Глава восьмая: Навагами-сан и старшая сестра (4)

—Эпизод от лица Имасино—

Затем Сэрэн, только что внимательно слушавшая, стремительно направляется ко мне. В одной руке сжимает огромный надувной круг, оставленный кем-то неподалёку, и почему-то...

— Ах ты... ах ты, извращенец несчастный! Что ты такое несёшь?!

— Уй!

Она замахивается на меня этим кругом, словно бревном. Вдобавок ещё и извращенцем обозвала.

— У-успокойтесь, Навагами-сан. Не шучу, совершенно серьёзен.

— Оттого, что ты говоришь всерьёз, становится только страшнее! И что же... именно собрался показывать?

— Ну, полагаю, всю глубину моего садизма и твоей мазохистической натуры.

— О-о, всё кончено... Имасино-кун окончательно лишился рассудка...

Навагами-сан, несмотря на свой купальник, так и источает ледяное отчаяние. Юки-сан тоже смотрит на меня со смесью брезгливости и изумления.

— Если это твой последний козырь, то определённо безумен. И что с того, если увижу? Да и с чего взял, что буду молча стоять и смотреть до конца?

— Всё верно. Посему... если почувствуете, что зрелище невыносимо, остановите нас.

— Даже если методом остановки станет удар кулаком? Действительно этого хочешь, уверен?

— Я слов на ветер не бросаю. Что ж, прошу вашего внимания. Ну же, иди ко мне.

Обе девушки одинаково пятятся, но я, не обращая внимания, обращаюсь к Навагами-сан.

— Т-ты ведь шутишь? Прямо при сестре? Мы что, начнём вот так, при ней?

— Не волнуйся. Попросил господина Мононобэ разогнать людей, сюда точно никто не войдёт.

— Да не в этом же дело! Даже для меня сие чересчур!

— Понимаю твои чувства, но всё же.

— И вообще, всё ведь зависит от прихоти сестры! Стоит ей сказать «всё, хватит», и нам конец. Происходящее нельзя назвать убеждением! В нем нет никакого смысла!

«Навагами вовсю сорит жалобами, и, надо признать, каждое её слово справедливо. Мало того что затея кажется бессмысленной, так ещё и обнажать наши постыдные секреты... Я полностью разделяю её сомнения, но именно поэтому должен кое-что донести. Показать нашу истинную суть. Узнать, выглядят ли наши отношения лишь как пошлая забава, или же в них есть нечто большее.»

— Сэрэн.

— !..

— Я велю тебе: шевеля булками, сюда иди.

Безапелляционно переключившись в нужный режим, надвигаюсь на неё. Шепчу это тем самым тоном, который она так любит — холодным и предназначенным только для неё. Знаю: стоит мне так сделать, и она покорно примет всё.

— Х-хорошо... я поняла... у-у-у-у...

«Вот, как и думал. Чуть поодаль стоит Юки-сан, скрестив руки на груди и сохраняя суровое выражение лица. Рядом со мной, переминаясь с ноги на ногу, застыла Сэрэн. Она ещё не до конца расслабилась, начнём с простого разговора.»

— Начнем с купальника: почему выбрала именно его?

— Э-э-э? Да так... Особой причины нет, просто... как-то само собой вышло.

— Брешишь как дышишь. А теперь всерьез, называй настоящую причину.

— Ах... ♥ Всё равно ведь должна была быть одна, вот и решила выбрать что-то откровенное, чтобы порадовать себя...

— Значит, тебе не нравится, глазеют посторонние, но собственное отражение в таком виде по душе?

— Р-раз уж всё понял, то хватит уже, прошу...♥♥

«Что ж. Для того, чтобы действовать под присмотром старшей сестры, разогрелась достаточно быстро. И, разумеется, прекращать не намерен. — продолжаю пристально разглядывать её фигуру. — Несмотря на то, что она вечно ест мороженое, изгиб талии у неё безупречен. Яркое и милое бикини подчёркивает все мягкие линии тела Сэрэн. Она прекрасна и, как сама призналась, весьма соблазнительна.»

— Послушай...

— Тебе неприятно, что на тебя смотрю?

— В-вовсе нет! Но просто... — Сэрэн, как обычно, густо краснеет и отвечает прерывистым голосом. — Почему-то в купальнике мне даже... стыднее!

— ...

— Ах...

— Тебе очень идёт. — удовлетворённый реакцией, вполголоса произношу комплимент и захожу ей за спину. Одновременно с этим достаю из внутреннего кармана бумажный футляр, а из него — «нечто». — Подними голову.

— ?

— Ты ведь этого хотела? Мой подарок тебе, Сэрэн.

Медленно застёгиваю на её шее чокер, стараясь, чтобы тот плотно прилегал к коже. Тотчас же её лицо озаряется смесью радости и смущения.

— Я буду... беречь его.

— Да... был бы рад.

Услышав столь искренние слова, на мгновение сам выхожу из образа.

«Мне приятно, что подарок пришёлся ей по вкусу, а главное — смог вручить его лично. Однако у нас ещё остались неоконченные дела.»

— Итак... когда отдаю тебе указания шепотком на ушко, ведь прошибает сильнее, да?

— Да... сильнее... это лучшее чувство на свете, у меня всё тело мурашками покрылось... ♥♥

«Похоже, окончательно 'поплыла'. Сэрэн часто кивает, а её уши стали пунцовыми. Сейчас мне даже не нужно задумываться, какие слова подобрать, любая чушь подойдет, лужецей изойдется.»

— Тебя вовсю разглядывают в купальнике, надели чокер. Тебя то истязают, то балуют, доводя до полного смятения. Нравится же да, чувствуешь себя счастливой?

— Да... Это такое блаженство, просто потрясающе... ♥

— Вот как. Что ж, я рад. Но... уверена, что всё в порядке? — указываю ладонью в сторону Юки-сан, напоминая, что на нас смотрят.

— ...

Мне кажется, на её лице застыло недовольство. Проверять сие досконально не хочется, да и свет в той стороне приглушён, отчего её реакция кажется туманной. Однако нас не останавливает. Хотя и отдал инициативу в её руки, продолжает стоять неподвижно. Пользуясь сей молчаливой благосклонностьюя вновь переключаю внимание на Навагами.

— Ты ведь выставляешь напоказ свою истинную мазохистическую натуру прямо перед сестрой. — стоит «уколоть» сим замечанием...

— Но ведь... таков приказ Господина... — ... как Сэрэн жалобно закусывает губу.

— А на самом деле?

— !..

Возможно, это лишь мои догадки, поэтому решаю спросить её напрямую.

— Не потому ли ты можешь показать настоящую себя, что перед тобой не чужой человек, а именно Юки-сан?

«Не какой-то случайный человек, а именно ты» — так сказала, когда просила стать её хозяином. Она всегда придаёт огромное значение личности того, кто перед ней. А значит...

— Ты ведь не ненавидишь сестру. Хоть и бунтуешь на словах, на самом деле хочешь, чтобы вы поняли друг друга, так ведь?

— ... — на сей раз Сэрэн умолкает, но и не отрицает моих слов.

— Я рядом, так что давай. — кладу руки ей на плечи, оказывая поддержку, и жду.

Жду тех искренних слов, которые можно произнести, лишь когда полностью обнажил душу. О её чувствах к сестре.

— Сестрица Юки... хочу, чтобы признала наши отношения с Имасино-куном... но не только это... хочу... хочу больше разговаривать с тобой... Ведь до сих пор... мы даже нормально не общались!.. — закончив говорить, Сэрэн ещё какое-то время продолжает дрожать всем телом.

«Честно говоря, если меня уволят с должности личного дворецкого — что ж, так тому и быть. Даже если отберут статус хозяина, смогу пережить. Но оставлять между ними стену непонимания было нельзя. Ведь порой чувства не доходят до адресата, если их не высказать вслух.»

— Юки-сан, прошу вас! — теперь уже выкрикиваю, обращаясь к номинальной главе дома. Мне даже кажется, что гладь воды в бассейне на миг всколыхнулась.

«Если считается, что в семье должен царить лад, то и они не исключение.»

Выслушав нас, дамочка неспешно направляется в нашу сторону.

— Имасино... — начинает она голосом, в котором звучат непривычно мягкие нотки. — Если бы ты использовал Сэрэн лишь как инструмент для удовлетворения своих прихотей, я бы немедленно вышвырнула тебя отсюда. Но ошиблась. До самого конца относился к ней как к личности. И Сэрэн приняла это, явив мне такое выражение лица, которое никогда не показывает ни кому-либо другому. — слушая её, сглатываю слюну, ожидая окончательного вердикта.

— Вероятно, у тебя были разные цели. Заставить Сэрэн выплеснуть наболевшее, показать мне ваши отношения без прикрас... Как бы там ни было, во всём этом прослеживается стремление быть честным со мной.

— ...

— ...

Навагами-сан напряжена не меньше моего. Мы оба замерли в ожидании следующей фразы.

— ...

— А-а-ах... Юки-сан?

— Сестра?..

«Сперва подумал, что она пребывает в глубоких раздумьях. Но нет.»

— Однако... после того, как мне пришлось лицезреть всё это... не могу просто так взять и согласиться! — лицо её, которое раньше казалось лишь тенью в сумерках, теперь видно отчётливо. Привычная величественная маска дала трещину, а щёки залил густой румянец.

— Послушайте, Юки-сан... вы что, смущены?

— Ч-что за глупости несешь?! Ты что, напроситься решил?! — оборвав на полуслове, она тут же переключается на Сэрэн. — Сэрэн! Завтра я найду время. Выслушаю всё: и твои истинные мысли, и жалобы, и прочее, что у тебя накопилось. И разумеется, вы мне во всех деталях поведаете о характере ваших отношений, ясно тебе?!

— У-угу...

Сестра рывком убирает волосы со лба, но её лицо по-прежнему остаётся ярко-красным. Напоследок бросает на меня мимолётный взгляд и произносит:

— Скажу лишь одно. Если заставишь мою сестру плакать, то следующим кто начнет рыдать навзрыд — это будешь ты, Имасино!

— Э-э... ну, слёзы от смущения вполне вероятны...

— Да замолчи ты уже! — цокнув языком, Юки решительным шагом направляется прочь.

В итоге остаюсь наедине с Навагами, облачённой в весьма соблазнительный купальник.

— Судя по её последним словам... она ведь не станет тебя увольнять, верно?..

— Хотелось бы верить. В любом случае, если устроишь нам встречу для разговора, то я...

На полуслове Навагами-сан, внезапно обернувшись, крепко прижимается ко мне. Сие объятие от человека, вне семейного круга, становится первым в моей жизни, отчего, вполне естественно, чувствую, как щеки заливает краска смущения.

— На... Навагами-сан? Не буду говорить прямо, но ты ведь чувствуешь, что прижимаешься?

— Я специально... Надо же, неужели мне в самом деле выпал случай произнести это, даже как-то удивительно. — она бормочет нечто невнятное, оставаясь в сей миг той самой привычной собой, какой обычно предстает в гостиной.

— Смущаешься?

— Ну... само собой. Есть немного.

— Вот как. Что ж, значит, старания мои не пропали даром.

Пользуясь тем, что не перехожу в «режим перехвата инициативы», Навагами победно улыбается. Вновь ловлю себя на мысли: ее колючий вид или моменты, когда стыдливо прячет взгляд, безусловно, хороши, однако именно сии естественные, искренние проявления натуры заставляют мое сердце трепетать.

Тишина и покой на борту судна. Пока мы проводим время вдвоем, уведомлением отзывается смартфон для личных нужд дворецкого, который так и не вернул.

— «Когда будешь возвращаться, забери и этих двоих... Они ведь друзья твои и Сэрэн, не так ли?»

— Ах, точно, совсем вылетело из головы... Послушай, Навагами-сан. Думаю, позже они примутся за расспросы, так что не могла бы ты помочь мне от них отделаться?

К сообщению прикреплено фото: на нем запечатлены Миран в изящном платье и Юйка, увлеченно уплетающая изысканные блюда.

—Конец эпизода от лица Имасино—