В юго-восточной части Империи Баркардия протекает величественная река Белое Облако, над которой возвышаются отвесные скалы.
Это место отличается тем, что здесь часто бушуют бури маны, отчего в народе его прозвали Грозовыми скалами.
Жить в столь суровом краю людям явно нелегко.
Тем не менее на вершине этих крутых утёсов высится каменная башня, которую можно назвать разве что древней.
Имя ей — Магическая башня.
Для тех, кто шёл по пути магии, исследуя заклинания и стремясь к знаниям, она была обителью, где безраздельно предавались своим страстям и где собирались исключительно так называемые гении или, как минимум, вундеркинды.
А в покоях главы башни на самой вершине, в месте, которое внутри называли «Безграничной библиотекой», обитала бесспорно величайшая волшебница Империи Баркардия.
Звали её Амелия Люминис.
С элегантно уложенными тёмно-фиолетовыми волосами и багрово-чёрными глазами, она производила настолько глубокое интеллектуальное впечатление, что казалась существом из другого измерения.
— Глава башни, касательно той новой техники заклинаний, о которой я упоминала ранее... Похоже, им требуется дополнительное финансирование исследований. Сэр Люс обратился с прямой просьбой.
Женщиной с бледно-зелёными волосами, которая пришла к ней с докладом, держа в руках стопку документов, была Бланш Ладнер.
Будучи одной из немногих первоклассных волшебниц среди старших магов Магической башни, она занималась практическими вопросами управления и повседневными делами.
Также её считали правой рукой нынешней главы башни, Амелии.
— Передай им, пусть берут.
— ...И почему вы снова не в духе?
— Я в духе.
— Любому видно, что вы надулись. Вы не просто подпираете подбородок рукой — у вас всё лицо скривилось.
*Ха-а...*
Вздохнув, Бланш оставила попытки допытаться.
Не было никакого смысла расспрашивать эту особу, чья гордость не просто взмывала до небес, а касалась самого их края, столь окольными путями.
Оставалось лишь делать вид, будто ничего не замечаешь, пока та сама не заговорит.
— Что ж, если больше ничего нет, я пойду...
— Погоди, постой.
— ......
Как и ожидалось.
Стоило ей отвернуться, демонстрируя потерю интереса, как голос заставил её замереть на месте.
Вновь вздохнув, словно заранее зная, что так и будет, Бланш повернула голову, не меняя выражения лица.
«Если всё равно собиралась спросить, к чему было это притворство?»
— Слушай, а от моей ученицы случайно не приходило писем или чего-то подобного?
Так вот в чём дело.
Увидев, как та колеблется, прежде чем перейти к сути, Бланш наконец поняла, почему Амелия пребывала в таком унынии.
— ...Нет, ничего не приходило. К тому же вы лучше кого бы то ни было знаете, что ваша ученица не из тех, кто станет слать письма с приветствиями, глава башни.
— Как ты смеешь болтать о моей ученице, ничего о ней не зная!
— Прошу прощения, но именно это вы сами и сказали две недели назад, глава башни.
— Мне можно это говорить! А тебе нельзя!
— ......
«Ах, может, мне просто уволиться?»
Бланш поймала себя на том, что нащупывает в кармане заявление об увольнении, которое теперь носила с собой как талисман.
Она ведь шла в это место, в Магическую башню, ради глубоких исследований магии.
Как же так вышло, что она превратилась в няньку для этой ребячливой главы башни?
«Не нужно было мне тогда слушать те речи».
Проблема крылась в том времени, когда её только выбрали старшим магом и она с готовностью поверила словам одного из старейшин.
Мол, должность секретаря главы башни сулит в дальнейшем щедрое финансирование личных исследований.
А поскольку она сможет вблизи наблюдать за изысканиями самой главы башни, это окажется полезно во многих отношениях — услышав такое, она практически сама вызвалась на эту должность.
И это стало самым прискорбным поступком, который она совершила за те примерно пятнадцать лет, что провела в Магической башне.
— В любом случае, никаких писем не поступало.
Когда Бланш намеренно подавила гнев и заставила её взглянуть в лицо реальности, Амелия принялась капризничать.
— Неблагодарная девчонка! Ладно бы в другое время, но во время летних каникул — и вместо того, чтобы навестить благородную особу своего ниспосланного небесами учителя, она даже ни разу не связалась со мной!
— Пожалуйста, прекратите так делать на стуле. Вы хоть знаете, сколько стоил тот стул, который вы сломали в прошлый раз?..
Глядя, как глава башни яростно ёрзает на просторном стуле, словно бьющаяся в истерике маленькая девочка, Бланш прижала ладонь ко лбу.
Ей было неловко от того, что в обществе эту особу именовали Весами и превозносили как величайшего мастера магии на всём континенте.
Разумеется, это было оправданно.
Сколько бы Бланш ни считала Амелию незрелым ребёнком, который, похоже, забыл о собственном возрасте, она никогда не недооценивала её магические способности.
Напротив, именно из-за осознания того, насколько выдающейся личностью являлась Амелия, этот диссонанс заставлял её содрогаться.
— Опять вы за своё? В прошлый раз вы с таким невозмутимым видом говорили: «Раз уж она уехала в Академию, дальше всё зависит от неё самой»...
— То было тогда, а это сейчас! Что бы она там ни делала — это её воля, но как минимум она обязана регулярно связываться со своим учителем!
— Даже самая заботливая мать не была бы столь преданной.
— Я и мать, и учитель для этого ребёнка! Исполнять две роли одновременно — это вполне разумно!
Звучало это на удивление логично, что раздражало ещё сильнее.
К тому же Бланш прекрасно знала об особых отношениях между Амелией и Нериэль, так что отрицать это было трудно.
— Эх, если вы так переживаете, почему бы вам самой не навестить её? Какой толк устраивать истерики, сидя в Магической башне?
Не в силах больше терпеть, Бланш позволила этим словам сорваться с губ подобно жалобе.
Конечно, она понимала.
Если только глава башни не сошла с ума, бросить текущие исследования и многочисленные обязанности в Магической башне ради того, чтобы мчаться в Академию ради одной ученицы, было бы переходом всех границ.
По сути, это был лишь намёк: «Если вы не готовы зайти так далеко, то ведите себя тихо».
*Бах!*
— О боже! И почему мне это в голову не пришло?!
— ...Простите?
Но, судя по всему, любовь этой главы башни к своей ученице оказалась куда более безумной, чем можно было предположить.
Словно озарённая гениальной мыслью, Амелия хлопнула по столу и мгновенно вскочила со своего места.
Пока Бланш ошеломлённо смотрела на неё, Амелия легко щелкнула пальцами.
— Бланш, немедленно свяжись с Академией. Передай им, что я проведу ту лекцию, о которой они настойчиво просили последние два года.
— Погодите секунду, глава башни. Вы хоть знаете, сколько сил я потратила, чтобы отклонить это предложение, а теперь...
— Значит, тебе больше не придётся над этим потеть. Отправь ответ завтра. Канцлер наверняка обрадуется, что сохранил лицо, верно?
— ......
Разумеется, Канцлер придёт в восторг.
Ещё бы, ведь ему удалось пригласить величайшую волшебницу континента в качестве лектора.
Вот только расхлёбывать все последствия придётся именно Бланш.
Документы в её кабинете и так уже громоздились горами, а теперь ей придётся разбираться ещё и с той дополнительной работой, что накопится за время отсутствия Амелии.
«Я, должно быть, сошла с ума».
Зачем она озвучила столь нелепую мысль перед этой особой?
Она лучше кого бы то ни было знала, что эта женщина ринется вперёд без оглядки, если ей что-то придётся по душе.
Неужели она зря открыла рот и лишь усугубила собственные страдания?
— Ах да, я плохо знаю те края. Тебе придётся поехать со мной, так что имей в виду.
— ...У меня много работы.
— Сделаешь, когда вернёмся, разве нет?
— Могу я по возвращении также написать заявление об увольнении?
— Ты уже подписала пожизненный контракт на службу Магической башне, так о чём вообще речь?
— И то верно, подписала.
