В голосе мужчины по-прежнему сквозило отвращение. И запястье, которое он держал, отзывалось болью.
Хи Со стиснула зубы и вывернула руку, но Чхве Чжин Ук так просто её не отпустил. Наоборот, он надвинулся на неё ещё ближе.
— Ты хоть понимаешь, где ты, чтобы такая, как ты, тут сидела? Что, отомстить мне решила? Чего ради ты отмыла себе новое имя и уселась рядом с Ким Чже Оном? Говори честно. Пока я прямо сейчас не выложил председателю, что ты мошенница, которая изображает из себя шаманку, — говори толком!
Приблизившееся лицо мужчины было и знакомым, и чужим. И в этот миг Хи Со захватило прошлое.
Прошло уже больше десяти лет, но это было одно из немногих воспоминаний, которые она считала худшими в своей жизни.
«Встреча с тобой — худшая ошибка из всех, что я совершил».
— Пока я не сделал твою жизнь худшей, говори немедленно.
«Мошенница».
— Мошенница.
Его голос вспорол рану, зарытую глубоко. Рана, которую она считала зажившей, мгновенно обнажилась и налилась краснотой. Жгучая боль, будто вот-вот брызнет кровь, терзала Хи Со.
Она ведь думала, что всё забыла. Что справилась…
— Чхве Чжин Ук.
— Говори, ну! Зачем ты сюда приползла, а?
Чхве Чжин Ук держал оба её запястья и тряс так, будто вот-вот причинит ей вред.
Как и Хи Со, он тоже, похоже, соображать нормально не мог. Останься у него хоть капля рассудка, он не стал бы давить на неё силой.
— Мне…
Хи Со на миг перевела дыхание. Встретить в самом неожиданном месте человека, которого она с таким трудом стёрла, — от этого душа качнулась, а внутри всё вскипело. Она отчётливо чувствовала, как расходится её духовная сила.
Вот что значит — мало выдержки. Насмехаясь над собой, Хи Со развернула перехваченное запястье на пол-оборота и сама схватила Чхве Чжин Ука за руку.
— Слушай…
— Что?
— Ты правда думаешь, что я настолько свободна, чтобы приползти сюда ради такого отброса, как ты?
Глаза Хи Со, тихо пробормотавшей это, вдруг сверкнули в темноте. Встретив этот взгляд, Чхве Чжин Ук ощутил, как по спине пробежал холод, но виду не подал и, наоборот, повысил голос:
— Ли Хи Со!
— И вот ещё, Чхве Чжин Ук. Я тебя в прошлую нашу встречу предупреждала?
Но угрозы Чхве Чжин Ука были бессмысленны.
— Ах ты, наглая… у-ух, а!
Небо над Чхве Чжин Уком мгновенно перевернулось. Тело взрослого мужчины на скорости, помноженной на собственный вес, впечаталось в землю.
Хи Со перехватила его запястье, развернулась, вскинула его через плечо и швырнула вниз. Чистый бросок, как по учебнику.
Но потрясение Чхве Чжин Ука на этом не кончилось. Хи Со, по-прежнему держа его правую руку, наступила босой ногой ему на грудь. Придавить противника своим весом было у Хи Со чем-то вроде привычки.
— Чхве Чжин Ук. Я уже слышала, что ты удачно нашёл себе богатую женщину и удачно женился. И что там насчёт «понимаешь, где ты»? Ты-то кто такой? Вот именно ты — кто ты такой?
— Твою же… пусти! Пусти! Ли Хи Со, отпусти!
— Ты что, наложница председателя Ким Чжон Хёпа? Если так, я готова понять.
Всей силой придавливая мужчину, готового сорваться и бежать, Хи Со язвила.
Дурная связь так дурной связью и осталась. И для неё, и для Чхве Чжин Ука.
Встретить Чхве Чжин Ука, когда напряжение и без того дошло до предела, — от этого в голове взорвались эндорфины и всё смешалось. Хи Со ещё сильнее вывернула ему руку и потребовала:
— Сначала ты ответь. Ты-то что здесь делаешь?
— Отпусти, мошенница поганая! Пусти, быстро, бля, пока я людей не позвал! Я муж Со Хён А! Умереть хочешь?
Со Хён А? Если Со Хён А, то…
Женщина, что сидела в ближнем круге Ким Чжон Хёпа наравне с Ким Чже Оном, — Со Хён А.
Хи Со вдруг вспомнила, что весь ужин место рядом с ней пустовало. Если подумать, это ведь она ворвалась к ним, когда Хи Со сцепилась с Ким Чже Оном из-за белья. Двоюродная сестра Ким Чже Она, Со Хён А.
— Сумасшедшая!
Пока Хи Со размышляла, хватка ослабла, и Чхве Чжин Ук, не упустив мгновения, перекатился и вырвался. Правда, правая рука, которую она держала, болела так, будто её вывихнули, и он даже не смог броситься на неё — только держался поодаль, и вид у него был смешной.
И как меня угораздило влюбиться в такое?
Пусть и по глупости лет, но когда-то она без него не могла. Вернуться бы в то время — оттащила бы себя, даже надавав себе по голове.
Не в своём духе жалея о прошлом, Хи Со подобрала упавшую туфлю. Бить туфлей она вовсе не собиралась, но Чхве Чжин Ук дёрнулся и отступил ещё на шаг.
— Так хотел найти женщину поприличнее и жениться — и добился своего, Чхве Чжин Ук. Со Хён А, надо же. Не слишком ли она для тебя хороша?
— Хороша? «Слишком хороша» — это словечко для таких мошенниц, как ты. Как ты вообще подобралась к председателю?!
— Выражайся точнее. Это ваш великий председатель подобрался ко мне.
— Что?
От непонятного холодка Хи Со ощупала бок. Из-за резкого усилия платье сбоку разошлось на длину фаланги пальца. Пусть брак и поддельный, счёт за одежду ей вряд ли выставят, но на душе стало отвратительно.
Может, всё-таки надавать ему как следует.
Лицо Хи Со, освещённое тусклыми фонарями вдоль дорожки, разом окаменело. Придавленный этой яростью, будто она вот-вот кого-то прикончит, Чхве Чжин Ук невольно снова попятился.
— Так вот… Если тебе интересно, почему я здесь, иди и спроси у своего председателя.
— Думаешь, если ты так себя ведёшь, я не спрошу? А?
— Я и говорю: иди и спроси. И добавлю ещё кое-что.
Хи Со широким шагом двинулась за Чхве Чжин Уком. Тот, задетый тем, что отступил на несколько шагов, больше не двигался — только вытаращился и сверлил её взглядом.
Он был худее и нервнее, чем ей запомнилось, и оттого казался другим человеком. Его лицо, когда-то ещё смотревшееся, из-за издёрганного вида не было привлекательным вовсе.
Хи Со на миг задержала дыхание и понизила голос:
— Ты, похоже, что-то себе напридумывал. И тогда, и сейчас у меня нет ни малейшего желания цепляться тебе за ноги. Так что, если ты снова собираешься разносить обо мне всякие слухи… в этот раз я не спущу это тихо.
— Какие ещё слухи!
— Слух о том, что недоделанная, даже посвящения не прошедшая, играет в шаманку и подбирается к мужчинам, — его ведь ты пустил. Скажешь, нет?
Спросила она спокойно, но когда-то этот слух ударил по Хи Со очень сильно. Чтобы сломать человека наверняка, в слух надо подмешать немного правды, — этому Хи Со научил Чхве Чжин Ук.
— Ты ведь всем рассказывал, что я торговала несуществующими родителями, изображала несчастную, а когда со мной начали встречаться, ещё и вцепилась в ноги, чтобы утянуть за собой. Не помнишь?
Взгляд Хи Со медленно опустился. Чхве Чжин Ук, будто заворожённый, опустил голову следом и увидел, что она смотрит на собственные щиколотки.
— Только вот, Чхве Чжин Ук.
От блеска её глаз в темноте Чхве Чжин Ук сглотнул.
— Если я вцеплюсь тебе в ноги, я их просто сломаю. Так что держись от меня подальше сам. Этот брак я всё равно долго тянуть не собираюсь.
Бросив эту угрозу, Хи Со развернулась. Кажется, Чхве Чжин Ук что-то говорил ей вслед, но она не слышала и слышать не хотела.
Она долго шагала босиком, и Чхве Чжин Ук за ней не пошёл.
— Ха-а…
Когда голова, кипевшая от злости, утихла, накатила усталость, которую и словами не описать. Мало ей было целого вечера с Ким Чжон Хёпом и Ким Чже Оном — так ещё и Чхве Чжин Ук, о котором она давно забыла. Тело будто проваливалось.
Она собиралась заняться делом, пока Ким Чже Он спит, но сегодня это было уже выше её сил.
Сделаю завтра, завтра. Дух ведь никуда не убежит… завтра. Сначала завалиться в кровать и выспаться.
Если и было что-то хорошее с тех пор, как она поселилась в доме Ким Чже Она, так это огромная, мягкая, уютная кровать. Хи Со ускорила шаг, готовая нырнуть в неё прямо сейчас.
Но, к сожалению, ждала её вовсе не кровать.