— Ступайте.
Карета в сопровождении охраны полностью покинула крепость.
Эмерик пробормотал, словно говоря сам с собой:
— Умная девчонка, чертовски умная.
Эмерик тем же путем вернулся в кабинет командующего. Сняв шарф и небрежно бросив его, он подошел к стене напротив окна и уставился на висевшую там карту. Это была карта золотой жилы, которую принцесса Айлет подарила ему в день их первой встречи.
— И наглая же.
Дитрих копал там месяцами, но на шахте не нашли даже крупицы золота. Эмерик сорвал карту со стены, разорвал её в клочья, не оставив и следа, и швырнул в камин.
— Где она научилась такой лжи?
Плохие дети заслуживают смерти. У него и в мыслях не было становиться союзником женщины, которая, без сомнения, была шпионкой Элровиса. К тому же у неё слишком хорошая кровь, чтобы быть женой Кайрона ‒ лучше убить её сейчас, чтобы не было проблем.
Эмерик отряхнул руки над пеплом, который уже успел сгореть. Его лицо наконец прояснилось. Он чувствовал себя так, будто просто раздавил какую-то мошку.
Но это настроение длилось недолго.
— Ваше Высочество, Ваше Высочество!
Кто-то поспешно постучал в дверь кабинета.
— Войдите. Что случилось?
Это был Хайнц, глава филиала информационной гильдии. Запыхавшийся Хайнц доложил:
— Ваше Высочество, второй принц прислал солдата с сообщением, что у него есть срочное дело для обсуждения. Прикажете впустить?
— Мой старший братец? Ну, не знаю, мне больше не о чем с ним договариваться.
Эмерик небрежно махнул рукой. Но Хайнц не уходил, переминаясь с ноги на ногу.
— Дело в том, если вы откажетесь, он велел передать только одно имя. "Ульрих"…
— …Что?
Эмерик на мгновение решил, что ослышался. Выслушав следующие слова Хайнца, улыбка мгновенно исчезла с лица Эмерика. Повеяло тревожным ветром.
* * *
По всей снежной равнине были разбросаны отрубленные конечности и обломки доспехов. Каждый раз, когда ветер сдувал тонкий слой снега, обнажались очертания тел, а затем снова укрывали их ‒ и каждый раз казалось, будто вся равнина слегка колышется, словно под землей что-то шевелится.
— Командующий, подготовка завершена.
Солдаты гарнизона, вытирая пот, окликнули Кайрона.
— Мы перекрыли все проходы с востока и юга, так что демонам останется только спуститься сюда. Расчёт верный.
— Убить или захватить ‒ это одно, а заманивать их сюда ‒ гораздо труднее, командующий.
Кайрон, который безучастно смотрел на замерзшие пятна крови, поднял голову.
— Кедрик.
— Да! Слушаю вас.
— Ты когда-нибудь ловил змей?
— Что?
Солдаты гарнизона в недоумении склонили головы. Кайрон не стал ничего объяснять и снова погрузился в свои мысли.
— Кайрон, ты когда-нибудь ловил змей?
Несколько дней назад Айлет задала ему этот странный вопрос. Даже в крепости Айлет проводила половину дня в своих мыслях. Благодаря этому мужчина мог беспрепятственно любоваться её лицом сколько угодно. И когда он смотрел на неё часами, она иногда задавала совершенно неожиданные вопросы.
— Зимой змей редко увидишь. Мышей или насекомых ‒ да, но змей здесь я никогда не ловил.
— А я видела их много раз. Помнишь башню в Элровисе, где я жила?
— Что?
Кайрон мгновенно очнулся и выпрямился.
— Ты хочешь сказать, что в твоих покоях водились змеи? Когда? Почему?
— Раза три или четыре.
— Надеюсь, не ядовитые?
— У них были острые клыки. Один слуга случайно потревожил такую змею и умер.
Лицо Кайрона побледнело. Айлет продолжила, словно речь шла о пустяке:
— Благодаря этому я хорошо это изучила. Прежде всего, нужно держать дистанцию. Говорят, змея может молниеносно прыгнуть на расстояние, превышающее половину её длины.
— И такие змеи появлялись в твоих покоях несколько раз? И никто ничего не предпринял? Как вообще дворцовые в Элровисе управляют дворцом, если такое случалось не раз…
Айлет подняла руку, останавливая его.
— Сначала мы блокировали все пути к отступлению, а затем постоянно следили за тем, куда направлена голова змеи и по какому пути она движется. Как я уже говорила, реакция у змей молниеносная. Но знаешь, что самое важное?
— Что?
Кайрон слегка испугался того, что может сорваться с её губ.
— Никогда не ловить её голыми руками. Обязательно использовать инструмент. А инструмент, пропитанный змеиным ядом, потом можно использовать, чтобы поймать другую змею.
— Зачем тебе запоминать такое? Вряд ли тебе когда-нибудь придётся ловить змей своими руками.
— Сэр, о чём вы вообще слушали?
Айлет посмотрела на Кайрона так, будто спрашивала: "Ты что, не понимаешь?" Она бросила один из трёх камешков, которые держала в руке, в камин, и сказала:
— Я же только что сказала: ловить змею буду не я. А то я только пострадаю.
— ……
— Ты тоже запомни. Нужно затаиться, подождать и одним ударом захватить её с помощью инструмента.
Кайрон медленно вернулся из своих мыслей. Тогда он не понимал слов Айлет, но теперь они звучали иначе. В его голове внезапно возник вопрос. Кого она имела в виду под змеёй в тот день? И что значил этот инструмент?
* * *
— Открывайте ворота! По приказу принца!
Ворота крепости, ведущие на ничейные земли, с тяжелым грохотом распахнулись. Ещё до того, как массивные створки открылись полностью, кто-то стрелой вылетел из крепости. Это был Эмерик.
— Но!
Когда он выбежал за открытые ворота, перед ним расстилалась белоснежная равнина. Куда ни глянь ‒ один лишь белый снег. На ничейных землях компас был бесполезен. Поэтому патрульные вбивали колышки в месте выхода и привязывали к сёдлам верёвки, ведущие к этим колышкам. Несколько верёвок от более ранних патрулей наполовину утопали в снегу. Эмерик поскакал вдоль них.
Ледяный ветер хлестал по лицу. Солдаты, следовавшие за ним, что-то кричали, но их голоса тонули в завываниях ветра.
— Чёрт возьми, где он?!
Красные верёвки тянулись бесконечно. Прошло уже больше часа, а он всё ещё был посреди снежной равнины.
— Не пересекайте границу, Ваше Высочество! Дальше начинаются владения демонов!
— Проклятье!
Эмерик резко натянул поводья. Конь вскинул голову и протяжно заржал. Снежная равнина шевелилась. Холм, который ещё недавно виднелся на горизонте, явно приближался.
Слова Дитриха яростно стучали в голове Эмерика.
— Мне стало любопытно, Эмерик. Твоя жизнь ‒ это творение Ульриха, или вся жизнь Ульриха ‒ это твоё творение?
— Ах ты, ублюдок, как ты смеешь произносить это имя?
Это была ловушка. В обычной ситуации он не стал бы реагировать на жалкие провокации брата. Его "Ульрих" находился там, куда Дитрих не мог добраться. В Каланде это имя было так же известно, как имена принцев, но ни один здравомыслящий человек не связал бы его с Эмериком. У них не было никаких общих связей, и он годами следил за тем, чтобы никто и не догадался. Как же он узнал? Должна быть дыра, через которую утекла информация. Нужно схватить Дитриха и заткнуть эту дыру, прежде чем она расползётся через его слова.