Проходит около недели с тех памятных событий. В классе в самом разгаре обеденный перерыв, и я, затаив дыхание, замираю перед экраном одолженного ноутбука, полностью погружённый в созерцание истинного финала одной примечательной игры.
— Надо же... Как хорошо, что моей первой игрой в подобном жанре стала именно эта. До самой середины никак не мог проникнуться чувствами к главному герою, но чтобы в сюжет вплели экую невероятную хитрость... Ох, слёзы так и наворачиваются.
— Ого... Имасино, ты, оказывается, в игры играешь? Да ещё и в такие... специфические.
— Ой! — вздрагиваю от неожиданности. — Всё совсем не так! Это приличная версия, портированная для широкой аудитории и предназначенная для любого возраста!
— Знаешь. — подаёт голос другой одноклассник. — Тебе бы лучше оправдываться не за содержание, а за то, что ты в классе играешь.
— И ведь не только в игры. Дня три назад и аниме смотрел. С чего вдруг такие перемены?
— А-а... Ну... На самом деле мне тут кое-кто посоветовал, так что... Эй, это ещё что такое?
Не успеваю закончить объяснение, как на крышку моего ноутбука, стоящего на парте, одна за другой начинают опускаться булочки. Булочка с грецким орехом, с изюмом, с бобовой пастой — передо мной выстраивается странная вереница хлебобулочных изделий, причём выбор ассортимента кажется на редкость старомодным.
— Да ладно тебе, не бери в голову. Считай сие нашим подарком и одновременно авансом за подработку. — Судзумото-сан по-дружески хлопает меня по плечу.
Оути-кун и Кавасаки-кун тут же согласно кивают, подтверждая её слова. Судя по всему, специально подготовили сей «гонорар», чтобы всучить мне свои просьбы.
— Понятно. Если речь идёт о равноценном обмене, то, пожалуй, приму угощение.
Эта легкомысленная мысль становится моим концом. Удачей в данный день и не пахнет.
— Тогда приступим! Не мог бы ты попросить Навагами, чтобы она тоже заполнила бланк?
Внутри меня, точно раскат грома среди ясного неба, содрогается невидимая молния.
— И у меня дело похожее. Разузнай у Навагами, в какую группу она хочет записаться для встречи по обмену со средней школой.
— И от меня просьба: у нас по искусству на следующей неделе крайний срок сдачи работ. Напомни ей, чтобы поторапливалась и закончила свою.
— Почему же... почему все просьбы связаны с одним и тем же человеком? И почему вы решили поручить их именно мне?
Заметив моё замешательство, ребята на мгновение удивляются, словно видят нечто из ряда вон выходящее, но тут же понимающе кивают.
— Ну, как же иначе? — за всех отвечает один. — Кто, если не наш президент студсовета, лучше всего подходит на роль посредника? В общем, выручай, Имасино!
— П-погодите! Хотя бы объясните толком, почему я... Ох, уже ушли.
«Неужели перспектива столкнуться лицом к лицу с Сэрэн кажется им столь непосильной ношей? С необычайно просветлёнными лицами они разбредаются по своим местам или вовсе покидают класс, мгновенно прекратив наше собрание.»
— Э-э-эх, ладно бы это случилось раньше, но сейчас и для меня это сущая мука.
— И чего это мы тут ворчим?
— Уа-а!
Не успеваю даже поникнуть головой, как на парте, точно по мановению волшебной палочки, возникает «Королевское бенто с караагэ» (порция сверхбольшая). Рядом стоит уже привычная мне миниатюрная девушка и энергично вещает:
— Фы-фын, у тебя сейчас период активного роста, так что ешь давай! Гляди, у тебя тут ещё и гора булок имеется.
— Юйка, если столько съем, то точно раздобрею... Да физически не смогу это в себя впихнуть!
— От такой малости фигура не испортится. К тому же сама подобную порцию в один миг уплетаю!
