Очнулась я уже в кровати у Лейлы. Мои глаза еле‑еле открывались. Рука нащупала под собой лоснящуюся шерсть, гладкую и тёплую на ощупь. Рядом лежал Арги: он тихо дышал, накрыв меня одним своим массивным крылом. Его большая морда была прижата к моему боку, и я отчётливо чувствовала его тёплое, размеренное дыхание.
— Арги… — очень тихо, с небольшим хрипом произнесла я, не отрывая голову от мягкой подушки.
Сил совершенно не было. Тело безумно ломило, каждая мышца ныла, губы пересохли, во рту ощущалась горечь, а в голове стоял туман.
После моего шёпота маленькие уши Арги насторожились, чуть дрогнули, и его голова медленно поднялась. Он посмотрел на меня своими лиловыми глазами: они заискрились, засияли мягким светом, как только он увидел, что я пришла в себя. Лапами он осторожно придвинулся ближе и жалобно промяукал. Когда его мокрый нос коснулся моей щеки, я почувствовала, как он принялся бережно вылизывать меня.
— Арги, давай только не сейчас, — я выдавила робкий смешок, стараясь не показать, насколько мне всё ещё плохо, и стала гладить его за ушами. — Где твоя хозяйка?
Кот сразу встрепенулся, навострил уши и что‑то начал бурчать мне. Потом он сошёл с кровати, повернулся ко мне и выжидающе посмотрел, слегка наклонив голову.
Я осторожно приподнялась, оперлась на локти и попыталась встать на ноги. Но резкая боль пронзила ступни, отдаваясь пульсацией до самых коленей, и меня покачнуло в сторону. Арги сразу всё понял. Он мгновенно оказался рядом, подставляя свою широкую спину. Чуть наклонившись, я обхватила его шею, вцепилась пальцами в густую шерсть, и мы принялись аккуратно спускаться вниз.
На первом этаже меня встретил аромат горячей еды: густой, насыщенный запах мясного бульона, приправленного травами. Я глубоко вдохнула и поняла, что нужно идти на кухню.
За столом, склонившись над столешницей, спала Лейла. Её руки были раскинуты в стороны, пальцы слегка подрагивали, а волосы растрепались, закрывая часть лица. На плите стояла кастрюля горячего супа и от неё поднимался лёгкий пар, а рядом недавно приготовленное рагу, источающее аппетитный аромат.
Увидев это, я горько улыбнулась. Подруга явно не спала много часов, готовила, ждала, волновалась… Я тихо подошла и осторожно тронула её за плечо. Лейла вздрогнула, резко обернулась, и в тот же миг из её глаз хлынули слёзы.
— Боже, Грейс… — она бросилась меня обнимать, с такой силой, что я чуть не потеряла равновесие. — Ты очнулась! Я так волновалась, мне было так страшно… Я думала, ты не придёшь в себя…
Её голова уткнулась в моё плечо. Обняв её обеими руками, я почувствовала, как она дрожит и всхлипывает. Её пальцы вцепились в мою одежду. Мне стало так больно за неё, что я сама еле сдерживала слёзы. Я лишь крепче прижала её к себе, гладя по волосам и шепча:
— Всё хорошо, Лейла. Я здесь, — я бережно взяла её лицо в ладони, слегка сжимая тёплые щёки, — спасибо тебе, что спасла меня… Я в долгу перед тобой на всю жизнь.
— Не благодари меня раньше времени, — Лейла мягко отстранилась и неторопливо села за стол, её движения были плавными, но в них читалась скрытая усталость. — Давай присядем.
Я без колебаний последовала её совету и опустилась на стул напротив. Лейла посмотрела на меня. В её глазах читалась тяжесть несказанного, а губы сжались в тонкую линию. Она глубоко вздохнула и серьёзно продолжила:
— Как ты уже поняла, мы хорошенько влипли. И, к моему глубочайшему сожалению, нас ждёт смертная казнь. Об этом объявила свита из Ангелии и разнесла новость по всему миру.
— Что?! — мой голос сорвался на возглас.
— Да, новость не из приятных, — тихо подтвердила Лейла, избегая моего взгляда. — Стражи уже начали поиски. Их отряды прочёсывают окрестности.
— Что нам делать?! — я вскочила на ноги, дыхание участилось, паника захлестнула с головой. — Надо быстрее собираться и улетать! Куда угодно, может, далеко в пустыни? Или… Или на затерянные острова?!
— Успокойся, Грейс, — голос Лейлы прозвучал твёрдо. Она подняла на меня взгляд. — За время твоего отсутствия я уже всё продумала.
— Когда ты успела? — я ошеломлённо уставилась на подругу, пытаясь осознать сказанное. — Сколько я тут проспала?
— Порядка четырёх дней, — ответила Лейла едва слышно.
— О боже… Почему так долго?
Я внимательно посмотрела на Лейлу. Она выглядела поникшей: плечи ссутулились, взгляд бесцельно скользил по поверхности стола, пальцы нервно теребили край скатерти. Было очевидно, что ей крайне тяжело говорить об этом, но я не могла просто отступить.
— Лейла, — я склонилась вперёд, стараясь поймать её взгляд, — что произошло в тот момент? Расскажи мне всё.
— Прости, — прошептала она сквозь хриплый голос, и в нём прозвучала глубокая вина, что у меня защемило сердце. — Я знала, насколько всё может быть рискованно… Но всё‑таки решилась.
— Это было верное решение, но в чём тогда проблема? — я с тревогой всмотрелась в лицо подруги, пытаясь уловить малейшие оттенки её эмоций.
— Я тебе не говорила, но сама по себе проклятая сила… Она плохо влияет на ангелов и демонов, а точнее любые заклинания могут обернуться против владельца, сработать в обратную сторону. В нашем случае… Поскольку ты находилась в моём портале, твоё сердце могло просто не выдержать. Я это понимала, но всё равно… — её голос дрогнул, а глаза наполнились слезами, которые она тщетно пыталась сдержать.
Я тут же подошла к ней и крепко обняла, чувствуя, как её тело слегка содрогается.
— Не вини себя, — я ласково погладила её по спине, стараясь передать всю свою поддержку. — Я понимаю, как тебе было сложно в тот момент. Ты стояла перед выбором и рискнула всем ради меня. — Я слегка отстранилась и наклонилась к её коленям, заглядывая в глаза. — И, как видишь, я крепкий орешек.
— А‑ха‑ха, это точно, — Лейла выдавила из себя смешок, смахнув слезу тыльной стороной ладони. Её губы дрогнули в слабой улыбке, а плечи чуть расслабились.
— А теперь давай покушаем, а то я просто умираю от голода, — я шутливо похлопала себя по животу, стараясь разрядить обстановку.
После моих слов Лейла словно ожила: её глаза заблестели, на лице появилась искренняя улыбка. Она резко вскочила на ноги и энергично направилась к шкафу с посудой.
— Конечно! — с воодушевлением воскликнула она.
Наблюдая за тем, как она ловко расставляет тарелки и чашки, разливает ароматный суп, я почувствовала, как тяжесть, давившая на душу, постепенно уходит. Видеть Лейлу такой полной жизни и энергии, было настоящим облегчением. Я невольно улыбнулась, предвкушая наш скромный, но такой нужный сейчас ужин.
После того как мы вдоволь насытились, я решила отдохнуть в её любимом джакузи. Тело буквально молило о расслаблении, а голова была переполнена хаотичными мыслями.
«Спасибо, что Лейла хотя бы переодела меня с того платья, — мысленно поблагодарила я подругу. — Иначе я бы точно задохнулась: корсет был затянут так туго, что дышать становилось всё труднее с каждой минутой».
Зайдя в просторную ванную комнату, я открыла кран с водой. Струи с приятным шумом хлынули в глубокую чашу. Пока набиралась вода, я начала раздеваться. Подойдя к большому зеркалу, я невольно замерла, вглядываясь в своё отражение.
На шее и руках отчётливо виднелись тёмные синяки от небесных цепей. Воспоминания нахлынули волной, заставив сердце сжаться.
Я снова ощутила леденящий ужас, когда меня схватили; увидела холодные, безжалостные взгляды полные осуждения. В ушах зазвучали крики: «Преступница! Её нужно наказать! Она осквернила священный обряд!». День, который должен был стать самым счастливым в моей жизни, превратился в настоящий кошмар. Вместо радостных поздравлений, пришли арест, цепи и унижение.
Я невольно коснулась рукой шеи, будто пытаясь стереть не только синяки, но и саму память о том дне. На мгновение комната поплыла перед глазами, но я глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки.
«Хватит, — твёрдо сказала я себе. — Сейчас я в безопасности. Мы обязательно что-нибудь придумаем».
Я отвернулась от зеркала и спустилась к наполнившемуся джакузи. Тёплая вода манила, обещая смыть не только грязь, но и часть душевной тяжести. Опустившись в воду, я закрыла глаза и позволила себе наконец расслабиться, но вдруг дверь громко распахнулась.
— Грейс, я тоже решила искупнуться! — громко проговорила Лейла, и её голос эхом отразился от кафельных стен ванной комнаты.
— Что?! — я резко обернулась, и у меня перехватило дыхание: подруга стояла буквально в паре шагов от джакузи, на ней почти не осталось одежды.
— Лейла! Прикройся! — я инстинктивно вскинула руки, закрывая лицо, и почувствовала, как щёки заливает жаркий румянец.
— Эй, моя фигурка не так уж плоха, — она игриво подмигнула и начала неспешно приближаться к джакузи. — Давай‑ка подвинься, красотка, освободи местечко для королевы водных процедур!
— Какой позор… — пробормотала я, пряча улыбку и стараясь не смотреть в её сторону.
— Да ладно тебе, все свои, — Лейла задорно рассмеялась, осторожно опустилась в воду и с блаженным вздохом откинулась на бортик, —к тому же разговоры тут могут быть более откровенными.
Я не смогла сдержать смешок и наконец посмотрела на подругу: она лежала с закрытыми глазами, лицо расслабилось, на губах играла лёгкая улыбка. Напряжение последних дней будто растворилось в тёплой воде вместе с паром.
— Ну и как ты умудряешься в любой ситуации оставаться такой… такой беззаботной?
— Опыт, дорогая, — Лейла приоткрыла один глаз и хитро на меня взглянула. — К тому же рядом с тобой нельзя унывать, ведь кто тогда будет краснеть за нас обеих?
Я фыркнула и шутливо плеснула в неё водой. Мы полежали в недолгом молчании, после чего лицо подруги стало серьёзнее, и она спросила:
— Что случилось в тот день?
— Я сама так особо и не поняла, — я потупила взгляд и уставилась в мерцающую поверхность воды. — Вроде всё было поначалу хорошо. Возвышение шло по плану, и я даже смогла получить благословение… Но потом будто Боги в последний момент отвернулись от меня. Всё вышло из‑под контроля в одно мгновение: свет погас, в зале поднялся гул, а стражи уже через секунду окружили меня.
— Это довольно странно, — Лейла задумчиво взялась за подбородок, её брови слегка сдвинулись. — Пока ты занималась подготовкой, я читала про остальные возвышения в Ангелии. Все церемонии проходили удачно, без каких‑либо происшествий. Ни одного случая за последние сто лет.
— Может, это просто дело во мне? — я с тревогой посмотрела на подругу. — Вдруг во мне есть что‑то, чего я не знаю?
— Не думаю, — Лейла покачала головой с уверенностью. — Внешность у тебя точно херувима, да и не думаю, что ты накопила столько грехов, чтобы аж сами небеса от тебя отвернулись. Дай‑ка вспомнить…
— Может, и так, — я вздохнула, погружаясь в воспоминания. — Ведь я сама не горела желанием проходить возвышение. Моя мать настояла, а я просто… подчинилась. Может, в этом проблема? В отсутствии искренней веры?
— Подожди! — Лейла вдруг выпрямилась. — Я вспомнила! Был ещё один херувим, от которого тоже отвернулись небеса во время возвышения. Случилось это лет тридцать назад. Все тогда говорили, что это знак высшей воли, но подробностей никто не знал.
— И как его звали? — я подалась вперёд, затаив дыхание.
— Вот этого не помню, — Лейла слегка нахмурилась, потирая висок. — Но я точно читала о нём в старых хрониках. Нужно найти эти записи, там может быть ключ к разгадке. Если два случая похожи, значит, есть какая‑то закономерность. Возможно, дело не в тебе лично, а в чём‑то большем.
— В чём‑то большем? — я повторила её слова. — Ты думаешь, это не случайность?
— Думаю, нам стоит разобраться, — твёрдо сказала Лейла. — Арги! Принеси мне все документы на моём столе!
Через пару секунду ворвался Арги и сразу поднёс в зубах стопку бумаг. Лейла протёрла руки об его шерсть и немного погладила.
— Спасибо, мой хороший, — Лейла благодарно кивнула, взяла документы и стала перебирать их один за другим, внимательно вчитываясь в пожелтевшие страницы. Я пододвинулась ближе.
— Нашла! — её голос зазвучал взволнованно. — Вот, слушай: «Потомка из благородной семьи отвергли Боги. Молодой херувим Шеридан Илия не прошёл испытание возвышения и был лишён семейного имени».
— Кто это? — я нахмурилась, пытаясь припомнить хоть что‑то знакомое в этом имени.
— Это я у тебя должна спросить, — Лейла повернулась ко мне. — Ты не знаешь его?
— Я, по‑твоему, всю Ангелию знаю? — я невольно усмехнулась. — Никогда не слышала этого имени.
— Тогда отыщем его и лучше расспросим, — решительно заявила Лейла, — если с ним произошло то же самое, что и с тобой, он может знать, в чём причина. Или хотя бы описать, что чувствовал в тот момент. Это даст нам зацепку.
Лейла аккуратно сложила документы и передала их Арги.
— Отнеси обратно, — попросила она. — И, Арги… спасибо.
Он потёрся мордой об лицо Лейлы и вышел. Я снова обратилась к подруге:
— И как мы его найдём? Если его лишили семейного имени, значит, он больше не часть благословенной свиты. Возможно, он скрывается или даже покинул Ангелию.
— Начнём с архивов. Должны быть записи о том, куда его отправили после инцидента. А если нет, то спросим у тех, кто помнит те события. Старые слуги, священники из храма, может, кто‑то из дальних родственников… Кто‑то да знает, где он сейчас.
— Мы в розыске! Нам вход в Ангелию строго запрещён и думаешь, он согласится с нами говорить? — я с сомнением покачала головой. — После такого позора… Вряд ли он захочет ворошить прошлое.
— Замаскируемся и спросим. Это ведь отличный шанс узнать получше о том дне. Если Шеридан Илия согласится поговорить, мы сможем понять, что пошло не так. Может быть, даже найти способ это исправить.