Хороший ведь приют, правда?
— Как я и думала... Самая глушь.
Сьерра шла по проселочной дороге, держа в руках карту. До этого момента она не снимала капюшон, опасаясь, что её узнают. Однако стоило ей миновать оставшийся позади крошечный городок, как в этом отпала всякая необходимость: во все стороны простирались лишь бескрайние луга.
— ...Хм?
На ходу её взгляд зацепился за кое-что необычное. Впереди, прямо посреди луга, на приличном расстоянии от ближайшей деревни высилось одинокое здание.
Подойдя ближе, она разглядела вывеску с надписью: «Приют Мафии».
— Приют? В такой глуши?
Похоже, заведение работало без лицензии, чем и объяснялось столь уединенное расположение. Однако что-то здесь казалось странным: для нелегального приюта здание выглядело слишком чистым и ухоженным.
— Вы... кто?
К ней подошел мужчина. Сьерра вдруг поняла, что так и не накинула капюшон. К счастью, незнакомец её не узнал: похоже, в этой глуши лицо Святой не знал никто.
— Э-э...
Сьерра принялась тщательно подбирать слова. На самом деле она не ожидала ничего найти в месте, куда указал свет на карте, и отправилась сюда скорее из прихоти, просто желая совершить какой-нибудь безрассудный поступок. И вот теперь, когда перед ней действительно вырос подозрительный приют, она растерялась.
«Неужели Охотник Ким и правда находится здесь?»
— Простите, а директор на месте?
К такому вопросу Сьерра пришла после недолгих размышлений. В конце концов, перед ней был детский дом, и ей требовался благовидный предлог для визита.
— Директор — это я... Вы пришли усыновить ребенка? Прошу прощения, но наш приют не отдает детей на усыновление.
— Что?
Слова мужчины озадачили Сьерру. Во-первых, он выглядел слишком молодо для директора. А во-вторых, если приют не отдает детей в семьи, то зачем он вообще существует?
«Если это незаконный приют, тогда...»
Сьерра всё поняла. Нелегальный приют в уединенном месте — идеальная ширма для эксплуатации детей. Жаль, конечно, что Охотника Кима тут не оказалось, зато она наткнулась на по-настоящему гнилое гнездо. Раз уж она проделала такой путь, то обязана спасти бедных сирот.
— Вы ведь эксплуатируете этих детей, верно?
— Что? Да о чем вы...
— Не притворяйтесь дураком. Я уже не в первый раз вижу подобные приюты.
— Да это...
— Зик! Что происходит?
— Зик! А где Крестный отец?
— Всем тихо!
В этот момент из здания гурьбой высыпали дети. Директор прикрикнул на них, веля вернуться внутрь.
Увидев это, Сьерра окончательно убедилась в своих подозрениях. Этот парень — продажный директор. Разумеется, Зик прикрикнул на ребенка, упомянувшего Крестного отца, лишь ради того, чтобы защитить его личность, но Сьерра этого знать не могла.
— Как я и думала. Это гнилое место.
— Вовсе нет! Пожалуйста, уходите!
— Помолчите. Подобные приюты...
Каждый продажный директор заслуживал тюрьмы. Сьерра сама выросла в подобном месте, и обида в её душе пустила глубокие корни. Она уже начала концентрировать силу в кулаке, но в тот же миг за её спиной раздался голос:
— Зик! Почему все на улице?
Она обернулась. Там стоял мужчина в маске в окружении огромного количества зверолюдов.
От этой картины Сьерра окончательно растерялась. Сначала карта привела её к подозрительному приюту, а теперь еще и человек в маске с толпой зверолюдов? Она совершенно перестала понимать, что происходит.
«Может, это Охотник Ким?»
Эта мысль мгновенно промелькнула в её голове. Маска и скрытая личность вызывали подозрения. Однако она быстро отбросила эту догадку.
«Он не похож на того, кого описывал Гариот».
