Советы выживших: В течение следующих двадцати четырёх часов вы можете задать двадцать вопросов собранию. Этот совет состоит из бесконечного числа гипотетических Приамов, только что переживших свои Испытания. Вопросы должны касаться вашего выживания. Каждый ответ будет состоять из одного короткого предложения.
Сидя на одной из огромных ветвей Дзюбокко, Приам перечитывал описание своей награды. Он не хотел ничего оставлять на волю случая – или, скорее, старался ничего не оставлять на волю случая. Ожидая, пока высохнут его новые штаны – подарок Черники, происхождение которого казалось довольно кровавым, – он обдумывал одну хитрость. Что-нибудь, что можно было бы извлечь из награды, сыграв со словами в её описании.
Существовало бесконечное – или почти бесконечное – количество вопросов, которые можно было задать, некоторые из которых могли решить, жить ему или умереть. Никакого давления, съязвил он про себя. Поэтому при каждом удобном случае Приам думал, какой вопрос задать. Он пересчитал: оставалось ещё двенадцать вопросов. Это было и много, и мало.
Другим важным моментом была продолжительность этой помощи. Советы выжившего истекали через двадцать четыре часа. Значит, у Приама оставалось чуть меньше одиннадцати часов, чтобы потратить свои вопросы. Его Испытания начнутся чуть больше чем через девять часов, что позволяло ему задавать вопросы во время них – или, по крайней мере, в их начале. Золотая возможность понять опасности своих Испытаний и то, как лучше всего их пережить.
Приам провёл рукой по волосам, глядя в пустоту. Система не была его другом. Если бы существовал способ победить её Испытания, можно было почти наверняка утверждать, что он будет простым: быть достаточно сильным, чтобы выжить.
Даже так, если существовал способ преодолеть Испытания более эффективно, он обязан был узнать. Приам решил оставить как минимум пять вопросов для Испытаний. Значит, в его распоряжении оставалось семь вопросов. И для первого у него уже была идея.
Какой вопрос мне следует задать сейчас?
Жаль было тратить вопрос таким образом, зато теперь он точно знал, что не упускает ничего важного.
Ответ: Спроси о плане Анатоля Али'Самаэля, его местоположении и слабостях.
Это подтверждало его гипотезу. Как таракан, которым он и был, Анатоль отлично умел оставаться в живых. Приам проверил урну, висящую на поясе. Осторожность никогда не помешает.
Где находится Анатоль Али'Самаэль и каков его план?
Ответ: Аранеи отравят Дзюбокко, чтобы исполнить желание Анатоля.
Одним из преимуществ Советов выжившего было то, что совет, сформированный его клонами, не обязан был точно отвечать на заданный вопрос. Это давало им некоторую свободу в направлении ответа. Конечно, ответ из десяти слов всё ещё звучал странно. К счастью, Приам знал, что его клоны общаются в основном с помощью ключевых слов. Он перечитал предложение несколько раз, прежде чем задать другой вопрос.
О каких ещё событиях мне необходимо знать?
Ответ: Падение дерева возвещает о битве, фракции готовятся.
Осталось только девять вопросов, четыре из которых можно было задать до Испытания. Однако Приам был доволен. Повернувшись к друзьям, он изложил им известную ему информацию.
Во-первых, Багровый Плод – награда за отравление Дзюбокко – казалось, интересовал многих. Во-вторых, роща или территория вокруг неё вскоре должна была стать местом крупного сражения. Это, безусловно, станет кульминацией Воссоединения для различных фракций Купола. Очевидно, победитель воспользуется концом Воссоединения, чтобы максимально укрепить своё положение и сокрушить врага.
Пока что целью Приама, а значит, и Сфинкс с Черникой, было убить Анатоля. Один из его квестов предлагал воскресить кого-то в обмен на жизнь Анатоля. Другой обещал повысить качество его крови Феникса. Анатоль был чудовищем, и Приаму не требовалось никаких дополнительных причин, чтобы действовать.
