Тщедушное тело Сяо Ху не обладало большой силой, и белый Иной, паразитировавший в нём, прекрасно это понимал. Чтобы выжить, спасаясь от крыс и чудовищных птиц, ему нужна была новая оболочка — молодая и здоровая.
Поэтому тварь немедленно отделилась от Сяо Ху, используя предсмертную агонию носителя, чтобы отвлечь внимание остальных.
Она выпустила в разные стороны несколько чёрных щетинок, которыми ощущала окружение и подключалась к нервной системе жертвы. В ночной тьме, на грязной земле, эти тонкие волокна были почти невидимы.
Стоило кому-нибудь подойти к телу Сяо Ху, он неминуемо наступил бы на одну из этих ловушек.
Так тварь чувствовала приближение жертвы, чтобы молниеносно атаковать и захватить новое тело.
Внезапный выпад с близкого расстояния застал Лу Линьхая врасплох. Не успел он опомниться, как мягкое тело Иного уже облепило его голову.
Лу Линьхай плотно сжал губы, отчаянно пытаясь помешать твари проникнуть внутрь.
Но паразит тут же перекрыл ему нос. Его чёрные щетинки полезли в ноздри. Лу Линьхай почувствовал нестерпимый зуд, который тут же сменился острой болью.
Его лёгкие горели от нехватки воздуха, к горлу подступила тошнота. Нестерпимо захотелось чихнуть.
Этого мига оказалось достаточно. Стоило его губам на долю секунды разжаться, как щетинки твари ринулись в рот. Липкая слизь, покрывавшая Иного, послужила смазкой, и челюсти Лу Линьхая разжались.
Он попытался схватить паразита, сорвать его с лица, но склизкое тело выскальзывало из пальцев.
— Брат Линьхай! — опомнившаяся Чжоу Юнь хотела броситься на помощь, но её остановили подбежавшие Чжоу Кай и Линь И.
— Не ходи туда! — резко сказал Чжоу Кай. — Эта тварь с самого начала охотилась за тобой. Пойдёшь сейчас — и сама попадёшь к ней в лапы.
— Я пойду! — Линь И метнулся к Лу Линьхаю.
«Голыми руками эту тварь не схватить», — он зачерпнул горсть грязи, чтобы увеличить трение.
Увы, это не помогло.
Тело Иного стало выделять ещё больше слизи, и пальцы Линь И снова соскользнули.
— Отойди! — раздался низкий рык Ань Чэндао.
В следующий миг три ножа для обескровливания, выстроившись в форме буквы Y, вонзились в тело монстра прямо перед лицом Лу Линьхая.
Линь И тут же вцепился в рукояти и со всей силы рванул ножи на себя.
Но он не ожидал, что Иной попросту отделит часть своего тела, пожертвовав куском, пронзённым клинками.
Линь И не успел сдержать инерцию и, когда тело твари разорвалось, рухнул на спину.
Оторванный ошмёток паразита шлёпнулся на землю. Заметив его, одна из птиц камнем ринулась вниз с небес. Линь И в ужасе откатился в сторону. К счастью, птица не обратила на него внимания — она лишь подхватила добычу и взмыла обратно ввысь.
Когда Линь И снова посмотрел на Лу Линьхая, белый Иной уже полностью скрылся внутри него.
Дело было дрянь. Линь И не знал, как изгнать паразита, не причинив вреда носителю.
И ещё одно не давало ему покоя: если Иной представлял для Лу Линьхая угрозу, почему он до сих пор не увидел ни единой нити опасности, тянущейся к нему?
Тело Лу Линьхая мелко дрожало. Он страдальчески зажмурился, его лицо исказила гримаса боли. Из горла вырывались сдавленные рвотные позывы, и даже в животе что-то тихо заклокотало.
Боль? Мука?
Линь И почувствовал неладное.
Хотя его самого Иные не захватывали, он испытал на себе их воздействие. Чёрные щетинки стимулировали нервы, вызывая выработку дофамина и даруя жертве ощущение невероятного блаженства. Именно под действием этого удовольствия человек переставал сопротивляться, позволяя паразиту легко проникнуть внутрь и взять тело под контроль.
Но лицо Лу Линьхая, искажённое страданием, ничуть не походило на лицо человека, испытывающего экстаз. Скорее, его просто мутило.