«Вспоминаю историю, рассказанную ею как-то между делом: когда Юйка ходила есть малатан, она одна умудрилась заказать пять добавок. Она — настоящий профессиональный едок, и меня пугает, что судит о других по своим меркам.»
— А если переживаешь о калориях, просто займись спортом. Хочешь, устроим совместную пробежку?
— Возможно, когда-нибудь и воспользуюсь твоим предложением... Ну а сейчас? У тебя ведь тоже есть какая-то просьба к Навагами?
— Э-э, как ты догадался?
— Интуиция. Выкладывай, одним делом больше, одним меньше — сейчас уже не имеет значения.
— Можешь забирать обед себе, только... — под моим нажимом девушка слегка смущается, но всё же решительно озвучивает свою мольбу. — ... в общем, хочу извиниться перед Сэрэн-сан за тот недавний случай, пошли со мной!
— Не против, но скажи: вариант пойти одной тобой даже на миллиметр не рассматривался?
— Угу, ни за что на свете... Просто... просто эта девица оказалась куда страшнее, чем думала... — Юйка, в чьей памяти страх запечатлелся слишком ярко, заметно дрожит, однако следом произносит слова, которые не могу пропустить мимо ушей. — К тому же в последнее время ходят слухи. Говорят, что ты, Сэйсиро, смог приручить саму Навагами!
— Что, прости?!
— Все решили, что если есть дело к ней, то лучше всего действовать через тебя, лучшего посредника на свете не сыскать.
— Сам того не ведая, превратился в справочное бюро, словно встал у телефона, принимаю вызов и перенаправляю тот на требуемую службу... Но как, как до такого дошло?!
— Ну, кто знает. Ты же у нас мастер на все руки, вот и это дело со временем само собой на тебя свалилось, разве нет? — Юйка с видом человека, которого сие ничуть не касается, принимается потягивать клубничное молоко через трубочку. — Но ведь так оно и есть на самом деле. Навагами почему-то прислушивается именно к твоим замечаниям. Помнишь, на уроке в телефоне копалась, а ты с задней парты ей что-то тихонько шепнул? С тех пор его ни разу не доставала. Или когда разбудил её во время групповой работы, сказав, что спать нельзя — хоть и посмотрела на тебя жутким взглядом, но безмолвно подчинилась. А ведь если учитель ей то же самое говорит, она либо игнорирует, либо в бутылку лезет!
— Вот оно что... слушай, а ты бываешь пугающе проницательной в самых неожиданных вещах.
— Фы-фы-фын! Не стоит недооценивать мои способности к наблюдению за людьми! — она гордо выпячивает грудь, совершенно забыв о том, кто именно в прошлый раз довёл Навагами-сан до белого каления. — К тому же уроки — самое скучное время, понимаешь? Вот и приходится глазеть по сторонам.
— Уроки — это время, когда нужно концентрироваться исключительно на учёбе.
— Давай без этих твоих нотаций, просто помоги мне, как и всегда-а-а-а!
— Иногда мне кажется, что ты принимаешь меня за какого-то кота-робота из будущего.
— Ага, именно! Так что выручай, Имами-тян!
— Хотя бы «Имаэмоном{}» назови, что ли...
— ...Ой, что-то ты сегодня слишком много споришь. Всё, хватит разговоров, пошли скорее! — она крепко хватает за запястье и тянет за собой.
«Наверное, нечто подобное чувствуют родители, когда дети в выходной день вытаскивают их на прогулку.»
— Хорошо-хорошо, иду я. Только прежде ответь: ты знаешь, где сейчас находится Навагами-сан?
— Мм? Понятия не имею. Может, в столовой? Или во внутреннем дворике, или на крыше... где-то там.
— Ясно. Тогда позволь стать твоим проводником.
* * *
Мы направляемся в кабинет информатики, уставленный компьютерами с довольно приличными характеристиками, которые закупили в прошлом году. Как только переступаем порог, Юйка, выглядящая слегка недовольной, начинает теребить за рукав пиджака.
— Что такое?