– Анатоль хочет убить Дзюбокко. Значит, он должен быть где-то поблизости, – сказал Приам. Сфинкс и Черника согласились.
– Как ты собирался отравить дерево?
– Несколько дней назад Граф послал меня уничтожить грибы, которые паразитировали и отравляли некоторые деревья в роще. Они размножаются с поразительной скоростью и обожают секвойи. Я собирался бросить споры этих грибов в Источник. Пруд заставил бы их разрастись на дереве за несколько минут, – объяснил Черника.
– Как умно! – воскликнула Сфинкс.
Приам кивнул.
– Главная слабость Дзюбокко в том, что он неподвижен, – признал Приам. – Мои Испытания уже близко. Не можем ли мы убить его быстрее? Например, сжечь?
– Невозможно. Лес уязвим к огню, но большинство деревьев после обретения Дворянства развивают устойчивость к этому бедствию. Не говорю, что его невозможно сжечь, но для этого потребуются экстремальные температуры.
– Жаль, – ответил Приам, потирая голени. Они уже отросли, но ему требовалось убедиться, что они действительно на месте. Несмотря на его Силу Воли, смерти и ранения порой тяжело давили на сознание молодого человека. Сфинкс коснулась его плеча, и он улыбнулся в ответ.
– Всё в порядке, не волнуйся. Кстати, Черника, ты знаешь, поблизости есть колонии пауков?
Черника замер.
– Зачем?
Приам поднял бровь, заметив смущённое выражение медведя, а затем расхохотался?
– Ты пятиметрового роста и боишься маленьких пауков?
Медведь нахмурился, и Приам извинился.
– Прости, не стоило смеяться над тобой. Если Анатоль хочет использовать пауков, чтобы отравить Дзюбокко, сомневаюсь, что он привёз их с Земли. Где-то поблизости должно быть гнездо.
– Там не просто маленькие пауки. Там гигантская колония огромных пауков, – ответил Черника, содрогнувшись.
– Где? – спросил Приам. Его двойники, казалось, думали, что Анатоль готов манипулировать пауками, чтобы отравить Графа.
– Везде. – Увидев растерянность на лицах Приама и Сфинкс, Черника объяснил. – Луна была реконструирована. Не только поверхность, вся целиком. Под землёй есть пещеры, туннели и монстры. Под рощей живёт колония пауков размером с волка. Их паутина цепляется за мою шерсть, и потом её ужасно трудно отодрать… – проворчал медведь.
Тогда Приам рассказал друзьям о подсказках, которые дали ему его двойники.
– Анатоль хочет использовать пауков, чтобы отравить Графа, и это даст ему доступ к желанию? – подвёл итог он. – Но зачем льву держать пауков под своим драгоценным деревом? Либо они безвредны, и Анатоль планирует сделать их ядовитыми, либо под землёй есть другой Граф...
Посмотрев на Чернику, Приам заметил, что медведь был озадачен ещё сильнее него.
– Я знаю! – воскликнула Сфинкс, прежде чем рассмеяться, когда оба друга повернулись к ней.
– Правда?
– Я довольно хорошо умею разгадывать головоломки и загадки!
– Верно, – рассмеялся Приам. – Прошу прощения, Сфинкс. Тогда дай нам ответ, пожалуйста.
– Под землёй действительно может быть Граф, но бездействию льва есть другое объяснение. Защищая дерево от его естественных врагов, он пользовался Источником. Без пауков у Дзюбокко не было бы причин позволять льву доступ к Источнику. Они скорее партнёры, чем союзники, – заключила Сфинкс.
– Это имеет смысл, – сказал Приам, хлопнув в ладоши. – Если Анатоль действительно пытается отравить это дерево, мы ему поможем.
– Что? – переспросил Черника.
– Ага. До моего Испытания около десяти часов, и я хочу закончить со всем этим как можно скорее. Мы убиваем Дзюбокко с помощью Анатоля, а потом убиваем его самого. Мы получаем плод, убиваем Графа, и я выживаю в своих Испытаниях. Легкотня! – объявил Приам с улыбкой.
