— Здравствуйте, Стерлинг, — начал Камера Митрин, и его голос звучал сбивчиво, нервно, как у человека, который репетировал эту речь перед зеркалом, но всё равно волнуется. Он переминался с ноги на ногу и теребил ремешок своей камеры. — Моё псевдоним, Камера Митрин. Когда я фотографирую живое существо оно пропадает. Это всё, что мне известно. А на деле меня зовут Урбан Эсеш. Раньше я работал поставщиком пиццы. Но когда мне один из неизвестных торговцев продал камеру, всё изменилось. Я решился стать героем. Это была моя мечта. Я не хотел работать на работе, где тебе почти не платят. Я хотел спасать людей и давать им радость.
Он выдохнул и замолчал, ожидая ответа. Стерлинг сидел за столом, скрестив пальцы, и слушал с тем самым выражением лица, которое могло означать что угодно, от глубокого интереса до полной скуки.
— Всё, я понял тебя, Камера Митрин. Ты принят. Мне не надо повторять трижды.
— Я хочу, чтобы вы на все сто процентов были уверены, что я буду полезен, — добавил тот, всё ещё не веря, что его приняли так быстро.
Стерлинг поднял глаза и оглядел его костюм. Это было нечто. Зелёный верх, синяя маска, фиолетовый галстук, повязанный кривовато. Поверх всего белая пляжная рубашка с огромными фиолетовыми лепестками, которая явно была куплена на распродаже лет десять назад. Штаны обычные, даже не джинсы, и стоптанные кроссовки.
— Скажи, как ты собирал костюм? — спросил Стерлинг, и в его голосе прозвучало что-то среднее между любопытством и профессиональным интересом.
— Да так. Что было дома. — Камера Митрин пожал плечами и слегка усмехнулся. — А ещё я в фильме снимался. И то меня послали нахуй.
— Напомни, какой это фильм.
Камера Митрин оживился. Его глаза загорелись, он даже перестал теребить ремешок.
— Капитан Молния мстит Альтеру. Вообще неканоничная история, и это нахер фильм про Капитана Молнию, где он главный герой. Спустя сорок лет наконец-то они это сделали! Но они всё испортили и сделали фильм полным говном и провалом. Всю эпичность проебали. Капитан Молния молчал и был в ахуенном костюме, а ему редизайн сделали, и он выглядел очень плохо. Его молчание было то, как социофоб пытался бы заговорить с кем-то. А Альтер стал очередным клише-злодеем, которого победили силой дружбы. Его так слили, это позор.
— Полностью с тобой согласен, — Стерлинг кивнул, и в его голосе прозвучала та особая, горькая нотка киномана, который видел слишком много плохих ремейков. — Лучшие фильмы, как по мне, были в семидесятые-восьмидесятые. Там это то, где чувствовали, что Капитан Молния реален, крут и опасен.
Он помолчал, потом хлопнул ладонью по столу.
— Ладно, хватит говорить о фильмах. Надо продолжить основной разговор. В общем, идём за мной.
Камера Митрин пошёл с Стерлингом. Они шли по коридорам Пентагона. длинным, холодным, пахнущим пластиком и оружейной смазкой. Стерлинг открыл одну из дверей, и за ней оказалась огромная комната. Там были разные герои. Много героев. Они стояли группами, сидели на стульях, кто-то просто прислонился к стене.
Лос Вегас нервно крутил пуговицу на своём костюме. Капитан Манхэттен стоял неподвижно, как статуя, и только глаза двигались, сканируя помещение. Иммортал Кинг скелет в старой одежде стоял в углу, и его пустые глазницы смотрели в никуда. Омнистар был в своём сияющем костюме, но без маски, и его лицо было спокойным. Кратер стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, и его маска, американский флаг была слегка помятой. Дарк Воид тень с глазами висел в воздухе, и от него исходил холод. Спирит Вар, Квикнесс, Правитель, Спидтайм, Чикао, Щит Карпат, Совершенный Богемия, Альтер, все они были здесь.
