— Тебе что-нибудь нужно?
— Дай мне Святилище.
— Какое?
— То, что рядом с нашим домом.
— Для съёмок девушек-волшебниц?
— Угу, там ещё снимем мою сцену превращения.
— Только не разнесите всё.
На этом разговор отца и дочери закончился. У нас от такой будничности едва не треснули лица. После этого мы поселились в доме Карамзиных и начали снимать летнюю арку «Мэджикал Мари». За два дня набрали материал почти на семь серий. Для человека из моего прошлого мира это звучало ненормально. Там десятиминутную анимацию делали неделями. С сериалами и кино было не сильно быстрее. Но дело вовсе не в том, что мы снимали кое-как.
Наоборот.
Я бы сказал, качество заметно выросло. И всё благодаря одному человеку.
— Спасибо, господин Рив.
— Для меня честь.
После съёмок я пожал руку Риву Карамзину. Он попал в команду почти случайно. Парень готовился к личному ученичеству у главы Башни магов, то есть фактически к магической аспирантуре. Мне стало его немного жаль. Плюс он оказался фанатом «Мэджикал Мари». Вот я и предложил посмотреть на площадку. Во время съёмок Рив в порядке «небольшой помощи» создал иллюзией декорации. И с этого момента скорость производства взлетела. До сих пор у студии не было иллюзиониста. Поэтому я и Айри сами перестраивали площадку преобразованием. Чинили разрушенные здания. Восстанавливали реквизит и костюмы. Переделывали всё при каждой смене сцены. Да, по сравнению с моим прошлым миром, где людям приходилось физически ездить между локациями, это всё равно было быстро.
Но когда соседняя студия меняет декорации одним щелчком иллюзиониста, становилось обидно. Рив показал нам другой мир. Щёлк пальцами — фон готов. Ещё раз — уже другой. Мы с Айри могли заниматься только реквизитом. Не нужно постоянно переезжать. Часть костюмов он тоже закрывал иллюзиями. В итоге благодаря универсальному иллюзионисту за два дня мы сняли всю запланированную летнюю часть.
— Старший. Нам обязательно надо забрать господина Рива.
— Я бы с радостью.
Фиолетовая мелочь рядом со мной говорила с непривычной решимостью.
Неудивительно.
После появления Рива её качество жизни выросло процентов на триста семьдесят. Я полностью разделял её желание. Но, к сожалению, Рив не мог остаться с нами. Не потому, что мы не можем нанять иллюзиониста. Мы просто сознательно этого не делаем. Денег у студии хватает. Причина в наших с Николаем убеждениях. Мы оба помним кино из прошлой жизни. Какой бы совершенной ни была иллюзия, реальность она не заменит. Иллюзия всё равно рождается из воображения человека. Невозможно до конца просчитать, как именно ветер разнесёт пыль после взрыва. Как лопнет камень. Как поведёт себя дым. А в наших фильмах взрывов много. В бытовых сценах иллюзии работают прекрасно. Но как только вернётся экшен, фальшь начнёт бросаться в глаза. И это не только наша странная философия.
В прошлой жизни многие режиссёры думали так же.
— У нас режиссёр Бэй этим славился. А у вас кто?
— Были режиссёры, которые очень любили настоящие ядерные взрывы.
— О, вы про Оппенгеймера?
— Нет. Про президентов США, Китая и России.
— …
Да, разговор немного ушёл не туда. Но вывод оставался прежним. Миры могут отличаться. Взрыв нельзя заменить подделкой. Так что иллюзионист удобен в бытовых сценах, но в боевых иногда только мешает. Когда я закончил объяснение, Эйли посмотрела так, будто у неё отняли смысл жизни.
— Старший. Тогда наймите хотя бы ещё алхимиков!
— Ты же знаешь, что других, кто настолько хорошо работает со мной в одном ритме, почти нет.
— А-а-а… пожалуйста…
— Прости.
Я похлопал её по плечу, пока она буквально оседала на колени. Потом повернулся к нашему временно приглашённому иллюзионисту. Рив в стороне серьёзно обсуждал что-то с Николаем. Когда фиолетовая мелочь рядом наконец успокоилась и начала тихо урчать, я отнёс её в угол и подошёл к ним.
— Что случилось?
— Старший. Тут проблема… Зрители очень прохладно приняли появление Дины.
Они изучали результаты опроса после прошлой недели. Дина — девушка, которую играла Дианна. По сюжету она была богатой молодой леди, с которой Серес подружилась в Академии Гетайро. Летняя арка строилась на том, что героини отдыхают на частном пляже её семьи. Настоящем частном пляже, к слову. Но сама Дина оказалась слишком блеклой.