– Ни за что не поверю, – пробормотал Черника.
– Не сглазь!
Вход в подземный проход находился у подножия Дзюбокко, между двумя корнями размером с фюзеляж А380. Черника сопроводил их до этого места, а затем исчез. Его задачей было позаботиться о грибах.
Приам и Сфинкс тем временем отправились в тёмный туннель. Несмотря на удобный размер прохода – по нему могли бок о бок пройти три слона, – Сфинкс решила уменьшиться. Сейчас она сидела на плече Приама и мурлыкала, пока он её гладил. Если быть до конца честным, Приам понятия не имел, как обращаться со сфинксом. Возможно, поглаживание друга считалось тяжким оскорблением, но Приам не мог заставить себя остановиться. Мурлыканье Сфинкса было слишком милым.
Улыбаясь, Приам вскоре оказался в просторном зале. Над ним основание ствола расширялось, образуя корни, уходившие глубоко в землю. С факелом в левой руке Приам наблюдал за потолком, особенно за линией, которая разделяла его надвое. Создавалось впечатление, что дерево могло согнуться пополам... Или раскрыться.
– Здесь витает много страха и гнева, – прошептала Сфинкс.
Приам на мгновение посмотрел на неё, а затем продолжил гладить. Это, безусловно, была «пасть» дерева. В конце концов, он знал, что лев регулярно приносил животных в жертву, чтобы увеличить объём Источника. Пожав плечами, Приам развернулся и всмотрелся во тьму. Его восприятие было исключительным, и даже в тусклом свете факела он различал несколько туннелей, уходивших вниз, во тьму.
– Есть предпочтения? – спросил он Сфинкса, указывая на различные проходы. Очаровательное создание выбрало один из них – несомненно, совершенно случайно, – и друзья вошли внутрь.
Круглый туннель не был заброшен. На земляных стенах какие-то линии излучали слабое голубоватое сияние. Приам протянул руку и коснулся их кончиками пальцев. Поднеся палец к носу, он активировал [Обоняние]. Ноздри наполнил запах муки, и следом проявилась [Эйдетическая память]. Приам чувствовал эти запахи раньше, гуляя по лесам осенью. Они были характерны для грибов.
– Светящиеся грибы, – прошептал он. Сфинкс молчала. Приам предупредил её, что пауки могут слышать звуки благодаря паутине, покрывающей их тела. Слух у них явно был не самым острым, но Приам не хотел рисковать, пока не найдёт Анатоля.
Успокоившись, Приам продолжил путь. Под босыми ногами мягкая земля была прохладной, почти холодной. Температура не могла быть выше нескольких градусов, что казалось нормальным, учитывая, что ядро Луны было почти в пять раз холоднее земного. Земля постепенно уходила вниз, удаляясь от поверхности, поскольку колония пауков, вероятно, скрывалась за пределами Домена Дзюбокко.
Примерно через десять минут ходьбы Сфинкс подняла голову, и Приам остановился. Перед ними, протянувшись поперёк тоннеля, висела тонкая нить шёлка. Именно Сфинкс предупредила его. Несмотря на его острое восприятие, Приам не заметил бы её, пока не коснулся.
– Молодец, Сфинкс, – прошептал он, разглядывая нить. Из-за слабого освещения невооружённым глазом она была практически невидима. На мгновение проверив запасы эфира, Приам решил реактивировать [Восприятие эфира]. Нить начала светиться. Несомненно, для её размещения использовали навык. Любой неосторожный противник порвал бы её, проходя мимо, и тем самым предупредил бы всю колонию пауков. Что, возможно, скоро окажется весьма кстати.
Его Испытания начнутся менее чем через девять часов. К тому времени Приам намеревался покончить с пауками. Что может быть лучше, чем намеренно устроить ловушку, чтобы заманить врагов? Если повезёт, у него даже останется время на короткий сон.
