Раннее утро, а я уже на ногах. В гостинице была полнейшая суматоха. Мы с Авророй и Ником бегали туда-сюда, чтобы сложить, упаковать и убрать свои вещи. Из подарков на день рождения я забрал: шарф, меч, несколько книг и бутылку вина. Говорить, зачем она мне, я не буду — может, пригодится. В остальном из вещей у меня было не так много. Свой дождевик, за который, помнится, я отругал Бель, я отдал девочке на улице. Даже сам не знаю, что на меня нашло, просто вдруг захотелось отдать его ей.
Аврора всё время, пробегая мимо меня, кричала, что не может найти свой носок. Первый раз я посмеялся, второй — улыбнулся, а на третий сам пошёл и нашёл этот несчастный носок за кроватью. Не знаю почему, но Аврора сама не своя после моего дня рождения, хотя мы вроде хорошо провели время. Несмотря на это, у меня в душе ощущение, что у неё остался осадок от какой-то ситуации. Нельзя отрицать и того, что она не очень хочет покидать деревню, которая подарила столько хорошего. Я стиснул зубы от мысли, что не меньше плохого. От имени Мария, в каком бы контексте его ни говорили, по спине бегут мурашки, хочется закутаться в мой прелестный шарф и не вылезать.
Я вроде как закончил сбор вещей. Рюкзак заметно потяжелел после приезда в деревню, но всё же не мусор я с собой беру, не считая обёрток от шоколада, который мне подарили. Вещица ценная, её маги скупают, так что отличный способ положить лишнюю монету в карман.
В комнату зашёл Ник. Он тоже был наготове и в неплохом настроении. Мне вдруг захотелось узнать его побольше. Я успел пообщаться со всеми, кроме него. Ник присел на край кровати и уткнулся в книгу. Я ему не скажу, что знаю её эротический контекст. Шалун.
— Ну-с... — Я запнулся, даже не зная, с чего начать. — Как книга?
— Нормально, — сухо ответил Дагонский.
— Чем будешь заниматься после того, как встретишь маму?
Ник посмотрел на меня очень недовольным взглядом:
— Послушай, Лиам.
— Да-да? — максимально дружелюбно ответил я.
— Нам с тобой не обязательно общаться, верно? Я бы рад найти собеседника, но им точно не будет человек, который по идее должен спасать меня от смерти, а в итоге занимается всем, кроме этого. Будь добр, иди к синеволосой демонице и не досаждай мне, хорошо?
Вот же сволочь. Нет, по факту он прав, да и не говорил в грубой форме, но всё равно обидно. Ты к нему по-доброму, а он вот так. День какой-то ненормальный, все в плохом настроении. Я начинаю думать, что я один снова чего-то не знаю, что знают все остальные. Ладно, с этим-то понятно: ему лишнее облако на небе настроение испортит. На него и обижаться-то сложно, зная, что мне хватит достать меч из ножен, и у него пот в три ручья польётся.
Ну, не хочет — да и он ему судья. Пойду что ли к Бель, может, хотя бы она будет в хорошем настроении.
Бель спит. М-да, шило на мыло. Пока мы с шести утра на ногах собираем вещи, кошка вообще забила на всё и свалила сбор вещей на бедную тётю. Ужасный человек: семнадцать лет в церкви, а дисциплина нулевая. Пока наша подруга спала, её тётя, закончив собирать вещи, предложила мне выпить чай.
— Присаживайся, малыш.
Я сел в кресло, и мне налили кружку чая. Тётя же села напротив и вдруг нахмурилась:
— Послушай, Лиам, твоя фамилия Укерфельд? — Тётя потирала ложку, которой только что размешала сахар в чае.
— Вообще, по сути, да, но по факту нет. Я отрёкся от неё. — Вот та тема, которую поднимать не стоило, это уж точно.
Тётя ухмыльнулась и покачала головой, будто перед ней и правда ребёнок рассказывает сказки. Неприятно такое видеть.
— Лиам, расскажу тебе одну правду. Если ты сказал, что отказался от семьи, это не значит, что ты и правда больше не её член.
Ага, конечно. С умным видом говорить — дело одно, но есть пару нюансов.
— Если бы мой отец хотел бы сохранить меня в семье, он бы хотя бы попытался найти меня, но вот уже как месяц меня нет, ни слуху ни духу о потерянном сыне герцога.
— Вот тут ты не прав. — Тётя достала свёрток и слегка подкинула его мне.