Когда её выбрали старшим магом, её соблазнили обещаниями следующей должности старейшины, поэтому она и подписала этот договор.
Вновь осознав, что это была величайшая ошибка в её жизни, Бланш с поникшими плечами покинула покои главы башни.
Луна сегодня светила раздражающе ярко.
◇ ◇ ◇
— Значит, в итоге глава башни прибывает потому, что ей любопытно узнать о жизни своей ученицы... то есть твоей... и при этом она особо подчеркнула, что хочет встретиться со мной?
— Всё верно.
— Ну, это...
Услышав эту неожиданную новость от Нериэль, я почувствовал себя слегка ошеломлённым.
Приезд главы башни сам по себе удивлял, но с чего бы такой важной персоне желать встречи со мной?
— Я как-то умудрился её обидеть?
— С чего бы тебе её обижать? Ты вообще хоть раз видел моего учителя?
— Ну, нет.
— Вот и всё. Ей, скорее всего, просто любопытно взглянуть на лицо человека, который меня одолел. Перекинешься с ней парой слов, и всё будет в порядке.
— Хм.
Что ж, если ученица, которую звали гением, проиграла какому-то студенту-простолюдину в Академии...
Для учителя это и правда должно быть удивительно.
Надеюсь, она не схватит меня за воротник с криками: «Как смеет такой, как ты, побеждать мою ученицу?!»
— Если не хочешь, забудь. Я сама скажу своему учителю.
— Дело не в том, что я не хочу. Просто переживаю, как с ней разговаривать. Она ведь не сложный человек?
— Да уж куда там сложный, она настолько простая, что это даже проблема. Как бы выразиться... она из тех, кто плывёт по течению.
— Правда? Это немного неожиданно.
Я-то воображал великую главу башни чрезвычайно строгой особой, которая поправляет очки и смотрит на всех свысока.
— Значит, мне не о чем особо беспокоиться?
— Да, всё должно быть нормально.
— Тогда решено. Передай ей, что я встречусь с ней.
Сомнительно, что у меня вообще было право отказаться.
Но поскольку особых причин для отказа не имелось, согласиться оказалось не так уж трудно.
— Неожиданно.
— М-м, что именно?
— Почему-то я думала, что с твоим характером ты откажешься, заявив что-то вроде: «Как смеет рабыня обращаться с просьбой к своему господину?»
— Эй, за кого ты меня принимаешь?
В конце концов, весь этот период рабства уже почти подошёл к концу.
Мы договорились ровно на один семестр — точнее, на полгода, — так что причин поминать старое не было.
Я лишь изредка пользовался этим при встречах с Нериэль, чтобы подразнить её.
— В общем, я передам учителю. Она сказала, что приедет на следующей неделе, так что вы скоро встретитесь... А.
— Что такое? Забыла что-то?
Когда она замерла на месте, уже небрежно махнув рукой на прощание, я удивлённо склонил голову набок.
Неужели ей нужно сказать что-то ещё?
Пока я думал о том, как забавно, что даже эта умница порой что-то забывает, она вдруг посмотрела на меня снизу вверх, словно щенок, которому приспичило по нужде.
— ...Ну, в общем. Я забыла упомянуть кое-что.
— Что там? Просто скажи уже, не томи.
Почему она ходит вокруг да около, совсем на себя не похожая?
Когда я в знак досады постучал себя по груди, Нериэль отвернулась примерно на сорок пять градусов в сторону.
— Мой учитель могла... кое-что не так понять.
— Какое ещё недопонимание?
— В прошлый раз, когда мы переписывались с учителем, ей на глаза попалось письмо, которое ты мне прислал.
— Письмо?
Разве я отправлял ей когда-нибудь письма?
А, может, она имеет в виду ту записку, которую я послал после межфакультетского соревнования, когда лежал в больнице, велев ей прийти и забрать мои вещи?
Что же я там написал?
Дай-ка вспомнить...
— Рабыня, ты ведь помнишь о нашем обещании? Твой хозяин придёт навестить тебя завтра, так что жди!
...Да. Именно это я и написал.
Но её учитель увидела это?
Глава башни, сильнейшая волшебница эпохи?
Ох, чёрт.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos