─ Похоже, в последние годы здесь часто случается так, что хищники бросаются в пропасть и гибнут, – донесся до них голос Ху Баи.
─ Тогда давай просто подождем, пока он вернется, а там видно будет.
Услышав это, Толстяк Ван принялся неторопливо уплетать припасенные лепешки-цампа и восхищенно протянул: ─ Эта цампа хоть и насыщает, но сухая донельзя – ни капли жира.
─ Если бы мы могли сварить из этого тибетского косолапого медведя похлебку, тогда бы…
Внезапно по его спине пробежал леденящий холодок. Обернувшись, он заметил, что Чуи, Таши и Гэсан смотрят на него с каким-то жутковатым выражением лица.
─ Да я просто к слову сказал, без всякого умысла! – поспешил оправдаться Толстяк Ван.
─ Хе-хе! – загадочно ухмыльнулся Парень в футболке и отвернулся.
Таши и Гэсан лишь уткнулись в еду, усердно работая челюстями, вот только на их лицах уже не осталось и следа прежнего воодушевления.
Толстяк Ван вдруг почувствовал, что проголодался. Повертев в руке недоеденную лепешку, он немного посомневался, а затем протянул ее Цзян Ди: ─ Братец, хорош давиться одной водой, отведай-ка сухпайка.
─ Как можно питаться всухомятку? Ты же вроде сам ужас как проголодался?
Цзян Ди брезгливо отмахнулся от протянутой руки: ─ Слюни свои при себе держи.
─ Слюни? Да я еще и распробовать ничего не успел, с какой стати мне слюнки пускать? Я ж не какой-нибудь… – Толстяк Ван резко осекся, уставившись куда-то перед собой во все глаза.
Цзян Ди озадаченно глянул на него.
─ Ах ты ж зараза! – бормотал Толстяк Ван, торопливо запихивая лепешку в рот.
Если отказаться, совесть ведь потом заест.
Дядюшка Мин заметил: ─ В молодости, когда в семье было шаром покати, ты бы тоже стал уминать за обе щеки, ни крошки не оставляя.
Толстяк Ван опешил, смерил Питера Хуана долгим взглядом, а затем молча придвинул ему целую миску с похлебкой.
Питер поднял голову и посмотрел на него.
Толстяк Ван: ─ Че уставился? Думаешь, я из жадности? Просто переживаю, что сам все не осилю, добро зря переведу.
─ … – Питер Хуан остался безмолвен.
─ Не хочешь – как хочешь, – с брезгливой миной убирая руку, бросил Толстяк Ван и продолжил трапезничать в одиночку.
Цзян Ди тихонько хмыкнул, но, опасаясь вызвать чужий гнев, тут же отвел взгляд, делая вид, что просто разглядывает окрестности.
И в этот самый момент…
А-Сян широко раскрыла глаза и замерла в полном оцепенении.
─ Что случилось? – поинтересовался Цзян Ди.
Ночь на дворе, неужто волчья стая уже вышла на охоту? Да только об этом он отродясь не слыхал!
Опомнившись, А-Сян тряхнула головой, пытаясь отогнать наваждение.
Цзян Ди: ─ Давай-давай, сперва поешь!
─ Ты тоже ешь, – промолвила А-Сян.
…
Ху Баи никак не мог взять в толк, в чем тут дело. Пиком ботинка отбросив в сторону ворох прелых веток и сухих листьев в углу, он извлек оттуда сигарету.
Только он собрался чиркнуть зажигалкой, как по его телу пробежала дрожь. Оглянувшись, он увидел Ширли Ян – она неизвестно когда выросла у него за спиной и молча взирала на него.
─ … – Ху Баи.
Ширли Ян произнесла: ─ Начнем сначала. Курить в высокогорье – верная дорога на тот свет.
Ху Баи уставился на зажатую в пальцах сигарету, и на его губах заиграла легкая улыбка.
Ширли Ян: ─ Я хотела поговорить с тобой об этом.
─ Ладно, – Ху Баи сунул сигарету обратно в карман.
Ширли Ян продолжила: ─ Едва ступив в Долину Костей, я почувствовала неладное. Ты заметил что-нибудь странное?
