* * *
Хотя она и сказала это, Айлет и не думала, что Ахилл действительно сможет вывести её за пределы дворца. Поздним вечером она вышла в задний сад под предлогом прогулки и ждала его в условленном месте. В отличие от Айлет, которая всю жизнь прожила в королевском дворце или в восточной башне, Ахилл в основном обитал в главном дворце и дворце кронпринцессы. Он знал все лазейки и малоиспользуемые проходы.
— Сестра, сюда.
Ахилл, уже ждавший её, поманил рукой. Айлет последовала за ним в густые заросли, которые казались глухой стеной.
— Я и не знала, что из дворца есть прямой выход.
— Говорят, это проход, проложенный на случай, если королю понадобится экстренно покинуть дворец. Сейчас он не используется, но пройти можно. Сюда.
Ахилл нащупал в траве дверную ручку, вделанную в землю, и потянул. Крышка, замаскированная под газон, открылась, обнажив проход под землю.
— Нужно спрыгнуть вниз. Я спущусь первым, следуйте за мной.
— Что? Подожди…
Не успела Айлет ответить, как Ахилл легко спрыгнул в яму.
— Давайте. Я вас поймаю.
Его фигура скрылась в черноте, слышен был только голос. Айлет некоторое время смотрела в тёмный колодец, затем перекинула ноги через край и спрыгнула вниз.
— ……!
Падение оказалось сильнее, чем она ожидала. Сердце похолодело, но в тот же миг она почувствовала лёгкое прикосновение к спине и под коленями.
— Вы в порядке, сестра?
Ахилл поймал её на лету. Поймать женщину, падающую с такой высоты ‒ он должен был бы пошатнуться, но даже не дрогнул.
— Да, в порядке.
Айлет легко высвободилась из его объятий и встала на ноги.
Ахилл потянул за верёвку, соединённую с крышкой, и вход закрылся, погрузив проход в полную темноту.
— Дайте руку…
Ахилл замялся, но Айлет уже нащупала его в темноте. Она несколько раз коснулась его тела, прежде чем найти его руку.
— Помоги мне, а то я упаду.
— ……!
Вздрогнув от неожиданности, Ахилл инстинктивно крепко сжал её руку, а затем, секунду спустя, икнул. Айлет невольно усмехнулась.
«Мило. Милые люди и делают милые вещи».
Правда, сила его хватки была не такой уж милой. Только после того, как Айлет сказала, что у неё сейчас треснут кости запястья, он поспешно ослабил хватку.
Долго ли они шли по тёмному коридору? Где-то вдали начал слышаться приглушённый шум, становившийся всё громче.
— Мы почти пришли.
Ахилл остановился и открыл какую-то дверь. Тайный проход выводил в подвал старого склада за пределами дворца. Айлет вышла из склада. Перед ней простирался город, пульсирующий жизнью ‒ совсем иной, чем величественный вид дворца.
— ……!
Хотя была ночь, вокруг было светло благодаря множеству световых камней. Шумная торговая улица была заполнена людьми, телегами и повозками, доверху гружёнными товарами. Айлет никогда раньше не выходила из дворца ночью. Мимо неё проходили толпы людей. Ей стало немного дурно.
— Прошу прощения, дайте пройти!
— Сестра.
Ахилл поспешно протянул руку и обхватил её за плечи. Кто-то, едва не столкнувшийся с Айлет, громко извинился и исчез в толпе. Айлет с трудом пришла в себя.
«Нужно быть осторожнее…»
В этот момент она услышала тихое цоканье у самого уха. Она подняла голову, немного удивлённая этим раздражённым звуком. Ахилл повернул голову, глядя в ту сторону, куда исчез прохожий. Возможно, из-за того, что он смотрел сверху вниз, его золотые глаза казались пугающе тёмными. Он холодно пробормотал:
— Беспечные…
— Ахилл?
Мгновение спустя Ахилл опустил взгляд. В его потемневших золотых глазах отразилась Айлет. В этих глазах, так похожих на отцовские, что-то кольнуло её в груди. Но затем его щёки залились румянцем. Он покраснел красиво, словно цветочная вода пролилась на белую бумагу, и когда он застенчиво улыбнулся, призрак отца исчез бесследно.
