КРА-А-АХ!
Стена приемного зала разлетелась на куски от мощнейшего удара.
Элрик в панике вылетел наружу, а следом за ним, сжимая в руках громадный молот, неслась Хейз. В отличие от брата, который удирал, словно от разъяренного чудовища, на лице девушки играла безмятежная, сияющая улыбка.
— Ну надо же, братишка, ты у нас прославился и стал таким сильным? Теперь даже магией вовсю швыряешься. И посмел взбунтоваться против сестры?
Хейз с особым нажимом выделила слово «взбунтоваться» и с чудовищной силой опустила кувалду вниз.
«В сторону, живо!»
Благодаря изнурительным тренировкам в Искусстве Укрепления Тела и магических боевых искусствах реакция Элрика ничуть не уступала рефлексам опытного рыцаря. Он резко ушел вбок из-под траектории удара.
ГРОХОТ!
Боёк молота с громоподобным звуком врезался в мраморный пол в сантиметре от его ноги. Каменные плиты просели, взметнув фонтан острых осколков. Один лишь скользящий удар такой махиной мог оказаться смертельным.
«Она меня точно прикончит!»
Понимая, что единственный шанс выжить — это бежать, Элрик начал лихорадочно плести заклинание перемещения.
Однако...
Свист!
— Вздумал сбежать?
Хейз мгновенно бросила молот и, двигаясь с пугающей грацией, в мгновение ока сократила дистанцию. Элрик едва успел вскрикнуть.
— Прости, братишка, но из цепких лап старшей сестры тебе не вырваться.
Кулак Хейз со свистом рассек воздух.
Бабах!
Поспешно выставленный магический щит разлетелся вдребезги, как тонкое стекло.
Хрясь!
Удар пришелся Элрику прямо в лицо.
Элрик прижимал к подбитому глазу лед и исподлобья косился на сестру.
Хейз изящно поставила фарфоровую чашку на блюдце и невозмутимо произнесла:
— Элрик.
— Д-да?
— Герцог Сияющей Звезды должен вести себя подобающе. Заставляй других смотреть на тебя снизу вверх и трепетать в твоем присутствии.
— ...
Элрик с трудом подавил желание завопить: «Да я из-за тебя так себя веду!» Ее наставления всегда были странными. Она учила его никогда не сгибать спину и не ронять гордость, но методы воспитания... Ирония заключалась в том, что главным источником его кошмаров была она сама.
Шон, наблюдавший за семейной идиллией, изо всех сил сдерживал смех.
«Непредсказуемый и дикий характер Элрика... Теперь все встало на свои места».
Если расти под таким прессом каждый день, любой поневоле станет психом.
— Мы обязательно возместим весь ущерб поместью. Прошу прощения за доставленные неудобства, — безупречно извинилась Хейз.
Шон замахал руками:
— О, не стоит беспокоиться! Я уже доложил отцу, все в порядке. А что касается компенсации — Элрик потом все отработает.
Элрик испепелил друга взглядом, который ясно говорил: «С чего это я должен платить?!», но Шон даже не повернул головы. Атмосферой здесь безраздельно правила Хейз.
— Спасибо за понимание. И мне правда жаль, что тебе вечно приходится нянчиться с моим непутевым братцем.
— Пустяки, право.
— Я непременно отблагодарю тебя при случае.
— Достаточно того, что вы держите его в узде.
— Ты даже не представляешь, какое это облегчение — знать, что рядом с ним есть такой надежный друг. Сами знаете, какой он еще ребенок. Рассчитываю на тебя и впредь.
— Я все понимаю, сестра Хейз. Уверен, с таким упрямым жеребцом у вас вечно голова идет кругом.
— И не говори. В последнее время на нервной почве даже аппетит пропал, да и кожа шелушится.
— Вот-вот! Все из-за него!
— ...Вы не против перестать обсуждать меня прямо передо мной? — с кислым лицом вставил Элрик.
Но диалог между Хейз и Шоном продолжался без малейшей заминки.
— Сестра Хейз, раз уж вы проделали такой путь, не хотите ли взять с собой особый травяной тоник?
— Тоник?
— Да. Среди старейшин Сената есть один знаток целебных трав. Он во мне души не чает... Если я попрошу, он с радостью выделит лучший сбор.
— Ах, какая прелесть. Буду весьма признательна.
[Ты здесь явно третий лишний,] — глумился Мефистофель, паря рядом с Элриком.
Тем временем Августин с неподдельным интересом наблюдал за братом и сестрой.
«Гениальный маг и несравненный мастер рукопашного боя из древнего магического рода. Пусть даже странно видеть девушку ее происхождения с кувалдой в руках, но с такими талантами возрождение Мелвингеров — лишь вопрос времени. Хм-хм! Как наставнику, мне невероятно приятно на это смотреть».
Хейз снова обратила взор на Элрика:
— Элрик.
— Да, что такое?
— Что ты намерен делать дальше?
В ее мягком тоне безошибочно угадывалось твердое намерение забрать его домой.
«Она приехала, чтобы силой вернуть меня в родовое поместье».
Как сестра, она извелась от тревоги: в газетах то и дело писали о его подвигах и смертельных опасностях, ходили слухи о его гибели. Естественно, она хотела уберечь его от дальнейших безумств.
«Нужно тщательно подбирать слова. Ее так просто не убедишь».
Скажи он, что останется доучиваться в академии, она утащит его за шиворот, не слушая возражений. Придется раскрыть ей хотя бы часть правды.
«Иначе она будет вставать поперек дороги на каждом шагу».
Элрик сжал губы и задействовал передачу голоса с помощью маны:
[Я нашел наследие семьи.]
Хейз слегка вздрогнула, услышав голос брата прямо в своей голове, но быстро вернула лицу бесстрастное выражение и пристально уставилась на него, требуя подробностей.
Элрик начал без утайки рассказывать обо всем, через что прошел: от событий в Гнезде Дракона до текущего момента. Скрывать правду от единственного родного человека не имело смысла, к тому же только так можно было смягчить ее непреклонное сердце.
Впрочем, о том, что рядом с ним постоянно крутится дух Мефистофеля, он благоразумно умолчал. Лишние тревоги ей ни к чему.
«Да и не хочу я слушать ее нотации о том, что я черпаю знания у демона».
Мелвингерам с пеленок прививали ненависть к порождениям тьмы.
Когда рассказ подошел к концу, в глазах Хейз плеснула непривычная для нее неуверенность.
[Я отправляюсь на Север. Там сокрыто испытание, оставленное нашими предками.]
Хейз хотела что-то сказать, но Элрик не дал ей вставить ни слова:
[Да, это опасно. Даже смертельно опасно. У наших предков был скверный характер, и они не терпели слабаков... Но я все равно пойду. Это единственный способ возродить семью. Ты ведь знаешь, сестра, как сильно я этого хочу.]
Хейз до крови прикусила нижнюю губу.
[Посмотри на нас. Разве мы похожи на наследников магической королевской семьи, детей герцога и потомков Звездного Мага?]
[Я переверну этот мир. Как и завещал дедушка, я заставлю наше имя сиять на небосводе подобно ярчайшей звезде. Так что просто смотри на меня, ладно?]
Хейз переполняли эмоции, но она не смогла вымолвить ни звука. Ей стало невыносимо горько: ее младший брат изо всех сил рвал жилы ради их дома, а она ничем не могла ему помочь.
«Хейз, ты должна...»
Она отчетливо вспомнила, как давно умерший отец сжимал ее руку на смертном одре и говорил эти слова. Прошло столько лет, Элрику тогда не было и пяти, он вряд ли что-то помнил, но для нее этот наказ стал смыслом жизни.
«Если я не могу идти впереди... я хотя бы стану его щитом и опорой».
В конце концов Хейз тяжело вздохнула. Элрик понял: это было согласие.
— Что ж, оставляю все на вас.
— Хо-хо! Это мои слова. Положитесь на нас и доброго пути! В Академии вашу экспедицию оформят как важное научное исследование, так что об учебе не беспокойтесь.
Настроение Таши взлетело до небес:
«Наконец-то "Книга Тьмы Дракона" будет моей!»
Элрик только что подписал контракт с «Гнездом Огненной Птицы» — организацией, возглавляемой Ташей. Ее условия были более чем щедрыми, и юноша рассудил, что поддержка влиятельной волшебницы сослужит ему хорошую службу в будущем. К тому же у нее было колоссальное финансирование.
Таша же сияла от мысли, что подобралась к тайнам Гнезда Дракона так близко, как никто прежде. Пусть даже саму книгу еще предстояло найти, она уже праздновала победу.
«К тому же Элрик Мелвингер устремился на Север, даже не дожидаясь окончания раскопок гнезда. Это само по себе важнейшая зацепка».
Таше было безумно интересно, что именно сокрыто в северных пустошах, но расспрашивать она не стала: она знала, что Элрик не ответит, да и приберечь сладкую тайну на потом было куда приятнее.
Попрощавшись с Ташей, Элрик наконец поднялся в ожидающий экипаж. Но стоило ему переступить порог кареты, как его лицо вытянулось.
«А ведь я просто хотел тихо уехать в одиночку...»
— Хватит строить кислую мину. Думаешь, мне в радость тащиться за тобой на край света? — первым, с кем Элрик встретился взглядом, был недовольно бурчащий Шон.
Ему тоже пришлось присоединиться к поездке на Север. Несмотря на нежелание влезать в очередные авантюры Элрика после переполоха с выборами ректора, прямой приказ главы рода, Гая Нерестера, не оставлял выбора. Причина была проста: соблюдение договора между Мелвингерами и Нерестерами и сопровождение достопочтенного старейшины, увязавшегося за своим учеником.
— Ха-ха! Давненько я не выбирался на свежий воздух! В четырех стенах мысли закостенели, а морозный воздух снежных равнин мигом прочистит мозги. Благодаря моему ученику этот старик наверняка помолодеет лет на десять! — весело рассмеялся Августин.
Сидевшая напротив Хейз жестом указала Элрику на место рядом с собой. После долгих раздумий она заявила, что не отпустит брата одного навстречу опасностям, и вызвалась быть его личным телохранителем.
Элрик, лелеявший надежду отправить сестру в родовое имение, впал в глубочайшее уныние: перспектива всю дорогу слушать нотации Главного Демона Нравоучений не сулила ничего хорошего.
В довершение картины рядом с каретой вышагивал Джилити, притащивший с собой ручного тигра размером с дом, а на козлах сидел Карл, добровольно вызвавшийся быть кучером.
Считая самого Элрика, их набралось уже шестеро.
«Хотя нет... семеро».
[Будет невыносимо шумно. Терпеть не могу излишне суетливых смертных,] — проворчал парящий сбоку Мефисто.
Похоже, о тихом и незаметном путешествии к Храму Цветов на Севере можно было забыть навсегда.
— Ну что, трогаем! Поехали! — с энтузиазмом крикнул Карл, щелкнув кнутом, и их поход на Север начался.