Ху Баи: ─ Заметил. А что не так?
Ширли Ян: ─ По идее, массовый суицид животных – не более чем легенда, в это трудно поверить. Откуда тогда здесь столько костей?
Посветив фонариком в ночное небо, Ху Баи предположил: ─ Может, мы стали еще ближе к той Башне демонов?
До сих пор он обращал внимание лишь на то, что останки принадлежат разным эпохам, и не утруждал себя лишними раздумьями, но если вдуматься – что же это за кости на самом деле?
─ Это как-то связано с Башней демонов? – спросила Ширли Ян.
─ Угу.
Ширли Ян пояснила: ─ Иными словами, так называемое «самоубийство» на деле оказывается особым ритуалом жертвоприношения, принятым у «демонов».
Услышав это, Ху Баи расхохотался.
─ Чего ты смеешься? – недоуменно бросила Ширли Ян.
Ху Баи согнал с лица шутливое выражение и уже серьезно произнес: ─ Послушай, у тебя не возникает ощущения, что стоит мне недоговорить хоть фразу, как ты тут же угадываешь продолжение?
─ Ты у нас такая проницательная, или это мы с тобой уже настолько сблизились?
─ … – Ширли Ян лишилась дара речи.
Ху Баи прочистил горло: ─ Я… я в том смысле, что лучше сам покажу.
Ранее он пинул ногой сухой валежник и обо что-то споткнулся.
Ширли Ян перевела взгляд на луч фонарика в руке Ху Баи: прямо на земле лежала вещица, напоминавшая глазное яблоко, – искусно вырезанное трехглазое человеческое лицо.
─ Какая связь между этим местом и подземным Демоническим царством? – поинтересовалась Ширли Ян.
Ху Баи кивнул: ─ Это значит, что мы вплотную подобрались к небесной обители, и для нас это добрый знак.
Ширли Ян спросила: ─ Что тебе вообще известно об этой башне?
Ху Баи ответил: ─ Вопрос хороший, но мы ведь не в первый раз в этих краях.
─ Эта Башня демонов возведена на телах двух гигантских змей равной величины.
─ Ущелье, через которое мы только что прошли, похоже на гигантскую змею, усеянную бесчисленными останками. Разве это не одно из кладбищ древности?
─ Раз уж здесь находятся Врата круговорота судеб Демонического царства, проведение подобных таинственных обрядов вполне закономерно.
─ Понимаю! – сурово произнесла Ширли Ян. – Тогда сможешь ли ты по этому расположению вычислить точное местоположение башни?
Ху Баи нахмурился: ─ Задача не из легких. Но… я попробую.
Шквалистый ветер завывал вперемешку с топотом быстрых шагов.
Цзян Ди торопливо пристроил на место глиняный кувшин, крепко сжал в ладони цинь и резко вскочил на ноги.
─ Мелкий, ты чего удумал? Захотел сыграть – так садись смирно! – изумленно выпалил Толстяк Ван.
Цзян Ди крикнул испуганным голосом: ─ Тревога! Готовьтесь к бою!
Дядюшка Мин опешил, перевел взгляд на А-Сян и спросил: ─ А-Сян, ты что-то почуяла? В чем дело?
А-Сян вцепилась в руку приемного отца и мелко задрожала: ─ Отек… отец, да, да, тут повсюду…
─ Волки! Целая стая! Хватайте оружие!
Цзян Ди бросил косой взгляд в сторону: ─ Черт, прячьтесь живо, а то прибьет тем, что сверху валится.
─ Ой мамочка, спасите! – завопила Хань Шуна, мертвой хваткой вцепившись в Дядюшку Мина и волоча его к обрыву.
─ А-Сян-н! – истошно заорал Дядюшка Мин.
Питер отозвался: ─ Босс, босс!
─ Як! – взревел Таши.
Толстяк Ван завопил: ─ Плевать мне на этого яка, я мясо жрать не нанимался! Сюда, сюда прячьтесь! –
Пока перепуганные спутники метались в панике, с высоты нескольких тысяч метров вниз рухнул гигантский силуэт тибетского косолапого медведя.
В лунном свете его вытянутая звериная морда казалась ликом свирепого демона.