Едва эта мысль промелькнула у него в голове, как Лу Линьхай согнулся и рухнул на колени.
С громким звуком «Бле-э-э!» он открыл рот, и его начало рвать.
Из его рта хлынула полупрозрачная, вязкая жидкость, тянувшаяся липкими нитями. В ней отчётливо виднелись чёрные щетинки Иного — зрелище было донельзя омерзительным.
В тот же миг одержимые селяне по всей деревне вдруг разразились скорбным, полным отчаяния воплем, словно что-то почувствовали.
Опустошив желудок, Лу Линьхай тяжело дышал. Он бросил взгляд на то, что изверг из себя, и его самого передёрнуло от отвращения.
— Лу… Линьхай? — в голосе Линь И прозвучала настороженность.
Он не мог понять, кто перед ним: человек или уже марионетка, управляемая Иным.
— Какая гадость, — Лу Линьхай выпрямился и, сплюнув на землю, поморщился. — Мерзкий привкус во рту.
— Брат Линьхай, ты в порядке? — Чжоу Юнь хотела подойти, но Чжоу Кай крепко держал её за руку.
— Ты… ещё Лу Линьхай? — Линь И быстро вскочил на ноги.
На первый взгляд, Лу Линьхай вёл себя как обычно. Но это могла быть и маскировка — Иные, захватив носителя, похоже, получали доступ к его воспоминаниям.
— Я в порядке, — Лу Линьхай вытер рот. — Просто во рту будто кошки нагадили. Гадость.
— Как ты докажешь, что ты — это ты? — настороженно спросил Чжоу Кай.
Лу Линьхай на миг замер. Он и сам не знал, как это доказать. Не прикажете же ему вскрыть себя прямо здесь, чтобы показать, что внутри нет паразита.
В этот момент Линь И заметил, что одержимые селяне прекратили сражаться с крысами и бросились врассыпную, разбегаясь прочь из деревни.
Подумав мгновение, он сказал:
— Похоже, белый Иной мёртв. Эти одержимые бесстрашно бились с крысами и птицами, потому что защищали своего вожака — ту белую тварь. Когда вожак погиб, они лишились предводителя, и их сопротивление потеряло всякий смысл. Вот они и разбежались. А это значит, что та гадость, которую вырвал Лу Линьхай, и была белым Иным.
— Только вот… — Линь И запнулся.
Он посмотрел на стоявшего поодаль Лу Линьхая, и странное чувство снова охватило его.
Линь И всегда был уверен, что Лу Линьхай — человек. В конце концов, он однажды уже убивал его. Даже когда Святая Дева в этой деревне заявила, что Лу Линьхай — не человек и не Иной, он счёл это бредом.
Но если Лу Линьхай — обычный человек, почему паразит не смог его захватить? Почему он не просто не поддался, а убил тварь, которая уже забралась в его тело?
Чжоу Кай как-то упоминал, что сердце Лу Линьхая бьётся с той же частотой, что и у Щупальцебогов в городе. Линь И тогда списал это на индивидуальные особенности организма.
Но теперь… что, если причина в другом?
— Лу Линьхай, — не выдержал Линь И. — Что ты такое?
— Да человек я, самый настоящий! — Лу Линьхай и сам понимал, насколько ненормально выглядела вся эта сцена, но не мог найти ей объяснения. — Я правда человек! Чтоб меня громом убило, если вру!
— Разберёмся позже, — времени на допросы не было.
Селяне разбежались, и теперь ничто не сдерживало крысиную орду. Если не убраться отсюда немедленно, следующими, кого начнут пожирать эти твари, станут они сами.
— Уходим отсюда, — поторопил всех Линь И.
Сказав это, он увидел, как Ань Чэндао взвалил Лэй Гэ себе на плечо.
— Дядя Ань, бросьте его! Он же просто обуза!
Ань Чэндао покачал головой.
— Он кое-что знает об Иных. Возможно, от него мы узнаем что-то важное об этом мире.
С тех пор как мясник приволок Лэй Гэ обратно, Линь И не обращал на него внимания. И только сейчас, когда Ань Чэндао поднял его, Линь И заметил спину пленника. Между лопатками не было и следа, который оставляет паразит.
Лэй Гэ был человеком.
Но как в деревне, кишащей Иными, мог оказаться человек, не тронутый ими?