Тихая.
Немного странная. Живёт в собственном ритме. Это придавало ей характер. И всё. Зрители оценивали её как кого-то между массовкой и второстепенным персонажем. Моё лицо тоже стало серьёзным. Если бы Дина действительно оставалась эпизодической фигурой — ничего страшного. Но она должна стать третьей главной девушкой-волшебницей. Кто-то скажет: «Неужели из-за просто равнодушной реакции надо так нервничать?»
Да.
Для главного персонажа равнодушие иногда хуже ненависти. Ненависть ещё можно переработать. Безразличие — почти нет. Кто-то другой скажет: «Она пока обычная девушка. Дайте красивое превращение — и всё исправится». Ещё хуже. Сравните двух героев. Первый — случайный статист, которому повезло коснуться радиоактивного куба и получить силу. Второй родился без всего, но честностью и готовностью жертвовать собой заслужил признание остальных и стал лидером. Не нужно объяснять, кто сильнее зацепит зрителя. Поэтому с Диной у нас был настоящий кризис. Если немного утрировать, неудачный персонаж мог навсегда прилепить к Дианне образ «богатой дурочки, с которой начался закат „Мэджикал Мари“».
Даже Рив, который не работал в кино, понимал: если ничего не сделать, актёрская карьера сестры может серьёзно пострадать.
— Что будем делать?
— Я попробовал разобрать ситуацию.
Рив раскрыл исписанный блокнот.
— Думаю, проблема в том, что появление Исис было слишком сильным. После такой арки мозг зрителя просто не принимает Дину.
Людей уже перекормили дофамином. Что бы Дина ни делала, казалось скучным. Мы даже специально подчёркивали богатство. Показывали её причуды. Давали сцены с настоящим частным пляжем. Реакция почти не изменилась. Первая мысль:
«Не хватает зрелищности?»
Николай тут же отверг.
— Не в зрелищности дело. Жанры не стыкуются.
Мари и Исис зрители воспринимали как бойцов. А Дина вошла в историю посреди бытовой части и автоматически выглядела обычным человеком. Будто к дружбе льва и тигра внезапно добавили домашнего щенка. Дело не в плохой постановке. Сам образ не совпадает по энергии.
— И как это исправить?
Режиссурой — никак. Можно сгладить впечатление. Но нельзя постановкой заменить отсутствующую историю персонажа. Дальше начиналась работа сценариста.
— Хм…
— Думаю… думаю…
— Старший, ну хватит.
— …Прости.
Зрители заблуждались. Мы с Николаем никогда не писали «Мэджикал Мари» целиком заранее. Скорее намечали основную линию, а потом на ходу наращивали мясо. В нынешней ситуации это даже помогало. Дину вводили довольно спешно. В биографии полно пустот. А значит, в эти пустоты ещё можно что-нибудь встроить. Что уже известно зрителю? Дина появилась на экране. Второй шанс на эффектное первое появление невозможен. Далее — семья. У неё есть достаточно денег для собственного пляжа, но уже установлено, что она сирота и сама подняла свой торговый дом. Сделать её наследницей одной из линий Совета Сумерек нельзя. Клише «бывший враг становится союзником» тоже уже использовали с Исис. На первый взгляд — сплошные запреты. Но пространство оставалось. И решение нашлось почти случайно.
Мы с Николаем начали пересматривать уже опубликованные детали, выискивая то, что ещё не закреплено окончательно. Так дошли до самого начала. До нулевой серии «Мэджикал Мари».
Посмотрели.
Молча открыли блокноты. Никто никому ничего не предлагал. Но идеи, которые мы записывали параллельно, неожиданно сцепились настолько идеально, что по коже пошли мурашки. Когда новая биография Дины сложилась, мы одновременно медленно повернулись к Риву.
— Э-э… почему вы на меня так смотрите?
Он даже отступил. Мы с Николаем одинаково загадочно улыбнулись.
— Да ничего. Просто подумали, как нам повезло.
— Мы сами это придумали, а теперь страшновато, насколько хорошо всё сходится.
Да.
Надо же было так совпасть, что первого злодея в нулевой серии тоже звали Рив.
***
Дина родилась в ночь, холоднее которой трудно представить. Раз в сто лет на ту землю обрушивалась такая метель. Но холод пришёл не от снега. Её родители жили глубоко в горах, потому что отец служил лесником. Сам дом был крепким и тёплым. Метель ему не страшна. Но в ту ночь она отняла у Дины первое тепло. Отец ушёл спасать людей, попавших под лавину. И больше не вернулся. Так Дина потеряла одного близкого в день собственного рождения. На следующий день у матери поднялась температура. Муж всё ещё не вернулся. В доме оставались только новорождённая Дина, её старший брат и повитуха. Метель продолжалась. Священник с целительной магией не мог добраться до изолированной хижины. Прошла неделя. Мать в последний раз произнесла имя мужа. И уснула навсегда.
