — Но всё-таки. Почему мы? В группе что, детей мало? Или мы какие-то особенные?

~ Именно в этом и дело. Эрвин вам доверяет, а значит доверяю и я. В письмах, что я от него получала, он называл вас сообразительными, хоть и не всегда послушными учениками.

Почему то она сделала акцент на "послушными", глядя мне в глаза.

~ Он отметил каждую из ваших сильных сторон. Вы идеально дополняете друг друга и у каждого равные шансы подружиться хотя бы с одним из дарованных. Особенно он отмечал твоё хладнокровие и готовность испачкать руки, Алай. А у тебя, Урбан, твои моральные качества, дисциплину и упорство. Хотя упорство у вас обоих – сильная сторона.

~ А если мы откажемся помогать? — я поставила руку на бедро. — Эрвин найдёт новых учеников, а нас на помойку?

~ Нет. Ваше обучение здесь ничего не стоит, можете остатся. Но награду вы не получите. И моей особой помощи – тоже. А это, поверьте, сотни баллов, допуск к личной лаборатории, договорнячки с преподавателями и информация, которую ни под каким предлогом не разглашают ученикам.

Я посмотрела на Урбана. Он выглядел задумчивым, но не напуганным. Меня же слова про награду зацепили куда сильнее угроз. К тому же, если для Эрвина это важно, то…

Ну, можно попробовать. Хотя бы потому, что я бы здесь не оказалась, если бы не он, да и он меня ни разу не подставлял. Но для вида я не могла просто взять и согласится просто за "спасибо", которое нам обещают через чёрт знает сколько времени. Надо хотя бы поторговаться и выбить что-то конкретное и для себя. И к тому же любопытство съедало изнутри.

~ А что за награда?

~ Скажу, когда сделаете дело. — Тринн на мгновение обернулась и ехидно улыбнулась. — Авансом не работаем.

~ Жмотина. — обиженно буркнула я.

Она хмыкнула, но опровергать не стала.

~ Да, кстати, — она подняла палец. — вам стоит уяснить, что помощь вам я буду оказывать только по делу. Во всём остальном – нейтралитет. Я ваш куратор и должна поддерживать благоприятную атмосферу среди своих подопечных. Никаких особых привилегий. Это ясно?

Мы с Урбаном кивнули. Это было вполне логично и справедливо.

~ А почему вы решили стать учителем? — вдруг спросил он.

~ Это место – центр паутины. Паук, сидя в центре, знает, что творится на каждом её конце. Так и я – через сеть телепортационных башен могу получать информацию со всех концов света. Но у меня тут свои цели и они не касаются вашей.

Она подошла к столу и выдвинула ящик. Через мгновение на стол аккуратно легли три сшитые стопки листов. "Досье №347" – прочитала я на одном из титульных листов.

~ Но давайте к делу. — Тринн пододвинула бумаги к нам. — Это ваши цели. Если вы согласны – берите их. Если нет – дверь знаете где. Ваш отказ никак не повлияет на наши отношения.

Я посмотрела на эти папки. Каждая из них была приличного размера, а содержание их наверняка очень интересное и интригующее.

Лучшего момента для начала торгов и придумать нельзя!

~ Эрвин писал о том, какой магией я интересуюсь?

~ Хм? — промычала она. — Припоминаю. Он упоминал, что ты достигла неплохих успехов. А что?

~ Взамен на своё участие я хочу две вещи. Книгу по магии крови и научится магии льда. Больше мне ничего не нужно.

~ Без проблем. Книгу достану, но не раньше, чем через месяц. В лучшем случае. И хранится она будет у меня на всякий пожарный. Но если попадёшься, пеняй на себя. Я обеими руками буду топить против тебя.

Я на мгновение впала в ступор. Почему то я считала, что такие вещи для неё будет невыполнимы, однако выходит, что продешевила…

Ну, ладно.

~ Хорошо. Тогда я согласна.

Урбан покосился на меня с лёгким беспокойством, но промолчал. Тринн перевела взгляд на него

~ А ты, парень?

Он помялся пару секунд, потом, смирившись, выдохнул:

~ Если она согласна, то я тоже. Кто-то же должен следить, чтобы она не поймала очередной психоз и не поубивала здесь всех.

~ Эй! Когда это у меня был хотя бы один психоз?

~ Я серьёзно, Алай. Постарайся не повторить участь моей деревни.

