Прошло несколько дней с тех пор, как троица наконец подружилась.
Исао болтала без умолку, её голос был звонким и полным жизни.
— А потом я сказала госпоже Валерике, что её рисунок похож на птицу, которую занесло в бурю! Она так сильно смеялась, что свалилась со стула!
Сильверия тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью. Обычное изящество смягчилось искренним весельем.
— У тебя совсем нет внутреннего фильтра, Исао… — сказала она, покачав головой, но всё равно улыбаясь.
Айла тем временем сидела рядом, как всегда молчаливая.
Серые глаза смотрели куда-то вдаль, а по лицу невозможно было ничего понять.
Но время от времени она всё же отвечала в своей привычной короткой и прямой манере.
— А.
— О.
— Хм.
И каждый раз Исао поворачивалась к ней.
— И всё? «Хм»? Ты невозможная, Айла!
— Хм, — снова сказала Айла совершенно скучающим тоном.
Сильверия не удержалась от тихого смеха.
— Кажется, теперь она уже специально тебя дразнит, Исао.
— Да ну! Айла даже дразнить не умеет!
— Умею, — просто ответила Айла.
Обе девочки на мгновение застыли, а затем расхохотались.
Спустя некоторое время Айла вдруг совершенно неожиданно сказала:
— Я хочу пудинг на десерт.
— А? — моргнула Исао. — Это ещё откуда взялось?
— Она как кошка, — с улыбкой сказала Сильверия. — Сидит тихо, а потом внезапно требует сладостей.
Заинтересовавшись, Исао решила её проверить.
— Ладно, Айла, какого цвета мои любимые ленты?
— Розовые, — мгновенно ответила Айла, даже не взглянув на неё.
Сильверия впечатлённо приподняла бровь.
— О? А мои?
— Синие, — без малейшего колебания сказала Айла и прямо указала на неё пальцем.
— Подожди… она всё это время нас слушала?! — ахнула Исао, повернувшись к Сильверии.
— Похоже на то, — со смешком ответила та.
Айла посмотрела на обеих со своим привычным невозмутимым спокойствием.
— Я всегда слушаю. Особенно когда вы говорите о еде… И… вы обе любите эти цвета. Это слишком очевидно.
Обе снова расхохотались, и на этот раз Исао едва не свалилась со стула.
Несмотря на всю свою молчаливость и отстранённость, Айла наконец нашла среди них своё место — свой странный и едва заметный, но несомненно настоящий способ сближаться.
В этом классе три маленькие девочки, когда-то совершенно чужие друг другу, — отстранённая мечница, жизнерадостная свободолюбивая девочка и бывшая идеальная принцесса — сами того не осознавая начали создавать нерушимую связь, которой однажды предстояло изменить судьбу мира.
Следующие несколько недель занятия Кателеи продолжались без остановки.
Каждый день был смесью истории, богословия и тайн мира — знаний, которые с трудом осилили бы даже многие взрослые.
Она рассказывала о Боге Демонов, помогавшем Трём Злым Богам, — существе, известном по всему миру как Армагеддон.
По его приказу выступили владыки демонов, повелители хаоса, возглавлявшие огромные армии, некогда столкнувшиеся с объединёнными расами континента. Вместе с ними с небес несли разрушение ангелы и валькирии Злых Богов.
Кателея также объяснила, что в те древние времена даже полулюди обратились против человечества. Эльфы, гномы, зверолюди — многие расы были обмануты обещаниями свободы и силы.
Но всё изменилось, когда один гном и один высший эльф стали Святыми. Их вера в истинных богов восстановила равновесие, и с тех пор их народы перестали истреблять людей — хотя глубокое недоверие сохранилось, особенно среди тех, кто пережил старые войны.
Только Святые из их числа по-прежнему без предубеждения тянулись к людям.
Позже разговор перешёл к теме, куда более личной для троицы, — Пророчеству о Трёх Детях.
