* * *
— Как тебе в доме маркиза Мельсиера? Хорошо тебе там? Маркиз хорошо к тебе относится?
Получив лекарство, придумав что-то на ходу, Айлет схватила Ахилла за руку и утащила в пустынный угол коридора. Она боялась, что если приведёт его в свои покои, весть об этом дойдёт до Кэтрин и навлечёт беду на мальчика. Только зажав его в узком пространстве между колонной и стеной, она дала волю словам.
— Дом Мельсиера достаточно силён, чтобы защитить тебя, но Кэтрин всё ещё ищет тебя? Ты можешь свободно входить во дворец? А что говорит отец?
— Сестра…
— Как твоё здоровье? Ты много выпил? Нет ли побочных эффектов? Что именно сказал лекарь?
— Сестра.
Не выдержав, Ахилл мягко опустил её руку, коснувшись её запястья. Прикосновение было осторожным, словно он трогал птенца.
— Пожалуйста, по одному вопросу… Я не знаю, с чего начать отвечать.
— Ах, да. Я, наверное, слишком торопилась.
Айлет не могла скрыть своего волнения. Ахилл же, напротив, быстро успокоился после первого шока.
«Все мальчишки в этом возрасте так быстро растут?»
Она заметила это и при первой встрече ‒ он не только вытянулся, но и возмужал. Мышцы на предплечье, более мужская линия челюсти ‒ всё это бросалось в глаза. Мальчик, который ещё недавно казался хрупким и красивым, готовым рухнуть от одного прикосновения, за полгода стал почти юношей.
— Ты здоров?
Ахилл кивнул. Затем, словно спохватившись, добавил: Да. Привычка отвечать жестами или движениями головы всё ещё сохранялась.
— Я… всё сделал правильно?
Ахилл замялся, искоса поглядывая на неё. Он говорил неуверенно:
— Раз вас не было рядом, я не знал, правильно ли я поступил. Я сделал так, как вы велели. Но я не знаю… сделал ли я всё правильно.
Его щёки раскраснелись, он не мог смотреть ей в глаза, но в нём чувствовалась детская надежда на похвалу.
— Хочешь, я тебя похвалю?
Когда Айлет спросила, глаза Ахилла округлились, как у кролика. Он на мгновение остолбенел, а затем быстро закивал.
— …Да!
«Ах, как мило».
Айлет не выдержала и рассмеялась. Тени, которые всего несколько месяцев назад скрывали лицо мальчика, исчезли. Синяки и ссадины, которые раньше виднелись над воротником, полностью зажили. Похоже, в доме маркиза Мельсиера к нему действительно хорошо относились. И теперь, когда он уже был так красив, через несколько лет, достигнув совершеннолетия, он станет поистине ослепительным красавцем. Айлет почувствовала облегчение, словно спасла себя саму.
— Если твоя жизнь стала лучше, чем раньше, значит, ты всё сделал правильно. Это не мне судить.
— Но…
— Ты сам хозяин своей жизни. Ты доволен, что стал частью дома Мельсиера?
Ахилл задумался на мгновение, а затем кивнул.
— Маркиз ‒ хороший человек. Он не очень разговорчив, но он добр, и он принял меня, немого бастарда… Он старается, чтобы я ни в чём не нуждался.
— Это хорошо. Значит, всё в порядке.
— Что? …Этого достаточно?
Ахилл переспросил так, будто услышал что-то неожиданное. Айлет привстала на цыпочки и погладила его по голове.
— И спасибо тебе. Ты помог мне, устроив всё в нужный момент.
Несмотря на то, что он получил долгожданную похвалу, Ахилл не выглядел радостным. Скорее, он казался немного разочарованным.
— Это всё?
— Ты умный мальчик. Маркиз Мельсиер, скорее всего, рассматривает тебя как наследника. Он взял тебя именно с этой целью. Такие аристократы ‒ все как один хитрые лисы, так что не прекращай учиться.
Говоря это, Айлет вдруг задумалась: не слишком ли это похоже на нотации? Выражение лица Ахилла стало слегка надутым.
— Зачем вы ходили к королевскому лекарю? Вы больны?
— Нет, мне просто нужен был предлог, чтобы выйти.