Нагнувшись, чтобы обойти нить, Приам продолжил путь. Через сто метров туннель поворачивал. Приам сосредоточился на [Скрытности] и решил держаться стены. Он прошёл следующие три метра, уделяя особое внимание окрестностям. Внезапно он остановился. Его нога только что сдвинула немного земли, и [Восприятие эфира] что-то обнаружило.
Приам побледнел, глядя на землю. Нити в туннеле были приманкой. Настоящие ловушки были зарыты. Обнаружив очевидную ловушку, Приам расслабился и позволил себе снизить бдительность. Сдвинув немного земли пальцами ног, он обнаружил множество зарытых нитей, расположенных всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Сфинкс зашевелилась на его плече, и Приам нагнулся.
– Приам...
– Подожди.
Поставив факел на землю, Приам осторожно приподнял землю под ногами. Его правая ступня раздавила и порвала три нити.
– Приам, – повторила Сфинкс.
– Одну секунду... – сказал он, поворачиваясь.
Осторожно расчищая землю под своими последними следами, Приам понял, что порвал нити каждым шагом. Скорее всего, с самого начала. Вздохнув, он выпрямился.
– Ты чувствуешь запах пауков, да?
– Да. Я пытаюсь сказать тебе это уже десять секунд, – нахмурилась Сфинкс.
Приам почесал её за ушами и извинился.
– Прости.
– Тебе нужна помощь?
– Не думаю.
Он наконец услышал их. Приам схватил Промесс, и копьё удобно легло в ладонь. Высоко подняв голову, Приам двинулся вперёд и свернул за угол. Впереди, примерно в пятидесяти метрах, он увидел дюжину пауков. Белоснежные, каждый высотой около метра. Две недели назад Приам закрыл бы глаза, увидев пауков во втором фильме о Гарри Поттере. Сегодня он улыбался.
– Ну давайте!
Использовав последний остаток своих резервов, Граф взревел. Его эфир, ведомый навыком, сформировал круг перед его пастью. В радиусе тридцати метров все молекулы воздуха были втянуты и сконцентрированы в сфере, образовавшейся в центре круга. Мерзость приближалась в тишине, лишённая возможности издавать вопли из-за отсутствия воздуха. Она подняла руку, чтобы нанести решающий удар, и Граф воспользовался моментом.
[Ярость Ветра].
Сфера взорвалась, и круг направил энергию к химере. Чуть ниже подмышки плазменный туннель пронзил чудовище. Пламя расступилось, плоть исчезла, а атака столкнулась с костяной клеткой диаметром два метра, разрывая её словно бумагу. Несмотря на сопротивление материала, последняя атака льва уничтожила всю защиту.
Поле боя ненадолго стихло, когда химера рухнула на землю. Тяжело дыша, Граф тоже опустился на землю.
– Господин! Господин! Возьмите себя в руки, мы побеждаем! – воскликнул один из его Баронов. Действительно, большая часть армии Восставших, превращённая в пылающие скелеты, уже обратилась в пепел. Лев открыл один глаз в сторону обезьяны, чьего имени он даже не пытался запомнить.
– Беги, мальчик. Твоё присутствие здесь бесполезно, – выдохнул он. Он победил гигантскую Мерзость, но какой ценой? Он был истощён, обессилен битвой. Под землёй руна с каждой минутой заряжалась всё сильнее. Святая Елена гневалась на Графа, и каждый, кто находился рядом с ним, пострадает.
Барон на мгновение остолбенел, затем покачал головой.
– Я отказываюсь.
Лев кашлянул от удивления:
– Что ты сказал? – прорычал он.
– Господин, я отказываюсь. Вы мой Граф и станете моим Королём. Я могу быть трусом и дрожать от страха, – сказал он, показывая свои дрожащие руки. – Но вы даёте мне силы бороться со своими страхами. Я последую за вами до самой смерти!
– Глупец, – зарычал лев. – Ты бесполезен. Единственная причина, по которой ты здесь, – умереть, поглощая эти снежинки! Я использую вас, чтобы облегчить своё Испытание!