«РАЗЫСКИВАЕТСЯ ЛИАМ УКЕРФЕЛЬД. ОСОБЫЕ ПРИМЕТЫ: СИНИЕ ГЛАЗА, СВЕТЛЫЕ ВОЛОСЫ, УМЁН НЕ ПО ГОДАМ. НАГРАДА ЗА НАХОЖДЕНИЕ — 7000 ЗОЛОТЫХ МОНЕТ».
Чего? Это и правда мой отец. Печать Георга. Значит, он и правда ищет меня. Но это значит, что многие люди отправятся на мои поиски. Это безумно плохо, последнее, чего бы я хотел сейчас. Откуда у тёти вообще эта бумага? Даже в такую глушь отправили письмо, или же они каким-то способом отследили мой примерный маршрут из Боны. Тц, не день, а сплошной ужас.
— Лиам, наступают не лучшие времена. Твой отец может погибнуть, и ему нужен наследник, понимаешь? Он бросит все силы на поиск тебя. Так что советую лучше прятаться. А ещё лучше будет вернуться домой, пока не поздно, и всё обсудить. В наше время он будет готов на любые уступки, лишь бы ты был рядом.
Какое ещё время? О чём она говорит? Ничего не понял, но её слова звучат как минимум убедительно, а как максимум у неё ещё и вещественные доказательства собственных слов.
— Был бы рад согласиться, но нет. Политика — это не моё, раз. Два — я был унижен их решением и общим отношением ко мне. И третье — не суждено человеку, который не делит людей на богатых и бедных, жить в высшей касте. Будет немного высокомерно, не правда ли?
Тётя начала смеяться. Ну, хоть кто-то сегодня в хорошем расположении духа. Ведь с этого момента я завершаю наш «угрюмый отряд бездомных котят» — УОБК. Красивое сокращение, правда, как рабочее название вряд ли сойдёт.
— Лиам, а что для тебя значит неправильное отношение? Неужели тебя били?
— Пф, да какой там. Моя семья святая в плане воспитания. А говорю я о том, что ко мне нельзя относиться как к ребёнку. Это неприемлемо.
— Но ведь ты ребёнок, не так ли?
— Весьма.
Я допил чай и, торопливо поднявшись с удобного кресла, быстро попрощался с тётей и покинул здание управления.
Лёжа на кровати, я всё никак не мог успокоиться. Отец ищет меня. Почему мне вообще казалось, что он быстро сдался и перестал меня искать? Раньше он совсем не обращал на меня внимания. В год я получал не больше трёх-четырёх коротких разговоров с ним. Разговоры длиннее пяти минут были редкостью, и они были изумительны. Может, именно поэтому я выстроил в своей голове такое впечатление. 7000 монет... Цифра, которая не укладывается в голове. За неё можно купить наш родовой особняк, плюс к этому всех наших слуг, наши личные вещи, и останется ещё 200 золотых. Этого хватит, чтобы три раза оплатить моё обучение в академии меча за первые пять лет. Почему так много? Разве я стою так дорого? Бр-р-р, нет, это прозвучало не очень прилично. Вернее будет: разве они ценят меня настолько сильно? Одной бумажки не хватит, чтобы я полностью поверил в это.
В комнату зашла Аврора. Она легла рядом со мной и открыла книжку с очень красивым переплётом. Это вообще было довольно странно: ни с того ни с сего просто пришла и легла на мою кровать. День дурака, не иначе.
— Что читаешь?
Аврора, не отводя глаз от книги, начала шептать:
— «Повесть о драконе из древних гор».
— Хорошая книга.
— Ага, только скучна-а-ая. — Аврора широко зевнула и, облокотившись на руки, задремала.
Меня почему-то тоже начало клонить в сон, и я решил не бороться, медленно закрывая глаза.
В конечном итоге я проспал без задних ног следующие три часа. Нас с Авророй разбудила Бель словами:
— Подъём, голубки!
Мы взяли свои вещи и направились на прощальный обед в здание управления, куда снова пришла вся деревня. Как оказалось, из-за моего дня рождения они забыли провести фестиваль и просто перенесли его на сегодня. На этот раз Бель не пила алкоголя, да и все остальные тоже не злоупотребляли. Наоборот, всё было очень спокойно, и я бы даже сказал по-семейному.
Я и правда покину эту деревню вот-вот. С каждым часом мне кажется, что мы отсюда уже никогда не выйдем. Но не дай Лон это и правда случится. Мне здесь нравится, но далеко не настолько.