Тринн усмехнулась и откинулась на спинку стула. Мы потянулись к папкам. Я раскрыла свою – и сразу наткнулась на имя "Артур Морган" с нарисованным тушью портретом. И это не просто совпадение имён – его рожа была срисована с малейшими деталями. Заглянув к Урбану, я увидела в его досье другое имя из нашей группы: Рей Люпина.

Вот свезло.

~ Расскажу вам суть о каждом из них. У тебя, Алай, Артур Морган. Родился в Шотландии близ деревни Порт-Ментейт в семье графа Джеймса Моргана. В возрасте десяти лет, чтобы решить экономические проблемы своей семьи, самостоятельно придумал некое устройство, превращающее обычный уголь в кокс. Это такой особый уголь, который не воняет серой, не портит металл и горит чистым пламенем. Ты, Урбан, как сын кузнеца, можешь понять, насколько хорошо это звучит.

Урбан кивнул, не отрываясь от своих бумаг.

~ Да. Если бы у моего отца такое было, мы были бы лучшей кузней во всей округе.

~ Это и произошло в Порт-Ментейт. Бывшая рыбацкая и пастушья деревня за два года стала не только центром угольной торговли у границы Шотландии, но и обзавелась особенной печью, плавящей железную руду плохого качества в неплохой чугун. Благодаря этим двум вещам деревня разрослась до небольшого города, а в казне Морганов появились свободные деньги, полученные, в частности, от государственных заказов на чугунные ядра для Шотландского флота. Менее важную информацию вы найдёте на бумаге.

А этот рыжий оказался не таким простым выскочкой, как я думала с нашей первой встречи. Он показался типичным высокомерным ублюдком, как Фрейя, однако я и подумать не могла о нём, как о дельце и изобретателе. И всё же, почему он решил проявить ко мне свой интерес – до сих пор для меня загадка.

Но мне даже так лучше. Не придётся искать поводов, чтобы поговорить. А там уж как нибудь разберусь.

Тринн тем временем повернулась к Урбану.

~ Дальше Рей Люпина. Родилась в окрестностях Кёльна в семье потомственных смолокуров. Однако она не захотела перенимать ремесло и сбежала в город, где она сразу же стала ассистентом одного алхимика. Взял он её, разумеется, не из-за красивых глаз. Как он нам сообщил, она появилась у него на пороге и без какого-либо обучения смогла заткнуть его за пояс своими познаниями. Позже, когда в городе началась эпидемия чумы и холеры, Рей изобрела лекарство из плесени, которое вылечило правителя тех земель, за что в награду получила землю и много денег. А её лаборатория, где она работала, разрослась до приличных размеров.

~ Звучит как сказка. — недоверчиво буркнул Урбан. — Разве такое бывает, чтобы обычная плесень с хлеба лечила такие болезни?

~ Тем не менее это факт. Как известно, магия исцеления не может лечить болезни, поэтому эта ноша легла на алхимиков и их отвары. Однако даже так эти две болезни до недавнего времени считались неизлечимыми, оставляя людей уповать на чудо. Но Рей смогла найти лекарство не только от чумы и холеры, но и от заражения крови, гноящихся ран и некроза – и это подтверждённый факт. Оно называется "пенициллин" и расходится в Кёльне, как горячие пирожки.

~ Согласна. Эта история очень подозрительная. Наверное, это и есть наша главная цель.

Тринн взяла со стола третье досье и, раскрыв его, положила в центре стола у всех на виду.

~ Я тоже так думаю. Третий же принадлежит царскому роду Рюриковичей – Иван Иванович, сын московского царя Ивана Грозного. Он старше, чем остальные, и сейчас обучается на втором курсе. Как бы это не выглядело странно, но известен он своими высказываниями против любой власти, за что его сюда и сослали, чтобы глаза не мозолил и ума набрался.

~ А он очень… — я замолчала на мгновение, подбирая подходящее слово. — Противоречивый.

~ Не то слово. — хмыкнула Тринн, и продолжила рассказ. — Четыре года назад он написал свой политический труд, основной идей является уничтожение государства как такового и упразднение некого "классового устройства общества". Все его высказывания так или иначе связаны со словом "Анархия", главным из которых является "Анархия – мать порядка". Это его главный лозунг, благодаря которому он смог за время обучения сколотить вокруг себя целую партию единомышленников. Их главный отличительный знак это чёрный шарф или накидка, а у самого Ивана на ней изображён чёрный череп с костями. Он занимает пост старосты в своей группы. Так же он часто упоминает имена Махно, Горшок, Бакунин и Кропоткин. Но никого с таким именем мы найти не смогли.