— Да не может её здесь быть.
— ... Гляди, вон там.
На третьем ряду от конца, прямо у прохода, виднеется макушка Сэрэн.
— И впрямь сидит... Ого! Навагами что, здесь обедает? Но почему? Почему бы не пойти в столовую? И вообще, разве тут можно есть? Вон же объявление висит: «Приём пищи запрещён».
— Твои доводы абсолютно справедливы, но давай договоримся: когда будешь извиняться, не ляпни ничего лишнего.
— И всё же, откуда знаешь о пристанище её во время большой перемены?
— ... Ну, на то есть свои глубокие причины.
— Подозрительно-о, хм-м!..
— Н-Навагами-сан! Есть минутка?
Чтобы поскорее закончить сей допрос, окликаю жертву недавних издевой Юйки, и она слегка вздрагивает, реагируя на мой голос.
— Ох. Неужели ты уже прошёл ту эроге, версию без эротики, которую тебе навязала... а?
Подхожу к ней вместе с девушкой и только тут замечаю, что возвела вокруг себя настоящую крепость. На мониторе компьютера крутится аниме, рядом с клавиатурой красуются пустые коробочки из-под дорогого обеда и бутылка чая. Здесь же разложены солнцезащитный крем и принадлежности для ухода за ногтями — девушка устроилась с поистине царским комфортом.
— Ну-у-у... послушай. Мне тут нужно тебе кое-что сказать... — запинаясь, начинает Юйка, которой явно нелегко даются слова.
— Мне от тебя ничего не нужно, проваливай поскорее. Или хочешь, чтобы снова проучила тебя силой?
— Фе-е-е... — она мгновенно признаёт поражение.
Исход битвы решается за доли секунды. Позже, изучив вопрос, узнаю, что слово «вразумить» в данном контексте может иметь весьма пикантный подтекст. Мне бы очень не хотелось, чтобы нечто подобное произошло прямо у меня на глазах.
— И вообще, почему этот Имасино-кун постоянно ходит с тобой в комплекте?
— Ну-у-у, много причин...
— Отвечай кратко.
— ... Ей просто было страшно идти одной.
Стоит мне ответить, как замечаю: несмотря на всё произошедшее, Навагами-сан, в отличие от меня, держится совершенно естественно. От неё исходит всё та же привычная аура холодной, безупречной и неприступной госпожи с явными задатками доминантки.
— Вот как. Раз относишься к людям как к местам с привидениями, значит, готова к последствиям.
— Д-да нет же! Сегодня... в общем, хотела поговорить нормально, не так, как в прошлый раз.
— К тому же, если тебе нужен был просто посредник, вовсе не обязательно выбирать именно Имасино-куна, сечешь? Почему так упорно цепляешься именно за него? Пожалуй, спрошу об этом его самого. Послушай, Имасино, почему при каждом удобном случае принимаешь её сторону? У тебя настолько развит комплекс опекуна, что на это тошно смотреть. — поднявшись с места, Сэрэн вплотную приближается ко мне и принимается шептать свои претензии прямо мне на ухо. — В кои-то веки стал моим личным дворецким, а всё равно отдаёшь предпочтение ей, а не мне... Неужели нравятся такие вот миниатюрные и миловидные особы? Я в тебе разочарована, просто тошно.
«Разве любить милых девушек — не вполне обычное дело для парня?»
— Да нет же, не так поняла. Юйка, она хоть мы и сверстники... она мне как племянница.
— С такой логикой в реальности подобных сценариев не бывает. И вообще, в таких случаях обычно говорят «как сестра».
— Моя Риттан — единственная и неповторимая сестричка, и не позволю использовать её образ для сравнения с кем-либо ещё!
— П-прости! За это извиняюсь, только не кричи так внезапно!
Поскольку её замечание справедливо, дожидаюсь, пока в голове немного прояснится, и возвращаюсь к главному:
— В любом случае, не могла бы ты хотя бы немного её выслушать? — когда, сохраняя дистанцию, озвучиваю просьбу...
