* * *
Как она и хвалилась, со следующего дня Навагами разительно преобразилась. Видимо, в её представлении подавление мирских желаний было синонимом благопристойности. С того момента больше не таяла в мазохистском экстазе и ничего не требовала...
— Хатисука-сан, на тебе координация с капитанами футбольного и волейбольного клубов и проверка графика судейства. Имасино-кун, отвечаешь за закупку еды и напитков для восстановления сил, а также за призы для победителей...
Июль, кабинет студенческого совета, где температура кондиционера теперь ниже, чем на прошлой неделе. Навагами, устроившись на диване, усердно составляла план подготовки к грядущему турниру. Несмотря на статус временной помощницы, относилась к делу серьёзнее всех, сохраняя при этом безупречную элегантность. Словно подчёркивая свою рассудительность, даже нацепила на нос массивные очки без диоптрий.
— ... Э-э, прошу прощения, Навагами-сэмпай. Где вы взяли очки?
— На твоём столе.
— Так и знала! С чего это вы ими распоряжаетесь как своими?!
— Мне просто показалось, что в них выгляжу более рациональной личностью.
— Это оправдание, а не объяснение! Сэйсиро-сэмпай, ну скажи ей хоть что-нибудь!
— А? О, ну... Кажется, её образ изменился, выглядит свежо. Тебе очень идёт.
— Хо... Имасино-кун... Хм, подобные мелочи не пошатнут мою нынешнюю решимость.
— Всё с ними ясно, их уже не спасти... — Миран вздохнула, припомнив какую-то шутку из манги.
— Послушай, Навагами-сан. — в этот момент решил наконец-то озвучить предложение, которое обдумывал последние несколько дней.
— Что такое?
— Не хочешь ли ты официально вступить в студенческий совет?
— ...
— Как видишь, нас сейчас всего трое. Если, конечно, не против. — завершив предложение, взглянул на Миран, дабы получить её одобрение — она ответила откровенно кислым лицом, но промолчала.
«Если бы она была категорически против, то отрезала бы сразу, а значит, возражений нет.»
Однако сама Навагами-сан сохраняла необычайную серьёзность.
— Не сочти за грубость, но твое предложение мне не по чину.
— Э-э-э? С чего вдруг самоуничижительно о себе заговорила?
— Нет, не самобичевание, а здравый смысл: студенческий совет должен состоять из образцовых учеников. Как же туда может попасть такая хулиганка, как я, которая до недавнего времени числилась в рядах злостных прогульщиц?
— Да-да, чистая правда! Сэйсиро-сэмпай, раз она сама так говорит, давайте оставим эту затею.
— Что?! Могла бы ради приличия поуговаривать ещё хотя бы полчаса!
— Ну и характер... так вы «за» или «против» в итоге?..
«Честно говоря, и сам не знал, подходит ли она на роль члена совета, но...»
— Всё в порядке, не переживай. Подобные вещи улаживаются уже в процессе работы.
— В конечном итоге ты просто продавливаешь своё решение, это же форменный приём на работу по блату аль кумовству... почти как в содержанки.
— В содержанки?! Немедленно забери свои слова назад! Никогда не соглашусь на роль второго плана!
— Мало того что прицепилась к словам, так ещё и возражение какое-то странное...
— Так ты... вступишь к нам, верно?
— Ах!.. У-у-у... — Навагами закорчилась, словно разрываясь между доводами рассудка и внезапным порывом. Однако в конечном итоге разум одержал верх, и она посмотрела на меня ясным, решительным взглядом. — Х-хорошо. Всё равно после уроков мне (банально ждать тебя) скучно, посему вступлю.
— Правда? Спасибо. Это очень поможет, искренне рад.
В ответ на мои слова она лишь хмыкнула, не проронив ни слова.
«Пусть мне и пришлось действовать напролом, оно того стоило...»
— ... Сэйсиро-сэмпай.
— Да, Миран?
— Когда я вступала в студсовет старшей школы, ты говорил мне слово в слово то же самое.
— Ой, неужели?
— «Спасибо. Это очень поможет, искренне рад». Тот факт, что используешь эту фразу со всеми подряд, роднит вас с теми подонками, которые встречаются сразу с несколькими девушками и называют их всех одинаковыми ласковыми прозвищами, дабы не спалиться.
— Т-ты чересчур сгущаешь краски!
— Неужели это правда? Я разочарована. Будь сие симулятор свиданий, ты бы только что безвозвратно закрыл выход на мой рут. Не видать тебе счастливой концовки с милашкой Миран и десятью детьми впридачу!
... Надеялся, что всё уладится мирно, но обстановка в кабинете мгновенно превратилась в хаос. И это было ещё самое мягкое из того, что ждало нас тем вечером.
* * *
Правила гласят, что командные тренировки классов начинаются за неделю до турнира. Оттого Юйка заглянула в кабинет студсовета лишь после окончания занятий, когда солнце уже клонилось к закату.
— Фух, ну и жара... Ох, как же здесь прохладно!
Дверь с грохотом отъехала в сторону, и на пороге появилась совершенно измотанная деувшка в белой футболке. Короткими шагами дошла до своего стола, плюхнулась на стул и принялась жадно пить спортивный напиток. Заполучив пульт от кондиционера, выставила настройки так, что поток ледяного воздуха стал ощутимо сильнее.
— Тебе не слишком холодно?
— Ну, потерпи немного.
— Атори-сан, можно тебя на пару слов?
В отличие от нас с Миран, обменивающихся короткими фразами, Навагами обратилась к Юйке напрямую.
— О, Сэрэн. Что случилось?
— Ничего особенного. Просто скажу прямо: сейчас ты выглядишь... крайне вызывающе.
— Эй, не надо так с порога!
— Что ещё за «вызывающе»?
— Если не понимаешь значения слова, посмотри в словаре. Я имею в виду всё в твоём облике: футболка завязана узлом так, что виден живот; кожа лоснится от смеси пота и дезодорирующих салфеток; а твои растрёпанные после интенсивных упражнений волосы... честно сказать, выглядит чересчур соблазнительно.
— Сэйсиро-сэмпай. Мне кажется, эта женщина — скрытая извращенка.
— Хе-хе... — сухо рассмеялся.
Я не мог признаться, что на самом деле она извращенка вполне открытая, поэтому просто уклонился от ответа.
Тем временем Навагами продолжала ворчать, словно строгий глава дисциплинарного комитета, коей в школе нашей упразднили давным давно. Она рассуждала о том, что нужно следить за своим видом и не привлекать лишних взглядов — в общем, говорила всё то, что меньше всего ожидаешь услышать именно от неё.
— К несчастью для тебя, сейчас сосредоточена на создании благопристойной атмосферы. И посему решительно не могу игнорировать твой неподобающий вид, Атори-сан. — договорив, поправила очки.
Она их, кстати, Миран так и не вернула.
— Угу. — Юйка же, выслушав всю эту тираду, лишь кратко отозвалась
— ... Ты хоть поняла, о чём я?
— Угу, угу. — она сидела с отсутствующим видом, тяжело дыша, и явно хотела поскорее закончить разговор.
«Что-то здесь было не так.»
— В дополнение скажу: Навагами-сэмпай тут командует только потому, что Сэйсиро-сэмпай официально пригласил её в совет. Кстати, весной ты ведь отказалась от предложения Атори?
— Вот оно что. Угу, понятно... Угу, угу-угу...
На вопросы Миран она отвечала невпопад, лишь монотонно поддакивая. Почувствовав неладное, собрались в углу на экстренное совещание.
— Странно. Когда Атори-сэмпай здесь, уровень шума в комнате обычно не опускается ниже ста децибел.
— Ну, мы же не под железнодорожным мостом... Но всё же слишком тихая, даже для версии себя сильной уставшей.