— Предлог…
Ресницы Ахилла медленно опустились. В его золотых глазах мелькнула тень сомнения. В этот момент из коридора донеслись шаги служанок. Похоже, приближалось время аудиенций для аристократов, и слуги спешили с подготовкой. Если они начнут ходить, будет труднее выбраться. Айлет поспешно оттолкнула Ахилла.
— Мне пора. Я рада была тебя видеть, Ахилл. Встречаться во дворце слишком рискованно, но если у тебя будет время, мы можем увидеться за пределами дворца…
— Сестра.
Ахилл схватил её за плечо и потянул назад. Айлет пошатнулась и оказалась у него в объятиях. Мимо колонны, прижавшись к которой они стояли, прошёл пожилой камергер. Ахилл, склонив голову к её уху, тихо прошептал:
— Это человек кронпринцессы. Будьте осторожны.
Айлет невольно затаила дыхание. Если бы Кэтрин узнала, что они разговаривали наедине, это не сулило бы ничего хорошего. К счастью, толстая колонна достаточно скрывала их. Камергер, не заподозрив ничего, прошёл мимо и скрылся в конце коридора. Когда в коридоре снова стало тихо, Айлет перевела дух.
— Спасибо. Впредь мне нужно быть более осторожной во дворце… Теперь можешь отпустить меня.
Руки Ахилла, удерживавшие её в укрытии, лежали на её плечах и спине. От его юношеского жара исходило сильное тепло.
— Сестра.
Голос Ахилла коснулся её уха. Вблизи его золотые глаза настойчиво смотрели на неё.
— Вам больше ничего не нужно от меня?
Айлет на мгновение лишилась дара речи. О чём думает этот мальчик, говоря такое? Пока она медлила с ответом, в его глазах мелькнуло нетерпение.
— Если я действительно стану маркизом Мельсиером, я смогу быть вам ещё полезнее?
— Ну…
Конечно, это было очевидно. Айлет могла бы придумать как минимум пятнадцать способов наиболее эффективно использовать Ахилла. Дом маркиза Мельсиера, наряду с Валлерами и Утерами, был одним из старейших аристократических родов Элровиса. Из всех домов, которые сменяли старейшин в королевском совете из поколения в поколение, только дом Мельсиера мог сравниться с Валлерами. Чтобы стать маркизом и быть избранным старейшиной, потребуется от нескольких месяцев до нескольких лет, но если это удастся, он станет решающим козырем в борьбе с Кэтрин.
Похоже, Ахилл испытывал к ней необъяснимую симпатию. Манипулировать голодным до любви ребёнком легко. Но она не хотела этого. Айлет вздохнула и похлопала мальчика по руке.
— Не стоит оценивать себя по меркам других. Я же говорила тебе: ты должен сам найти свой путь.
— Вы не говорите нет.
— Я также советовала тебе никому не доверять.
— Но ведь важна моя воля, верно? Я хочу, чтобы вы меня использовали.
Айлет вздрогнула от его прямых слов.
— Не говори так.
— Почему?
Потому что, когда ты говоришь это с таким раскрасневшимся лицом, это звучит двусмысленно…
— Ты же ребёнок.
— Мне уже семнадцать, день рождения был.
— Ты всё ещё несовершеннолетний. Мне девятнадцать.
Когда Айлет отрезала, Ахилл наклонил голову набок.
— Разница всего полтора года. …Я вам действительно не нужен?
Нет. Если считать по регрессии, разница в возрасте шесть с половиной лет. В твои годы я была куда наивнее…
Вместо того чтобы спорить, Айлет задумалась. Он был прав ‒ Ахилл больше не ребёнок. К тому же теперь он не просто бастард, а молодой господин дома Мельсиера. И она была не в том положении, чтобы отказываться от помощи.
Решение пришло быстро.
— Тогда я не буду отказываться. Я буду использовать тебя.
— Используйте меня как хотите.
— …Для начала проводи меня к герцогу Утеру. Так, чтобы никто во дворце не узнал. И, если это твоя привычка, тебе стоит от неё избавиться…
Когда Айлет, смирившись, произнесла это, лицо Ахилла наконец озарилось улыбкой.