Это были тюремные надзиратели.
Уродливо перекошенные лица.
Деформированная форма надзирателей.
Руки перекручены в подобие боевого оружия, а ноги твёрдые, будто в них вмурованы стальные опоры.
Их было четверо.
Они заметили нас и рванули.
С ужасающей скоростью.
- Они приближаются. Бегите!
- Бежим!
Мы побежали, не раздумывая.
На открытой местности нас было меньше. Единственным доступным укрытием были разрушенные металлические конструкции.
- Не отставайте от меня!
Похоже, у Ли Сонхуна уже не осталось сил на слова. Он вцепился в край моей одежды так, будто хотел её сорвать, и помчался вперёд.
Мин Дохён устремился вперёд, двигаясь легко и плавно, а Пэ Хён-ю перехватила выдвижную дубинку и пристроилась рядом с Ли Сонхуном - он отставал сильнее всех.
Бам! Бам! Бам!
Оглядываться не имело смысла.
Тяжёлая дрожь, накатывавшая сзади, пробегала по земле и отдавалась в подошвах.
Эти твари сгибали ноги под углами, невозможными для человеческих суставов, поднимая облака пыли по всему двору.
Бусины мощей на моём запястье стали такими горячими, что, казалось, могли обжечь мою кожу.
Тяжёлое ощущение в области ключицы.
И моё зрение уже полностью окрасилось в пылающий красный цвет.
- Куда мы бежим, хён?!
Услышав отчаянный крик Ли Сонхуна, я указал на металлическую конструкцию перед нами.
- Туда! В ту сторону!
Терять время посреди полностью открытого двора было равносильно самоубийству.
В то же время один из надзирателей, вырвавшийся вперёд, упёр в землю свою неестественно длинную руку и метнул тело вперёд - словно копьё.
— ГРААААААААХХХХХ!!
Сопровождаемый воплем, который, казалось, мог разорвать само пространство, монстр обрушился на наши головы.
Его целью был Ли Сонхун - тот, кто выглядел самым слабым.
- Двигай!
С рёвом, достойным дикого зверя, Пэ Хён-ю схватила Ли Сонхуна за шею и швырнула его в сторону.
Одновременно с этим выдвижная дубинка в её руке прочертила в воздухе огромную дугу.
Лязг!
Это не было похоже на удар о резину.
Это был звук двух кусков металла, столкнувшихся лоб в лоб.
Голова надзирателя изогнулась под жутким углом и с треском впечаталась в землю.
Но атака Пэ Хён-ю на этом не закончилась.
Она взмыла на несколько метров вверх и обрушила ногу на спину чудовища, уже наполовину вдавленного в грунт.
Раздался глухой треск, и позвоночник надзирателя разлетелся на куски.
- Не останавливайтесь! Осталось ещё трое!
Прокричала Пэ Хён-ю, с трудом переводя дыхание.
Мышцы её рук дрожали от напряжения.
Продолжая бежать, я бросил взгляд на Экстрактор эрозии, закреплённый на моей груди.
“40%...”
Даже в этом хаосе прибор продолжал высасывать энергию из двора, а шкала медленно ползла вверх.
Люди отчаянно борются за жизнь.
А машина безмолвно пожирает страдания, которыми пропитано поле боя.
Я стиснул зубы.
- Агент Чон! Слева!
От резкого крика Мин Дохёна я резко обернулся.
Сам того не заметив, я позволил двум надзирателям зайти в слепые зоны.
Тень у моих ног неестественно вытянулась.
Как раз в тот момент, когда одна из этих теней почти накрыла мои лодыжки, я резко изогнулся.
Кончики чудовищных пальцев мазнули по ткани, рассекая воздух.
Отвратительное ощущение пробежало по моему позвоночнику.
Инстинктивно я сжал белую костяную ручку в кармане.
“Это даже не настоящее оружие...!”
Затем, сопровождаемый криком, что-то описало резкую дугу над моей головой.
- Агент Чон! Лови!
Это кричал Мин Дохён.
Он швырнул короткий, увесистый нож.
Серебряное лезвие, рассекая воздух, отразило кроваво-красное небо.
Рука сама метнулась вперёд.
Клац!
В тот момент, когда рукоять легла в ладонь, я почувствовал, как холодная дрожь металла пробежала по моей руке.
Не колеблясь, я перехватил оружие и повернулся к одному из нападавших на меня надзирателей.
Удар!
Ощущения были не такие, как будто я протыкал твёрдый череп.
Скорее, это было похоже на погружение лезвия в мокрую грязь.
Нож глубоко вошёл между прутьями маленькой металлической клетки, вмонтированной в верхнюю часть головы надзирателя.
Грааааххх! Гррраааааххх!!
Крик монстра заставил мои барабанные перепонки вибрировать.
Холодная дрожь пробежала по лезвию и отдалась в запястье.
Изо всех сил я провернул руку и рванул лезвие вниз, к шее монстра.
Черная жидкость, похожая на смолу, яростно выплеснулась наружу, а красноватый огонек, мерцавший внутри клетки, погас без всякого сопротивления.