Голос Кателеи смягчился, а взгляд устремился куда-то вдаль.
— Говорили, что сам континент плакал, — начала она. — И из его слёз родились три души, которым предстояло встать против конца всего сущего. Земля воззвала к небесам, и мир ответил тремя детьми судьбы — рождёнными не случайно, а по воле самого мира. Детьми Гайи.
Она ненадолго замолчала и перевела взгляд с Исао на Сильверию, а затем на Айлу.
— Вы трое… и есть воплощение этого пророчества.
Исао моргнула, слегка приоткрыв рот.
— Вы же уже рассказывали нам об этом раньше… Так мы буквально… слёзы континента?
Сильверия вздохнула и потёрла виски.
— Это метафора, Исао. «Слеза» символизирует скорбь, а не настоящую… плачущую землю.
Исао надулась.
— Когда ты так говоришь, звучит всё равно мерзко.
Кателея тихо рассмеялась и продолжила урок, перейдя к различиям между Святыми, Пророками и другими избранными титулами: Святыми становились те, кого напрямую благословляли божественные силы, а Пророки были посланниками, способными видеть отблески самой судьбы.
Сильверия слушала предельно сосредоточенно и впитывала каждую деталь со своей привычной логической точностью.
Исао же примерно на середине начала тихо стонать и постепенно сползать лицом в конспекты.
— Слишком много божественной политики… мозг плавится…
А Айла… Айла просто пустым взглядом смотрела в потолок, почти не двигая деревянным карандашом.
Когда Кателея спросила, поняла ли она хоть что-нибудь, Айла лишь пробормотала:
— Небо… большое…
Позже тем же вечером троица сидела в учебном зале среди стопок книг и выводила ответы на экзаменационных листах.
— Ненавижу конспекты… — мрачно пробормотала Айла. Её почерк едва можно было разобрать.
Сильверия посмотрела на неё и вздохнула.
— Ты должна читать конспекты, Айла.
— Я читаю, — не поднимая глаз, ровно ответила Айла. — Они ненавидят меня в ответ.
Исао захихикала так сильно, что едва не уронила перо.
— Какая же ты странная, Айла!
В последний день учёбы, когда прозвенел финальный звонок, все трое обессиленно рухнули на парты.
Но, несмотря на стоны и жалобы, экзамены они сдали — каждая по-своему.
— Превосходно! Вы трое сдали все экзамены, которые я вам подготовила. Судя по результатам, вы прекрасно поняли всё, чему я вас учила, — сказала Кателея и довольно хихикнула, радуясь тому, что все накопленные ею исторические знания теперь переданы троице.
Их обучение под руководством Великой Святой наконец завершилось.
С этого дня они были уже не просто ученицами, а полноценными воспитанницами, свободными сосредоточиться на собственном пути к мастерству.
Впереди их ждали тренировки, настоящие сражения и закалка собственных судеб.
И хотя ни одна из них пока этого не знала, вскоре их связь — и их сила — должны были пройти испытание, превосходящее всякое воображение.
— Айла, теперь, когда учёба закончена, мы наконец можем полностью сосредоточиться на твоих тренировках! — объявила Валерика твёрдым голосом, в котором всё же слышалось облегчение.
Последние пять месяцев она, Саюри и Аккла были вынуждены восстанавливать тренировочные площадки и заниматься общественными работами — по личному приказу госпожи Кателеи.
Кателея не хотела, чтобы Айла, Сильверия и Исао оставались невежественными в вопросах мира, который им предстояло защищать, поэтому проследила, чтобы наставницы никуда не уходили, пока обучение троицы не закончится.
Других Святых — например Прайса, Святого Копья, который обычно всеми силами избегал работы, — отправляли помогать внешним королевствам, а оставшимся поручили укреплять армию.
— Ура, — ровно сказала Айла, держа огромный деревянный меч и по-прежнему ничего не выражая лицом.
Бровь Валерики дёрнулась.
— Я не понимаю, ты правда рада или издеваешься.
— Да, — просто ответила Айла.
Валерика вздохнула.
— Что это вообще за ответ — «да»? Я даже вопрос так не задавала.
И всё же Валерика замечала: в последнее время в Айле что-то изменилось.
Её спокойствие больше не походило на безразличие — теперь это была сосредоточенность.
Даже без прямого присмотра она, Сильверия и Исао ежедневно тренировались вместе, оттачивая взаимодействие в лёгких спаррингах.
— Хорошо, — сказала Валерика, поправляя перчатки. — Хватит упражнений в помещениях. Сегодня идём наружу.
Они отошли примерно на два километра от цитадели и добрались до края пустоши — засушливого пространства растрескавшейся земли и острых каменных выступов.
От жары воздух слегка дрожал, а вдали к ним уже двигались маленькие зелёные фигуры.
— Вон там, — сказала Валерика, указывая вперёд. — Стая гоблинов и хобгоблинов. Задание простое: уничтожь их быстро и эффективно. Считай это первым настоящим боевым испытанием.
— Ладно… — сказала Айла, копаясь в пространственной сумке, которую подарила ей Сильверия.
Валерика приподняла бровь, сразу узнав высокое качество изделия.
Спрашивать, от кого подарок, не требовалось: только Сильверия была достаточно богата, чтобы между делом дарить подобные вещи.
Через мгновение Айла вытащила двуручный меч почти с себя ростом.
Она держала его одной рукой и пошла вперёд, а лезвие волочилось по земле, оставляя тонкую полосу в пыли.
— Э-э… ты уверена насчёт этого оружия? Оно выглядит слишком тяжёлым для тебя, — спросила Валерика, не понимая, восхищаться ей или беспокоиться.
— Не переживай, — ровно ответила Айла. — Я не забрасывала тренировки маны и ауры.
Прежде чем Валерика успела что-то сказать, фигура Айлы размылась.
Свист!
Одним движением она снесла головы сразу нескольким гоблинам ещё до того, как их тела успели рухнуть на землю.
Глаза Валерики широко раскрылись, когда девочка мягко приземлилась, сохраняя безупречно устойчивую стойку.
— Рассекатель Гор, — пробормотала Айла, поправляя хват.
Её тело слабо засветилось белой маной и аурой.
Она нанесла ещё один удар — на этот раз горизонтальный, — и в следующее мгновение оставшиеся гоблины вместе с хобгоблином оказались идеально рассечены надвое.
Валерика несколько секунд молча моргала, а затем стремительным шагом оказалась рядом.
— К-как ты выучила Быстрый Шаг? — спросила она.
Быстрый Шаг был техникой передвижения высокого уровня, которую с трудом осваивали даже опытные рыцари. Валерика никогда не учила Айлу ничему подобному.
Айла пустым взглядом посмотрела на неё.
— Аяка и Сильви показали. Потом я повторила.
Валерика застыла.
— Ты… повторила?
— М-м, — буднично кивнула Айла, словно в этом не было ничего особенного.
Бровь Валерики дёрнулась.
«Восьмилетний ребёнок не должен быть способен на такое. Даже при огромном таланте почти невозможно освоить технику передвижения, требующую настолько идеальной синхронизации маны, ауры и контроля мышц».
И тут в памяти всплыл давний момент — день, когда она впервые показала Айле технику Рассекателя Гор. Тогда Айла как бы между делом похвалила её, а Валерика приняла слова ребёнка за шутку.
Валерика нервно рассмеялась.
— Н-ну… думаю, нам пора возвращаться в цитадель, да? Ха-ха-ха…
Айла убрала меч обратно в пространственную сумку.
А тревога Валерики лишь усиливалась.
«С восприятием этого ребёнка явно что-то ненормальное…»
Она оглянулась на далёкую цитадель.
«Нужно немедленно доложить госпоже Кателее».