Дожди на границе не прекращались уже три дня и три ночи.
Весь лагерь Северной стражи увяз в бескрайнем грязевом месиве.
Яростные порывы ветра несли с собой тяжелые капли, которые с глухим стуком колотили по кожаным тентам главных армейских шатров.
Командующий тремя тысячами воинов северного гарнизона династии Да Юн вел основные силы в тридцати ли отсюда, в ущелье Вонюшань, где шел жестокий бой с варварами ху.
А заместитель командующего Пэй Чжэн, оставшийся командовать десятью тысячами элитных бойцов в тылу, с мрачным выражением лица вглядывался в рельефную карту.
Клан Пэй веками пользовался императорской милостью и являлся ближайшей опорой престола.
Пэй Чжэн, будучи ключевой фигурой клана в текущем военном поколении, за последние годы стяжал немало ратной славы на границе.
Его двоюродный брат Пэй Цин, служивший главным писарем в городе Цинчжоу, был той скрытой пешкой, которую род задействовал в тылу для заготовки армейского продовольствия и прикрытия тыловых путей.
─ Стой! ─ раздался из-за полога хриплый окрик.
В шатер, спотыкаясь и падая на одно колено, ввалился гонец, с ног до головы залепленный желтой грязью – казалось, его только что вытащили из топи.
─ Докладываю генералу! Срочное послание от главного писаря Пэй Цинчжоу! Регистратор Пэй наказал скакать день и ночь, велев сберечь послание даже ценой собственной жизни!
Брови Пэй Чжэна сошлись на переносице, он быстрым шагом приблизился к гонцу.
Тот выта из-за пазухи промокший насквозь сверток в масляной ткани.
Развернув его, Пэй Чжэн обнаружил вместо привычных для походной жизни бамбуковых тубусов с восковыми печатями странный, квадратный, сияющий чистотой предмет.
Приняв его в руки, он ощутил невероятную легкость: вещица не походила ни на металл, ни на нефрит.
Приблизившись к чадящему факелу с говяжьим жиром, он разглядел, что предмет напоминает выдолбленный изнутри брусок чистейшего хрусталя, но стоило слегка надавить на него пальцем, как стенки подались с едва заметной упругостью.
Сверху крепилась крышка с защелкой.
Раздалось два щелчка: Пэй Чжэн откинул защелку и открыл крышку.
Снаружи уже третьи сутки бушевал ливень, одежда гонца насквозь пропиталась водой, но стоило открыть шкатулку, как извлеченное оттуда письмо оказалось абсолютно сухим, а чернила не расплылись ни на йоту.
В глазах Пэй Чжэна мелькнуло нескрываемое изумление, и он торопливо развернул бумагу.
Письмо было написано рукой самого Пэй Цина: помимо расспросов о военной обстановке, все остальное пространство занимал рассказ об этом странном сундучке.
«…Младший брат на рынке Цинчжоу случайно повстречал человека и заполучил три бесшовных хрустальных сундучка. Предмет этот невесом пушинки, при падении не бьется, к тому же не боится влаги и не пропускает ни капли воды. Зная, как тяжело доставлять секретные депеши в действующих войсках, отправляю один экземпляр с нарочным, скачущим без отдыха, в надежде, что старший брат испытает его…»
Прочитав послание, Пэй Чжэн ничего не сказал.
Он небрежно бросил письмо на стол и перевел взгляд на опустевшую шкатулку, в котором читалось смешанное с подозрительностью любопытство.
Обойдя стол, он оторвал от чистой рисовой бумаги уголок, аккуратно сложил его и бросил внутрь.
─ Щелк, щелк… ─ Пэй Чжэн защелкнул фиксаторы по углам, проверяя надежность сочленений, после чего направился к стоявшему в углу шатра медному тазу для умывания.
Последовал глухой всплеск.
Пэй Чжэн погрузил хрустальную шкатулку прямо в воду.
Мало того, что он придавил ее ко дну, он еще несколько раз с силой покрутил и перевернул ее под водой.
Стоявший в шатре гонец задержал дыхание.
Спустя мгновение Пэй Чжэн разжал пальцы, и легкий сундучок мгновенно выскочил на поверхность.
Выловив его, военачальник быстро стер капли с внешних стенок сухой тряпицей и вновь отщелкнул защелки.
Два его пальца проникли внутрь и извлекли обрывок рисовой бумаги. Пэй Чжэн провел по нему подушечками пальцев.
Бумага оказалась сухой, чистой, без малейшего намека на сырость.
─ Дивная вещь… Воистину сокровище, созданное по воле небес!
Закаленный в кровавых сечах пограничный полководец сжимал в руках пластиковый контейнер с конвейера современной промышленности, а руки его слегка дрожали.
Никто лучше командующего армией не понимал стратегической ценности этой вещи.
Пограничье славилось суровым нравом и мерзким климатом.
Их армия вела войну не только с варварами, но и с ненастьем.
В мирное время отправка депеш к императорскому двору или передача приказов между лагерями упиралась в одну главную беду – дожди и снега.
Бумага хрупка; стоило масляной ткани порваться или воску на бамбуковом тубусе растрескаться, как донесение, от которого зависели жизни тысяч людей, превращалось в бесформенный ком размокшей грязи.
(К тому же гонцам приходилось преодолевать огромные расстояния, особенно со срочными депешами ко двору. При тогдашнем состоянии путей сообщения поездка занимала не менее полумесяца, а то и дольше, так что попадание в катаклизмы считалось делом обычным.)
Будь у них эта вещица, секретный приказ мог пролежать на дне речки хоть полмесяца, а извлеченный документ оставался бы кристально ясным!
Мало того, взор Пэй Чжэна разгорелся еще сильнее, а мысль лихорадочно перебирала варианты применения предмета.
─ Этот короб годится не только для писем… ─ пробормотал Пэй Чжэн. ─ Если хранить в нем трут и огниво, разве станет страшен сезон дождей? А верительные бирки для переброски войск… Стоит запереть их здесь, и сохранность станет абсолютной!.
Будучи доверенным лицом престола, Пэй Чжэн мыслил масштабами, выходящими далеко за рамки заставы.
Он тут же вспомнил о девятом небожителе, восседающем в столице.
Нынешний Сын Неба создал личную сеть тайных агентов, рассыпанных по всем девяти областям страны и даже по вражеским тылам, и главной их головной болью было – как доставить секретные сведения обратно в столицу в целости и сохранности.
Если клан Пэй преподнесет оставшиеся два «хрустальных сундучка» в дар престолу как знамение свыше или тайное сокровище… это послужит еще одним несокрушимым щитом, оберегающим род при дворе!
─ Эй, кто там! ─ резко развернувшись, рявкнул Пэй Чжэн.
Стоявший у входа стражник мгновенно откинул полог.
─ Растереть тушь! ─ шагнул к столу Пэй Чжэн со свирепым блеском в глазах.
Он немедленно садился писать ответное послание Пэй Цину.
Смысл ответа краток: ценность хрустального сундучка превосходит тысячу золотых. Пэй Цин должен любой ценой, задействовав все возможности в Цинчжоу, намертво вцепиться в человека, что преподнес эту вещь. Выяснить, откуда она взялась; если удастся раздобыть секрет ее изготовления, это вознесет род Пэй на новую ступень при дворе!
Будь этот человек беженцем или горным отшельником – если у него найдется четвертый или пятый такой короб, пусть хоть весь Цинчжоу перевернет вверх дном, но берет его под жесткий контроль дома Пэй.
Нельзя допустить, чтобы подобное божественное творение досталось политическим противникам или врагам государства.
А если он не пожелает служить им – предать смерти на месте, а следы замести!
Высушив написанный ответ, Пэй Чжэн бережно сложил лист, с максимальной осторожности запечатал его внутри пластикового короба и со щелчком защелкнул крышку.