Самый сломанный

14 февраля. День святого Валентина.

Наверное каждому человеку ранним утром хотелось бы забить на все дела и никуда не вставать. Просто остаться в мягкой постели под тяжёлым одеялом или пледом, продолжая спать. Долго-долго спать. Не задумываясь ни о чём отдыхать и видить сны. Однако, люди встают. И делают это именно потому, что знают – и подобное решение может повлечь за собой последствия.

Вот и я встаю.

Умываюсь, завтракаю, надеваю школьную форму и беру свою сумку. Делаю всё то, что делал вчера и что буду делать завтра.

— Хару, доброе утро! — девушка помахала мне рукой ещё даже не подойдя.

— Хару? — спросил я вместо пожелания доброго утра.

— Ага. Тебе не нравится? — Фуми приложила указательный палец к розовым губам и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. — Придумала пока в метро ехала. По моему мило звучит!

— Да не то чтобы не нравится...

Я сдался, ведь и правда не имел ничего против прозвищ или сокращений имён. Насколько мне помнилось, подобным занимались многие девчонки в классе.

— Пойдём? — предложил я, протягивая свою руку.

— Угу!

Фуми энергично кивнула и просунула свою ладонь в мою, переплетя наши пальцы.

Не знаю правда ли её братик вчера болел, однако, похоже прошедший день пошёл девушке на пользу. Сегодня Фуми выглядела куда ярче и жизнерадостнее, а её чёрные, подобные ночному морю, глаза вернули себе прежнюю глубину.

Это то, что можно назвать подзарядкой? Раз я испытывал столь сильную усталость от постоянного притворства, то это должно быть верным и для Фуми.

Я всё больше убеждался, что моя девушка просто прогуляла школу, чтобы отдохнуть.

— Хару, а как день вчера прошёл? Скучал без меня?

— Конечно скучал.

— Да-а? — она протянула ехидно. — И как сильно?

— Так сильно, что видел твой силуэт в каждом проходящем мимо. Даже с закрытыми глазами мне мерещилось твоё лицо.

Фуми посмотрела на меня с недоверием и надула щёчки.

— Врёшь?

— Вру, — ответил я и моментально получил удар в плечо.

Было довольно болезненно. Ну, мне не стоило забывать, что Фуми всё же довольно спортивная девушка. Глядишь она меня так когда-нибудь и побъёт нехило.

Когда-нибудь... — Я чуть было не прикусил губу, но вовремя заметил этот порыв и остановился. — Точно. Мне не стоит забывать ещё одну вещь...

...никакого "когда-нибудь" у нас нет.

— Дурак ты, Хару.

Стоило мне вернуться из мира грёз, как густая молочная пелена спала с моих глаз. Я видел всё куда отчётливей, чем прежде. Видел грань лжи, за которой обрывалось моё с Фуми будущее.

Теперь её "Хару" не звучало столь нежно и мелодично в моих ушах. Оно резало слух, было похожим на скрежет звериных когтей по металлу.

Отвратительный лязг.

— Ха-ха, прости-прости.

Я неловко рассмеялся на недовольство Фуми и почесал затылок, притворяясь, что как всегда просто подтрунивал над ней.

— Ха-ару, а ты кстати помнишь какой сегодня день?

День. День... Ах, да. Этот день...

— День всех влюблённых, — проговорил я обыденно.

Фуми расцепила наши пальцы и перегнала меня на пару шагов, чтобы встать прямо по середине пути. Её ноги ступали легко и воздушно, казалось что девушка вообще ничего не весила.

Она прильнула ближе к моему лицу. Так, словно ныряла в водную гладь.

— Верно! Но я не слышу энтузиазма, Хару.

Я почувствовал, как моей груди что-то коснулось. Нечто небольшое и квадратное, похожее на какую-нибудь коробку. Мой взгляд опустился и подтвердил догадки. Стройные руки Фуми прижимали ко мне компактную красную коробочку, обёрнутую розовой лентой.

— Это мне? — спросил я, будучи самую малость ошеломлённым.

— Ну а кому ещё?

Фуми посмотрела на меня, как на дурачка и улыбнулась.

— Брать не будешь? Тогда отдам кому-нибудь другому.

— ......