- Отвали от меня, ты, поносный монстр!
Я врезал надзирателю ногой в грудь и рывком выдернул нож.
Когда тело слабо отшатнулось назад, другой надзиратель уже бросился на меня, подняв карательное устройство в форме трезубца.
- Хён!
Крик Ли Сонхуна будто ножом полоснул по спине.
Как раз в тот момент, когда трезубец был готов пронзить моё плечо, передо мной возникла огромная тень.
Лязг-!
Пэ Хён-ю взмахнула выдвижной дубинкой и резко отбила зубья трезубца, издав пронзительный металлический визг.
От удара её запястье вывернулось, но она даже не дрогнула. Ударила монстра ногой в грудь и крикнула,
- Не стой как вкопанный!
Её крик привёл меня в чувство.
Я крепче стиснул нож и осмотрелся вокруг.
Упавшие тюремные надзиратели снова начали подниматься, их суставы издавали жуткие звуки, когда они сгибались.
Даже на дальнем краю двора всё больше чёрных теней начинали поворачиваться в нашу сторону.
- Агент Чон! Вон там! Лестница, ведущая на крышу того здания!
Мин Дохён указала на угол двора.
Там стояло старое административное здание, конструкция которого была неестественно искривлена.
Снаружи опасно свисала металлическая лестница.
Это был единственный доступный путь к отступлению.
Кольцо из надзирателей сжималось.
Орудия пыток в их руках зловеще поблёскивали под кроваво‑красным небом.
Ощущая холодный нож в руке, я толкнул Ли Сонхуна в плечо.
- Сейчас! Быстро!
В тот же миг я рванул вперёд, не жалея сил.
Мы бросились к ближайшему строению, где сбоку висела перекошенная металлическая лестница.
Чтобы оторваться от преследующих нас надзирателей, я взбегал по ступеням, перепрыгивая через три сразу.
Резко распахнул стальную дверь.
Я ждал, пока не убедился, что Пэ Хён-ю, Мин Дохён и, наконец, Ли Сонхун вошли.
Затем я со всей силы захлопнул дверь.
БАМ!
Хаос мгновенно исчез.
Осталось только наше дыхание.
Прислонившись к закрытой двери, мы все одновременно глубоко вдохнули.
Пыли и запаха крови было больше, чем кислорода.
От каждого вдоха горло горело.
- Все целы?
Мин Дохён заговорил первым, на его лице появилась измученная улыбка.
- Пока да.
Ответила Пэ Хён-ю, не сводя глаз с окрестностей.
Переведя дух, я тоже осмотрел комнату.
Административное здание представляло собой искривленный лабиринт.
Из перекрученных труб капала странная коричневая жидкость.
Свисающие с потолка люминесцентные лампы дрожали, словно умирающие животные, издавая болезненное мерцание.
“…До чего отвратительное место. Омерзительно .”
Следуя за Пэ Хён-ю, мы в тишине пересекли коридор и вошли в небольшой кабинет.
Опрокинутые столы.
Документы, превратившиеся в кашицу из‑за застоявшейся воды.
Среди этой гнетущей тишины я обострил все свои чувства.
Щёлк.
- Подождите.
Я даже не успел предупредить.
Тук.
Тук.
Тук.
Из-за стены донеслась сильная вибрация.
- ...Опять?
Пэ Хён-ю только успела перехватить дубинку поудобнее, как дверь перед нами с визгом распахнулась.
То, что появилось, было тюремным надзирателем, гораздо более крупным и жутким, чем предыдущие.
Его лицо расплавилось и свисало, почти касаясь груди.
А одна из его рук полностью превратилась в массивную косу.
Чудовище разинуло пасть.
- Назад!
Оно двигалось быстрее, чем успевали прозвучать слова предупреждения.
Его целью был Мин Дохён, который изучал стопку документов, потеряв бдительность.
- Мин Дохён!
Крик Пэ Хён-ю разнесся по комнате.
Но расстояние было слишком ничтожным.
Что‑то заставило мои мышцы действовать раньше, чем я успел подумать.
Наверное, я всё ещё хотел казаться порядочным взрослым человеком.
Я врезался плечом в Мин Дохёна и оттолкнул его.
В тот же миг что‑то тяжёлое врезалось мне в бок, на мгновение лишив способности чувствовать.
Вонзил.
Холодный пот струился по моей спине.
- ...Кхк.
- Хён!
Крик Ли Сонхуна пронзил мои барабанные перепонки.
Это была не просто царапина.
Кончик руки‑косы надзирателя отчётливо вошёл мне в бок.
Ощущение того, как это чудовищное тело, чёрное и проржавевшее, словно разъеденный металл, проникает в мою плоть, заставило мозг работать с пугающей ясностью.
Бам!
Дубинка Пэ Хён-ю ударила по ноге монстра, заставив его пошатнуться.
Воспользовавшись моментом, Мин Дохён пнул существо в голову и крикнул,
- Сейчас!
