Каэл проснулся от прикосновения к плечу.
Комната оставалась тёмной. Серый свет с улицы едва проходил между шторами и ложился на пол возле кроватей. Пит спал у стены, сбросив одеяло до пояса. Одна рука свисала вниз.
Над Каэлом стоял Морен Сайр.
— Вставай.
Каэл сел. Сон ещё не отпустил голову, но тело уже напряглось.
Дверь была закрыта. Щеколда находилась на месте. На полу возле входа не осталось мокрых следов, хотя за окном ночью снова шёл снег.
— Как вы вошли?
Морен не ответил.
Каэл опустил ноги на холодные доски. Кровать тихо скрипнула. Пит не пошевелился.
— Говорите здесь, — сказал Каэл.
Морен отступил на шаг.
Возле кровати Пита стоял второй мужчина.
Каэл не увидел, как тот вошёл. Мгновение назад угол между шкафом и стеной был пуст. Теперь там находился человек в тёмной одежде, державший пистолет.
Мужчина наклонился, схватил Пита за рубашку и рывком поднял с кровати.
Пит проснулся уже на ногах. Не успел крикнуть: ствол упёрся ему под челюсть.
— Каэл…
Мужчина сильнее прижал оружие к коже.
Каэл бросился вперёд.
Морен перехватил его за ворот и дёрнул назад. Ноги на мгновение оторвались от пола. Каэл ударил локтем, промахнулся и в следующую секунду рухнул на доски.
Плечо и колено приняли удар. Морен завёл ему руки за спину и прижал между лопаток коленом.
Каэл рванулся. Захват почти не изменился.
Он подтянул ногу, попытался перенести вес и освободить одну кисть. Морен перехватил запястье выше и вдавил его в пол. Вторая попытка закончилась болью в плече.
Вырваться не получалось.
Пит стоял босиком возле кровати. Он пытался не двигать головой, но всё тело дрожало. В свете из окна лицо казалось белым.
— Он здесь ни при чём, — сказал Каэл. Щека была прижата к полу, слова выходили глухо. — Вам нужен я.
— Вчера ты уже дал ответ.
— Тогда зачем пришли?
Морен наклонился, не ослабляя захвата.
— Ты отказал представителю Лисанте и выставил его за дверь.
— Я отказался нести закрытую коробку.
— Для семьи разница не всегда имеет значение.
Мужчина возле Пита большим пальцем снял пистолет с предохранителя.
Щелчок прозвучал отчётливее, чем скрип кровати и дыхание Каэла.
— Я передам её, — сказал Каэл. — Письмо тоже.
Он не торговался. Пока Пит оставался жив, цена и условия ничего не значили.
Морен посмотрел на него сверху.
— Вчера у тебя была такая возможность.
— Она есть сейчас.
— Нет.
Выстрел ударил по комнате.
Пит дёрнулся. На стене появилась кровь, тело упало между кроватями и ударилось плечом о доски.
Пит лежал лицом к нему. Глаза оставались открытыми, кровь медленно доходила до ножки кровати.
Каэл попытался вдохнуть. Грудь не поднялась. На втором вдохе тело дёрнулось само — он рванулся вперёд, не чувствуя ни плеча, ни рук Морена.
Морен удержал его одной рукой и сильнее прижал к полу. Каэл ударился губой о доски, почувствовал вкус крови, но снова попытался подняться. Вывернул плечо, подтянул колено, нащупал пяткой чужую ногу.
Ничего не помогло.
Расчёт закончился после первой попытки. Дальше осталась только ярость. Каэл хотел добраться до человека с пистолетом — хотя бы один раз, хотя бы зубами, прежде чем тот выстрелит снова.
Морен не позволил ему даже повернуться.
Когда силы ушли, Каэл остался лежать, хватая воздух разбитым ртом. Морен взял его за волосы и повернул голову к кровати.
— Посмотри.
Каэл смотрел.
— Это первый, — сказал Морен. — В соседней комнате спят младшие. После них разбудим старших, потом воспитателей.
Перед Каэлом возникла общая спальня: кровати вдоль стен, одежда на спинках стульев, мальчишки, которые долго не могли найти обувь даже при утреннем звонке. Лана спала ближе к младшим. Хасс — в другом конце здания.
Если люди Лисанте уже находились внутри, никто не успеет выйти.
— Не надо.
Голос едва прозвучал. Каэл сглотнул и попробовал снова:
— Я согласен. Передам всё.
Морен молчал.
— Оставьте остальных. Я назову код, передам коробку мэру — как скажете. Только уйдите из приюта.
По щеке прошла горячая капля. Каэл решил, что разбил кожу у виска, но следующая появилась возле другого глаза.
На полу перед лицом остались красные пятна.
Кровь шла из-под век.
Зрение не пропало, однако глаза жгло так, будто под них попал песок. Каэл моргнул, и ещё несколько капель упали на доски.
— Я сделаю всё, — повторил он. — Не трогайте их.
Тело дрожало само. Сдержать это не получалось.
Морен смотрел на его лицо, дыхание и руки, зажатые за спиной. Ничего не спрашивал.
— Хватит, — сказал Каэл. — Пожалуйста.
Комната качнулась.
Не стены и не пол — сразу всё, что находилось перед глазами. Свет из окна стал ярче, кровь возле Пита потемнела и исчезла. Мужчина с пистолетом пропал вместе с оружием.
Давление на спину прекратилось.
Каэл снова сидел на краю своей кровати.
Обе руки находились перед ним. Плечо не болело. На полу не было следов борьбы, одеяло Пита лежало так же, как в момент пробуждения.
Пит спал у стены, повернувшись лицом к подушке.
Каэл оказался возле него раньше, чем понял, что встал.
Два пальца легли на шею. Пульс был ровным. Каэл проверил дыхание, провёл ладонью по затылку, виску и шее. Раны не было.
Пит недовольно шевельнулся и глубже спрятал лицо в подушку.
Жив.
Каэл задержал ладонь возле его плеча, затем убрал.
Дверь оставалась закрытой. Щеколда не сдвинулась. Второго человека нигде не было. На стене — ни крови, ни следа от выстрела.
На пальцах Каэла осталась кровь.
Он коснулся лица. Она действительно выступала возле обоих глаз и тонкими дорожками стекала к подбородку. Веки горели. На внутренней стороне рубашки появились красные пятна.
Каэл вытер лицо краем простыни и посмотрел на Морена.
Тот стоял между кроватями. Дышал глубже, чем раньше. У виска и над верхней губой блестел пот, хотя в комнате было холодно. Пальцы правой руки несколько раз сжались, прежде чем он убрал их в карман.
Каэл не понимал, что произошло.
Он помнил вес Морена на спине, холод пола, выстрел и кровь Пита. Помнил закрытую дверь и отсутствие следов ещё до появления второго мужчины. Несоответствия были видны с самого начала, но проверять их, пока ствол касался Пита, он не мог.
— Ты прошёл вторую проверку, — сказал Морен.
— Первой был разговор в «Мироне».
Морен вытер висок сложенным платком.
— Вытри кровь, пока кто-нибудь не проснулся.
— Что вы проверяли здесь?
— В «Мироне» у тебя было время считать. Здесь — нет.
Каэл посмотрел на спящего Пита.
— Поэтому вы выбрали его.
Морен сложил платок окровавленной стороной внутрь и убрал в карман.
Каэл тоже не спрашивал. По движениям Морена можно было понять лишь то, что случившееся потребовало от него усилий. Как он оказался в закрытой комнате, откуда появился второй мужчина и почему кровь Каэла не исчезла вместе с остальным, ответа не было.
— Для Лисанте имеет значение честь, — сказал Морен.
Каэл показал ему испачканную ладонь.
— Это вы называете честью?
Морен даже не посмотрел на ладонь. Расстегнул пальто и достал знакомый конверт, следом — чёрную коробку. Нить и печати оставались целыми. Он положил оба предмета на свободный край стола.
— Теперь семья даёт слово, — продолжил Морен. — Коробка и письмо не причинят тебе вреда.
— Тогда скажите точно, за что отвечает ваше слово, — потребовал Каэл.
Он перечислил возможное содержимое: оружие, яд, чужие документы, вещь, одно обладание которой позволит обвинить его. Морен дождался конца.
— В коробке предмет для мэра. Он не отравлен и сам по себе не является оружием. Если передашь его в указанном порядке, из-за содержимого тебя не задержат.
— Это всё?
— Это то, что Лисанте готовы гарантировать.
Каэл посмотрел на коробку. Вчера она лежала на столе «Мирона». Теперь стояла возле кровати Пита, всё с той же целой нитью.
— Вы говорили о трёх проверках.
— Вчера числа я не называл. Их три.
— Третья когда?
Морен оставил вопрос без ответа и коснулся конверта.
— На банкете произнесёшь: «МЦ-337».
Каэл повторил сочетание про себя. Две буквы, три цифры.
— Кому?
— Так, чтобы услышал мэр. Не обязательно обращаться к нему прямо.
— После этого?
— Он вызовет тебя отдельно. Передашь письмо и коробку из рук в руки.
— Охрана пропустит?
— Код для этого и нужен.
Морен не объяснил, что означали буквы и цифры и откуда он знал реакцию мэра.
Каэл посмотрел на закрытую коробку. Потом — на Пита. За стеной спали остальные дети. Ни один не проснулся после выстрела, которого, возможно, никогда не было.
Отказ уже не заканчивал разговор.
— Какая плата?
— Деньги, о которых говорили вчера.
— Точная сумма.
Морен назвал её. Этого действительно хватило бы на вторую точку и несколько лет аренды, если не тратить всё сразу.
— Кроме денег семья будет должна тебе одну услугу, — добавил он.
— Без срока?
— Попросишь, когда понадобится.
— Кто решит, можно ли её выполнить?
— Лисанте.
— Тогда это может оказаться пустым обещанием.
Морен начал надевать перчатки.
— У тебя пока нет просьбы. Когда появится, назовёшь её, а не два заранее придуманных исключения.
Каэл не стал перечислять, что семья могла назвать необычным. Если обещание когда-нибудь понадобится, границы придётся выяснять тогда.
— Повторите порядок.
Морен повторил: взять предметы на банкет, произнести «МЦ-337» так, чтобы услышал мэр, дождаться личного вызова и передать их только ему.
Каэл запомнил.
— Я передам.
Морен кивнул и направился к двери.
Перед выходом он посмотрел на Пита.
Каэл шагнул, закрывая кровать собой.
Морен остановился.
— Сегодня я его не касался.
Каэл ничего не ответил.
Щеколда поднялась под рукой Морена без скрипа. Когда он открыл дверь, доска под его правой ногой прогнулась и тихо щёлкнула.
В коридоре было пусто.
Морен вышел. Каэл дождался, пока шаги стихнут, закрыл дверь и подпер ручку спинкой стула. Это не остановило бы человека, который уже однажды оказался внутри, но оставило бы шум.
Будить приют он не стал. Каэл не знал, пришёл ли Морен один и действительно ли ушёл.
Он снова проверил Пита. На этот раз мальчик раздражённо отмахнулся во сне и подтянул одеяло.
Каэл умылся холодной водой из кувшина. Кровь почти перестала идти, но кожа под глазами оставалась красной. Запачканную рубашку пришлось снять и свернуть пятнами внутрь.
Письмо он убрал отдельно от коробки. Коробку завернул в старую ткань и положил в запираемый ящик под кроватью. Утром оба предмета нужно было перенести в архив «Мирона».
До рассвета Каэл сидел на стуле между дверью и кроватями.
При первом утреннем звонке Пит заворочался и открыл глаза. Некоторое время смотрел на Каэла, уже одетого и всё ещё сидевшего у двери.
— Ты чего не спишь?
— Проснулся рано.
Пит перевернулся на другой бок.
— Тогда разбуди, когда будет поздно.
Через минуту он снова спал.