Я слушала о нём, не перебивая, и не могла взять в толк, как такой противоречивый человек вообще может существовать. Трин тем временем закончила, давая нам время на обдумать.

Мысли крутились вокруг да около, не желая оседать на дне моего черепа. Я пыталась представить, как было бы – родится во дворце, вокруг прислуга, власть, огромное количество денег и влияния, а наутро проснутся и сказать: "Сломаем это всё к хуям".

И ведь он не шутит, судя по досье. Даже его отца понять можно.

Я не понимала, стоит ли мне восхищаться им, как человеком, готовым уничтожить всё ради идеи, или относится как к идиоту всё по той же причине. Но мне почему-то захотелось попробовать эту его "Анархию" на вкус и прочность.

Подводя итоги мне стало ясно, что каждый из этих троих – личность исключительная. У каждого из дарованных есть определённые знания в какой-нибудь области. И Тринн с Эрвином, вместе с теми, кто за ними стоит, хотят эти знания прикарманить.

А я чем их хуже?

Мне же не обязательно рассказывать им всё, что узнаю, правильно? На самом деле я вполне могу быть на обеих сторонах, получая бонусы сразу от всех.

Как раз потому что я связующее звено между ними и Тринн, я буду первой, кто будет получать знания с одной стороны и информацию с другой, а значит и решать, как ими распоряжаться тоже мне.

Звучит очень привлекательно.

Что ж, тогда так и буду поступать. И у меня уже есть пара идей, как достичь такого "подвешенного" состояния. И я надеюсь, что у меня получится, хоть это и маловероятно, потому что они до скрипа в зубах наглые.

~ Ты чего задумалась? — Урбан толкнул меня локтем.

~ А? — я оглянулась, пытаясь понять, не прошло ли больше времени, чем я почувствовала. — Я просто уже думаю, как мне задание выполнить.

~ А это правильный подход! — Тринн хлопнула по столу от восторга.

~ Будут какие-нибудь советы?

~ Совет только один: пе переигрывай. Оно сразу видно, если человек пытается набиться к тебе в друзья. Ведите себя так, как обычно. И думаю вам не стоит объяснять, что этот разговор должен остаться исключительно между нами? И вашей новой подруге-змее тоже ничего не говорите.

~ Само собой. — хмыкнула я. — Этой суке ничего нельзя доверять. А что-то более…конкретное? Как мне с Артуром, например, обойтись?

Тринн на пару секунд отвела взгляд, задумавшись, а затем вернула свои фиолетовые глаза к нам.

~ Из досье ясно, что он изобретатель. Если он что-то мыслит в инженерии или механике, то у него обязательно должны быть чертежи. Если сможешь принести хотя бы один, уже по ним можно сделать какие-то выводы.

~ Поняла.

Я удовлетворённо кивнула. Что ж, план ясен.

~ Вот и хорошо. Можете идти к себе.

Я развернулась и зашагала на выход. Уже в коридоре меня догнал Урбан и пошёл рядом со мной до самого холла.

~ М-да, ну и вляпались мы в самое дерьмо.

~ Не согласна.

~ Это почему? Ты уже знаешь, что делать?

~ Более-менее. Завтра проникну в твою комнату и обязательно что-нибудь найду.

~ А может лучше мне? Я всё-таки с ним в одной комнате живу.

~ Он в первую очередь подумает про тебя. Я же в истории пропаже его вещей одна из сотен подозреваемых. Твоей задачей будет просто задержать его и маячить перед глазами.

Он покосился на меня с сомнением, но подумав, всё же кивнул.

~ Твой энтузиазм, конечно, похвален. Но ты ведь не думаешь, что всё так просто?

~ Конечно не думаю. — я пожала плечами. — Если бы она нам доверяла, то сказала бы. Значит, узнаем сами. Главное, подыгрывать ей. А пока не забивай голову.

Урбан вздохнул, но спорить не стал. В холле мы разделились и разошлись по своим комнатам.

.

.

.

.

.

.

.

.

Итак, наконец-то я вырвался из этого ада. Можете меня поздравить, я теперь не студент. И так то есть чем похвастаться. Я не только выпустил главу, но и ещё диплом на 5 защитил, а дем экзамен сдал на 4. Поспешу прервать негодование. Это не весь материал, что у меня есть спустя 2 месяца затишья. Как минимум ещё на 2-3 главы у меня есть текста. Осталось его только отредактировать и выпустить. Возможно скоро. А ещё есть арт Фрейи.