─ Спасите!
Динь!
Словно капля воды, упавшая в стоячее болото, этот крик всколыхнул рябь в воздухе.
Отчаянный призыв девушки был так бессилен, что в памяти Шадреда стерлась грань времён, и он вновь услышал крик пятилетнего мальчика, тонущего в ледяной пустоте.
Спасите!
─ Спасите моего папу и маму!
Тело обратилось вспышкой молнии. Не успел Шадред моргнуть, как уже стоял перед девушкой, а на месте его укрытия зияла лишь глубокая воронка.
Он заслонил её собой. Кровь с ошмётками плоти залила его волосы, тёплые струи стекали по лицу на одежду.
В любое другое время он поморщился бы и первым делом очистился бы магией, но сейчас он лишь молчал, не двигаясь.
Шадред не обернулся. Он лишь чуть склонил голову, и сквозь лицо девушки, залитое слезами и искажённое страхом, он словно видел того мальчика, молящего о помощи в снегах.
Так, по-прежнему стоя к ней спиной, он произнёс мягко:
─ Я услышал твою мольбу. А теперь предоставь всё мне.
Он повернул голову и устремил взгляд на гигантскую змею, лишившуюся одной головы. Пространство вокруг наполнилось ледяным холодом, а в голосе его закипала ярость.
─ Сейчас не моё время появляться на сцене, но ты посмел разбудить во мне дурные воспоминания!
─ Ты готов отдать свою жизнь?
Ш-ш-ш!
Пятиглавый змей свирепо взирал на застывшего перед ним юношу, излучавшего ледяную ауру. Внутри у твари всё холодело, а в огромных змеиных глазах застыл первобытный ужас.
Он не понимал, как мгновение назад бывший охотником, он в одночасье стал добычей.
Аура, исходившая от юноши, казалась змею тысячелетним льдом. Она проникала в самое нутро, порождая неконтролируемый страх.
Это осознание привело тварь в бешенство. Он, поднявшийся до шестого ранга, царь зверей этих земель, не смел испытывать страх!
Бум!
Не успев среагировать, змей ощутил, как его тело, длиной в несколько десятков метров, со всей силы впечатало в землю за десять километров отсюда.
Шадред тут же оказался рядом.
─ О чём задумался, тварь?! Посмей отвлечься в бою со мной!
Ш-ш-ш!
Змей издал оглушительный хриплый рёв. Его массивное тело дёрнулось, превратившись в подобие гигантского хлыста, обрушившегося на Шадреда. Воздушная волна от удара сносила всё на своём пути, выкорчёвывая деревья.
В этот удар тварь вложила всю свою силу. Такой мощью можно было переломить хребет целой горе!
Однако юноша лишь слегка поднял руку – и тело змея замерло, не в силах продвинуться ни на дюйм.
─ И это вся твоя сила? А где же былая мощь?
Оправившись от шока, змей не стал медлить. Четыре уцелевшие головы, действуя слаженно, рванули к Шадреду, разинув пасти с острыми, как бритва, клыками, намереваясь разорвать его в клочья.
─ Всё это лишь суета!
Не выказав ни тени страха перед несущимися на него головами, Шадред с лёгкостью уклонился от щёлкнувших челюстей и в мгновение ока оказался там, где шеи сходились в единое тело.
Он ухватил одну из голов за горло и резко рванул.
Хрясь!
Огромная змеиная голова была с силой оторвана от тела. Вместе с клочьями плоти и крови Шадред отбросил её в сторону.
Ш-ш-ш!
Ослепительная боль заставила гиганта кататься по земле. Массивное тело корчилось в агонии, подобно старой верёвке, которую кто-то невидимый завязывал узлами.
Внезапно одна из оставшихся голов, что лишь мгновение назад издавала мучительный вой, резко повернулась к Шадреду и выплюнула сгусток ядовитой фиолетовой жидкости.
Шадред исчез в вспышке скорости. Атака змея провалилась. Там, куда попала кислота, земля почернела и запузырилась, издавая шипение.
─ Всё, комедия окончена!
