Тан Цянь с товарищами наблюдали за происходящим издалека, их ладони вспотели от напряжения.
Дышать они старались через раз.
Боясь даже моргнуть, опасаясь упустить малейшую перемену обстановки.
Линь Нань уже подошел вплотную к стволу дерева.
Шаги его были уверенными, на лице не дрогнул ни один мускул.
Он казался куда более спокойным, чем остальные участники группы.
И лишь по мере приближения к кроне его темп немного замедлился.
Вдруг жуткий голос Ли Гохуа раздался снова.
Но в тот же миг Линь Нань сделал молниеносно быстрый взмах клинком в сторону ветвей.
Звук оборвался на полуслове.
Разрубленное надвое багровое змеиное тело рухнуло со ствола на землю.
Не успели остальные прийти в себя, как древний клинок из черного железа в руках Линь Наня замелькал среди ветвей.
Движения были настолько стремительными, что слились в сплошную тень.
Стоило ему завершить серию ударов, как спустя несколько секунд с кроны посыпался целый дождь из мертвых петушиных шей.
А сам Линь Нань уже плавно отступил назад, убрав оружие в ножны.
Глядя на усеянную трупами змей землю под деревом, Тан Цянь и остальные буквально перестали дышать.
В этом с виду мирном лесу затаилась целая армия ядовитых тварей!
Они во тьме следили за людьми злобными глазами, выжидая удобного момента для броска!
Сторонись хоть одна из них пробраться в палатку – последствия превзошли бы самые страшные кошмары.
И главное – Линь Нань оказался прав от начала и до конца.
Эти змеи действительно умели говорить!
Тот жуткий голос Ли Гохуа принадлежал вовсе не ему.
Именно так они заманивали жертв в чащу, чтобы внезапно атаковать сверху.
Хватило бы одного укуса, чтобы яд мгновенно разошелся по телу, не оставляя шансов на спасение!
Эти змеи были куда опаснее, чем они смели вообразить!
…
─ Охренеть, змеи разговаривают?! Да это самый вынос мозга за все мои двадцать с лишним лет жизни!
─ Мамочки, да они разумом обзаросли! Мало того, что балакают, так еще и голоса копируют. Если бы не чутье Линь Наня, кто-то точно клюнул бы на удочку.
─ А я-то гадал, почему этот голос звучал так неестественно. Думал, труп Ли Гохуа задеревенел от мутации, а оно вон чё – петушиные шеи передразнивали!
─ Линь Нань просто монстр крутизны, техника владения клинком на недосягаемой высоте…
─ Целое дерево петушиных шей! Словно змеиное гнездо расковыряли, у меня аж мурашки по коже пошли.
─ Как ему удается сохранять такое ледяное спокойствие? Крутые парни не смотрят на взрывы, а бог Линь не смотрит на змеиные трупы, я правильно понял?
─ Опоздал, мощь Линь Наня просто зашкаливает, кровь в жилах закипает от восторга!
─ Выходит, эти гадины сторожили их всю ночь? Но Линь Нань раскусил их маскарад и прикончил всех разом. Не зря его зовут Богом Нанем!
…
Тан Цянь и остальные все еще стояли как вкопанные, с замиранием сердца глядя на багровые куски тел.
─ Линь Нань… что это за змеи? Откуда они знают голос Ли Гохуа? ─ переведя дух, спросила Тан Цянь.
─ Это уникальная способность петушиных шей. Они умеют подражать человеческим голосам, хотя при должной внимательности фальшь нетрудно заметить.
─ Интонации у них монотонные и механические, так что впредь держите ушки на макушке.
Услышав это, все согласно закивали.
Правда, потрясение оказалось настолько сильным, что на переваривание информации требовалось время.
─ Но… зачем они утащили тело брата Ли? Неужели пустили на корм и сожрали? ─ испуганно произнес Чжоу Пэн.
Перед глазами тут же встала картина, как клубок петушиных шей раздирает плоть Ли Гохуа.
От одной этой мысли волоски на теле вставали дыбом.
─ Вряд ли. Если бы им нужна была просто пища, они бы не стали городить такой сложный огород.
─ У меня предчувствие, что для них это тело имеет куда более важное значение.
─ Чем дальше мы продвинемся вглубь, тем скорее разгадаем эту тайну, ─ ответил Линь Нань.
─ Хотелось бы верить. И главное – надеяться, что нам удастся вернуть тело Ли Гохуа. Он наш товарищ, я хочу, чтобы он обрел покой в земле.
─ А не сгнил в брюхе этих тварей, ─ Тан Цянь сжала кулаки.
Вновь бросив взгляд на мертвых змей в траве, она почувствовала прилив глухой злобы.
Эти змеи принесли им слишком много бед.
Они были главным злом этих джунглей.
Справиться с ними оказалось сложнее, чем с гигантскими питонами!
Ночь отступила, небо на востоке посветлело, явив миру солнце.
Гао Кай и Пэн Тао свернули палатки, наскоро перекусили сухпайком и отряд двинулся дальше.
Беспокойная ночевка оставила тяжелый осадок в душах каждого.
Продолжая путь вдоль отвесной скалы, они вскоре уперлись в водную преграду.
Из-за вчерашнего ливня уровень воды поднялся и полностью затопл тропу, пролегавшую внизу.
Перебраться на тот берег можно было только вброд.
К счастью, вода доходила им лишь до середины голени и отличалась прозрачностью.
Дно просматривалось отлично.
Даже если бы там притаилась какая-нибудь гадость, они бы вовремя ее заметили.
Эксперимент Линь Наня с сосиской оставил у них неизгладимое впечатление.
Поэтому никто не выказал желания идти босиком – все действовали слаженно.
Уж лучше промокнуть до нитки, чем подвергать себя ненужному риску.
Они брели по воде, то и дело спотыкаясь о скрытые под поверхностью валуны.
Пройдя так какое-то расстояние, путники одновременно почувствовали неладное.
─ Вы… не заметили ничего странного? ─ понизив голос, осторожно осведомился Пэн Тао.
─ Тьфу ты, напугал своимнезапным басом! ─ Чжоу Пэн испуганно вздрогнул.
─ Заметил, слишком тихо, ─ отозвался Гао Кай.
─ Верно, подозрительно тихо. С каких-то пор вокруг не раздается ни звука.
─ Разве это не странно? ─ добавил Пэн Тао.
Чжоу Пэн почесал затылок:
─ И правда! Я-то думаю, чего твой голос показался мне таким громким – да потому что вокруг гробовая тишина, и любой звук режет слух!
─ И впрямь жутко. В таких джунглях всегда полно живности – птицы, лягушки, всякая мелочь.
─ Где есть живность, там всегда шумно, ─ заметила Тан Цянь.
─ Неужели… их всех сожрали змеи?! ─ Пэн Тао озвучил догадку и сам же испугался.
Если всю фауну и вправду перебили змеи, это означало лишь одно: их здесь столько, что трудно вообразить.
Более того, получалось, что они забрели прямо в змеиное логово!
─ Если всех сожрали, чем же теперь питаются сами змеи? Они что, вымрут с голодухи? ─ усомнился Гао Кай.
Оставшись без ответа, отряд удесятерил бдительность, продолжая путь в напряженном молчании.