Голос Шэнь Фэя прозвучал в наушнике, и Чжао Шитоу, не колеблясь ни секунды, нажал на спусковой крючок.
Бах…
Пуля, пролетев двести метров ночного неба, вонзилась в голову, показавшуюся в щели между шторами на третьем этаже.
Бандит не издал ни звука. Его тело обмякло и сползло на подоконник, словно мешок с цементом, сброшенный с плеча.
Наблюдатель Гу Чжунь тут же вклинился в эфир: ─ Цель номер один подтверждена. Попадание в правую глазницу!
─ Следующая цель – середина коридора на третьем этаже, движется на восток. Ветер северо-восточный, два метра в секунду, влажность шестьдесят семь процентов, баллистические параметры без изменений.
Чжао Шитоу не ответил. Его прицел уже поймал следующую цель, и он ждал удобного момента для выстрела. Снайпер…
Его задача – давить на психику врага и обеспечивать абсолютную летальность!
Нельзя спешить!
……
Почти в то же самое мгновение.
С окна на четвёртом этаже одновременно сорвались две верёвки.
Цзян Бай и Гао Чэн, не дожидаясь, пока верёвки полностью размотаются, выпрыгнули из окна и, используя маятниковое ускорение, влетели в окно офиса на третьем этаже, разбив его.
Треск…
Со звоном разбитого стекла Гао Чэн приземлился первым. Боковым зрением он увидел, что бандит уже выхватывает пистолет, целясь в него.
Гао Чэн даже не взглянул на бандита. Он бросился прямо к толовой шашке на столе. В следующее мгновение бандит вскинул пистолет, и чёрное дуло нацелилось в голову Гао Чэна.
Бах…
Раздался выстрел, но упал не Гао Чэн, потому что спусковой крючок нажал Цзян Бай.
Тело бандита от удара пули отбросило назад, к стене. Пистолет с глухим стуком упал на бетонный пол.
Подтвердив уничтожение цели, Цзян Бай быстро переместился к стене, направив оружие на дверной проём. Его взгляд скользил по щели двери, по окнам в сторону коридора. Его задача – прикрытие.
А в это время Гао Чэн уже присел у стола, сжимая провода в руках. Между детонатором и точкой разветвления нужно было перерезать два провода одновременно: ни раньше, ни позже, ни один за другим.
«Ху... Ха...»
Гао Чэн отчётливо слышал своё собственное, становившееся всё более тяжёлым дыхание. Левой рукой он сжал красный провод, правой – синий. Лезвия стриппера одновременно вцепились в изоляцию двух проводов.
Хруст. В момент, когда провода были перерезаны, Гао Чэн крепко зажмурился. Одна секунда. Две. Три.
Ничего не произошло. Гао Чэн глубоко выдохнул и, нажав пальцем на наушник, сказал: ─ Инструктор, бомба обезврежена, безопасно!
Голос Шэнь Фэя раздался в ответ: ─ Принято. Оставайтесь на месте, охраняйте взрывчатку.
Только тогда Цзян Бай опустил ствол пистолета, повернул голову к Гао Чэну и не удержался: ─ Твою ж дивизию, ты, парень, псих, похлеще меня будет.
─ А если бы тот бандит тебя просто пристрелил?
Гао Чэн поднял голову, глядя на Цзян Бая, и очень серьёзно сказал:
─ Не боялся. ─ Я верю в своих товарищей.
─ Твоя задача – защитить меня, и я верил, что ты сможешь это сделать!
Цзян Бай остолбенел. Он посмотрел на лицо Гао Чэна, испачканное пылью и камуфляжной краской, и вдруг не смог сдержать смеха. Это был не смех человека, спасшегося от смерти, а что-то необъяснимое, рвущееся из груди наружу.
Внезапно, без какого-либо предупреждения, он протянул кулак и сказал: ─ Меч Южного Китая.
─ Жить и умереть вместе.
Гао Чэн посмотрел на кулак, протянул свой и коснулся его.
─ Верно. ─ Жить и умереть вместе!
……
В то время как Чжао Шитоу стрелял, а Гао Чэн с Цзян Баем ворвались на третий этаж, группа штурма под руководством Шэнь Фэя уже начала действовать. Длина коридора составляла сорок два метра, по обеим сторонам – с севера на юг – располагались шесть классов и одна учительская.
Вооружённая полиция давила с западной лестницы, Шэнь Фэй поднимался с восточной. Две силы двигались навстречу друг другу, как две губки тисков, готовые раздавить бандитов, зажатых между ними. Временное окно было рассчитано.
Гао Чэну нужно было десять секунд, чтобы перерезать провода. А две штурмовые группы – военная полиция и группа Шэнь Фэя – должны были зачистить все помещения на третьем этаже за сорок секунд. Нельзя было быстрее – можно было что-то упустить. Нельзя было медленнее – западная группа не выдержала бы давления, и бандиты могли бы отступить к центральному классу с заложниками, и тогда двести с лишним детей оказались бы на линии огня. Каждой штурмовой группе нужно было зачистить по три класса. Сорок секунд, три класса – достаточно!
Шэнь Фэй первым ступил на коридор третьего этажа. Дверь первого класса с восточной стороны была закрыта, из-за неё доносился лёгкий шорох. Он, не колеблясь, прижался к стене и приоткрыл дверь на ладонь. Бах…
Почти одновременно с водонапорной башни снова раздался выстрел. Пуля просвистела мимо уха Шэнь Фэя и улетела в тёмную классную комнату. Послышался звук удара пули о тело.
─ Инструктор, уничтожение подтверждено!
Почти сразу же в классе начался настоящий хаос.
─ А-а-а!
─ Мама! Мама!
─ Помогите!
─ У-у-у… Не убивайте меня… Не убивайте меня…
─ Учитель! Учитель, где ты?
─ А-а-а-а!
Со всех сторон раздавались крики, накладываясь друг на друга, заглушая один другой. По стандартной процедуре штурма, если в классе кричат заложники, идёт хаос и неизвестность, нужно было выждать несколько секунд у двери. Дождаться, пока угроза со стороны бандита будет полностью устранена, убедиться, что нет второго скрытого противника, и только потом входить. Это было написано в учебниках, это была стандартная процедура для всех штурмовых операций. Но спецназ воюет не по учебнику!
Где нужно – надо быть осторожным, но когда нужно идти на прорыв – нельзя колебаться ни секунды. Вдруг в классе ещё есть бандит, который, оказавшись в безвыходной ситуации, может потерять рассудок и открыть огонь по ученикам. Если кому-то суждено быть раненым, то первым должен погибнуть военный!
Шэнь Фэй, не колеблясь ни секунды, выбил дверь класса ногой, подставив себя под возможный выстрел, и быстро осмотрел всё помещение. Окно – никого. Чёрный ход – закрыт. Потолок – без изменений. Класс безопасен. Не медля, Шэнь Фэй развернулся и бросился к следующему классу. В тот же миг, когда он выходил из двери, последний боец в цепочке уже вскользнул внутрь. Он убрал оружие и присел перед детьми: ─ Дети... не бойтесь...
─ Дядя из Народно-освободительной армии пришёл вас спасти!
Да, после зачистки каждого класса в нём оставался последний боец, чтобы успокоить учителей и учеников и проследить, чтобы они не разбегались. Эти детали… давно уже были выгравированы в глубине души Шэнь Фэя и пришли вместе с ним… в этот мир!