«Мне, наверное, показалось».
— Идёмте, сестра.
Ахилл поставил её с правой стороны и поймал проезжающую карету.
Поднимаясь в карету, Айлет пробормотала:
— Тебе… стоит улыбаться почаще.
— Если вы этого хотите, я буду.
— …Ты часто бываешь в доме герцога Утера?
— Сегодня вечером я как раз собирался туда. Маркиз просил меня навестить герцога и узнать, как он. Я уже отправил весточку, что немного задержусь, так что меня поймут.
Карета прибыла к месту назначения минут через десять. Стражник у ворот дома герцога Утера, узнав Ахилла, без колебаний открыл ворота. Дворецкий уже ждал их.
— Добро пожаловать, молодой господин. А это…?
— Это принцесса Айлет… принцесса. Она пожелала встретиться с герцогом, и я привёз её.
Похоже, Ахилл всё ещё не привык к почтительной речи.
— …Принцесса Айлет?
Ответ донёсся с лестницы. Айлет сняла плащ и повернулась к центральной лестнице особняка. Пожилой мужчина, спускавшийся с лестницы, смотрел на неё с широко раскрытыми глазами. Тёмно-каштановые волосы с густой проседью, глубокие морщины вокруг глаз и рта ‒ но это было то лицо, которое она помнила.
— Наставник.
Это был её первый учитель, герцог Исаак Утер. Герцог спустился по оставшимся ступеням. Походка его была неловкой ‒ правая нога, видимо, болела.
— Десять лет… нет, больше двенадцати лет прошло. Давно не виделись, Ваше Высочество.
Айлет приподняла подол платья и приветствовала его, как велит этикет. Мать учила её всегда проявлять уважение к учителям. Но герцог неловко покачал головой.
— Не стоит. Я слышал, вы уехали на границу. Когда вы вернулись?
— Меня вызвал отец, я прибыла сегодня утром.
— Вы даже не отдохнули с дороги и пришли сюда сами…
— Я слышала о беде, постигшей дом Утеров.
Айлет помедлила и добавила:
— С вами всё в порядке?
Герцог, видимо, не ожидал такого вопроса, и некоторое время не мог вымолвить ни слова.
— Новости уже дошли до вас. Когда мне сказали, что из дома Мельсиера прибудет редкий гость, я удивился… Прошу, проходите. Дворецкий, принесите травяной чай.
— Слушаюсь, господин.
Герцог провёл её в свой кабинет. Как и следовало ожидать от дома, где чтят знания, кабинет был заставлен книжными шкафами. Однако это было лишь малой частью библиотеки Утеров, которую называли сокровищницей знаний Элровиса.
— Ты можешь идти, Ахилл. Я задержусь надолго.
Ахилл без возражений послушно удалился.
Как только дверь кабинета закрылась, Айлет приступила к делу:
— Где сейчас молодой Утер?
— Он в заключении у стражи. Я просил разрешить ему оставаться в особняке хотя бы до суда, но мне отказали.
На лице герцога, который не спал несколько дней с тех пор, как случилась эта беда, залегли тени.
— Последнее слушание через три дня, верно?
— Вероятно, исход будет неблагоприятным. Мой единственный сын умрёт, и с ним, похоже, угаснет и наш род. …Возможно, это моя кара.
Айлет смотрела на нетронутую чашку чая. Она знала, что имел в виду герцог под словом "кара". Когда королеву Шарлотту оговорили, герцог Утер промолчал. Мало того ‒ не нашлось ни одного аристократа, кто выступил бы в её защиту. Улики против королевы были весомыми, а в её пользу ‒ никаких. Если бы хоть кто-то из близких к королеве друзей выступил в её защиту, ситуация могла бы измениться, но гнев короля в то время был страшен. Аристократы не смели и пикнуть.
Герцог горько усмехнулся:
— Простите, что я жалуюсь перед вами. Считайте это словами старого глупца.
— Наставник.
— Не называйте меня так. Я не заслужил быть вашим наставником.
— Я взялась за это дело.
Герцог, который уже собрался уйти, замер как вкопанный.