Одноглазый Верн махнул рукой в сторону начавшегося беспорядка и один из кочевников, стоящих за его спиной, тут же перепрыгнул через перила балкона, оттолкнувшись от них рукой.
– Убрать оружие! – рявкнул Одноглазый Верн.
Его окрик перекрыл шум в зале. Услышали и охранники, которые успели достать свои тесаки. Мужчины с кислыми лицами закинули оружие в ножны и выискивали момент, чтобы приблизиться , но дебошир не предоставлял им такого шанса.
– Вот и возможность появилась, – бросил Алис и метнулся к игровым столам, расталкивая вставших на его пути.
– Стой, демоны тебя побери! – крикнул Войте, но Алис даже не обратил на него внимания.
Он успел добраться до дебошира на секунду раньше человека Верна. Вблизи разбушевавшийся игрок оказался ещё больше, чем показался в начале. Ростом с Алиса, по ширине мужчина превосходил его почти в два раза.
«Могуч», – восхитился Алис, подныривая под летящий стул и заходя ему за спину. Захватив взбесившегося матроса за шею, он пытался вытянуть его на себя, но это оказалось непросто из за его габаритов и веса.
В этот момент перед ними возник человек Верна. Он молниеносно перехватил руку нападавшего, накрыв запястье и дернул в сторону. Мужчина со стоном выронил стул и прекратил сопротивление. Его лицо исказилось в гримасе отчаяния.
Алис успел заметить, как кочевник вплотную приблизился к мужчине и что то сунул ему за пазуху.
– Уходи, – шепнул он на грани слышимости.
Охранники воспользовались моментом и подлетели к мужчине. Скрутив ему руки за спиной, они потащили его к выходу. Тот не сопротивлялся, полностью исчерпав свой запас ярости и только еле еле переставлял ноги.
По залу пошел гомон:
– Это же новый телохранитель Верна...
– Не, не, не! Их на самом деле трое.
– Я видел, как они уделывали чемпионов в боях...
– Я вот сразу всё понял и деньги на них ставил – Верн бы не нанял слабаков. Хорошо наварился. Пати облажался по полной, когда схлестнулся с Молчуном. Думал, что это лёгкая добыча, а в итоге до сих пор лечится, кретин.
Алис с любопытством рассматривал телохранителя Одноглазого Верна. Тот был чуть ниже его самого и несмотря на многослойные одеяния, скрадывающие очертания фигуры, показался Алису стройным. Лицо кочевника, помимо капюшона, оказалось прикрыто тканевой маской, прикрывающей нос и рот. Открытыми оставались только выразительные карие глаза, холодно наблюдающие за Алисом.
– Ты герой! Без тебя бы он тут все разгромил. Давай я тебя угощу выпивкой? – Простодушно улыбнулся Алис.
Ничего не ответив, телохранитель отвернулся и уже собрался уходить, когда Алис, ухватил его за плечо:
– Погоди, друг...
Телохранитель резким движением скинул руку и повернулся к Алису. Он застыл на месте, будто чего то ожидая, но прочитать его эмоции было невозможно.
– Я заплачу за твою выпивку. Всё, что закажешь, за мой счёт.
С балкона раздался смешок Одноглазого Верна. Затем, издевательски ухмыльнувшись, он прокричал, так что слышно было всем в зале:
– Парень, он тебе не ответит – это же Молчун. И ты ухватил его за плечо. Придется ответить за оскорбление. Освобождайте ринг! Делайте ставки, друзья! Делайте ставки! – Взревел он и зал наполнился возбужденным гулом голосов.
Вокруг Алиса начали собираться охранники. Их мрачные лица и руки, демонстративно лежащие на эфесах, давали понять, что сбежать отсюда, они не позволят.
Алис усмехнулся про себя: «Кто кого ещё поймал. И как вовремя сошлись звезды. Познакомиться с приближенным Одноглазого Верна лично, в первый же день, большая удача».
Рядом с ним возник Войте и резко спросил:
– Что происходит?
– Ну, видимо, подготовка к бою, в котором один из соперников участвует не совсем добровольно.
– Ты действительно собираешься драться с этой раритетной диковинкой? – Войте кивнул на кочевника, который уже успел отойти в сторону.
Алис передал ему куртку и ножны, затем, закатал рукава рубахи:
– А почему нет? Такую возможность надо ценить. Сам же сказал, что он диковинка. Заодно узнаем из чего слеплены южные кочевники.
– Будь с ним аккуратнее. Не увлекайся и не оскорбляй хозяина заведения.
– Сделай ставку на меня. – Хлопнул его по плечу Алис. – Я слышал, он местный чемпион. Поэтому у тебя будет возможность вернуть хотя бы часть денег, которые ты просадил у Лилии.
Толпа подхватила Алиса с Молчуном и понесла к центру зала. Алис легко запрыгнул на помост, снял с пояса ножны и бросил Войте. Молчун так же отложил оружие в сторону и по периметру начал обходить импровизированную арену.
– Эй, хозяин! Что я получу, если выиграю? – крикнул Алис.
– А что ты хочешь? – Насмешливо спросил Одноглазый Верн.
– Попробовать блюда и выпивку за твоим столом!
Одноглазый рассмеялся такой наглости и согласно кивнул:
– Хорошо! Если сможешь уйти с ринга на своих ногах, станешь моим почетным гостем.
Толпа сгрудилась вокруг помоста. Выкрикивая, они совали монеты, мужчине с мелкими чертами лица, похожими на крысиные, который быстро установил рядом с помостом стол и теперь торопливо записывал принятые ставки и имена участников.
Телохранитель Верна уже успел несколько раз медленным шагом обойти помост по периметру, вглядываясь куда то в собравшуюся внизу толпу, когда все ставки были приняты и прозвучал гонг.
Молчун, как показалось Алису, со скукой во взгляде развернулся к нему и начал медленно приближаться: «А ты самоуверен. Сталкивался только с местными отбросами?».
Рванувшись на встречу, Алис нанес пару быстрых ударов руками в голову, прощупывая соперника. Тот легко от них уклонился и разорвал дистанцию. Толпа взревела.
Неожиданно Молчун скопировал движения Алиса и повторил его связку. Сбивая удары, Алис почувствовал, как тело наполняется предвкушением и жаждой победы. Было нечто искушающее в реве толпы, которая не сводя глаз, смотрела на двоих соперников, кружащих по рингу. Когда то давно, с таким же восторгом и уважением на него смотрели Сияющие. «Тщеславие – слабость, помни об этом», – одернул он себя.
«Посмотрим, на что ты способен, южная диковинка». Алис нарастил темп и начал осыпать противника жесткими ударами. К его удивлению, Молчун легко и даже изящно уходил от каждого, где то подныривая под удары, а где то сбивая с траектории легчайшими движениями, но сам не нападал.
Алис атаковал и выжидал ошибки Молчуна. Спустя пару минут, наконец представился шанс: кочевник, отступая, уперся спиной в ограждение импровизированного ринга.
Решив, что противник по сравнению с ним слишком лёгкий и этим грех не воспользоваться, Алис сократил дистанцию и вошёл в клинч, прижимая парня к ограждению. По его руке чиркнул острый край браслета Молчуна, когда тот попытался сместиться в сторону и разорвать хватку.
Алис ощутил, как по запястью потекла кровь. Впервые за долгое время он почувствовал циркулирующую в воздухе энергию Ом. Мимо потек тоненький ручеёк, минуя обруч, сдавливающий шею. Ни наполнить себя энергией, ни преобразовать её он не мог. Только чувствовать и тянуться к ней.
На долю секунды Алис отвлекся и ослабил хватку на противнике.
«Не вовремя, демоны побери!».
Молчун рванулся в сторону и оттолкнувшись ногой от перилл, перекатился к центру помоста.
Алис отрезал от себя все посторонние чувства и сконцентрировался на сопернике. Взгляд кочевника изменился до неузнаваемости: невозмутимость сменилась яростью. Молчун перетёк в широкую низкую стойку и в приглашающем жесте махнул Алису рукой.
Шагнув навстречу, Алис напоролся на град ударов. Несколько из них скользнули по лицу. Молчун взвинтил темп боя и не планировал останавливаться. Каждая контратака Алиса натыкалась на жесткие блоки, которые оставляли на предплечьях синяки. Кочевник изменил рисунок боя до неузнаваемости – казавшийся до этого легким и невесомым, он перешел к грубым, силовым атакам, не вязавшимся с его габаритами.
Молчун вдруг резко разорвал дистанцию и при попытке Алиса атаковать, встретил его прямым ударом ногой в живот. Не ожидавший подобного, из за того, что до этого они бились только на кулаках, Алис, не успел заблокировать атаку и его отшвырнуло назад, к центру помоста. Молчун попал чуть ниже солнечного сплетения, но этого хватило, чтобы дыхание сбилось, а внутренние органы сделали кульбит.
Шутки закончились. Алис откатился в сторону и по дуге начал обходить Молчуна, не позволяя тому приблизиться и используя это время, чтобы восстановить дыхание.
«Ну же, давай, подходи».
Молчун медленно приближался.
«Сейчас!» – Алис молниеносно атаковал, больше не сдерживаясь. Но прямой удар в голову провалился в пустоту, когда кочевник сместился чуть в сторону, незаметно сокращая расстояние.
Предплечьем, вкладывая весь свой вес, Молчун ударил в шею, вместе с этим подсекая ногу Алиса.
Жесткое столкновение с поверхностью окончательно перекрыло доступ кислорода к лёгким Алиса. Поток Ом, который он до этого ощущал, растворился, полностью заблокированный Чёрным листом. В открытое лицо летел добивающий удар.
Раздался треск.
Зал погрузился в гробовую тишину...
Уже несколько минут, Алис пытался наполнить лёгкие воздухом и вернуть гортань на место. Когда это удалось, он с трудом перевернулся на бок и увидел в помосте в нескольких сантиметрах от своей головы сквозную дыру.
Рядом с ним, опустившись на колени, сидел Молчун. Он пристально разглядывал Алиса, словно тот был диковинной зверушкой. Рука, которой кочевник опёрся на пол, походила на кровавое месиво, но, похоже, его это не волновало.
Алис покрылся холодным потом, когда представил, что на месте той доски могла быть его голова. Весь литературный язык полностью выветрился и все его мысли формулировались только в форме отборных ругательств...
Молчун поднялся и протянул руку.
Алис оперся на локоть и осоловело посмотрел на ладонь с длинными, изящными пальцами, костяшки которых уже начали опухать и были покрыты потеками крови. Стараясь не задеть кисть кочевника, он ухватился за его предплечье и встал на ноги.
Молчун подобрал перевязь с саблей и спрыгнул с помоста, не обращая внимания на взорвавшую криками толпу, расступающуюся перед ним.
Болельщики бесновались:
– Я выиграл!
– Я ставил на Молчуна. Надо было больше ставить...
– Другого результата и быть не могло...
– Крыс, гони деньги, моя ставка сыграла!
Крики прервал звук гонга. Одноглазый Верн оскалился в хищной улыбке:
– Объявляю результаты боя!
Все притихли и по залу поползли шепотки:
– Да всё и так ясно. Конечно Молчун победил...
– Тот парень был хорош. Ещё бы чуть чуть...
Их прервал голос Одноглазого Верна:
– Объявляю ничью.
– Да как так то? Он же его уделал! – Возмущению зрителей не было предела.
– Молчать, – рявкнул Одноглазый Верн. – Соперник Молчуна вон стоит, живой и здоровый. По правилам, если соперники покидают ринг на своих двух, объявляется ничья. Ничья, я сказал!
– Парень, ты мне понравился. Хоть ты и не выиграл, но дрался достойно. Иди, выпей со мной, – крикнул Верн Алису.
*****
Алис сидел за столом Одноглазого Верна и украдкой потирал шею. Молчун уселся у дальнего края стола и влажной тряпкой промокал травмированную руку. Второй телохранитель, которого хозяин ложи представил, как Мрачного, с отсутствующим видом сидел рядом с Молчуном и крутил в руках кинжал.
Верн поднял свой бокал и торжественно объявил:
– Ну что, парень, ты добился своего – ты здесь. Давай же выпьем.
Алис улыбнулся и поддержал тост.
– Как тебя звать и откуда ты такой талантливый взялся? – поинтересовался Верн.
– Я – Лин. Недавно приехал в Туманы из Ларина.
– Ларин? Что то не припомню.
– Это небольшой городок к западу отсюда, – протянул Алис.
– Неплохо. – На лице Одноглазого Верна вдруг расплылась хищная улыбка. – Кстати, ты первый, кто ушел на своих ногах от моего телохранителя.
– Может, он позволил мне уйти на своих двух?
– Может... Видимо ты ему понравился, да Молчун?
В ответ телохранитель отрицательно помотал головой и начал наматывать ткань на поврежденную руку.
Одноглазый Верн разразился счастливым смехом:
– Чтоб все тебе так не нравились. Скоро я уже не смогу получать с твоих боёв ни монетки. Если никто не будет ставить против тебя, какой тогда в этом смысл? И ты тоже! – Кивнул он в сторону второго телохранителя. – Хоть раз то, можно проиграть?
Мрачный подбросил кинжал в воздух и поймав его, с треском засадил в стол, после чего прошипел, слегка протягивая гласные в словах:
– А больше ты ничего не хочешь?
В таких же одеждах, как и Молчун, он был выше того и шире в плечах. Из за маски сверкнули голубые глаза, способные взглядом заморозить.
Верн в миротворческом жесте поднял руки:
– Ну не злись, я же ради вас стараюсь. Вы так же получаете процент со ставок.
– Верн, если ты ещё хоть раз, так же как сегодня кинешь... Кинешь моего брата в бой, клянусь тебе всеми твоими богами, в следующий раз на ринге я начну убивать. На этом твои навары на ставках закончатся. И не только навары.
Алис смотрел на эту перепалку и не мог понять взаимоотношений этих людей. На хозяина и подчинённых они явно не походили, слишком самоуверенно вел себя Мрачный и слишком Верн пытался сгладить ситуацию, для того, кто платит.
– Успокойся. Молчун, вот он, живой, здоровый и даже денег за вечер поднял. – Попытался оправдаться Верн.
– Хватит нести... – рявкнул Мрачный и с ошарашенным видом замолчал, когда ему по затылку прилетела затрещина от Молчуна.
Мрачный с округлившимися глазами глянул на брата. Тот в свою очередь поднёс указательный палец ко рту и шепнул:
– Тише.
Голубоглазый кочевник сглотнул и уперся взглядом в стол. Молчун поднялся из за стола и с неожиданно изящно поклонился Верну, будто принося извинения. Одноглазый Верн кашлянул и понимающе кивнул.
Алис, наблюдавший эту сцену изобразил на лице равнодушие и попенял сам себе, что во время учебы у Дарующих знание не уделял достаточно внимания изучению культуры и традиций народностей, населяющих империю. В юности он был уверен, что такие знания могут пригодиться торговцу, ведущему дела в разных уголках империи, или на худой конец наставнику Дарующих знание, но никак не члену боевого ордена.
Но теперь, сидя с этими людьми за одним столом, он совсем их не понимал. Как не понял той вспышки гнева, когда дрался с Молчуном и которая так же резко утихла.
Телохранители так и не сняли масок и не прикоснулись ни к еде, ни к питью. Забинтовав руку, Молчун отошел ко входу в ложу, а Мрачный встал у занавески, внимательно наблюдая за залом внизу. Больше ни один из них не проронил ни слова. Они, словно статуи, неподвижно застыли на своих местах.
Алис рассыпался в комплиментах Одноглазому Верну и как только у того пустел бокал, подливал ещё. Сам же только пригублял и с блаженной улыбкой слушал бессмысленные, словесные излияния Верна.
«Где ты ещё найдешь такого же благодарного слушателя, как я, Одноглазый? Цени это время».
Наконец, Верн устав чесать языком, спросил:
– Хэй, Лин, а почему ты решил приехать в наше захолустье? Я смотрю, драться ты умеешь, а вот лишних монет у тебя точно нет.
Алис изобразил стеснительную улыбку и ответил:
– Господин, я уже говорил, что приехал из Ларина. Мой папаша держал небольшой ювелирный магазинчик. Продавал в основном украшения из серебра и полудрагоценных камней. На жизнь хватало. Он даже оплатил мне обучение у Дарующих знание, чтобы я потом смог занять его место за прилавком. Меня выучили счету и письму.
– Ты и грамоте обучен? Вот это талант, – поразился Одноглазый Верн.
– Да, – вздохнул Алис, – но потом, его демон попутал, папаня начал пить и просаживать все деньги. А после, старый хрыч заложил магазин. Пропил последнее, хрен ушастый. Мать от душевных терзаний сгорела за год, а я подался в стражники. Магистрат, хоть и не много, но платил.
– Так здесь то, ты как оказался?
– В печали по пьяни подрался со старшиной и меня вытурили, предварительно всыпав пятнадцать плетей.
– Это было излишне жестоко.
– Да. Потом я пробовал наниматься к торговцам, но там свои порядки. Если не заплатишь главному по охране каравана, то кукиш тебе, а не работа. А откуда я монет на взятку наскребу, если и ищу работу, чтобы их заработать? И тут я вспомнил, как батя упоминал, что в Туманах живет его родственник по маме. Не близкий, но все же... И тоже держал магазинчик.
– И ты решил податься к нему? – Понимающе кивнул Одноглазый Верн.
– Да. Папаня говорил, что его зовут Ортран Вилан.
– И как? Нашел?
– Нет, господин. Обратился в магистрат, пришел вроде на нужную улицу, но там никого не было и соседи ничего мне не ответили. И смотрели они на меня как то странно, будто у меня рог на лбу вырос.
– Как тесен мир... Удивительно... – Пробормотал Одноглазый Верн, – Хороший человек был Ортран, правильный.
– Вы знали его?
– А как же. Знал.
– Почему был? Года три назад, от него вроде, письмецо папане приходило.
Одноглазый Верн осушил до дна бокал и уставился пустым, немигающим взглядом на стену:
– Умер он. И всю семью с собой на тот свет прихватил. Я вот только вчера узнал, что больше нет его. Да не отвернет от него взгляд богиня Ами и дарует покой. Уважал я его.
Алис изобразил вселенскую скорбь и так же слегка заговариваясь, заголосил:
– Как же мне теперь быть то? Что же мне, теперь домой возвращаться ни с чем? Кто ж меня за прилавок то, без поручительства поставит.
Сдернув с третьей попытки с пояса кошелёк, Алис размашистым движением, присущим пьяным, высыпал содержимое на стол и начал его перебирать. Пара мелких серебряных монет, соседствовала с горстью медяков. Так же на стол выпали два серебряных колечка, выделяющихся тонкой, искусной гравировкой и инкрустированных аметистами. Алис сгреб их и протянул Одноглазому Верну:
– Это всё, что осталось от моего непутёвого папаши. Вам отдам последнее, только помогите, подскажите что делать!
Одноглазый Верн, словно нехотя, забрал кольца и начал их рассматривать. Пьяная пелена с его глаза куда то исчезла и зажегся жадный огонёк. Он поманил Алиса к себе пальцем и тихо произнёс:
– Пол года назад к Ортрану приехал племянник с женой. По старой дружбе, я помог приобрести им помещение под книжный магазин на пересечении Садовой и Стражницкой улиц. Как же зовут? Фамилия еще у него такая интересная... Феракс... Форакс... Нет не так. О, вспомнил – Лэрт Флоракс. Ты сходи к ним, может чем и помогут. Магазин не маленький и возможно им нужны работники. – Кольца исчезли в кармане Одноглазого Верна, будто их и не было.
Алис уже несколько минут рассыпался в благодарностях, когда в дверь постучали и на пороге возник крепкий, бородатый мужчина. Одноглазый Верн приглашающе махнул тому рукой и проговорил:
– Ну всё, парень. Обещание своё я сдержал. Пора прощаться.
Алис понятливо встал из за стола и неуклюже кланяясь на каждом шагу, попятился к двери.
У двери попытался похлопать по плечу Молчуна, но тот увернулся и как показалось Алису, еле сдержался, чтобы не выхватить саблю.
Вышел он, шатаясь от стены к стене, как подобает пьяному. В общем зале громко окликнул Войте и поплелся к выходу, накинув на голову капюшон и скрыв под ним усмешку.