За первую неделю жизни Дина потеряла и второе тепло. К счастью, у неё ещё оставался брат. А повитуха, которая своими глазами видела, как за одну неделю двое детей лишились семьи, не смогла их бросить. Она забрала их к себе. Брат и сестра росли, помогая в её лавке, пока другие дети гуляли. Но оба были благодарны за тепло, которое получили. Мир, похоже, решил, что Дине всё ещё слишком тепло. Через годы он отнял и это. День выдался прекрасным. Ясное небо. Мягкий ветер.
— Тётя! Мы вернулись! И куриных шашлычков купили много!
Брат с сестрой закончили работу в лавке и принесли любимое лакомство приёмной матери. К тому времени повитуха уже закрыла глаза навсегда. К этой смерти Дина была готова. Женщина взяла их к себе уже в старости. Последний месяц почти не вставала. Не болела. Просто время подошло. Дина могла только поблагодарить её за годы, которые та им подарила. Настоящая трагедия началась после похорон.
Бум-бум.
— Эй! Открывайте!
— Кто там?
— Не твоё дело. Лучше прочитай это, мелкая.
В дом явились сборщики долгов. И прямо перед детьми развернули расписку. Брат с сестрой не поняли. Лавка долгов не имела. У приёмной матери тоже были накопления, а не обязательства. Сначала они решили, что люди ошиблись адресом. Но документ был оформлен именно на лавку. Дети успокоились и начали разбираться. И довольно быстро поняли замысел. Их считали маленькими и глупыми. Мошенники дождались смерти хозяйки и решили забрать лавку, рассчитывая, что дети ничего не поймут. Они просчитались. Пока ровесники играли во дворе, брат с сестрой годами помогали в торговле. Даже не будучи взрослыми, они знали основы сделок и договоров. Дина мгновенно поняла, что перед ней не кредиторы, а мошенники.
— Господин стражник! Помогите!
Она сразу позвала городскую стражу. Даже в таком обществе есть разница между обманом беспризорного ребёнка и попыткой отнять полноценную лавку у законных владельцев. В первом случае стража могла сделать вид, что ничего не заметила. Во втором — уже нет. Мошенники не ожидали, что дети окажутся настолько сообразительными. И переключились на запасной план.
— Эй, уроды! К стене, руки вверх! Взрослые мужики, а детей обманывать не стыдно —
— Кх!
Они зарезали стражника. И решили похитить детей, чтобы потом спокойно забрать имущество. Мошенники превратились в разбойников за одну минуту. Но и этот план сорвался. У старшего брата Дины оказался талант к убийству.
— Брат! Лицо… у тебя лицо…
— Всё хорошо, Дина. Правда. Не плачь.
Он получил огромный шрам через всё лицо. Зато защитил сестру. Стоя среди тел нападавших, гладил её по голове и успокаивал. Дина всё ещё могла выдержать. Тепло рядом оставалось. Мир отнял и его. Когда другие стражники, получив сообщение от товарища, прибыли на место, они увидели лишь мальчика с ножом. Тела на полу. Мёртвого коллегу. До этого по связи успели услышать только, что его зарезал грабитель. Никто не стал разбираться на месте. Брата Дины арестовали. Когда правда выяснилась, он уже подхватил в холодной тюрьме болезнь лёгких. Сотник местной стражи понял, что история грозит большим скандалом. И предпочёл решить проблему проще. Сделать заключённого «пропавшим». Кто станет верить детям из маленькой лавки? Так Дина потеряла последнее тепло. Весна закончилась.
Началось лето, которое оказалось холоднее той метели. Но вместе со всем, что мир у неё отнял, он подарил одну вещь. В глазах поселилась ярость. Будто родившись заново, Дина сделала холод внутри своим оружием. А топливом — ненависть к миру. В её сердце закрепилась простая вера: если хочешь защитить своё тепло, нужна сила. И, как оказалось, талант у Дины тоже был. Только не такой, как у брата. Талант торговца. За три года она превратила маленькую лавку в торговый дом среднего размера. Немного «уважения» местному лорду — и получила право самой разобраться с бывшим сотником стражи. Через три года после трагедии месть закончилась. А Дина начала искать брата. Для этого требовались люди. И деньги. Много денег. Прошло ещё десять лет.
И однажды она поняла, что уже стоит во главе огромного торгового дома.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta