— Инспекционное Бюро… Патран!.. Ну погодите у меня!
Хлюп, хлюп.
Кайя тяжело ковылял вперед, используя одно из своих крыльев вместо костыля. С каждым шагом из незаживающих ран на землю капала вязкая темная кровь.
Левая рука и правая нога ниже колена — вот чем ему пришлось пожертвовать, чтобы вырваться из лап смерти.
Патран оказался чудовищно силен.
Кайя и раньше знал, насколько опасен этот давний враг, но сегодня тот превзошел все ожидания.
«Проклятое тайное искусство!..»
«Дисциплина» Инспекционного Бюро при активации давала агентам колоссальное усиление. А в сочетании с артефактами, зачарованными на изгнание нечисти и убийство демонов, превращала их в сущий кошмар для любого сородича Кайи.
Именно поэтому демоны столь отчаянно стремились воскресить своего владыку — нет, Великого Короля Демонов, древнее божество былых эпох.
Только столь могущественная сущность могла положить конец бесконечной экспансии человечества.
«Вот только я сам оказался в плачевном состоянии».
Кайя с яростью стиснул зубы.
Почти все его подчиненные погибли, прикрывая его отход. Те немногие, кто выжил, рассеялись во тьме, пытаясь отвлечь ищеек Бюро, и он остался в полном одиночестве.
Впрочем, Кайя не питал иллюзий: в живых из них вряд ли кто-то останется.
«Они заранее знали о тайном хранилище и мгновенно обрушили особняк, чтобы отрезать мне все пути к бегству… Их подготовка оказалась куда серьезнее, чем я предполагал».
Всё это было чередой чудовищных заблуждений, но Кайя свято верил в свою правоту.
«Скрыться от их ищеек? Нет, сейчас это почти невозможно. Мое тело на пределе. Значит, остается лишь одно…»
Глаза Кайи вспыхнули зловещим синим огнем, и он замер на месте.
«Ударить тогда, когда они меньше всего этого ждут!»
Агенты Бюро наверняка уверены, что он загнан в угол и думает лишь о спасении шкуры. В таком случае Кайя перевернет доску и сам перейдет в наступление. Они ни за что не поверят, что покалеченный демон решится на контратаку.
«Вы, жалкие людишки, понятия не имеете, что за секрет скрыт в тотемах».
Кайя и его культ были далеко не дураками и никогда бы не оставили ценнейшие реликвии без страховки. На каждый тотем была нанесена уникальная метка аромата.
Запах, который мог почуять только сам Кайя, где бы ни находился предмет!
Этот след невозможно было обнаружить или развеять, если только реликвию не запечатывали специальным изолирующим барьером.
«Как я могу не найти запах, который сам же и породил?»
Истинным именем Кайи было «Аромат».
Он управлял собственными запахами: мог выслеживать добычу, отравлять врагов и подчинять чужой разум.
«Каждый тотем до краев наполнен чистой демонической энергией. Если я поглощу их, то не просто восстановлю тело, но и пробужу новые печати».
Разумеется, прикасаться к тотемам без разрешения культа строго воспрещалось под страхом мучительной казни от рук карателей. Но какой у него был выбор?
Он и так стоял на пороге гибели. Не зная, когда прибудут посланники верховного жреца, он обязан был цепляться за любой шанс.
«Если я принесу организации голову Патрана, они не только простят меня, но и щедро вознаградят».
Приняв решение, Кайя резко сменил направление. Он двинулся прямо по невидимому следу, который вел к источнику знакомого запаха.
«Патран! Я докажу тебе, что игра еще не окончена!»
В глазах демона разгорелось пламя бешеной решимости, и он устремился вперед.
— Впечатляет. Поистине впечатляет! Право слово, почему небеса свели меня со столь выдающимся талантом лишь на закате моих дней?
— Учитель, с вашей-то мудростью и проницательностью вы просто не могли не разглядеть мой потенциал.
— И то верно! Ха-ха-ха!
Глядя на то, как Августин и Элрик беззастенчиво осыпают друг друга похвалами, Шон лишь тяжело покачал головой.
После ночного переполоха в поместье виконта Гарота отряд Элрика быстро покинул место действия и, словно ничего не произошло, на следующее же утро продолжил путь на север в своей карете.
— И все же до чего приятно на душе! Мало того что стерли в порошок демоническое отродье, так еще и знатно щелкнули по носу ищеек из Инспекционного Бюро. Как вспомню их перекошенные рожи, так сразу сердце радуется!
— Полностью согласен, старший брат! Ха-ха! Я так хохотал, что у меня до сих пор живот сводит!
Джилити, сидевший рядом с Августином, улыбался во весь рот.
В дни бурной революционной юности за ним неустанно охотились лучшие ищейки Бюро, и от воспоминаний об этом у него до сих пор чесались кулаки. Даже когда он стал гостем семьи Нерестер, за ним продолжали приглядывать соглядатаи, что не раз выводило его из себя. Такую сладкую месть он запомнит до конца жизни.
— Должно быть, в прошлой жизни я спас целый мир, раз на старости лет мне перепала такая благодать! Наглядеться не могу на нашего ученика!
Джилити посмотрел на Элрика взглядом, полным безграничного обожания.
Элрику от этого взгляда стало настолько не по себе, что он незаметно подвинулся ближе к дверце кареты.
— Хм? О чем это ты бормочешь? Вечно ты забываешь свое место: ты здесь номер два! Элрик принадлежит «Ночной Летописи»! — Августин тут же вклинился между ними, пресекая поползновения друга.
— Я передумал. Элрик должен стать преемником моей школы.
— Что за чушь ты несешь?! Мы так не договаривались!
— Времена меняются, обстоятельства тоже. Впрочем, из уважения к нашей многолетней дружбе я готов уступить тебе место второго наставника.
— Да кто тебе дал право решать?!
— Я сам себе его дал!
— С ума сошел, старый маразматик!
— Ни за что на свете! Элрик — сокровище «Ночной Летописи», и я его никому не отдам!
— А я не отдам его тебе!
Пока два могучих старца, гордившихся своей нерушимой братской узой, вновь затевали шумную перепалку из-за любимого ученика, Шон осторожно шепнул Элрику:
— Может, стоит их утихомирить?
— Оставь. Сами успокоятся, им не привыкать.
Шон лишь ошеломленно моргнул.
«Так для них это в порядке вещей?..»
В стенах семьи Нерестер Августин всегда казался эксцентричным, но строгим и величественным патриархом, к которому страшно было лишний раз подойти. А Джилити с его диким нравом вообще ни с кем не разговаривал, кроме главы семьи.
А теперь оба великих мастера спорили, как малые дети в песочнице, выясняя, кого из них юноша любит больше.
Образ непоколебимых легенд рассыпался на глазах.
Впрочем, Шон в глубине души радовался за друга. Это означало, что невероятный потенциал Элрика наконец-то оценили по достоинству. Приятно видеть, как твой единственный товарищ добивается таких высот.
«…Хоть его заносчивость по-прежнему раздражает до зубовного скрежета».
Глядя на то, как Элрик весело напевает под нос, увлеченно перебирая добычу в пространственном мешочке, Шон поинтересовался:
— И что ты собираешься делать со всей этой горой золота?
— А сам как думаешь? Буду восстанавливать величие своей семьи.
Ответ прозвучал так естественно, словно речь шла о покупке свежего хлеба.
Глаза Шона слегка расширились:
— Возрождать семью Мелвингер?
— Пора начинать подготовку. Как только разберемся с делами на севере, я планирую заехать в родовое поместье. Главный особняк совсем обветшал, его нужно перестроить, да и проданные земли пора выкупать обратно. Возрождение великого Дома — удовольствие не из дешевых, знаешь ли, господин богатей.
Шон украдкой бросил взгляд на Хейз.
Она молчала, плотно сжав губы, но ее глаза были широко распахнуты от потрясения. Казалось, внезапное заявление брата ошеломило ее куда сильнее, чем Шона.
— Если эта экспедиция пройдет успешно, я смогу вернуть значительную часть утраченного магического наследия предков. Тогда можно будет говорить о возвращении на мировую арену всерьез. Конечно, сперва придется сдать официальный экзамен на ранг мага… Дел невпроворот.
Шон с уважением кивнул:
— У тебя все получится.
— Само собой, — ухмыльнулся Элрик, а затем добавил: — Но сперва нужно забрать все, что причитается мне по праву.
«…?»
Шон слегка нахмурился. У него возникло стойкое подозрение, что Элрик что-то недоговаривает.
В этот момент Августин и Джилити резко оборвали спор и синхронно повернулись к окну. Хейз среагировала мгновением позже, ее рука привычно легла на рукоять огромного молота.
— Демон?..
Карета резко затормозила.
Прямо посреди тракта стояло искалеченное крылатое создание, источающее густую ауру жажды крови.
— Что прикажете делать? — крикнул Карл с козел, заглядывая внутрь.
Он тоже был поражен. Чтобы демон средь бела дня в открытую вышел на имперский тракт? Такого не случалось уже несколько десятилетий.
Он либо окончательно обезумел, либо был невероятно уверен в своих силах.
После Великой Войны почти все демоны были истреблены, а выжившие прятались в самых темных щелях, тщательно маскируя свою природу.
Видеть одного из них на открытой дороге казалось полным абсурдом.
«Он что, решил свести счеты с жизнью?» — подумал Карл.
Ведь в карете сидели живые легенды — Августин и Джилити, а также двое отпрысков Дома Мелвингер, прирожденных охотников на демонов.
— Я же говорил, — спокойно произнес Элрик. — Сестра, оставь его мне. Я сам разберусь.
Хейз недоуменно посмотрела на брата.
— Я же сказал: нужно забрать всё, что мне причитается. Этот тип — не исключение.
— …Ты что, собрался поглотить его печать?
— Именно. Этот уродец, судя по всему, был главным в том особняке.
— Ты с ума!..
Хейз уже набрала в грудь воздуха, чтобы устроить брату разнос, но Элрик одним слитным движением выскользнул наружу.
— Ха-ха-ха! Вот это я понимаю — мой ученик! Истинный преемник «Ночной Летописи» должен обладать именно такой дерзостью! — Августин с размаху хлопнул себя по колену.
Джилити тут же недовольно скривился:
— Я же сказал, он мой ученик.
— Дурья твоя башка! Неужели не видишь? Такое безрассудство — чистой воды школа «Ночной Летописи»!
— Да ничего ты не смыслишь! Мое учение превыше всего ценит острый ум, так что он ближе ко мне!
— К «Летописи»!
— К моей школе!
Их спор разгорелся с новой силой. Шон лишь тяжело вздохнул и устремил взгляд на дорогу.
— Так ты все-таки пришел?
Кайя почувствовал неладное.
«Они… не из Бюро!»
Несмотря на его устрашающий демонический облик, люди перед ним даже не дрогнули. Вокруг не было вооруженного эскорта, обязательного при перевозке конфискованных реликвий. Обычная роскошная карета высокородного аристократа, будто выехавшего на увеселительную прогулку.
И этот юноша, неторопливо вышедший навстречу с беззаботной улыбкой, словно ждал его появления…
Инстинкты Кайи взвыли: ловушка!
— Кто… вы такие?
— Я? — Элрик весело осклабился, достал из-под плаща предмет и нацепил его на лицо. — Вот кто.
Черная ткань с прорезями для глаз. Грубая подделка под маску оперативника Инспекционного Бюро, выглядевшая как откровенное издевательство.
Щелк!
В голове Кайи будто лопнула натянутая струна.
— Вы… вы провели нас!
Все разрозненные кусочки головоломки мгновенно сложились в единую картину. Их обвели вокруг пальца! И культ, и ищеек Бюро переиграл один-единственный наглец!
— Дошло наконец? Ну и тугодум же ты.
— …!
— Кстати, давно хотел спросить: вы все такие тугие? А то я знаю еще одного демона, он от тебя недалеко ушел.
[…Ты ведь сейчас не на меня намекаешь, сопляк?] — раздался в голове оскорбленный голос Мефистофеля.
«Ого? Догадался. А ты не так безнадежен, как я думал».
[Ах ты дрянь!..]
Пока Элрик непринужденно переругивался с Великим Королем Демонов, разум Кайи окончательно затопила слепая ярость. Какой-то жалкий человечишка обратил в прах многолетние труды всей его жизни!
— Я разорву тебя на куски!
Бабах!
Свист!..
Кайя с силой оттолкнулся от земли единственной ногой и коршуном бросился на Элрика.
[Этот окончательно слетел с катушек,] — констатировал Мефисто.
«Тем лучше. Для Мелвингера это идеальная добыча».
Хруст, треск!
Глядя на приближающегося врага, Элрик неторопливо размял плечи. После ночной потасовки его тело звенело от переполняющей энергии, а чувства оставались предельно обострены.
И все же в глубине души оставался легкий осадок: ночью ему не удалось подраться в полную силу. Он до сих пор не знал предела своих нынешних возможностей.
«Теперь можно убить еще одного демона».
Элрик хищно ухмыльнулся и активировал магическую команду:
— [Магическое облачение].
Вжух!
Его мана хлынула наружу, порождая мощную ударную волну.
Свист, свист, свист!
Грохот!
Окутанный зарождающейся метелью, Элрик без колебаний ринулся навстречу чудовищу.