Граф не пытался быть осторожным, и во второй раз поле боя затихло. Его подданные переглядывались, не зная, что думать, а лев вздохнул. Ему стало легче; честность словно сняла с плеч тяжёлый груз. В любом случае, так было лучше. Лучше умереть одному, чем увлечь за собой тысячи жизней.
– М-мх! – Удивлённо подняв голову, лев увидел, как буйвол врезался в снежинку и вспыхнул. В следующую секунду дюжина животных начала прыгать, пытаясь поймать огоньки, вместо того чтобы убегать от них.
– Я не единственный, кто хочет вас защитить, господин, – заметил Барон. – Я рад. Я думал, моя смерть окажется бесполезной, но это не так. Пожалуйста, выживите. – С этими словами обезьяна прыгнула в направлении снежинки. Граф шагнул вперёд и повалил его на землю.
– Ты... Я... Что ты, по-твоему, делаешь?!
– Я жертвую собой ради вас? Если мне всё равно суждено умереть, почему бы не сделать это ради благородной цели, – ответила обезьяна. – Пожалуйста, это первый раз в моей жизни, когда я горжусь собой и не боюсь. Я прожил жизнь трусом, но хочу умереть героем.
Граф открыл рот, но снова закрыл его. Какое право он имел мешать своему Барону жертвовать собой? Никакого, он выполнял свой долг. А я свой – нет...
Выпрямившись, благородный лев вздохнул.
– Мой народ, слушайте меня! Бегите. Мне жаль, но я не думаю, что переживу вторую часть этого Испытания. Вы подчиняетесь мне, а я защищаю вас. Таков мой долг как Дворянина. Я забыл об этом, а вы напомнили мне. Позвольте мне гордиться собой в последний раз. Позвольте мне верить, что Сафаму, Граф Тёмного Леса, заслуживает вашей верности.
Животные молчали. Большинство не могли говорить, но все понимали намерения Графа. Несколько мгновений никто не двигался. И как только Сафаму собирался заговорить вновь, обезьяна поклонилась.
– Мне жаль, но я всё ещё отказываюсь. Я чувствую вашу решимость, господин, и от этого мне ещё сильнее хочется сражаться за вас. Если вы не дадите мне другой возможности помочь вам, я брошусь между вами и следующей смертельной снежинкой.
Сафаму прорычал. Открыв пасть, чтобы отчитать подчинённого, он замер. Ветер шепнул ему на ухо какую-то тайну. В следующее мгновение ветер продолжил свой путь, а лев вздохнул.
– Какое преступление я совершил, чтобы заслужить таких подданных...
У обезьяны хватило здравого смысла не отвечать.
Лев возобновил речь и протянул лапу.
– Люди идут сюда. Эти снежинки уносят жизни, но они не обязаны быть нашими. – Он повернулся и посмотрел на обезьяну.
– Как тебя зовут?
– Борза, господин.
– Борза будет вести вас. Заманите их сюда. Похищайте их. Я хочу, чтобы под каждой из этих снежинок был живой человек, – зарычал Сафаму.
Тысячи звериных криков сотрясли поле боя.
Статус: (Среднее значение для взрослого мужчины Homo sapiens до интеграции: ФИЗ 10 / МЕН 10 / МЕТА 0)
ФИЗИЧЕСКИЕ:Сила 155Телосложение 276Ловкость 193Живучесть 286Восприятие 299
МЕНТАЛЬНЫЕ:Бодрость 176Сноровка 201Память 50Воля 288Харизма 150
МЕТА:Мета-Сродство 141Мета-Фокус 98Мета-Выносливость 90Мета-Восприятие 32Мета-Удача 114
Потенциал: 1307Уровень 0
[Тот, кто избегает смерти] заряд: ВЫКЛ. Перезарядка через 4ч 27мин 39с.
[Испытание]: Испытания приближаются.Время: 8 часов 47 минут 33 секунды.