Сьерра вспомнила слова Гариота. Тот доставлял различные вещи по просьбе Охотника Кима. Забирая рукавицу, он рассказывал, что почувствовал присутствие Охотника Кима еще издалека: по его словам, аура Охотника Кима была настолько слабой, словно принадлежала кому-то около десятого уровня.
«Говорят, Охотник Ким скрывает свою силу с абсолютной точностью».
Охотник Ким прятал свое могущество, чтобы не выдать себя. Сдерживать переполняющую тебя мощь гораздо труднее, чем позволять ей изливаться наружу. Именно по этому признаку, как утверждал Гариот, можно было судить об истинной силе Охотника Кима.
Но стоящий перед ней человек в маске отличался. Его сила казалась самой заурядной: судя по ауре, уровень незнакомца едва достигал сорокового. Слишком слаб для Охотника Кима — монстра, превосходящего любого героя. Сама Сьерра уже перешагнула за девяностый уровень, и тот, кто настолько уступал ей в силе, никак не мог оказаться Охотником Кимом.
— Что-то случилось?
Мужчина в маске, переговорив с директором, подошел к ней. Даже если он не был Охотником Кимом, подозрений это не убавляло. Судя по подслушанному разговору, он явно имел отношение к приюту. Возможно, этот незнакомец в маске и директор заодно эксплуатировали несчастных детей.
— Этот приют принадлежит вам?
— Не совсем мне. Я покровитель. Дети зовут меня Крестным отцом.
Мужчина в маске назвался благотворителем, но это ничуть не развеяло её сомнений.
— Но важнее другое... Вы ведь Святая, верно?
— К-как вы...
— Это очевидно для любого, кто на вас посмотрит. Дети вас не узнали, потому что далеки от мирских дел, но всё же.
Крестный отец мгновенно раскусил Сьерру. Впрочем, мало кто не узнал бы её в лицо.
— Кое-кому срочно требуется лечение. Не могли бы вы помочь? Я заплачу любую цену, какую назовете.
К счастью, Святая без колебаний согласилась вылечить Великого Короля Тигров. Будучи Святой не только на словах, она не могла просто пройти мимо того, кто находился на грани жизни и смерти, а от платы отказалась.
— Крестный отец, вы уверены? Вашу личность нужно держать в секрете...
— Другого выхода нет. К тому же я сказал ей лишь то, что я Крестный отец. Никто не знает, кто на самом деле скрывается под маской.
— И то верно.
Оставив Великого Короля Тигров на попечение Святой, я отошел в сторонку, чтобы поговорить с Зиком наедине. Я вкратце обрисовал ему ситуацию: я просто благотворитель по прозвищу Крестный отец. Этого Святой вполне достаточно.
Я до сих пор не понимал, почему Святая вдруг объявилась здесь, но она явно заподозрила, что в Приюте Мафии творятся темные дела. Чтобы развеять её сомнения, мне пришлось немного рассказать о своей роли покровителя.
— Ах да, насчет зверолюдов...
Я объяснил Зику положение дел и сказал, что отныне зверолюды будут жить здесь, а дети станут у них учиться фехтованию, боевым искусствам и прочему.
— Работы предстоит немало.
— Если Крестный отец просит, я со всем справлюсь.
Зику придется изрядно попотеть, обустраивая зверолюдов. Однако новость о том, что у детей появятся учителя, заставила его с радостью согласиться.
— Да и ребята, похоже, уже подружились.
Сироты быстро нашли общий язык со зверолюдами. Это зрелище напоминало возню младенцев с котятами. Кошачьи зверолюды поначалу выглядели слегка недовольными, но быстро влились в компанию и теперь весело кувыркались на траве.
— Остается только вопрос со Святой...
Главной нерешенной проблемой оставалась Святая. Если она решит, что Приют Мафии — это притон для эксплуатации детей, у нас возникнут серьезные неприятности. Лучшим исходом было бы, если бы она просто закрыла на всё глаза. Но поскольку я не знал причин её появления, то и понятия не имел, как с ней поступить.
— Со Святой я разберусь сам. А пока передай детям, пусть покажут, как сильно они любят это место. Пусть не сдерживаются.
— Им и говорить ничего не нужно. Они и так обожают Приют Мафии.
— Тогда порядок.
Первоочередной задачей было доказать, что Приют Мафии далек от зла. Закончив разговор с Зиком, я направился в комнату, где Святая лечила Великого Короля Тигров.
— Как продвигается лечение?
— Всё готово. Скоро он придет в себя.
— Великий Король Тигров жив-ня!
Великий Король Тигров, еще недавно истекавший кровью, теперь выглядел совершенно здоровым. Чичи рядом с ним едва сдерживала слезы радости.
— Ну а теперь, может, поговорим? Что именно вы делаете с этими детьми?
— Как я уже говорил, я просто покровитель. Зик наверняка подтвердил мои слова.
— Я не могу верить вам на слово. Возможно, вы запугиваете сирот. Вы ведь Идущий, верно?
При слове «Идущий» мое лицо на мгновение дрогнуло, но маска скрыла эту реакцию.
«Неужели она ищет здесь Охотника Кима?»
— Всё верно.
— Судя по всему, ваш уровень около сорокового. Не самый сильный Идущий, но для обычных людей вы представляете смертельную угрозу. Вполне возможно, что вы используете эту силу для запугивания детей.
— Я же сказал, что это не так.
По крайней мере, она не принимала меня за Охотника Кима. Хотя любопытно: похоже, кто-то уровня Святой способен определять уровень человека по одной лишь ауре. Как бы то ни было, я твердил, что не совершаю ничего дурного. Почему она продолжала подозревать меня? Может, у неё личные счеты с нелегальными приютами?
— К тому же здесь эти зверолюды...
— Мы заключили сделку с Крестным отцом-ня! Нас наняли защищать детей-ня! И дали кучу чуру-ня!
Чичи, лениво слизывавшая чуру неподалеку, вставила свое слово. Её безмятежный вид застал Святую врасплох.
«Ну что, видишь? Это вовсе не притон».
— Использовать чуру, чтобы подчинить зверолюдов... Вы действительно...
— Я плачу им и монетами. А еще строю для них жилье. Вы ведь наверняка знаете, в каком положении находятся кошачьи зверолюды.
— Уф... м-м...
Святая замолчала. Подозревать больше было нечего, и теперь пришел мой черед задавать вопросы.
— Но если ближе к делу... Что привело саму Святую в такую глушь?
— Я не могу вам сказать.
— Вы сбежали из дома.
— В-вовсе нет!
Очевидно, она действительно сбежала. На доске объявлений время от времени всплывали подобные сообщения: «Замечен человек в капюшоне, бродящий за пределами Священной Нации». И каждый раз, когда они появлялись, Идущие из Священной Нации заваливали комментарии сообщениями в духе: «Святая никогда бы не сбежала сама по себе».
— Не знаю, почему вы сбежали, но я был бы признателен, если бы вы сохранили существование этого приюта в тайне. Раньше он действительно был гнилым местом. Я разобрался с прежним директором и передал дела Зику. Теперь дети управляют им сами. К тому же здесь живут зверолюды, так что мы не можем зарегистрировать его официально в Империи. Для регистрации требуется взрослый директор, а я хочу, чтобы дети жили свободно и по своим правилам.
Я в общих чертах обрисовал ей положение дел. Существовали и причины, связанные с моей собственной личностью, из-за которых я не хотел светиться, но о себе я предпочел умолчать.
Святая ненадолго задумалась, прежде чем ответить:
— Возможно... обстоятельства действительно таковы. Но я всё еще не могу полностью вам доверять. Я останусь в приюте и понаблюдаю за всем лично, чтобы проверить правдивость ваших слов.
— Вы просто не хотите возвращаться в Священную Нацию.
— Э-это не так!
Ей просто хотелось еще немного насладиться своей маленькой свободой. Пока она хранила тайну, я не возражал: в конце концов, она была намного сильнее меня, и заставить её замолчать силой я бы всё равно не смог.
— Что ж, воля ваша. Только держите язык за зубами.
— Это зависит от того, окажутся ли ваши слова правдой.
Я разрешил Святой остаться в приюте на несколько дней. Из разговора стало ясно, что она наткнулась на это место случайно во время своего побега. И раз уж она не знала, кто скрывается под маской, всё складывалось вполне удачно. Главное, чтобы она не разболтала о приюте на каждом углу, но наверняка Святая сдержит свое обещание.
Заключив соглашение с таинственным человеком в маске, известным как Крестный отец, Сьерра осталась в приюте и принялась внимательно наблюдать за детьми и зверолюдами.
— Дети, вы можете рассказать мне правду. Крестный отец... он ведь не обижает вас?
— Крестный отец никогда нас не обижает! Он следит, чтобы у нас каждый день был торт!
— А еще он купил нам книги!
Все до единого сироты обожали Крестного отца, и в их улыбках не было ни капли фальши.
— Кх-х-х...
Тут Сьерра заметила одного мальчика. Его звали Эхо, и ей рассказали, что он не может говорить из-за поврежденных голосовых связок.
— Прежний директор бил его и повредил голосовые связки? Значит, Крестный отец...
— Кх-х-х!
— [Это был не Крестный отец! Это сделал старый директор, который правил до него!]
Эхо общался с помощью записок: это действительно оказалось делом рук прежнего продажного директора, с которым разобрался Крестный отец. Затем Эхо подробно описал Сьерре на бумаге всё, начиная с их первой встречи с Крестным отцом и заканчивая сегодняшним днем. Мальчик не мог говорить, но его почерк отличался удивительной красотой.
Сьерра внимательно вчитывалась в каждое слово написанной им истории.
— ...Вот как.
Сьерра нежно погладила Эхо по голове. Даже она не могла исцелить его горло: травма была слишком старой и полностью зарубцевалась, а восстановление утраченных голосовых связок относилось к сфере сотворения. Сьерра прекрасно понимала, что сила, именуемая божественной благодатью, не способна на подобные чудеса. Ей, как Святой, это было известно лучше других.
— Великий Король Тигров. Как вы себя чувствуете?
— О! Это же Святая-ня! Я полностью поправился-ня! Этот лысый стервятник... Я буду тренироваться и обязательно прикончу его-ня!
— А зверолюды? Как вы здесь устроились?
— Честно говоря, нам тут нравится больше, чем в Альянсе-ня. Крестный отец дает нам кучу чуру-ня!
— В Альянсе было тяжело, другие зверолюды вечно не давали нам покоя-ня.
— Чичи тоже так думает-ня. О, Святая, давай сразимся-ня! Только на кулаках-ня!
Кошачьи зверолюды были вполне довольны своей новой жизнью. По своей природе кошки являлись территориальными существами, поэтому по сравнению с Альянсом, где постоянно вспыхивали распри, здесь для них был настоящий рай.
Сьерра молча смотрела на них, погрузившись в свои мысли. Проведя здесь несколько дней, Сьерра наконец всё осознала: Крестный отец был просто хорошим человеком. Она не знала, почему он носит маску, но у каждого ведь есть свои тайны.
«Какой хороший приют... Если бы я выросла в таком месте... Смогла бы я стать Святой, которая действительно несет свет?»
Сьерра позволила себе ненадолго погрузиться в эти тоскливые размышления. Она так и не нашла Охотника Кима, который изначально был её целью, но вместо этого встретила загадочного благодетеля, известного лишь как Крестный отец. Вера Сьерры, несмотря на её статус Святой, была практически на нуле, и всё же тот единственный луч света, что упал на карту перед статуей богини... Возможно, подумала она, это действительно было самым настоящим чудом.