— ... Она говорила, что присматривает за хомяком, верно? Может, его забрали, и она из-за этого расстроена?
— Его действительно забрали, но она не грустила, ведь они могут видеться в любое время.
Совещание на троих не принесло плодов: вразумительной причины так и не нашли. Однако тишину нарушила сама Юйка. Она начала шарить в рюкзаке, не глядя поочерёдно на Миран, Навагами-сан и, наконец, на меня.
— Слушай, Сэйсиро... Можешь меня... связать?..
— ...Х-ха-а-а-а-а?! Св-св-связ... чего бл?! О-о-о-о!!! — Навагами, услышав просьбу девушки, испытала такой шок, что едва не лишилась чувств.
Но когда увидел в руках Юйки спортивный тейп, сразу понял, чего она от меня хочет.
— ... Сама никак не справлюсь. Ты ведь играл в футбол, Сэйсиро?
— Ну, если ты об этом, то да.
— Закрепи покрепче, так, чтобы почти не могла шевельнуться... пожалуйста.
— «Чтобы не могла шевельнуться»... Даже я не позволяю себе такой роскоши, бу-бу-бу...
Решил проигнорировать бормотание Навагами. В конце концов, подавленность Юйки объяснялась просто — тяжёлой тренировкой. Если присмотреться, она всё время потирала ноги. Видимо, для человека, не привыкшего к спорту, нагрузки дали о себе знать.
— По такой логике, не проще ли сходить в медпункт?
— Не хочу. Я же не настолько сильно травмировалась...
— ... Ну и ладно. Значит, Сэйсиро-сэмпаю придётся ощупывать голые ноги Атори-сэмпай. — Миран произнесла се с напускным безразличием, явно провоцируя Сэрэн.
Я же считал, что Юйку всё-таки должен осмотреть специалист. Но больше всего меня волновало другое: выдержит ли Навагами, при всём её нынешнем самоконтроле, зрелище того, как я связываю — то есть, накладываю повязку — на ноги подруги прямо у неё на глазах?
«Пожалуйста, только держись! В этом нет ничего предосудительного, чистой воды медицинская процедура!»
— Извини, Навагами-сан, ты не против?
— Ты не у того человека спрашиваешь разрешение.
— ...
Тело её мелко подрагивало, ладони сжаты в кулаки, аж костяшки побелели. Однако, проявив поразительную силу воли (?), одарила меня сияющей улыбкой.
— О-о-ох, да, конечно! Как и сказала Хатисука-сан, м-м-моего разрешения не требуется!
— Вот и славно. Тогда не будем медлить... Иди сюда, Юйка.
— Мгм.
Она подошла ко мне, а Сэрэн, не сводя глаз, в упор уставилась на мое лицо. Её мордашка по-прежнему выражала радушие, но глаза... они говорили сами за себя.
— Так, где именно нужно затейпировать?
— Колено и лодыжку. Это просто для профилактики, понимаешь?
— ... Начнём с колена. Держи ногу прямо, под прямым углом.
— Хорошо. Хм... ой, подожди... немного щекотно!..
— Больно? Всё в порядке?
— Всё... хорошо... справлюсь...
— Ладно, продолжаю.
— Навагами-сэмпай. Я говорю это не потому, что хочу выставить, но...
— Шоколадное, клубничное, сахарное, матча, сливочное...
— Может, тебе всё-таки передумать насчёт студсовета? Тут постоянно такое творится...
— Карамельное, малиновое... Всё в порядке, Сэрэн, просто думай о вкусах мороженого и успокаивайся.
— В отличие от простых чисел, вкусы мороженого звучат как-то слабовато для метода успокоения.
— Если во время или после процедуры почувствуешь дискомфорт, сразу говори.
— ...Поняла... Фух... ах, у-у... ай, больно!..
— Сегодня тренировок больше не будет, затяну покрепче.
— Да... стягивай... стягивай сильнее!..
— Гх, не могу, вкусы закончились!.. Гр-р-р-р!..