Я раскрыл рот, но ничего не произнёс. Просто слова, которые я хотел сказать на самом деле, не имели смысла. Молчание длилось всего долю секунды, как я произнёс другую фразу:

— Разумеется возьму.

Видимо Фуми чувствовала, что отдавать мне шоколад в школе будет слишком уж смущающе. То, что её заботили подобные мелочи позабавило меня. Я даже задумался, а правда ли эта девушка была старше меня на целый год? Но в следующий момент, вспомнил все те разы, когда Фуми проявляла по истине зрелые черты.

В конце концов она всегда думала и говорила, а не обижалась, запираясь в себе.

В каком-то смысле это было странно, что уже и Усами набрался храбрости поговорить со мной серьёзно, а Фуми всё бездействовала и улыбалась.

Это не похоже на неё.

Топкая трясина, в которой я тонул, не позволяла мне разглядеть этого раньше, но сейчас я наконец-то заметил, сколь нетипичным было поведение девушки.

Она знает? Может Рюске рассказал ей...

Я отбросил свои откровенно бредовые мысли и убрал шоколад в сумку, прежде погладив Фуми по голове.

В первую очередь, парень точно бы не сделал такого после вчерашнего.

«Рюске, а можешь меня не бросать?»

«Благодаря кое-чьим нравоучениям, я теперь вижу настоящего тебя. А потому, оставлять не собираюсь.»

Я погрузился в свои мысли...

— Почему тогда в твоих глазах столько боли? — спросил парень с серебристыми волосами, тем самым загнав меня в тупик.

Я не нашёл в себе ответа или даже сил для него... Просто стоял в расфокусе, глядя не пойми куда.

— Кохару... Я понимаю, что уже поздно думать о других способах, — осторожно начал юноша. — Но я просто хочу узнать о чём ты думал.

От моего имени, слетевшего с губ Рюске, у меня затряслись поджилки. А ведь с момента, как я попытался сильнее сблизиться с этим человеком прошло уже порядком времени. Он в итоге не стал звать меня по имени и тогда я понял, что возможно для него это было верным решением.

Рюске провел черту.

И всё же, отчего-то именно сейчас он решил её стереть. Показать свою готовность сделать шаг вперёд.

— Мне не даёт покоя боль в твоих глазах. Ты правда зло, Кохару? А может это всего навсего роль, которую ты решил примерить?

— Я..я... — во мне что-то щёлкнуло. — Я... просто хотел уберечь её.

И за этим последовал довольно логичный вопрос:

— Почему именно так?

Как только понял, что Рюске не собирается меня отвергать, даже более того, хочет принять и остаться моим другом, я больше не смог закрываться. Мне захотелось вывалить из себя всё скопившееся, несмотря на то, обманывают меня чувства или нет. Моё сердце радовалось – по крайней мере с одним человеком я мог быть откровенен.

— Знаешь, Рюске. Когда смотришь на ситуацию со стороны, то можешь придумать хоть сотню вариантов лучше того, который был выбран изначально. Вот и здесь так, мне в голову начали приходить различные идеи, но было уже поздно. В конце концов, поначалу у меня был лишь один план. И только к нему я возвращался каждый раз, как бы не старался придумать что-либо иное.

— А с Фукой? Что теперь с ней будет? — вопрошал Усами.

— Мы расстанемся. На постановке театрального клуба в марте она узнает правду и разочаруется во мне. До этого времени я постараюсь максимально ей помочь.

В воздухе повисла тишина. Мне и так было тяжело произносить все эти слова, но по особому меня добило то, что пришлось вслух признать наше с Фуми расставание. Теперь это событие обрело свой вес в реальном мире. Раз оно озвучено – точно обязано произойти. И Рюске живой свидетель этого.

— Тебя это устраивает? — подобным вопросом он скорее подначивал к отрицанию, нежели согласию. — Разве ты не любишь её?

Я посмотрел на небо, как бы желая найти в нём свой ответ, но увидел лишь потемневшие к вечеру облака.

Хорошо что моя голова была поднята к верху, ведь так слёзы не могли пролиться по моему огорчённому лицу.

— Люблю. И нет, не устраивает. Совсем не устраивает.

— Тогда сделай что-нибудь! — проголосил Рюске, будто обиженный ребёнок.

