Едкий, сжирающий глаза и не дающий нормально вздохнуть, стоял стеной в этом тёмном подземелье.
Мы с Бель шли почти на ощупь, ведь даже свет в виде магокамня не помогал от ядовитой вони вокруг.
Подземный коридор на вид был очень старым и, кстати, довольно хорошим по качеству. Кузнец явно не один месяц провёл в кропотливой работе над этим местом.
Он тянулся так сильно вперёд, что конца видно не было, что совсем не нормально для погреба в хижине.
По размеру он тоже был очень неадекватным. Если обычно в погребах передвигаются на корточках, опуская голову, то здесь мы с Бель вдвоём спокойно передвигались в полный рост.
Зачем кому-то вроде кузнеца строить такой тоннель? Что здесь можно было хранить или же прятать? Может, я ошибаюсь, но тоннель тянется на несколько километров вдаль.
С каждой минутой дышать было всё тяжелее. Я с силой хватал воздух, который по какой-то причине здесь был очень сильно разряжён.
Бель в свою очередь почти никак не реагировала на это место и спокойно шла вперёд, рассматривая всё вокруг на предмет странных или же просто интересных находок.
— Бель, как думаешь, Губра может быть здесь? — я всё ещё немного побаивался этой страшной встречи, даже если она может и не случиться.
Кошка обернулась на меня, принюхалась к воздуху вокруг, но никакой реакции после не последовало.
— Нет, мы его не встретим. Здесь, по крайней мере, точно.
— А как ты это поняла? По запаху?
Она кивнула, продолжая идти дальше.
Удобно быть кошкой — не надо особо гадать, принюхался, прислушался — и всё готово.
Не знаю, сколько прошло времени с последнего моего отсчёта, но перед нами наконец-то предстало помещение.
Маленькая комната — семь на семь шагов и примерно на два метра в высоту.
Полностью пустая, стены из земли — в общем, ничего интересного.
Мы с Бель быстро осмотрелись повнимательнее. Это не было похоже на тупик или что-то такое, скорее комната, предназначенная для хранения некоего секрета.
Единственное, что я заметил, — это то, что Бель стала вести себя немного странно. Она начала щуриться, а в какой-то момент и вовсе её зрачки стали в прямом смысле кошачьими.
— Секунду, я кое-что проверю, и можем идти.
Бель достала из мешка, который она носила на поясе, грифель белого цвета. Такие крайне редко использовали для того, чтобы писать на доске, но их фактическое применение — это магические круги.
Она очертила на полу крест святого Лона, и в эту секунду атмосфера резко повернула в страшную сторону.
Мне стало не по себе, ведь всё, что я слышал о такого рода обрядах, было экзорцизмом и в общем связанно с миром мёртвых.
Кошка была сильно занята черчением, но в какой-то момент она всё же сказала:
— Всё, что ты здесь увидишь, ты унесёшь с собой в могилу. Понял меня?
Ей хватило кинуть на меня мимолётный взгляд, и я сразу же кивнул, сглатывая слюну.
Я впервые вижу её настолько серьёзной и сосредоточенной. Обычно она менее строгая и больше склоняется к доброте. Сейчас же она в ярости, я бы даже сказал, ею движет не её собственная ярость.
Если полностью придаться моим ощущениям, это было похоже на то, что некий дух что-то ей прошептал на ухо, а после вселился в неё, изменив характер и поведение.
Бель встала на колени, а после, сложив руки в молитве, начала читать:
— О святой спаситель наших душ, спротивись посланию раба преисподней и обрати взор на дочь свою, ниспусти страх блаженный и укажи ужасу дорогу в дом мой.
Белая аура магии с каждым словом всё ярче и ярче окутывала Бель, а та молилась всё громче. Её слова эхом рокотали по комнате, отдаваясь в моём теле волнами.
На секунду даже стало тяжело дышать. Закончив заклинание, Бель встала, но ничего не изменилось. Она приложила указательный палец ко лбу, опустила руку и приложила большой палец к животу, а после мягко стукнула себя кулаком в грудь. Именно так, если я не ошибаюсь, крестятся в церкви Лона.
Непонятно только, чего было такого секретного во всём этом ритуале, что нельзя никому о нём рассказать.
— Здравствуй, — внезапно Бель обратилась к кому-то в темноте угла комнаты.
— Приветствую тебя, — из тьмы ей ответил мерзкий хриплый голос.
От страха я споткнулся и случайно задел рукой магокамень, что лежал в моём кармане. Я влетел в стену, а камень, прокатившись, освятил угол, из которого доносился незнакомый мне голос.
Там было изуродованное тело кузнеца. Оно гнило заживо уже пару дней. Из его глаз на пол падали опарыши. Вся эта картина вызвала у меня рвотный позыв. Я впервые видел гниющий труп — это не шло ни в какое сравнение с тем, как это описывали в книгах.
Мне стало очень плохо от мерзости увиденного. Мой первый мертвец был рыжим и выглядел обычно, будто просто спал. А разлагающийся труп — это то, что никогда в жизни я не смогу описать.
Почему труп отвечает на вопросы Бель? Я никогда в жизни не видел такой магии. Даже нет — я никогда не читал про такую магию.
Получается, есть магия, о которой даже в книгах не пишут. Чему тогда в принципе я могу фактически доверять, если есть второе дно даже у самой изученной вещи в нашем мире?
Бель не смотрела на мою реакцию. Она вообще никуда не смотрела, держа в руке крест святого Лона, она лишь продолжала нашептывать слова и больше ничего.
— Кто убил тебя, друг мой?
Труп немного приподнялся, и кусок его челюсти упал на пол. Я больше не могу смотреть — меня сейчас снова вырвет, мне плохо. Я обернулся к стене — проще будет хотя бы дослушать, ведь я в шаге от потери сознания.
— Меня убил деревенский лекарь.
Твою мать. Я был прав. С самого начала я был прав. Лекарь стоит за всеми убийствами и саботажами. Если сейчас и теория про Губру подтвердится, то я, получается, детектив.
— Был ли с ним кто-нибудь ещё?
— Нет, был только он. — Ладно, половина теории — тоже ничего. Да и не факт ещё, что он один. — Ему нужен был проход из моих тоннелей наверх.
— Для чего?
— Он хотел быстро перемещаться из своей хижины в мой дом. А после он думал, что было бы славно вырыть выход на пределы деревни.
Бель села на землю и, взяв в руки маленькую книжку, откинула голову:
— Развеять.
На моих глазах труп начал рассыпаться. Он был всё ещё в сознании, и в момент, когда белый свет перестал быть рядом с Бель, кузнец завопил во всю глотку, разрывая на себе плоть.
— Отвернись, Лиам, — помотала головой кошка.
Я последовал её приказу — даже думать не хотел, что будет дальше.
— Бель, а почему ты не спросила про Губру? Да и вообще, что это за магия такая?
Сразу увидев, как Бель придумывает способ увильнуть от вопроса, я встал и подошёл ближе, начав давить на неё.
— Эх-х, — вздохнула Бель. — Слушай меня внимательно. Ты узнаешь то, чего мы в церкви добивались годами обучения. Так что радуйся, что я добрая. В общем, в церкви святого Лона знают кое о чём, чего не знают в обычном обществе.
Началось. Секреты церкви. Я даже читал книгу с похожим названием, и если окажется, что Бель проводит некие мерзкие ритуалы и приносит людей в жертву, я обнажу меч.
— Когда-то Святая говорила с Богом напрямую. Он дал ей многие знания, включая знание того, что наш мир не единственный. Кроме мира Эрбороники есть ещё два. Кайгах — мир небес, где живут два брата, воины неба. Второй мир — Дангон, мир мёртвых.
— Чего?
Большего бреда я ещё не слышал. Моя мама верует в святого Лона, но я никогда и близко подобной ереси не слышал.
Я даже не знаю, как мне ответить Бель на такое. В плане — передо мной есть одно существенное доказательство того, что её слова — правда, но я не готов принять факт того, что я овечка, живущая в неведении.
Печально опустив глаза, я, не зная, что мне сказать, взял магокамень с земли и направился к выходу.
— Стой, Лиам! — окликнула меня Бель. — Если когда-нибудь мы попадём в церковь Святой, что в городе Криталика, я обязательно попрошу пустить тебя в церковную библиотеку.
— Угу.
Что там такого в этой библиотеке, чтобы я всё просто забыл? Меня не так-то просто купить. Да я вообще не продаюсь.
— Лиам, — ехидно улыбнувшись, сказала Бель, — размеры этой библиотеки превышают десятки километров подземных катакомб, полных чтива от начала времён до тех, что ещё даже не вышли.
Остальная дорога прошла в весёлой атмосфере.
Мы обсуждали всё, что увидели и узнали. Очевидно было то, что Аврора находится в некой опасности, но именно из-за этого мы не могли просто ввалиться к лекарю и заковать его. Ведь, как я уже говорил, ему отравить или просто навредить моей подруге очень легко.
Нужно было просто держать стражу и главу деревни в курсе, чтобы, если что, мы сразу проследили и проверили лекаря полностью. Узнали его планы, соратников, цели, способы достижения целей и так далее.
Нужно было раздобыть тонну доказательственной бумаги, чтобы наконец успокоиться и точно знать, что делать дальше. Пока же — улыбаемся и делаем вид, что всё в порядке.
Бель опечатала дверь и вызвала стражу. Она вкратце всё им объяснила, и они сразу же направились к главе деревни.
Только что запустился необратимый процесс. Пока лекарь даже того не подозревает, мы уже вышли на его след с помощью крутой магии святых.
Точно, так вот в чём дело. Тогда да — очень умно. Церковь специально прячет такую информацию, чтобы после использовать её как козырь в любой ситуации. К примеру, сейчас наш враг и подумать не может, что кто-то умеет разговаривать с трупом.
Ещё пока мы с Бель общались на эту тему, я вспомнил кое-что интересное, на что раньше почти не обращал внимания.
Если обратиться к классической картине мира, во главе всех аспектов нашего развития и защиты стоят владыки. Сам по себе этот титул не даёт тебе никаких больших прав. Ты не становишься избранным и ничего в таком роде.
Титул владыки и вообще весь этот список собран скорее из соображения списка мировой силы. То есть любой крестьянин с помощью этого списка может примерно понимать, кто в нашем мире на данный момент самый сильный.
Так вот, я вспомнил, что Святая, о которой говорила Бель, да и что греха таить, я недавно её вспоминал, прям на днях. Святая — это легендарная фигура. В отличие от многих владык, что довольно локально известны, она имеет огромное влияние из-за легенды, что однажды она лично говорила с Богом, и он направил её служить церкви.
Святая является первой в списке мировых сил, а по-другому её называют Владычица Святых. Титул этот является почти священным, и вряд ли кто-то в ближайшие лет семьсот заберёт его у неё.