Вся спина Ли Гохуа оказалась усыпана сплошным ковром из раздувшихся кровавых волдырей размером с соевое зерно.
Некоторые были еще крупнее.
В самом центре каждого такого образования сидело насекомое, напившееся крови до прозрачности хитиновых оболочек.
Их головы глубоко увязли в плоти, а торчащие наружу брюшки непрерывно шевелились.
Словно из последних сил продолжая жадно высасывать человеческую кровь.
От этого зрелище подступала дурнота, к горлу подкатывал липкий ком.
Лицо Тан Цянь мгновенно потеряло краски.
─ Г-господи… Откуда их столько… откуда эта напасть? – прошептала она.
Гао Кай и Пэн Тао тоже остолбенели.
─ Черт побери, вот это жуткое дело! Да это же травоядные клещи, они питаются кровью.
─ Если их столько впилось в Ли Гохуа, он же через пару минут истечет кровью досуха!
Линь Нань подошел к тому самому дереву, под которым только что спал пострадавший.
Наклонившись, он разглядел, как из трещин коры непрерывным потоком лезут мелкие паразиты.
Он подобрал валявшуюся на земле ветку и подцепил одну из тварей.
На вид творение напоминало крошечного паучка, еще не успевшего испить крови, а потому многократно мельче тех, что облепили спину Ли Гохуа.
─ Все дело в дереве. Место, где он прилег, оказалось самым настоящим гнездом клещей, – пояснил Линь Нань.
Тан Цянь тоже подошла ближе, но при виде кишащего черным ковром ствола в ужасе отпрянула.
─ К-как страшно…
─ И правда, в тропиках ядовитые твари поджидают на каждом шагу, угодить в ловушку ничего не стоит.
─ Что же теперь делать с Ли Гохуа? Есть угроза его жизни?
Линь Нань покачал головой.
─ Способ простой: вытащить каждого паразита по отдельности.
─ Только делать это нужно с умом…
С этими словами он перевел взгляд на Чжоу Пэна.
Из всех присутствующих тот подходил лучше прочих.
Во-первых, отличался мягким нравом и с момента помешательства Ли Гохуа возился только с ним.
Во-вторых… не заставлять же этим заниматься Тан Цянь.
Что до Гао Кая и Пэн Тао, у тех вряд ли хватит терпения на столь тонкую работу.
Про Линь Наня и говорить нечего – хорошо еще, что он подсказал верный путь к спасению.
И то лишь потому, что тот числился в команде и в дальнейшем мог принести пользу.
В противном случае судьба неудачливого коллеги волновала его меньше всего.
─ Этих клещей нельзя просто так сдергивать, у них на голове особый гарпун. Оторвешь грубой силой – головка останется внутри, начнется нагноение и заражение крови…
Линь Нань терпеливо растолковывал Чжоу Пэну порядок действий.
─ Берешь кинжал, раскаляешь лезае на углях и прижигаешь паразитa, чтобы он сдох, а уже потом вытаскиваешь. Уяснил?
Чжоу Пэн скривился так, будто проглотил лимон.
Сзади по-прежнему доносились жалобные стоны.
Чтобы больной не раздирал кожу руками, Гао Кай предварительно связал ему руки и ноги.
Теперь несчастный извивался на земле, точно гигантский дождевой червь.
Зрелище было невыносимо мучительным.
Чжоу Пэн тяжело вздохнул, словно собираясь с духом перед прыжком в бездну.
─ Понял! – выдавил он.
Стиснув рукоять кинжала, он шаг за шагом двинулся к лежащему.
По его решительной поступи казалось, будто он собрался не лечить товарища, а прикончить его.
…
─ Охренеть! Меня сейчас стошнит, фобией на насекомых можно заболеть! Столько тварей на теле сосут кровь, от одной мысли дурно становится!
─ Заявляю официально: спина Ли Гохуа – самое омерзительное, что я видел в жизни. Кто компенсирует мне моральный ущерб?!
─ Матушка моя, какой кошмар. До чего же невезет этому парню: сначала чуть рассудка не лишился от Петушиной шеи, а теперь обзавелся целой фермой травоядных клещей!
─ Поделом ему, сам напросился! Зачем с самого начала строил козни и цеплялся к Линь Наню?
─ Это что, карма в действии? Но метод Линь Наня смахивает на форменную месть! Прижигать клещей раскаленным железом – да ведь он и кожу бедолаге спалит, натуральная инквизиция!
─ Я навел справки: способ, предложенный Линь Нанем, абсолютно научный, но… мне показалось, в уголках его рта мелькнула улыбка. Сто процентов, в душе он злорадствует.
─ Увиденное надолго отбило у меня охоту соваться в джунгли!
…
Желая держаться подальше от сцены расправы, Линь Нань отошел с Тан Цянь в сторонку и присел под чистым деревом.
Сзади то и дело раздавались истошные вопли Ли Гохуа.
Прорываясь сквозь шум дождя, они эхом разносились между скал.
Каждый раз, когда раздавался крик, Тан Цянь вздрагивала и кривилась.
Она бросала косые взгляды на Линь Наня и замечала на его губах едва заметную улыбку.
─ А этот Ли Гохуа… и впрямь несчастный, – протянула девушка.
─ И не говори, – кивнул Линь Нань.
─ Горькая у него судьба.
Тем временем Гао Кай и Пэн Тао наблюдали за процессом со стороны: всякий раз, когда раскаленный клинок Чжоу Пэна касался кожи, раздавался зловещий шипящий звук, сменявшийся очередным воплем.
Оба наблюдателя морщились и негромко переругивались.
Вскоре у ног Чжоу Пэна выросла целая кучка обугленных тел паразитов.
А лоб самого экзекутора покрылся испариной.
Поначалу он действовал неуверенно.
Но со временем рука обрела твердость и уверенность.
Складывалось впечатление, что процесс начал даже доставлять ему некоторое удовольствие!
Ливень пошел на убыль, превратившись в мелкую морось.
И лишь тогда Чжоу Пэн закончил извлекать клещей из несчастной спины.
По указанию Гао Кая он наскоро обработал раны дезинфицирующим средством, и на этом мучения подошли к концу.
Ли Гохуа пластом лежал на земле, содрогаясь в судорогах.
─ Брат Ли, ты как? – участливо и осторожно поинтересовался Чжоу Пэн.
─ Ууу! – Ли Гохуа горько заревел.
Его плач раскатился над влажными джунглями.
К счастью, рассудок к нему вернулся, остекленевший взгляд вновь обрел осмысленность.
Тан Цянь и Линь Нань вернулись к лагерю. Гао Кай как раз увлеченно травил байки Чжоу Пэну и пришедшему в себя Ли Гохуа.
─ Я вам говорю, эти травоядные клещи страшнее любого зверя.
─ Не смотрите, что крохотные – а человека в могилу сведут.
─ Когда я выполнял задание в одной жаркой стране, собственными глазами видел, как здоровенный леопард сдох от этой напасти.
─ Зрелище жутчайшее: шкура зверя была усыпана огромными кровавыми шишками. Подошли ближе, а это вовсе не опухоли, а напитавшиеся до предела гигантские клещи!
─ Леопард – зверь грозный, царь джунглей, а пал от таких ничтожных букашек. Каково? То-то же!
Чжоу Пэн слушал с замиранием сердца, то и дело судорожно втягивая воздух.
При этом он поспешно застегивал манжеты и стягивал тесемки на штанинах, опасаясь, как бы мерзкие твари не забрались под одежду.
Ли Гохуа же выглядел еще бледнее прежнего, кровь отхлынула от его лица до последнего следа.