Однако подобного бы ни за что не хватило, чтобы заставить меня поменять своё мнение. За всё в этом мире есть наказание – таковым было моё убеждение. И чтобы жить дальше, жить не оглядываясь всё время на прошлое, жить с высоко поднятой головой, мне нужно это наказание понести.

Я не знал вынесу ли подобного, и всё же собирался встать на путь искупления.

— Рюске, раньше я не говорил тебе об этом, поэтому ты и без понятия, но... какое-то время я боялся признаться Фуми в своих чувствах.

— Боялся, — повторил он тем же тоном, что и я. Так, будто пытался поставить себя на место меня и прочувствовать, терзающие моё сердце чувства.

— Да. Я хочу поведать тебе часть своей жизни. Рассказать историю о Весне...

...Весне, отвергнутой ею.

Мои губы скривились в полуулыбке и тогда я попросил:

— Выслушаешь меня?

Стоило припомнить эту фразу, как картинки в голове принялись разбредаться по углам, освобождая место дониманиям извне.

Меня тормошила Фуми.

— Эй, Хару! Ты вообще слушаешь?

— А, да, — потерянно откликнулся я. — Э-э, погуляем сегодня, верно?

"Бам" "Бам" "Бам" — по моему плечу пришлось три молнеиносных удара, а за ними вдогонку громкое: «ДУРАК»

Я весь вспереполошился и отпрыгнул на несколько шагов назад, стараясь выйди из-под шквала яростных атак.

— Прости! Прости, Фуми, — размахивая руками в стороны, я заявлял о полной капитуляции. — Я правда не слушал, прости!

— Дурахару.

— Да, да, признаю, — медленно, не теряя осторожности, я подходил к девушке. — Так... о чём ты говорила?

Фуми скрестила руки на груди и косо взглянула на моё ничего не понимающее лицо.

— Зайдёшь сегодня... — раздался её щелковистый голос.

— Зайду... Куда?

А её мягкие на вид щёки стали пунцовыми.

— ...ко мне.

Лишь по одной манере речи я понял, что в этом предложении крылось нечто большее. В моих ушах застучало. Каких-то два слова разнеслись эхом по вмиг опустевшему сознанию.

Это опасно.

— З-зайду.

Но и отказаться я не могу.

***

Когда время подошло к вечеру, я собрал свои вещи и покинул класс. Фуми сказала подождать её у ворот. Вроде учитель попросил её помочь с распечатками или чем-то в этом роде. Я особо не вдавался в подробности и просто согласился.

— И как мне понимать тот взгляд?

Я бубнил себе под нос всё, что приходило в голову. Однако меня на самом деле беспокоило, увиденное среди чёрных волн, жаркое желание.

Фуми явно замыслила что-то сделать и из вариантов у меня было всего два: приличный и не очень. Тем не менее, я был почти уверен, что ни один из них не принесёт мне ничего хорошего.

Моё задумчивое лицо всё больше хмурилось на каждом повороте домыслов и, скорее всего, пугало мимо проходящих учеников. Жаль, но я ничего не мог с этим поделать, ведь был слишком погружён в себя, чтобы снова лицедействовать.

Примерно в таком настрое я и добрался до ворот, где внезапно оцепенел, не успев прождать девушку и пары минут.

Вместо Фуми мне навстречу вышел Хикари Иидзума.

На нём была надета повседневная одежда, а его волосы казались куда растрёпанее тех, что я сохранил в своей памяти. Парень больше не производил на меня того впечатления, что раньше. На каких-то пару мгновений я успел засомневаться – а правда ли человек передо мной тот самый Иидзума? Два образа просто не могли сложится в нечто единое внутри моей головы.

«Что-то не так» — подобное чувство поднялось из самых дебрей подсознания.

Бывший Ас прошёл мимо, не удостоив меня и беглым взглядом, отчего я просто взбесился. Мои глаза налились кровью и, развернувшись к уже вышедшему с территории школы Иидзуме, я проревел:

— ЭЙ! ТАК НИЧЕГО И НЕ СКАЖЕШЬ?

......

Мой крик погиб в прохладном зимнем воздухе.

Хикари лишь немного повернул свою голову и едва заметно улыбнулся. Больше он не сделал ничего. Просто ушёл, так и не произнеся и слова.