На его крик я одной рукой вцепился в свой кровоточащий бок, а другой схватил ручку металлической двери напротив.
БАМ!
Я распахнул дверь.
Остальные трое практически выволокли меня из комнаты.
Ли Сонхун всхлипывал.
Мин Дохён поддерживал меня.
А Пэ Хён-ю искала путь вперёд, прикрывая тыл.
- По ту сторону лестницы есть дверь! Вон там!
Мы неслись вниз по перекошенной винтовой лестнице, будто центр здания обрушился.
Пробегали мимо опрокинутых служебных окон и обрушившихся потолков.
Стиснув зубы, я бежал к последней двери.
Снова.
Чтобы выжить.
Когда мы распахнули её-
С другой стороны нас ждало совершенно другое место.
- Угх... ах...
Как только за нами закрылась дверь, я рухнул на пол.
В глазах плясали вспышки.
Кровь, хлеставшая из бока, пропитывала холодный пол.
Рана, которая до этого горела, сменилась ужасающим холодом, растекавшимся по всему телу.
- Агент Чон! Не теряйте сознание! Хён-ю, немостатик! Быстрее!
Напряжённый голос Мин Дохёна звучал откуда‑то издалека.
Пэ Хён-ю вывернула рюкзак и рассыпала содержимое аптечки.
Марля и компрессионные бинты легли поверх моей разорванной рубашки.
Это было бесполезно.
Рана, оставленная косой, была слишком глубокой, чтобы её можно было закрыть простыми бинтами.
Марля мгновенно пропиталась тёмной кровью.
Лужа под моим телом продолжала расти.
- Нет... Он теряет слишком много крови.
Голос Пэ Хён-ю дрожал.
Отчаянные взгляды всех троих были прикованы ко мне.
Рядом со мной Ли Сонхун зажимал рот, пытаясь сдержать рыдания.
Кулон на моей груди и мощи на запястье яростно вибрировали, будто пытаясь заменить всё более слабые удары моего сердца.
“…У меня нет выбора. Придётся использовать это. Я делаю это впервые. Видимо, придётся пожертвовать хотя бы одной костью.”
Под одеждой мои пальцы коснулись твердой, непривычной поверхности.
Белая ручка, сделанная из фрагментов кости.
Приветственный подарок, который менеджер Мён вручил мне, когда я вступил в компанию.
Милосердие Святой Матери.
- Для немедленной экстренной помощи нет ничего лучше. Если можно проникнуть прямо в рану, средство работает и при колотых, и при резаных ранениях.
Дрожащими руками я вытащил «Милосердие Святой Матери».
- Х‑хён… что это? Что ты собираешься делать…?
Сил не хватило даже на то, чтобы что‑то сказать Ли Сонхуну.
Я снял колпачок.
Показался острый костяной наконечник.
Стискивая зубы.
Затем я вонзил наконечник глубоко в кровоточащую дыру в боку.
- Хххнгх!
Я даже не мог закричать как следует.
Это было словно лить кипящее масло в рану, пока сверло перемалывает кости изнутри.
Хруст! Хруууст-!
По моему телу разнесся жуткий звук ломающихся костей.
Кости вокруг раны начали неестественно деформироваться, сдавливая моё тело.
После всепоглощающего ощущения голода, будто из меня выжимали каждую каплю костного мозга, разорванные органы и мышцы начали сплетаться, словно нити, чтобы закрыть рану.
- Что… что это, чёрт возьми…?
Дохён и Хён-ю в ужасе отшатнулись.
Мелкие костяные фрагменты выступили из моего бока, сшивая плоть, словно иглы.
Покрытая кровью кожа дрожала, насильно сращиваясь.
Весь процесс занял лишь несколько секунд.
Когда адская боль отступила, словно отлив, её сменило всепоглощающее чувство слабости.
- Хаа… хаа…
Голова закружилась.
Перьевая ручка упала на пол.
Рана зажила.
Вернее, она была восстановлена чудовищным образом.
Швы выступали, словно толстые рубцы.
А взамен каждая кость в моём теле дрожала.
У меня была жуткая уверенность: один удар - и что‑то сломается.
Я оперся дрожащей рукой об пол.
Рана исчезла.
Но часть меня явно была поглощена.
- Агент Чон… вы в порядке? Что это вообще сейчас было…?
Мин Дохён смотрел на меня с ужасом в глазах.
“Хорошо, что я ношу с собой лакомства для Белого и Пухлого Пушистого Комочка.”
Вместо ответа я порылся в кармане.
Вытащил конфету, сорвал обёртку и сунул в рот.
Сахар придал мне немного энергии.
Но из‑за анемии голова всё ещё кружилась.
- ...Я в порядке. Объясню позже.
Пошатываясь, я поднялся на ноги.
Рана затянулась, но всё тело хрустело и скрипело, будто изношенный механизм.
И всё же у нас не было времени на отдых.
Мы оглядели пространство вокруг.
За путём, полученным ценой части моей жизненной силы, перед нами разверзлась ещё более глубокая тьма тюрьмы Гансоль.