— Здравствуйте, Омнистар! — Кратер шагнул вперёд и протянул руку. — Я только что зашёл, но через другой ход. Я ещё раз хотел сказать: я очень сожалею, что занял первое место. Если честно, вы её достойны больше, а я нет.
Омнистар посмотрел на него спокойно, без злобы, и покачал головой.
— Я своё уже отработал почти. Я ведь супергерой ещё со времён Щелкунчика.
— Ну так и зачем ты нас собрал? — раздался голос из угла. Дарк Воид говорил, и его голос был как скрежет металла. — Просто мне уже скучно от вас становится.
Стерлинг вышел в центр комнаты и обвёл взглядом собравшихся.
— Надеюсь, вы знаете, что злодеи многие выходят из тюрем. И я решил создать тюрьму с непробиваемыми стенами. Но есть шанс, что такие, как Энерго, возможно, могут пробить их. И мне надо, чтобы кто-то охранял их. Кто на это согласен?
Иммортал Кинг шагнул вперёд, и его кости заскрипели.
— Я согласен. Мне и так миллионы лет. Для меня охранять камеры почти целый день. это как пара секунд. Ничто по сравнению с тем, сколько я живу.
— Кто ещё согласен?
Лос Вегас поднял руку. Он сделал это неуверенно, как будто боялся, что его сейчас опять понизят в рейтинге.
— Я тоже согласен помочь. Я хочу быть полезным. Просто я чувствую себя ёбанным ничтожеством.
— И я согласен, — Дарк Воид пожал плечами, если это можно было назвать плечами. — Мне и так делать нечего почти.
Больше никто не хотел.
— Отлично, — Стерлинг кивнул и сделал паузу. — А ещё главные новости. Грейт Кор, который был предположительно убит Омнистаром, и Блек Дейд, который был взорван своим же взрывом, тоже живы. И, сука, вы удивитесь, но ещё один был жив — это Капитан Очевидность. Его смерть была очевидной, но нет. Он нас обманул и выжил. Это был не он тогда. Это был не его труп.
Рядом со Стерлингом летала муха. Правитель выхватил свой пистолет тот самый, который он назвал Фрэнни, и застрелил её. Пуля прошла в миллиметре от уха Стерлинга и впечаталась в стену. Муха упала на пол.
— Ты нас не радуешь, Стерлинг. Только расстраиваешь. Когда же будут хорошие новости?
Правитель был супергероем из Бельгии. Его способность точность. Он мог попасть в кого угодно с помощью своего пистолета, и его выстрел был абсолютен.
— Ну, они ещё будут, — Стерлинг даже не вздрогнул. — Только подождите.
— И сколько нам надо ждать, скажите на милость? — раздался голос Чикао, и он вышел вперёд, положив руку на рукоять катаны.
Чикао был супергероем из Японии. Он очень быстро владел руками и катаной. Мог наносить очень много порезов и разрезов за секунду.
— Ладно, держите хорошую, — Стерлинг поднял руку. — Главарь Организации Злодеев умер без нашего вмешательства. Его убили наёмники. Радуйтесь.
Кратер резко подошёл к Стерлингу, и его лицо под маской исказилось от ярости.
— Ты что, мать его, нас разозлить хочешь?! Ты же понимаешь — это не хорошая новость! Мы так давно хотели его поймать, а он в итоге мёртвый!
И тут кто-то телепортировался прямо рядом со Стерлингом. Воздух пошёл рябью, и из портала вышел Грейт Америка. Его лицо было усталым, но довольным, как у человека, который только что вернулся из отпуска.
— Привет, Стерлинг! Извиняюсь, что долго не было. Я уходил на отдых.
— Грейт Америка, потом поговорим, — Стерлинг повернулся к Кратеру. — Кратер, я не хочу вас злить. Я просто говорил новости, которые вам нужны знать.
— Ну и зачем нам эти новости? — Спирит Вар скрестил руки на груди. — Они же не особо важные.
— Я дам вам тогда серьёзную новость, — Грейт Америка шагнул вперёд. — Когда я отдыхал, меня встретила серьёзная пара злодеев. Это был Шум. После того как он назвал себя, я стал видеть только шум и слышать шум в голове. А в это время на меня напал человек Изолента и разорвал меня. Но он не знал, что я могу восстановиться. Меня не убить. Если такая команда нападёт на нас, дела будут плохи.
— А вот это уже интересно, — раздался голос из дальнего угла.
Все посмотрели туда. Там стоял человек, которого никто никогда раньше не видел. Он был одет в обычный серый костюм, и его лицо было совершенно незапоминающимся.
— А ты вообще кто? — Стерлинг прищурился.
— Я Джон, — ответил тот, и его голос был таким же незапоминающимся, как и его лицо. — Моя способность, полностью становиться незаметным. Всё это время я был с вами. От начала и до конца. Я даже был против Маршала Смерти, но меня не заметили. И даже когда вы записывали меня как супергероя, вы меня не заметили.
— Офигеть, — выдохнул Камера Митрин и уставился на Джона. — А я всё это время думал, кто это. Ибо я всех знаю. А его я впервые видел.
— Скажи честно, Камера Митрин, ты меня не видел, — Джон посмотрел на него в упор.
Камера Митрин промолчал. Он только что напиздел, что видел его.
— Ладно, на этом всё, — Стерлинг махнул рукой. — Можете расходиться.
Спустя некоторое время Квикнесс и Камера Митрин стояли в коридоре и говорили между собой.
— Если честно, то от слов этих двоих мне стало грустно, — произнёс Квикнесс, и его голос звучал устало. — По факту хотим как только лучше, а в итоге всё опять.
— Понятно. Видимому, вас это не впервые.
— Этих случаев было уж слишком много. А, да... может, другое обсудим?
— Если и другое, то что можно?
— Давай про наши суперспособности.
— Если я кого-то фотографирую, живое существо то оно может исчезнуть. Но я не уверен, что это мои силы. Скорее всего, это камера такая.
— А я могу бегать быстрее человека в несколько раз, — Квикнесс вздохнул. — Да, это позор. Но я почти не развиваю свою скорость. Я не знаю, как её развить дальше.
— У нас у обоих, мне кажется, силы не очень.
— У тебя вроде нормальная ещё. А вот моя, полный отстой. Я ведь медленный.
— Нет, ты не медленный. Недооценивай себя.
— Тогда, Камера Митрин, и себя тоже не недооценивай. Мне кажется, твоя способность будет нужна.
— Обязательно.
И вдруг произошёл очень громкий взрыв в Пентагоне. Стены содрогнулись, где-то посыпалась штукатурка.
— Что это было?! — Квикнесс схватился за стену.
— Не знаю, но надо сейчас же посмотреть! — Камера Митрин уже бежал по коридору.
Тем временем Грэг просто бегал. Он тренировался, и его лёгкие горели огнём, а ноги гудели от усталости. Он хотел стать лучше, быстрее, сильнее. И тут его встретил Капитан Потужно.
— Тебя же посадили в тюрьму! — Грэг замер на месте и отступил на шаг.
— Я снова выбрался, — ответил Потужно, и его голос был холодным. — С помощью Маршала Смерти. Он освободил меня с Энерго.
Грэг начал убегать и вдруг ударился об чьё-то тело. Он поднял голову. Альтер стоял перед ним, скрестив руки на груди.
— Тут нужна помощь балтийскому супергерою? — произнёс он, и в его голосе была усмешка.
— Но откуда ты тут?!
— Меня сюда телепортировал Стерлинг.
Альтер посмотрел прямо в глаза Капитана Потужно и шагнул вперёд.
— Ну что ж, Капитан Потужно, решим окончательно тут и сейчас.
Капитан Потужно сжал кулаки, и его лицо исказилось от старой, застарелой ненависти.
— Я не прощу тебя никогда. Как ты меня предал, оставив меня сражаться одному против Щелкунчика! И когда я тебя смогу повалить в битве, я буду бить тебя. Но я не убью тебя. Ты будешь страдать.
Продолжение следует.