7
Перед храмом было безлюдно. Солдатов племени ног тоже не наблюдалось. Похоже, все силы ушли на то, чтобы сдерживать огромный поток беженцев.
— Второй отряд, сдать отчёт и разойтись!
По приказу шедшего впереди кузнеца колонна разделилась на две группы, одна из которых двинулась ко входу в храм, а вторая свернула направо. Е Чжу в растерянности замерла позади расходящихся людей. Ей хотелось немедленно войти внутрь храма и проверить, сидит ли Рам по-прежнему на том золотом троне. Однако разве она не видела своими глазами, как Джания пронзила его копьём?
Между колоннами у входа проглядывал свет. Солнце уже зашло, и вокруг сгустился сумрак, только поэтому ей удавалось оставаться незамеченной среди людей племени глаз. Окажись она на свету, её обман тут же раскрылся бы. После коротких метаний Е Чжу успела пристроиться вслед за группой, ушедшей в правую сторону от храма. Возможно, рабочие шли как раз в подземелье башни, где располагалась кузница.
К счастью, её догадка оправдалась. Обогнув главное здание, они направились на задний двор. Как и до того, как она прошла через дверь, у ворот, ведущих к руинам древнего святилища, дежурили солдаты племени ног. Но поскольку тщательный досмотр проводился ещё внизу, у лестницы, ей удалось беспрепятственно миновать проход, даже не поднимая капюшон. А может, у них просто отпала необходимость в строгих проверках: новые люди теперь стали совершенно беспомощными. Их хозяин, Чёрный Осколок обратился в ребёнка и находился в руках этих тварей, а сама она считалась погибшей уже десять лет.
Идущий во главе отряда мужчина взглянул назад и бросил:
— Шевелитесь.
Е Чжу вовремя замедлила шаг, а затем бесшумно скользнула в сторону. Людей из племени глаз заметно поубавилось, и они могли быстро заметить чужака. Она сошла с протоптанной тропы и двинулась вглубь чащи, скрываясь среди деревьев и кустарников. Солнце уже полностью зашло, и лес погрузился во тьму, однако следовать за кузнецами на некотором расстоянии не составило особого труда.
— Снег...
Лес сейчас сильно отличался от того, что она помнила. Возможно, из-за массовой вырубки некогда густые заросли деревьев заметно поредели. И что самое главное, снега не было вовсе - под ногами чавкала лишь раскисшая земля. Что же здесь произошло за эти годы?
В отличие от главного храма, руины кипели жизнью. Отряд, за которым она следовала, едва добравшись до места, поспешно скрылся в направлении башни. Е Чжу не смогла снова примкнуть к ним. В тот самый миг, когда она собиралась выйти из чащи, мимо медленно потянулись новые люди, волоча огромные телеги. Пришлось смириться и ждать. Е Чжу тяжело вздохнула и затаилась в густых зарослях кустарников. Она сбежала отсюда буквально вчера, но теперь древние развалины изменились до неузнаваемости.
Новые люди, обращённые в рабство, непрерывно таскали какие-то грузы к башне. Пара стражников из племени ног прохаживались между ними с хозяйским видом. Обломки старых зданий, годами лежавшие в запустении, почти исчезли, а на их месте выросло несколько новых построек непонятного назначения. Похоже, это были дозорные вышки или аванпосты племени ног.
— А?
Тревожно оглядываясь, Е Чжу вдруг заметила кое-что ещё: тоннель, пробитый людьми тысячу лет назад, чтобы добраться до ядра, где дремал Чёрный Осколок. Из этой глубокой ямы, в которой её однажды заперли, сейчас выбирались бойцы племени ног со светящимися палочками в руках. Глаза Е Чжу округлились.
— Ну как, новобранец? Каково это - своими глазами увидеть великое достижение человечества тысячелетней давности?
— Ох, как вы и говорили, сержант, глубина действительно поражает!
— Ха-ха! Мелкий, не верил. Я же говорил, что лично видел это на корабле десять лет назад!
Один из стоявших наверху солдат ободряюще похлопал по плечам двух поднявшихся подчинённых.
— Если бы лава не уничтожила вершину самой высокой горы в этом мире, вы бы смогли увидеть, насколько грандиозным был Core-1... Жаль.
— Мне тоже жаль!
Сержант довольно усмехнулся и неожиданно спросил:
— Ну что, сделали? Надёжно зафиксировали?
— Так точно, сержант! Эта тварь совсем не сопротивлялась, так что всё прошло гладко!
— И всё же бдительность терять нельзя! Я уже не раз рассказывал вам, как этот ублюдок тысячу лет назад пытался уничтожить человечество. На кону судьба всех нас. Защищайте это место ценой собственной жизни, поняли?
— Есть! Защищать ценой жизни! — отчеканили солдаты.
Сержант спустился по ступеням и вошёл в караульный пост, возведённый на окраине руин. Оставшиеся двое разошлись в разные стороны и, заняв позиции, принялись охранять подступы к огромному тоннелю.
— Там...
Не нужно было быть гением, чтобы понять: внизу заперли маленького Рама.
Когда её заточили здесь вместе с Брэденом, где-то посередине тоннеля находилась дверь, соединявшая его с подземельем башни. Тогда пленников удерживали варварским способом, сбрасывая вниз на цепях, но теперь они, судя по всему, соорудили средство, позволяющее спускаться на самое дно.
— Ха... Всё же слава богу.
Он прорвал свой кокон совсем недавно. Е Чжу сдержала невольную улыбку от мысли, что тонкие лодыжки маленького Рама не пострадали так сильно, как её собственные. В темноте всё равно никто не мог увидеть, как её лицо исказилось от подступающих слёз.
— Я снова спасу тебя, — прошептала Е Чжу, не сводя глаз с ямы, которую охраняли двое солдат племени ног. Главное, чтобы он был жив. А способ вытащить его она как-нибудь да найдёт.
«Потерпи немного, Рам» — мысленно пообещала Е Чжу, до боли сжав заледеневшие пальцы.
Она прождала в засаде среди деревьев несколько часов. За это время ночь окончательно вступила в свои права. Суетливые тени обычных и новых людей постепенно исчезли. В руинах древнего храма теперь слышались лишь редкие шаги часовых, да иногда мелькали силуэты в серых робах, направлявшихся из башни к новому зданию.
После ухода сержанта бдительность часовых ослабевала с каждой минутой. Наконец один из караульных, небрежно переминавшийся с ноги на ногу, заразительно и широко зевнул:
— Ох-х... Эй, я больше не могу. Посплю часок, а ты стой на посту как положено.
— Есть! Отдыхайте!
Судя по всему, этот парень был старшим по званию. Он легонько хлопнул подчинённого по плечу, спустился по ступеням и направился к сторожке, расположенной поодаль, у самой опушки леса.
В глазах Е Чжу, наблюдавшей за оставшимся часовым, блеснула надежда. Пусть тот и был вооружён, но остался один. Если разобраться с ним, появится шанс. Однако солдат, помня напутствие напарника, выпрямился и насторожился. Е Чжу вновь затаилась, дожидаясь, пока он опять расслабится.
Воцарилась тишина. Когда ей показалось, что прошло уже гораздо больше часа, часовой прямо на посту начал клевать носом. Е Чжу посмотрела на небо. Мимо тускло сияющей луны проплывали серые облака. Полночь давно миновала, а из башни больше никто не появлялся. Она осторожно поднялась из зарослей. То, что снег растаял, сыграло ей на руку: под подошвами не скрипело, и шаги стали тихими. На пути не попадалось даже обломков, о которые можно было споткнуться, поэтому Е Чжу быстро добралась до лестницы, ведущей к яме, и, боясь быть замеченной, торопливо взбежала по ступеням.
— М-м...
Взобравшись наверх, она увидела, как часовой что-то бормотал во сне, прислонившись к полуразрушенной колонне. Его тело опасно кренилось над самым краем тоннеля.
«Нужно поторопиться, пока не вернулся второй», — подумала Е Чжу и бесшумно скользнула к проходу, откуда недавно вышли солдаты. Дрожь пробивала всё тело, колени подгибались, но она, к счастью, миновала опасный участок, так и не разбудив стражника.
Е Чжу украдкой заглянула вниз. Бездна встретила её кромешной тьмой. Даже при ярком солнце дна здесь было не разглядеть, а ночью яма и вовсе казалась разинутой пастью чудовища.
Сглотнув подступивший к горлу ком, она осмотрелась в поисках спуска. Прямо у ног к стене крепилась металлическая лестница, похожая на ту, что вела сквозь вентиляцию корабля племени ног.
— М-м... хр-р...
С опаской косясь на причмокивающего во сне солдата, она осторожно нащупала стопой первую перекладину. Мысль о том, что приходится добровольно возвращаться туда, откуда она едва вырвалась живой, наводила ужас. К тому же она слишком хорошо знала, насколько глубока эта яма. Из-за страха высоты перед глазами всё поплыло, а икры свела судорога. Но времени на колебания не оставалось: никто не гарантировал, что часовой проспит до её возвращения.
Сжав зубы, Е Чжу начала спускаться. А вверху, у самого края пропасти, по-прежнему безмятежно клевал носом единственный охранник.
***
— Ха-а, ха-а...
Е Чжу лихорадочно спускалась в кромешной тьме. Отсутствие света было даже к лучшему: по крайней мере, она не видела, на какой ужасающей высоте находится, и не думала о том, насколько безрассудно лезть по лестнице без всякой страховки. Напротив, этот мрак вселял в неё несвойственную ей смелость.
— Фух, почти добралась... совсем чуть-чуть… — подбадривала себя Е Чжу.
Сколько же она уже спускается? Скользнув взглядом вниз, она заметила слабый свет.
— Свет!
Уже бывавшая здесь Е Чжу прекрасно знала, что этот свет исходит от люминесцентного минерала, смешанного с мусором. Она почти достигла дна, и её движения стали торопливее. Едва заметный свет становился все ярче по мере того, как она спускалась ниже. Вскоре ноги встали на последнюю перекладину, и девушка спрыгнула на землю.
— Рам!
Его даже не пришлось искать. Среди нечистот, в самом глубоком месте виднелось распластавшееся маленькое тело. Е Чжу кинулась туда:
— Рам! Рам, ты в порядке?
Состояние мальчика было куда серьёзнее, чем она думала. Он лежал с закрытыми глазами, словно без сознания. Его обнажённое тело казалось невероятно хрупким и грязным. Единственным утешением было то, что страшная рана от трезубца Джании исчезла, не оставив после себя и следа.
— Хнык…
Сколько же энергии он потратил, если снова вернулся к облику тысячелетней давности?
Сердце Е Чжу разрывалось на части от вида мужчины, превратившегося в беспомощного ребёнка. Только теперь до неё дошло, что, в конце концов, она так и не смогла спасти Рама.
Е Чжу в панике сняла с себя робу и укутала ею мальчика.
— Я пришла, Рам, — всхлипнула она. — Пожалуйста, открой глаза, м?
От того, как безвольно он лежал среди отбросов, к горлу подступили рыдания. Дрожащими руками Е Чжу осторожно приподняла мальчика и обняла его. Раздался до боли знакомый лязг: от тяжёлого ошейника на его тонкой шее тянулась массивная цепь. Другой её конец был плотно обмотан вокруг вбитого в землю кола и скреплён висячим замком.
— Я, я спасу тебя.
Е Чжу приподняла голову потерявшего сознание ребёнка и внимательно осмотрела ошейник со всех сторон. Однако, как бы она ни искала, замочной скважины на нём не было.
— Ублюдки проклятые.
Скрипя от злости зубами, Е Чжу пошарила в кармане робы и достала чёрный ключ. Это была единственная вещь, которую она, помимо копья, принесла с собой из прошлого. Ей пришлось снова уложить Рама на землю. Затем она подошла к колу и без колебаний вставила ключ в скважину замка. Щёлк.
— Готово.
К счастью, универсальный ключ, который сделал для неё Рам, даже спустя столько времени сработал безотказно. Е Чжу торопливо размотала толстую цепь. По яме разнёсся оглушительный лязг ударяющихся друг о друга металлических звеньев. Взяв конец цепи, Е Чжу вернулась к ребёнку, но её тут же охватило отчаяние: вместе с Рамом придётся тащить и эту увесистую штуку.
— Ха… — тяжело вздохнув, она ненадолго задумалась, после чего плотно укутала ребёнка в свою робу, не забыв убрать ключ обратно в нагрудный карман. Ей пришлось обмотать цепь вокруг тела мальчика. Другого выхода не было.
Закончив все приготовления, она взвалила себе на спину маленького Рама, который теперь напоминал младенца в пелёнках.
— У-уф!
Упёршись рукой в стену, Е Чжу с трудом поднялась на ноги. Мальчик по-прежнему не шевелился.
— Ну всё, идём домой.
Е Чжу шаг за шагом направилась к лестнице. Из-за дополнительной нагрузки на её и без того изнурённое тело, ноги её заметно дрожали. Однако она собрала все оставшиеся силы и, ухватившись за перекладину лестницы, словно читая заклинание, прошептала:
— Это всё пустяки. Ты же смогла утащить куда более тяжёлого кролика, Е Чжу.