— Нет. — ... Навагами вновь опускается на стул. — Убирайтесь отсюда оба и поживее. А то из-за вас «это» станет невкусным. — слова отказа сопровождаются тем, что ледяная королева тянется к замку-молнии небольшого переносного холодильника.
Оттуда веет приятной прохладой, и на столе один за другим появляются стаканчики с мороженым. Со вкусом чая маття, шоколадное, клубничное... и все они выглядят так, будто приготовлены вручную.
— Вот видишь, как всё обернулось. Что будем делать? — спрашиваю Юйку.
— ...
— У тебя всё ещё осталось желание извиниться?
— Угу...
Стоящая подле меня девчонка выглядит донельзя понурой. Даже если её извинение лишь способ успокоить собственную совесть, глядя на личико извиняющейся особы, банально не могу пройти мимо, оставить один на один с неразрешенным конфликтом. Ведь она мне и впрямь как племянница... хотя настоящих племянниц у меня нет, так что как оно на самом деле — бог весть знает, лишь в умишке прикидываю.
— А ведь здесь такое отличное место для ланча, и надо же было всё испортить... Хм! — сердитая «госпожа» окончательно надулась. Она принялась уплетать послеобеденное мороженое с поразительной скоростью.
«В этакой ситуации необходим толчок — мотив, который заставит её хоть немного приоткрыть окно своей души. Взывать к совести? Бесполезно. Пытаться уговорить измором? Так и день закончится. — думаю, мучительно соображаю... и прихожу к выводу, что иного пути, кроме 'того самого', не остается.»
— Сказано же тебе, не займёт много времени. — отбросив прочие варианты, приныриваю губами к ушку девушки и максимально холодно, отстраннено, сем голосом показывая нежелание с не возиться, шепчу. — Просто подчинись.
— ... у-у-у...
От моего лишенного всяких эмоций голоса тело девушки пробивает заметная дрожь. Краем глаза пытается уловить моё состояние, но сейчас готов одарить её лишь хладным и жестоким отношением.
— На сей момент изымаю у тебя права голоса, помалкивай в тряпочку. Сначала выслушаешь, а потом решай, как поступить. Ясно выражаюсь? — никаких возражений, подобных недавним, не следует, и в полной мере навязываю ей свою волю.
— Д-да, разумеется... — услышав грубый приказ, она слегка склоняет голову, но почти мгновенно отзывается. — Раз уж хозяин говорит со мной так строго-о-о... ♥
Залившись краской и ерзая на стуле от непонятного возбуждения, даёт своё согласие.
«Право слово, мне кажется, что Сэрэн — единственный человек в мире, для которого подобное обращение является единственно верным.»
— Кажется, готова тебя выслушать. Валяй.
— Э-э, но у неё лицо всё красное. И вид какой-то мечтательный... Что ты ей такое сказал?
«Да разве могу тебе в сем признаться!»
— В общем, сейчас самый подходящий момент!
После моего строгого внушения Юйка, хоть и выглядела озадаченной, всё же решилась заговорить.
— «На сей момент изымаю у тебя права голоса»... Сэйсиро, которого знаю, никогда бы такого не сказал, оттого слова и действует ещё сильнее... ♥♥
— Э-эм, слушай, Навагами...
— Фы-ню, х-ха... Фу-у... ♥ Ну, чего тебе?
«Как быстро она переключилась!»
— Я хотела извиниться за то, что наговорила лишнего на прошлой неделе... — наконец Юйка, до селе не способна собраться с духом, после долгой паузы выдавливает из себя извинение.
— А?
— Прости меня...
Навагами, только что пребывавшая в «особом» настроении, услышав её, мигом протрезвела. Колючая манера поведения постепенно сменилась чем-то средним между растерянностью и горькой усмешкой.
— Не понимаю, за что извиняешься. Как ты и сказала, Атори-сан, я — проблемный подросток и хулиганка. Подобная репутация и положение дел вполне устраивает. Хотя, не скрою, задело то, что сказанное тобой было правдой.
— Тогда... прости за то, что сказала правду...
Мазохистка снова была готова вспыхнуть, издав своё характерное «чё-ё-ё-?», но тут же осеклась. Ведь и тогда, и сейчас Юйка вовсе не собиралась нарываться на ссору.
— Прощу или нет — тебе-то какое дело?
— Нет, мне не всё равно... Ведь если будешь ненавидеть, мне от сего станет очень-очень грустно-грустно.
— Б-будь у тебя совесть, изначально бы подбирала выражения, а не несла, что первое в голову взбредет... Э-эх.
«Похоже, сдалась под напором чужих чувств.»
— Ладно,прощаю тебя. — девушка заметно расслабилась. — Впрочем, и так уже не злилась. Теперь довольна?
— П-правда? Хе-хе, как хорошо! Спасибо тебе, Навагами!
Обрадованная тем, что её извинения приняли, Юйка просияла. Она тут же притащила откуда-то стул и плюхнулась рядом с простившей её особой. Вдобавок ко всему, достала своё гигантское бенто с говяжьими ребрышками и принялась за еду.
— С чего это ты уселась рядом? И почему начала есть как ни в чём не бывало?
— Я так решила! В честь нашего первого примирения сегодня буду обедать рядом с тобой!
— Примирение — не то, что случается по нескольку раз на дню, не смей самовольно назначать памятные даты, ясно?
— Кстати, мороженое домашнее? Ого, неужели его приготовила какая-нибудь горничная?
— Да она меня совершенно не слушает!
— Раз всё уладилось, я, пожалуй, вернусь в класс... Навагами-сан, что-то не так?
Она хватает меня за руку. Причём с такой силой, которую не ожидаешь от человека, только что буквально таявшего от удовольствия.
— Куда это ты собрался один? Если она тебе как племянница, так забирай родственницу с собой!
— Ну, видишь ли, не прихватил с собой обед.
— Тогда съешь моё мороженое... Это будет в самый раз, ведь ты сам его и сдела...
— Всё, понял, остаюсь! Только давай больше не будем развивать сию тему ради нашего общего блага!
«Если тайна мороженного выплывет наружу, проблем не оберусь. К счастью, внимание Юйки уже переключилось на другое.»
— ... И почему во многих анимешках у девчонок сисяндры чуть ли до земли не достает? — разглядывая аниме на мониторе, она внезапно выдаёт.
Внезапная смена темы, но её понимаю. Пока Навагами-сан не просветила меня насчёт концепции «дзюбукуро{Дзюбукуро (乳袋) — японский сленговый термин (букв. «мешочки для груди»), описывающий способ изображения одежды в аниме и манге, когда ткань облегает каждую грудь в отдельности, подчеркивая форму, вместо того чтобы натягиваться между ними.}», задавался тем же вопросом. Да и после лекции сомнения всё ещё гложут.
— Это потому, cим самым автор оригинала во всеуслышание заявляет о своей любви к пышным формам.
— Хм-м... Ой! Да чего это они средь бела дня целоваться начали? Что за блудливая парочка!
— Это потому, что на героиню наложено проклятие: если она не будет периодически целоваться взасос, то превратится в повелителя демонов. Разве не очевидно? Не смыслишь в теме — не лезь с комментариями.
«Ну и сюжет, однако...»
— И вообще, Атори-сан, не смей выражаться столь вульгарно. Сисяндры, блудливая... Фу-у-у.
— ?!
— Пока что мы всего лишь одноклассницы, верно? Если внезапно начинаешь делать столь прецизионные заявления, поставишь меня в неловкое положение.
— Ну... пожалуй, ты права. Подобные темы лучше обсуждать с близким человеком.
— Запомни: пошлые шутки нужно использовать в меру и только с теми, с кем ты по-настоящему в доверительных отношениях. — Навагами-сан, обращаясь к послушно притихшей Юйке, пафосно изрекает.