— Слышал? В первый же учебный день дуэль!
— Кто с кем?
— Самый молодой старейшина Золотой башни и тот самый отморозок из рода Прайсов.
— Ничего себе. Вот это матч.
— Пойдёшь смотреть?
— Конечно!
Обеденный перерыв факультета политики. Студенты целыми группами потянулись в сторону дуэльной арены факультета героев.
А как же дневные занятия?
Сегодня их не было. Факультет политики использовал администрацию Академии Гетайро как практику. Но первокурсники только поступили: для них ещё даже отделы не распределили, не то что работу. Поэтому занятия заканчивались раньше, чем у большинства факультетов. Правда, на этом день будущих политиков не заканчивался. На факультет политики шли люди, собиравшиеся заняться государственными делами. А в средневековом мире политик почти синоним аристократа. Девять из десяти студентов здесь были дворянами. Для дворянина окончание занятий означает только начало общественной жизни. В другой день кто-то пошёл бы в кино, кто-то — на чаепитие.
А сегодня прямо во время обеда случилось событие, которое идеально подходило для светского развлечения. Молодые господа и леди понеслись к арене. Но забывать о тех, кто стоит выше тебя, нельзя. Как ни крути, поединок оставался частью светской жизни. Пока все приглашали своих покровителей и старших, принц и принцесса — вершина местной иерархии — никуда не торопились. Их не приглашали «присоединиться». Их просили оказать честь. Для юных дворян полностью привыкнуть к этому ещё было трудно. Но один всё же действовал правильно.
— Ваше Высочество. Не соблаговолите ли пройти?
— Хм… А вы?..
— Простите! Рон Флеймбелл, третий сын виконта Флеймбелла. Сегодня на занятии мне выпала честь участвовать в обсуждении с Вашим Высочеством.
— Точно. Первый день, голова забита. Простите.
— Что вы, Ваше Высочество.
— Так вы звали меня смотреть поединок? Я, пожалуй, не пойду.
— Что? Ваше Высочество?
Ответ оказался настолько неожиданным, что Рон переспросил. В империи принц, конечно, не имел власти императора. Но и обращаться с ним так свободно младшему дворянину было нельзя.
— Прошу простить. Я позволил себе лишнее…
— Не беспокойтесь. Считайте, я не слышал. Ваша реакция понятна.
— Нет, Ваше Высочество. Я не смею сомневаться в вашем решении.
— Да бросьте. Вы же подумали: даже принцу нельзя настолько игнорировать светскую жизнь.
— Никогда, Ваше Высочество.
— Я больше люблю честных подчинённых, чем тех, кто говорит приятное. Посмотрите хотя бы на моего лучшего друга — безобразника из рода Прайсов.
— …
Леон улыбнулся. Для идеального аристократа Рон провалил проверку. Следовало до последнего отрицать мысли принца, а заодно заверить, что его друг вовсе не безобразник. Но тогда Леон потерял бы к нему интерес. Подхалимы, которые говорят только желанное, ему не нужны. Ирония в том, что именно дворянская неопытность Рона заставила Леона запомнить его имя. Он решил объяснить новому знакомому, почему не идёт.
— Ради поединка, который продлится несколько секунд, несколько часов ждать на арене? По-моему, куда полезнее для знакомства сходить на хороший фильм.
Леон помахал билетом перед лицом Рона. Тот поклонился и принял его.
***
Пока Леон с Роном и ещё несколькими молодыми дворянами отправлялся в кино, Пию окружили девушки. Её решение оказалось почти тем же. Она просто увела их в заранее выбранное кафе. Императорские брат и сестра могли позволить себе такую уверенность по одной причине: им было известно то, чего не знали остальные. Официально Алан Прайс — молочный брат и ближайший друг Леона. На деле он долгое время был его личным телохранителем. Скрытым бойцом наследника. До тех пор пока Алан не ушёл снимать «Йохана», Леон ни разу не оказывался под реальной угрозой убийства и ни разу не раскрыл своего защитника.
Среди дворян многие считали, что наследник ходит без охраны, и молодые рыцари наперебой предлагали свои услуги. Императорский двор не выбрал никого. По верности и силе с Аланом было трудно спорить. Пиа как член императорской семьи знала правду и порой жалела лишь об одном: этот человек охранял не её. Так или иначе, речь шла о бойце, которого поставили защищать старшего законного сына императора. А его противник — просто студент.
