Награды за это задание были более чем щедрыми — самое прибыльное задание из всех, что он видел до сих пор.
Титул «Свет Силина» определенно был лучше его нынешней урезанной версии ауры спрея от насекомых.
Да и лето уже почти закончилось.
Однако Система явно вознамерилась сделать из него борца за нравственность и грозу проституции.
Кстати говоря, что это вообще за местечко такое — Силин? Почему здесь пряталось столько «курятников»?
Хотя нет, он мыслил слишком узко. Дело касалось базовых человеческих потребностей — независимо от размера города, повсюду наверняка скрывалось шокирующее количество «курятников» и «вольных курочек». Просто из-за невозможности работать открыто у каждого заведения были свои способы выживания, и посторонние о них даже не догадывались.
В конце концов, если бы чужаки узнали, лавочку бы сразу прикрыли.
В отличие от нишевой аниме-культуры, здесь действительно работало правило: «выход в мейнстрим означает путь в могилу».
Как в той классической фразе из «Академии призраков»: «Пойди растрезвонь на весь мир, что ты уже вознёсся прямиком на свои похороны!»
Но вместе с тем Линь Ли осознавал и главную трудность выполнения задания — он был всего лишь чужаком.
На оздоровительный клуб «Светлый граф» он наткнулся только потому, что эта абсурдная Система подсказала ему о его существовании через задание.
Он соврал Ян Ляну, будто узнал обо всём от друга, но сам-то прекрасно понимал, что выдумал этого «друга» из воздуха. И где ему теперь, без всяких связей, искать остальные три «курятника» в посёлке Силин?
Может, если он снова будет проходить мимо них, Система выдаст похожее уведомление?
У него оставался всего месяц. Линь Ли посмотрел на наконец-то открывшийся магазин, а затем на бесконечные замки на витринах.
[Магазин разблокирован.]
[Для разблокировки ячейки обновляемых товаров 1 требуется суммарно получить 600 единиц системной валюты. (300/600)]
[Для разблокировки ячейки обновляемых товаров 2 требуется суммарно получить 1000 единиц системной валюты. (300/1000)]
[После разблокировки предыдущей ячейки обновляемых товаров вы сможете просмотреть требования для разблокировки ячейки 3.]
Ха-ха.
Линь Ли рассмеялся — от выходок этой нелепой Системы он буквально закипал от ярости сквозь нервный смех.
Разблокировал магазин, называется? Ага, разбежался.
Он всего лишь разблокировал право войти внутрь, но уж точно не сами товары.
Объясните кто-нибудь Линь Ли, какой смысл бродить по пустому супермаркету — чисто для разминки, шаги понаматывать?
Твою ж мать.
Магазин-то ещё и виртуальный, так что даже шаги не понаматываешь.
Будь у Системы физическое тело, Линь Ли наверняка сначала высоко поднял бы её над головой, а потом жалобно прижал обратно к груди, тихонько матерясь, — выбирая между гневом и беспомощностью злобное бессилие.
И ради этого затевалось утреннее обновление?
Но если говорить начистоту, когда на стороне Системы начался столь вопиющий беспредел, Линь Ли после короткой вспышки злости на удивление спокойно всё принял.
От этих мыслей даже становилось жутко: неужели Система пыталась им манипулировать и абьюзить его?
Единственной хорошей новостью было то, что разблокировка, по всей видимости, не тратила системную валюту. Триста единиц остались при нём, а требование для ячеек учитывало накопленную сумму, а не текущий остаток. В конце концов, время потратить их ещё придёт.
Линь Ли, который изначально надеялся на какой-нибудь «детектор курятников», окончательно выбросил эту мысль из головы. На Систему положиться точно нельзя — рассчитывать придётся только на себя.
Но если ты и в следующий раз окажешься настолько ненадёжной, я ведь правда, очень сильно разозлюсь.
— Ну что ж, наша задача здесь выполнена. Ещё раз спасибо ученику Линь за помощь в этом деле. Больше не смеем вас стеснять — нам пора прощаться. Увидимся в следующий раз во время уроков по безопасности, — обратилась Сунь Ин ко всем присутствующим.
— Хорошо, хорошо. Спасибо, что уделили нам время. Позвольте я вас провожу, — директор, как и подобало, безупречно соблюдал все правила приличия.
— Да что вы, не стоит, не стоит...
— Ну как же, обязательно нужно...
Взрослые снова завели свои бесконечные церемонные расшаркивания. Взрослый мир и впрямь был до ужаса хлопотным.
— Малыш Линь, почему ты выглядишь таким невесёлым? — мягко спросил Ян Лян у Линь Ли.
Линь Ли опешил.
«Братец Ян, разве твоя цель — не твоя коллега? Вместо того чтобы выручить её из этой неловкости, ты зачем-то пялишься на меня?»
К тому же это больше походило на попытку выдавить разговор ради разговора.
«Чем весь день согревать заботой меня, лучше бы согревал её».
— Вовсе нет, я очень рад, — Линь Ли снова взглянул на красный конверт и карточку на покупки в своих руках, и его улыбка тут же сделалась невероятно искренней.
— Как планируешь распорядиться этими деньгами? — снова поинтересовался Ян Лян.
«Задонатить в игры, накупить вкусняшек, взять "Эльфов весеннего ветра" (отливка Сяочуань), снова сходить на массаж (ощущения в прошлый раз были просто незабываемыми), приберечь часть как оперативный фонд для заданий Системы...»
Так он думал, но сказать подобное в присутствии Сюэ Цзянь было решительно невозможно:
— Помогу с расходами по дому.
— Хороший ребёнок, молодец, — с облегчением кивнул Ян Лян. Он глубоко вздохнул, будто решившись на что-то важное, и повернулся к стоящей рядом Сюэ Цзянь: — Учитель Сюэ, вы не позволите мне поговорить с Линь Ли наедине?
— А? Конечно, пожалуйста, — у Сюэ Цзянь не было возражений, и она отошла к директору, чтобы обменяться вежливыми дежурными фразами.
— Дядя Ян, в чём дело? — Линь Ли искренне недоумевал: он совершенно перестал понимать намерения Ян Ляна.
Словно следующие слова давались ему с огромным трудом, Ян Лян долго беззвучно шевелил губами. Наконец, снова собравшись с духом, он шумно выдохнул, серьёзно посмотрел Линь Ли прямо в глаза и произнёс:
— Линь Ли, могу я стать твоим отцом?
Линь Ли: «?»
Все эти выходные Ян Лян провёл как на иголках. Проверив информацию и убедившись, что всё сказанное Линь Ли было чистой правдой, он даже во сне видел, как меняется лицо Линь Ли и что тот отвечает на его вопрос.
Обидеть такого ребёнка было поистине непростительным поступком.
Ян Лян всей душой хотел хоть как-то загладить вину перед этим юношей, который лишь притворялся сильным.
Чтобы выбить три тысячи триста юаней наградных, Ян Ляну пришлось приложить немало усилий, а карточка на покупки и вовсе предназначалась для сотрудников полицейского участка Саньцяо к праздникам — Ян Лян отдал свою собственную долю, буквально насильно вручив её Линь Ли.
Но даже так Ян Лян чувствовал, что этого недостаточно.
Получил деньги — и первой мыслью было помочь с расходами по дому... Какой же замечательный, по-настоящему хороший ребёнок!
А раз так, Ян Лян решил:
«Юноша, которого я так ранил! Ту отцовскую любовь, которой ты был лишён, я возмещу тебе сполна!
Линь Ли, стань моим сыном!»
Ян Лян, мысленно перевоплотившись в Белоуса, с надеждой смотрел на Линь Ли, ожидая ответа.
Линь Ли уставился на Ян Ляна, и в его глазах плескался немой шок — зрачки мелко дрожали, словно от землетрясения.
Твою мать.
Значит, истинной целью этого мужика была вовсе не Сунь Ин, а он сам!
Неужели Ян Лян из тех священников, которые любят мальчиков?
Иисус, спаси меня!
А, стоп. Даже если бы Иисус прикрыл попу мальчика руками, он бы всё равно не смог его защитить — у него же ладони с дырками. Неудивительно, что средневековые священники так распоясались.
Слепое преклонение перед чужеземным и впрямь до добра не доводит.
Виноват, отвлёкся.
Будда, спаси меня!
Ладонь Будды смогла усмирить самого Сунь Укуна, так что его-то она точно сможет защитить, закрыв со всех сторон.
Если только Будда не прижмёт его попой наружу.
Но, встретив мягкий взгляд Ян Ляна, Линь Ли быстро успокоился.
Нет, Ян Лян не был похож на такого человека.
Хотя они провели вместе не так много времени, Линь Ли всё же мог отличить хорошего человека от плохого. Ян Лян — настоящий офицер по подавлению демонов: честный и благородный, у него просто не могло быть столь грязных мыслей.
Тогда к чему были эти слова? С какой стати ему вдруг ни с того ни с сего захотелось стать его отцом?
Погодите.
Лицо Линь Ли окончательно похолодело. Он посмотрел на Ян Ляна и раздельно произнёс:
— Дядя Ян, когда это у вас с моей мамой всё началось?
Ян Лян: «?»
(Конец главы)