Она неустанно металась лишь затем, чтобы устроить свою жизнь как можно лучше, заставить Юй Сюньхуаня вечно смотреть на неё снизу вверх, придавить его к земле и дождаться того самого дня, когда, сполна выместив злобу, прикончить.
Если она до сих пор сдерживалась и не шла на открытый разрыв с главными героями, то исключительно ради того, чтобы ловчее использовать их в своих целях и всадить нож в спину, приложив минимум усилий для сокрушения трёх исполинов – Су, Лян и Хан.
Однако прятаться в тени можно по-разному: можно крысой шнырять по сточным канавам, а можно – возвышаться над всеми в роли почитаемых и грозных владык.
В прошлой жизни её собственные характеристики и уровень ничем не выделялись – она выживала исключительно за счет врожденного боевого чутья. Юй Сюньхуань брал её с собой на рейды лишь изредка, позволяя сорвать злость на тех, кто питал к нему тайную ненависть. Идти по этому пути теперь было явно бессмысленно: она могла бросить Юй Сюньхуаню какую-нибудь подачку, чтобы укрепить его доверие, но стерпеть хотя бы малейшую обиду была не в силах.
Юй Сюньгэ решила стать мощной внешней опорой – той самой знакомой, к которой кланы Су, Хан и Лян обратятся в первую очередь, столкнувшись с непобедимым боссом. Только так она могла пробраться внутрь и начать свою игру.
Стоит проявить осторожность – значит, надо затаиться, но когда приходит время показать характер – нужно бить наверняка.
К тому же её истинную силу было просто невозможно скрыть!
Юй Сюньгэ приложила руку ко лбу, горько усмехнувшись и покачав головой.
Свои очки характеристик и уровень она замаскировать могла, но вот урон – никак. Стоит выпустить стрелу, и урон окажется намного выше, чем у остальных; любой внимательный наблюдатель тут же во всем разберется.
Используя поисковые функции Карманных часов Сороса, Юй Сюньгэ аккуратно обходила стороной все раскидистые деревья с надписью [Видоизмененное магическое жилище].
К её удивлению, подобных укрытий оказалось немало.
Миновав территорию пауков, пройдя мимо владений пятиуровневых монстров и углубившись в земли семиуровневых тварей, Юй Сюньгэ наконец перестала встречать древесные хижины.
Судя по всему, официальные структуры, опираясь на современные технологии и командную работу, пока смогли продвинуться лишь до этого рубежа. Оставалось только гадать, когда именно они сюда добрались и какого уровня достигли к настоящему моменту.
Углубившись в чащу еще немного, Юй Сюньгэ обнаружила цель на сегодня – [Живой мертвец].
[Живой мертвец] (8-й уровень) Запас здоровья: 890/890
Они напоминали зомби из кинофильмов. В прошлой жизни Юй Сюньгэ потратила немало времени на истребление этих тварей: они не были ни живыми, ни мертвыми, да и к нежити не относились – скорее напоминали людей в состоянии глубокой комы из реального мира. Правда, водились такие монстры исключительно там, где свирепствовала нежить, ведь они представляли собой неудавшиеся попытки воскрешения, причем попадались среди них представители самых разных рас.
Впрочем, строго говоря, сама раса нежити состояла из выходцев из всех прочих народов: тут тебе и нежить-кровавые эльфы, и нежить-тролли, и нежить-гоблины, и нежить-таурены… Стоит тебе умереть и отречься от прежней веры ради возрождения истинной нежитью с помощью темной силы, как ты пополняешь ряды нежити.
У стоявшего перед Юй Сюньгэ живого мертвеца изначальных черт лица уже было не разглядеть: конечности вывернуты под неестественными углами, а на подбородке запеклась чужая плоть. Девочка незамедлительно натянула тетиву.
Из-за разницы в уровнях обычные атаки Юй Сюньгэ, чьи характеристики теперь едва дотягивали до шестого уровня, наносили за раз всего по 10 единиц урона – это была чистой воды возня.
И хотя атаки живых мертвецов отличались мощью, передвигались те крайне медленно.
Она выпустила снежинку при помощи навыка [Ледяная печать]. Заклинание срабатывало мгновенно, хотя эффект проявлялся лишь через три секунды.
Снежинка опустилась на живого мертвеца, и спустя три секунды тварь сковало на месте. Юй Сюньгэ призвала собственную тень, приказав ей продолжать атаку из своего теневого лука. Как только ледяные узоры на монстре растрескались и он вырвался из плена, она заставила тень отвлечь внимание врага на себя. Пока двойник водил чудище за нос впереди, сама она методично расстреливала уязвимые места монстра с тыла.
Под градом разнообразных навыков Юй Сюньгэ потребовалось выпустить почти пятьдесят стрел, прежде чем тварь наконец рухнула на землю.
Зато её собственный опыт вырос сразу на 0,1% – в десять раз больше, чем за паука!
Разумеется, и времени на убийство ушло ровно в десять раз больше.
Но подобные вещи нельзя измерять простым сложением. Охота на пауков не представляла ни малейшей сложности или вызова, ничуть не помогая ей закаляться. Живые мертвецы хоть и требовали привычной тактики с контролем и отвлечением на тень, но что, если бы их набежало двое или трое?
В прошлой жизни большую часть времени она бежала от опасности и редко позволяла загонять себя в угол. Её личным рекордом было сражение трое против одного, когда она расправилась с преследовавшими её по пятам бойцами клана Лян. Те получили приказ принести в доказательство отрезанную руку Юй Сюньгэ, и в той схватке она получила тяжелейшие ранения, несколько дней пролежав на дне сточного коллектора на грани смерти.
Если же отбросить тренировки, то нельзя было не признать: будучи восьмиуровневыми существами, живые мертвецы оставляли после себя куда больше добычи, чем пауки.
Подобнув с земли четыре медные монеты, она решила, что это место станет её постоянной тренировочной базой на ближайшие дни.
…
Ровно в одиннадцать утра Юй Сюньгэ свернула охоту. Сжимая в руке собственноручно приготовленную мясную котлету, чье поедание обеспечивало медленное восстановление маны, она зажевывала её на ходу, торопливо шагая к опушке леса. Она уже убедилась, что способна справляться с тремя живыми мертвецами одновременно и выходить из боя без единой царапины, но этого ей было мало.
Девочка собралась сменить экипировку на более качественную и закупить побольше стрел – совместить полезную тренировку с заботой о собственной безопасности.
Добравшись до окраины леса, Юй Сюньгэ обратилась пятнистой кошкой, проскользнула в канализацию Подземного города, а там снова приняла облик гоблина. Раздобыв заготовленные на сегодня три золотых монеты и переодевшись в другую одежду, она прямиком направилась к аукциону.
Закрепив переводчик на ухе, она активировала его, и перед её глазами развернулась полупрозрачная синяя панель магического экрана, позволившая без труда разобраться в ассортименте торговых рядов.
Дорогое снаряжение она покупать не стала: вещи высшего качества после неизбежного устаревания будет слишком трудно перепродать.
В начале игры у игроков почти не водилось наличных, и даже справедливая цена оказывалась многим не по карману.
Зеленые вещи ниже пятого уровня подходили идеально: соотношение цены и качества превосходное, перепродать легко, да и стоят дешево – любую можно взять меньше чем за золотой.
Шлем, наплечники, нагрудник, перчатки, пояс, штаны и сапоги – не считая колец и ожерелий, всего набиралось семь слотов экипировки.
Юй Сюньгэ потратила семь золотых и двадцать одну серебряную монеты на комплект неплохих зеленых вещей, каждая из которых добавляла к характеристикам больше пяти очков, причем упор делался на выносливость.
Начальные уровни одиночному игроку давались тяжело: за целый день охоты чистый доход звонкой монетой, не считая случайного дропа экипировки и прочих ценностей, составлял всего около трех серебряных – это примерно золотой в месяц. Ей самой в прошлой жизни, несмотря на удачу и усердие, удалось собрать полный комплект зеленого снаряжения лишь к исходу третьего месяца, да и тогда Юй Сюньхуань под различными предлогами умудрился выменять её отличные кожаные сапоги на какую-то рухлядь.
Но на самом деле те сапоги обладали уникальным свойством: на их подошве было выбито послание, связанное с одним из квестов в подземелье клана Лян. Клановцы безуспешно разыскивали эту вещь, не решаясь вести поиски в открытую из страха привлечь внимание конкурентов.
Узнав об этом, Юй Сюньхуань и отобрал у неё обувь, чтобы задобрить Лян Юйчуань.
Если бы на этом всё и закончилось, Юй Сюньгэ не питала бы к нему столь жгучей ненависти: в конце концов, она просто не ведала истинной ценности предмета. Это как с антиквариатом: если знающий человек забирает у тебя вещь, понимая её настоящую стоимость, – что ж, это лишь проявление его деловой хватки.