«Без шансов».
«Именно».
Смотреть там будет не на что. И брат с сестрой оказались правы. Поединок закончился мгновенно.
***
Комната воскрешения при дуэльной арене. Эйли растерянно огляделась. Только что она стояла напротив Алана. Судья свистнул — и она сразу создала несколько десятков пушек.
А потом…
«Я проиграла».
Всё случилось почти мгновенно. Десятая доля секунды — снаряды достигли разгоняющегося Алана. Две десятых — он поймал летящие ядра и прямо в воздухе преобразовал их в пистолет и меч. Ещё две — рассёк мечом остальные снаряды и выстрелами заставил Эйли поднять защиту. Четыре десятых — преодолел расстояние до неё. И две последних — разобрал огненную стену, проломил щит и свернул ей шею. Итого одна целая одна десятая секунды. Столько ей дали на бой.
Что, если начинать дальше друг от друга?
Неважно. Увеличилось бы только время его разбега. Расстояние всё равно исчезло бы без единой остановки. Не зря его называли Золотым Хищником. Метод построения формул на собственном теле. Преобразование через изменение модуля упругости. Перекрёстная алхимия. Все эти открытия принадлежали ему. Для Алана любая техника алхимика была лишь чем-то, что можно разобрать, переделать и обнулить. Не зря маги, которых он таскал на «мак'гору», даже толком не сопротивлялись. Разница в силе была настолько чудовищной, что Эйли оставалось лишь честно признать поражение.
Видимо, воскрешение ещё давало о себе знать — из каменного саркофага она подняться пока не могла. Над краем показался кто-то и помахал рукой.
— Старший?
— Ты… нормально себя чувствуешь?
— Да! Совершенно! Отличный бой!
До начала они ведь сами договорились: никаких уступок, сражаться всерьёз. Предложила Эйли, поэтому обижаться ей и в голову не пришло. Наоборот — понимание, насколько далеко впереди человек, которым она восхищалась, только сильнее разжигало желание расти. А вот Алан выглядел не столь спокойно. Раз уж вокруг Святилище и смерть обратима, во время боя он не церемонился. Но после победы стало как-то мерзко. Будто дядька решил во что бы то ни стало выиграть у племянницы. Он вообще не делил противников по полу, когда перед ним стоял враг. Но избивать безвинную девушку без малейшей жалости его американская мачо-душа почему-то не позволяла.
При том что в прошлой жизни Алан был чистокровным корейцем. Эйли увидела, как он мнётся и осторожно смотрит на её реакцию, и тихо рассмеялась.
— Старший, правда, всё хорошо. Я сама этого хотела. Лучше скажите, чего хотите за победу.
— После такого как-то…
— Скорее. Пока не передумала.
Именно так Эйли и собиралась действовать. Если прямо пытаться возвращать Алану долг, он начнёт отказываться и отдаляться. Гораздо проще делать это через сделки, ставки и взаимные обещания. Чем дольше продлится такой обмен, тем крепче станут их отношения. Не подозревая о её маленькой хитрости, Алан закрыл глаза и задумался. Вдруг глаза распахнулись.
— Придумали?
— Ага, как раз есть просьба.
Эйли замерла в ожидании.
Что он попросит?
Угостить обедом?
Чаще спарринговаться?
Может, раскрыть какую-нибудь секретную магию уровня старейшины? Загляни кто-нибудь ей в голову, наверняка восхитился бы: ни единой неприличной мысли, истинный маг Башни. Наконец Алан озвучил столь же невинную просьбу.
— Тогда вступай в мою команду героя.
— Что? Скорее уж я должна просить вас…
— Это мне нужно просить. Кроме тебя, я вообще не представляю, кого можно взять магом в нашу команду героя.
— Старший… Вы настолько высоко меня цените?.. Хорошо! Я постараюсь!
Лежащая в саркофаге Эйли сияющими глазами согласилась. Алан тоже остался доволен.
«Вот как. Значит, Эйли тоже настолько любит кино».
К сожалению, выражение «команда героя» в этом мире означало сразу две вещи. Команду героя — съёмочную группу. И команду героя — боевой спецотряд. До того момента, когда Эйли поймёт, что её назначили в реквизиторско-постановочную группу, оставалось четыре дня.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta