— Ого…
На следующее утро, в девять.
Как и было обещано, я вышла к главному входу колледжа. Увидев присланную Элиасом машину, опешила.
У главного входа стоял чёрный седан. А рядом — пожилой джентльмен в чёрном костюме.
Заметив меня, он тут же поклонился.
— Уильям Форт, водитель, которому поручено сегодня сопровождать вас, госпожа Чон Саран.
Я знала, что Элиас из английского аристократического рода. Разумеется, и денег у него немало. Но даже так — это уже чересчур.
— …Может, сбежать?
Только я собралась попятиться, как водитель открыл дверцу.
Как ни крути, а за границей тоже есть старшие. Когда седой старик отвешивает низкий поклон и держится столь учтиво, сделать вид, что не заметила, не выйдет.
Я неловко занесла ногу в салон. Элиас уже сидел внутри.
— Госпожа Чон Саран. Доброе утро.
Он сидел, по привычке откинувшись на сиденье и закинув ногу на ногу, но едва наши взгляды встретились, опустил ногу и придвинулся к дверце.
_«Я его что, била? Чего он так»._
Водитель закрыл дверцу и тут же взялся за руль. Большая чёрная машина тронулась, лавируя в потоке велосипедов — под стать Кембриджу, городу велосипедов.
За окном показался парк прямо рядом с Эммануил-колледжем — зелёный газон Паркерс-Пис.
По дорожкам парка бегали люди. Холодно же. Или зима приходит только ко мне одной?
Отсюда до Медицинского центра Морриса, куда мы направлялись, пешком минут двадцать. На машине, пожалуй, и десяти не займёт.
Мне вдруг стало любопытно: он что, всегда ездит на машине с водителем?
Я украдкой повернула голову, чтобы следить за его реакцией, и застала Элиаса за чем-то шуршащим в руках.
Поскорее отвернулась — как бы не встретиться взглядом. Что это он держал? Красное и большое.
Узнать, что это за предмет, не составило труда. Кисловатый запах.
— Погодите. Вы что, чистили это здесь?
— Да. Чтобы угостить вас.
Элиас держал гранат.
Он вручную снял с него толстую кожуру прямо в этом роскошном седане и перекладывал зёрна в какую-то круглую серебряную посудину.
— Если в результате того, что произошло в тот день, мои гены проникли в вас, госпожа Чон Саран, сейчас ваши гормоны должны бунтовать. Медицински значимых оснований нет, но я встречал случаи, когда в подобной ситуации рекомендовали употреблять гранат. Вы и ночью пьёте кофе, так что, пусть и слабо, это, полагаю, поможет.
— …С ума сойти.
Элиас без единой перемены в лице протянул мне посудину с гранатом. На серебряной поверхности вился затейливый узор из кривых.
Это что, надо поблагодарить?
Я молча смотрела на Элиаса, который вновь подал мне серебряную посудину, будто торопя поскорее съесть.
Вероятность один на миллиард. Редчайшее событие, а в мире его переживают семь человек.
Получить предложение от мужчины, с которым переспала по импульсу, поехать с ним в больницу и получить гранат, очищенный его же руками, — и таких людей в мире семь?
Из тела разом ушла вся сила. Ответа и мыслей не осталось, и я взяла гранат рукой и съела.
— Вкусно.
Ширк. Элиас улыбнулся.
* * *
Элиас увязался за мной до самого кабинета.
— Я уже приняла таблетки экстренной контрацепции. Купила в «Бутс».
Пока врач задавал вопросы, глаза Элиаса на моих словах расширились.
— Прошу прощения. Это я должен был купить.
От его слов врач прыснул.
Выйдя из кабинета, я пошла сдавать кровь.
На обратном пути после забора крови я увидела спину Элиаса. Он стоял у стойки и разговаривал с медсестрой. О чём это они?
Сидя в кресле в зале ожидания, я молча смотрела на него. Широкая спина в чёрном пальто и брюках.
Наряд был чуть свободнее, чем в смокинге. Хотя по моим меркам и это неудобно.
Вроде когда он без одежды, спина была шире.
В ту ночь он был как толстое одеяло. Полностью накрывающее тело…
— С ума, что ли, сошла.
Я поспешно ударила себя по голове. Хотелось просто сбежать домой. Быть рядом с Элиасом вредно для моей учёной сущности.
Я подняла голову — за окном больницы. Небо, утром определённо ясное, уже нахмурилось, будто вот-вот повалит снег.
— …Пешком идти — замёрзну.
Я снова двинулась и села в кресло.
Холодно же. Раз уж приехала на хорошей машине, и обратно удобнее вернуться на ней. Да, поэтому я и здесь. Другого смысла нет.
— Госпожа Чон Саран. Я договорился, чтобы вам сделали и другие обследования.
Подошедший незаметно Элиас заговорил о неожиданном.
— Обследования? Какие?
— Анализ гормональной панели, УЗИ и прочее.
Неужели он думает, что раз переспал со мной, то моё тело принадлежит ему?
— С чего мне их проходить? Я здорова.
Я резко огрызнулась, и плечи Элиаса поникли.
— Простите, если задел ваши чувства. Я просто беспокоился. Это был первый раз и для вас, и для меня, к тому же вы приняли таблетки экстренной контрацепции — наверное, тело испытало нагрузку.
Он потёр себе шею. На лице по-прежнему была написана вина.
— Если вы не против, госпожа Чон Саран, лучше пройти обследование. И если понадобятся какие-то дополнительные, расходы я возьму на себя — прошу, проходите спокойно.
Элиас говорил по-корейски, чётко выговаривая каждое слово. Я вцепилась в край рукава и заворчала попусту.
— «Прошу» — корейцы так не выражаются.
— Вот как?
Элиас тихо усмехнулся.
В итоге меня таскали туда-сюда, чтобы пройти обследования, которые он предлагал. А Элиас всё это время снова семенил за мной.
— Госпожа Чон Саран, сколько стоили таблетки? Это я тоже оплачу.
— …Не надо. Я купила их для себя.
Элиас согласно кивнул.
После всех обследований, растянувшихся на несколько часов, я вышла из кабинета с заключением врача.
[Following comprehensive gynaecological examination, the only finding was vulval trauma consistent with recent vigorous sexual intercourse.] (По результатам комплексного гинекологического обследования единственная находка — повреждение наружных половых органов, соответствующее недавнему интенсивному половому акту.)
Так вот почему саднило.
В глаза бросились только слова «intercourse» и «vulval». Я машинально резко ударила по руке Элиаса, который уже тянулся забрать заключение.
— Почему…?
— Да просто…! Не знаю!
Он проверил заключение уже в машине. Видя, как он сидит, уткнувшись головой, будто побитый дождём пёс, мне стало совестно, и я показала ему.
— Похоже, мои размеры действительно не назовёшь обычными. В следующий раз буду осторожнее.
И принялся бормотать, читая заключение с серьёзным лицом.
«В следующий раз»? То есть он собирается ещё?
— В следующий раз?
Я переспросила, и он будто ни в чём не бывало кивнул.
— Да, в следующий раз. Через отношения с вами, госпожа Чон Саран, я открыл для себя то, что называется сексуальным удовольствием. Я тоже взрослый мужчина, так что впредь намерен вести активную половую жизнь.
Активную половую жизнь. Ну, бывает. Я кивнула.
— А я-то думала. Думала, это значит — со мной.
Я пробормотала, и Элиас склонил голову.
— Именно это и значит.
— Что?
— Только что я имел в виду, что хочу вести активную половую жизнь с вами. Просто не стал выражаться прямо, чтобы не получить отказ.
Что это значит? То есть он снова предлагает?
— Как вам? Согласны?
Кадык Элиаса сильно дёрнулся. Навстречу ему, который будто от волнения поднял глаза, я невольно кивнула.
— Э-эксперимент. Можно и ещё раз.
Всё ради диссертации. В этот раз нужно проверить воспроизводимость желания.