Глядя на корчащегося змея, Шадред вынес приговор. В его зрачках вспыхнул свет, и тело начало подниматься в воздух, пока не нависло прямо над гигантом.
За его спиной одно за другим вспыхнули огромные магические кольца, заливая всё вокруг ослепительным сиянием.
Хлюп!
Из земли взметнулись чудовищные чёрные шипы. Они пронзили тело змея насквозь, перекрещиваясь между собой и намертво пригвождая его к месту, не давая пошевелиться.
Змей издал хриплый вопль. Он чувствовал, как жизненная сила стремительно покидает его, а тело начинает усыхать.
Шадред не обратил внимания на его предсмертные хрипы. Он лишь взмахнул рукой, словно поддевая что-то невидимое.
Земля, к которой был прикован змей, с оглушительным грохотом отделилась от остального грунта и взмыла в небо, неся на себе распятую тварь.
Отделившийся кусок породы поднял ураганный ветер, закрутивший в воздухе сотни мелких существ.
Над змеем сформировался столб торнадо, вгрызающийся в его плоть. Твёрдая, как сталь, чешуя теперь крошилась, как хрупкое стекло, и из-под неё хлестала горячая кровь.
Шадред поднял руки и сомкнул ладони.
Парящий в воздухе островок земли подчинился воле невидимых рук. Он сжался, как детская игрушка, превратившись в огромный шар, запечатав змея внутри. Наружу свисали лишь безжизненные головы, из которых сочилась кровь, да истерзанные куски тела.
На поверхности сферы вспыхнуло чёрное пламя. Одна из голов змея слабо дёрнулась, словно пытаясь издать звук, но тщетно – у него не осталось сил даже на крик.
Чёрное пламя жгло его плоть нестерпимо, но ещё хуже была боль, пронизывающая саму душу. Она распыляла его сознание, и картинка перед глазами таяла.
Но Шадред не дал ему времени на раздумья. Слишком быстрая смерть была бы милосердием для этой твари. Лишь умерев в величайших муках, змей мог утолить его гнев.
Торнадо вновь взвился, раздувая пламя. Чёрный огонь взметнулся к небесам, грозя испепелить само небо. Мгновение – и всё было поглощено огнём. В воздухе не осталось ничего.
Лишь завершив это, Шадред облегчённо выдохнул. Но лицо его было сложным, а в глазах затаилась тень. Он медленно полетел обратно к эльфийской девушке.
Хоть развитие событий и отличалось от его первоначальных планов, раз уж он вмешался, придётся довольствоваться тем, что есть.
Оставалось надеяться, что результат оправдает его ожидания.
Едва он коснулся земли, как в его объятия тут же влетела чья-то фигура.
Его нервы мгновенно напряглись.
Защитное заклинание сработало мгновенно, без малейшей заминки, сделав его тело твёрже камня, способного игнорировать и мечи, и магию.
Девушка рыдала у него на груди. Сначала она отчаянно сдерживалась, издавая лишь тихие всхлипы, но вскоре они переросли в громкий, надрывный плач – плач того, кто только что вырвался из лап смерти.
Он не оттолкнул её и не стал утешать. Он просто позволил ей выплакаться в его объятиях.
Должно быть, ей было очень страшно!
В его глазах мелькнула печаль, и он снова вспомнил себя – тогда, в снегах.
От девушки пахло полевыми цветами, но плакала она отнюдь не изящно. Слёзы вперемешку с соплями насквозь промочили рубашку Шадреда.
«Ну спасибо, – подумал он с досадой. – Я же не так много одежды взял! Я, конечно, могу очистить её магией, но одно только знание, что тут побывали эти… сопли…»
Шадред озадаченно вздохнул.
Видимо, в следующий раз стоит взять с собой пару запасных рубашек.
Через минут десять-пятнадцать её рыдания стихли, превратившись в тихое всхлипывание. Она молча уткнулась лицом ему в грудь, спрятав взгляд.
─ Ну всё, если ты уже успокоилась, может, отпустишь меня? – проворчал он. ─ Ты хоть представляешь, как отвратительно, когда на одежду налипают чужие сопли и слёзы?