— Ты так зубами скрежещешь, что страшно становится.
— А впрочем... ведь тоже могу, как Атори-сан, стать такой вот маленькой и беззащитной?
— Ой, плохо дело, сэмпай несёт какую-то околесицу.
— Теперь поняла: нужно было просто сменить образ! Стать этаким зверьком...
— Успокойся, сэмпай! С твоим-то «багажом» сзади вам ни за что не втиснуться в образ крохотного зверька!
— ... Ты сейчас оскорбила моё главное достоинство? Что? Хочешь получить прямо здесь и сейчас?
— О-о-ох, слава богу, Навагами-сэмпай пришла в себя... Хотя, что это я несу.
«Старые навыки дали о себе знать: повязка на колене вышла на диво удачной.»
— Теперь лодыжка... но, послушай, Юйка?
— Фух, фух... Ч-что? Что-то не так?
Я заглянул ей в лицо — девушка покраснал аж до ушей, пот выступил на лбу и руках; было очевидно, что с ней что-то не так.
— Хватит притворяться. Если мы всё объясним остальным, они поймут.
Я покачал головой, и при виде этого жеста Юйка едва не расплакалась.
— Подожди, Имасино-кун! Что значит «поймут»? Неужели... Атори-сан тоже?..
— Так, стоп. Почему у Навагами-сэмпай вдруг стало такое лицо, будто она в режиме течки?
— Н-но ведь Атори-сан только что так крепко связали...
Игнорируя Навагами, прямо высказал Юйке свои опасения.
— Думаю, это растяжение. Тебе нельзя участвовать в турнире.
— ... А, растяжение?
— А ты о чём подумала?
— Нет, я... ну... — пока остальные переговаривались, Юйка, осознав серьезность ситуации, внезапно разрыдалась, как ребёнок. — У-у-у... так и знала, что ты это скажешь!.. (всхлип).
— Да. Ладно колено, но лодыжка распухла так, что её нужно показать врачу.
— Знала, что мне это скажут, поэтому и не хотела идти в медпункт! Хнык!.. — Юйка продолжала размазывать слёзы.
Я переглянулся с Миран.
— Что за глупости. Это же просто школьный турнир, а не Олимпийские игры. А ну, залезай ко мне на спину, живо в медпункт!
— Н-но так хотела отличиться!..
— Ты и так выделяешься своим шумом в повседневной жизни, всё в порядке. Пошли!
— Хны-ы-ык...
Миран подхватила Юйку, и та, не в силах сопротивляться, позволила себя унести. Оставшись вдвоём, вернул настройки кондиционера в норму и обратился к Навагами.
— Ну, как видишь, народу у нас мало, но скучать не приходится.
— ... Хм! — Сэрэн вдруг с силой влепила себе пощёчины обеими руками.
— Навагами-сан?! Что с тобой?
— Я позволила себе гнусные подозрения в адрес Атори-сан...
— Э-э, какие именно?
— Подумала... не является ли Атори-сан такой же мазохисткой, как и я, и не пробудились ли её наклонности случайно из-за того, что ты её связывал...
— Твоя фантазия явно зашла слишком далеко!
— Да, знаю! Пусть и терплю из последних сил, это не даёт мне права клеймить её мазохисткой. Решать за других их предпочтения — сие просто немыслимо!.. — она выглядела крайне удручённой.
И тут я подумал: раз всё дошло до такого, может, не стоит так уж сильно себя сдерживать?
— ...Верно. Должна искупить свою вину перед Атори-сан.
«Из-за долгого воздержания её настроение снова стало странным. Впрочем, выбранный ею способ искупления оказался вполне здравым.»
— Займу место Атори-сан в волейбольной команде на турнире.
— Э-э-э?
— И мы победим. Принесу ей кубок победы!..
Резкий переход в жанр спортивной драмы меня озадачил. Навагами, конечно, может быть спортивной, но волейбол — игра командная...