Я сбегу на свободу

Отец был явно расстроен.

Мы раньше никогда с ним не ссорились, и я вообще плохо его знал.

Всё, что мне было известно, это то, что он аристократ, деловой мужчина и с недавнего времени я узнал, что он ещё и книголюб.

Анна стояла рядом и ждала движения от меня, а я же как вкопанный ждал их реакции.

Мы стояли молча какое-то время.

Наконец Анна решила начать.

Она подошла ко мне и уже в привычной манере присела напротив.

— Господин, вы сегодня покидали поместье?

Я помотал головой, но тут же осознал всю серьёзность ситуации.

Если они узнали о моих ежедневных вылазках, это грозило мне тем, что меня запрут дома, а Шарлотту, так и вовсе могли выгнать.

Надо было срочно что-то придумать, что-то, что заставит их поверить в мои слова.

В голову совсем ничего не приходило, и в этот момент ко мне подошёл отец.

Он смотрел на меня с неким уважением во взгляде, но в нём явно играли отцовские обязанности.

— Сынок, я уже всё знаю. Я не могу закрыть на это глаза, ты ослушался меня, и это неприемлемо в семье Укерфельд. — он смотрел на меня снизу вверх.

Мне всё ещё нечего было сказать, отпираться было поздно, и я не знал, что делать.

Я боялся за себя, за Шарлотту и за Аврору.

Было очевидно, если меня закроют в поместье, мы с ней не сможем увидеться.

Слова Кэрона вспыхнули в голове ярким огнём.

Он говорил про золотую клетку ещё тогда, и теперь же я злился от его слов.

Мне казалось несправедливым, что меня насильно удерживают в поместье.

Да, мне всего восемь, но каждый здесь знает, что я далеко не обычный ребёнок, видимо, даже это не даёт им мысли считаться с моим мнением, это страшно раздражало, и я отвёл взгляд, не желая говорить.

— Послушай, сынок, ты просто скажи, кто тебе помогал, а после мы всё обсудим.

«То есть ты хочешь, чтобы я не просто сдался, так ещё и похоронил вместе с собой Шарлотту? Отец, ты видимо выжил из ума!»

— А ещё что? — буркнул я.

Меня сильно задели его слова, они звучали как проверка и как бред сумасшедшего.

Отец и правда такой же, как и все остальные, ему главное скинуть всю вину на служанок и пригреть своего сына с серебряной ложкой во рту.

Я всегда считал такое мерзким и до последнего надеялся, что мои родители не такие, видимо, я сильно ошибался.

Отец же, услышав грубость, на секунду застыл, не зная, какие слова выбрать.

— Ясно... Лиам, отныне ты будешь под строгим присмотром Анны, тебе запрещено выходить из правого крыла до того момента, пока тебе не исполнится одиннадцать лет. Или же можешь сказать, кто тебе помог, и мы остановимся на том, что ты не сможешь выходить за пределы поместья, как и было обговорено изначально.

— Отец... ты похоже идиот, раз считаешь, что я поступлю как подлая тварь и буду сваливать вину. Ты зря считаешь меня таким же, как и все остальные. — Я сдернул пуговицу с фамильным гербом и с силой швырнул её на пол. — Я не такой, как вы! Честь для меня дороже похвалы от шайки знати, что даже не знает, где настоящая жизнь.

Папа сильно разозлился, он было хотел поднять руку, но в последний момент он сдержался и двинул рукой.

Анна взяла меня, и мы начали уходить.

Меня распирала злость изнутри.

Никто не мог понять меня в этом поместье, и я не верил, что провёл всю жизнь с этими людьми.

Я видел их впервые.

Холодные, алчные, без доли совести.

Зная то, как я мечтал о том, чтобы выйти за пределы поместья, они не удосужились понять меня.

Им было важно лишь то, как на них взглянут их подлые дружки.

Всё это вызывало у меня лишь отвращение.

Анна шла чуть впереди и молчала.

Впервые мы не обменялись словом.

Я всё время хотел что-то сказать, но из-за злости проглатывал фразы, а Анна, видимо, и не хотела говорить со мной.

Поместье начало давить на меня.

Я столько раз смотрел на одно и то же, что это начинало бесить, я уже начинаю ненавидеть этот коридор.

Поднимаясь на второй этаж, Анна остановилась и всё же решила поговорить.

Странно, я думал, ей важно лишь то, что о ней подумает отец, видимо, на этот раз она решила выбрать обе стороны, чтобы никто не считал её предателем.

Умно, но на меня такие трюки не сработают.

— Господин, вы зря так злитесь, вы умны не по годам и не можете понять, что господин Георг переживает. Вам всего восемь лет, и за пределами поместья может случиться что угодно.

— Мне всё равно. Отец знает, что я могу справиться, но просто хочет удержать меня.

— Это совсем не...

Я не дал ей договорить, обойдя её, я быстро ушёл вперёд и, зайдя в комнату, сразу запер дверь на ключ.

Анна стояла у двери несколько минут, пытаясь достучаться до меня, но мне было плевать.

Всё, о чём я думал, это то, что я не смогу увидеть Аврору, внешний мир и всю его красоту из-за прихоти отца, мне суждено быть в четырёх стенах своей комнаты, читать одни и те же книги, разгоняя скуку.

В такой жизни нет смысла, и моя судьба точно не такая.

Время тянулось долго.

Я смотрел в потолок и обдумывал всё, что случилось.

Отец может и думает, что много знает о том, как хорошо, но я знаю лучше, что нужно мне.

Никто не должен управлять моей жизнью, будто я товар.

«Надо придумать, как сбежать, скрыться навсегда, так, чтобы меня даже не решились искать».

Я кинул взгляд на шкаф и тут же встал с кровати.

Перебирая вещи, я нащупал охапку постельного белья.

Это было лучшее, что случилось за последний час.

Надо было придумать план побега.

Я на втором этаже, значит, мне нужно около пяти метров верёвки, по которой нужно будет спуститься.

На заднем дворе стоит один стражник, он постоянно дрыхнет, так что думаю, пройти мимо него труда не составит.

Я начал связывать простыни друг с другом, образуя длинную верёвку.

Всё было готово, и оставалось дождаться ночи.Потемки сошли на город.

Это был идеальный шанс, чтобы сбежать.

Было не так много времени, чтобы обдумать всё как следует.

Но я уверен, что я прав.

Уже никто не заставит меня думать иначе.

Пришлось тянуться, чтобы достать оконную ручку.

Вообще не понимал, зачем в поместье такие большие окна.

Через них всё было очень хорошо видно.

Казалось, что те, кто строили поместье, строили его с расчётом, что смогут, если что, ограбить его после.

Так или иначе, всё было готово.

Пришлось постараться, чтобы достать нужные вещи.

Еда, деньги и рюкзак. Всё это я достал в кладовой.

За ней почти не следили, ведь по факту там один мусор.

Сегодня же это место самое что ни на есть полезное. Очень удобно было, что рюкзаков там была тьма.

Их использовали слуги, когда родители выезжали в город, сейчас же это очень хорошо играет мне на руку.

Припасы я, очевидно, спёр с кухни.

Служанки вряд ли думали, что я всерьёз сбегаю, поэтому по сути считали, что я заедаю стресс или что-то в таком духе.

Легко представлять ребёнка ребёнком, повезло, что я не ребёнок.

Плевать, в каком я теле, мой мозг говорит за меня громче, чем хотелось бы.

Что ж, последний пункт.

Я перевел взгляд на стену.

Меч, что подарила мне Лия, вот уже почти три месяца висит без дела.

Так продолжаться не может, пора всё изменить.

Я стану лучше, чем когда-либо, выберусь из золотой клетки и заберу Аврору.

Я не уверен, что она пойдёт за мной, но во всяком случае я на это надеюсь.

Скатившись с кровати на пол, я подошёл к стене.

Меч сверкал от ламп. Меня всегда это завораживало, но я никак не мог его использовать.

Что может бесить сильнее этого?

Я взял его в руки.

Лия не врала, когда говорила, что он почти ни черта не весит. В моих руках он и правда казался лёгким.

Таким лёгким, что я мог бы швырнуть его очень высоко, и это было бы просто.

Сейчас же это мой главный козырь, если в пути что-то пойдёт не так. Не хотелось бы, чтобы сегодня у меня не получилось.

Всё было готово, и я с силой открыл окно. Оно выскочило и было отлетело бы в мою голову, но пронесло, и я успел перехватить его рукой.

Я мельком глянул вниз на предмет слежки. Всё было спокойно, лишь птички напевали ночные трели.

Стражник, как я и думал, дрых у задних ворот.

В прошлом я бы, как всегда, назвал это невежеством.

Сейчас меня это, наоборот, радует.

Взяв охапку тряпок, которые ещё днём я связал в узел, я выкинул их вниз.

Они протянулись до земли, и было понятно, что я даже немного переборщил с длиной.

Хотя это не то чтобы важно. Сейчас важнее было выждать идеальный момент.

Я уже начал вылезать через оконную раму, как вдруг услышал стук в дверь. Я уже знал, кто это.

Анна пришла совсем не вовремя.

Быстро вернувшись назад в комнату, я неловко упал на кровать.

— Господин, вы спите?

Раньше этот голос был моей усладой, он всегда предвещал что-то хорошее.

Удивительно, как одна вещь может кратно изменить всё.

— Да, я не сплю, - буркнул я в ответ.

Мне так хотелось, чтобы она ушла, но у неё были другие планы.

— Господин, простите меня за мои слова днём.

В её голосе была мелкая дрожь, казалось, что она плакала.

Мне стало тяжело. Я никогда не видел, как она плачет, и сейчас нас отделяла всего лишь дверь.

Сердце начало стучаться с бешеной скоростью.

Анна — тот человек, что всегда был рядом.

Только сейчас до меня дошло, что я бросаю её.

Когда я сбегу, её могут уволить, а может, и того хуже.

Должен ли я вообще сбегать или стоит остаться ради неё?

Как бы в такой ситуации поступил Кэрон?

Уверен, он бы плюнул на всё и ушёл.

Свобода — это самое важное в жизни.

— Я не хочу говорить, Анна, уходи!

Я снова разозлился с новой силой.

«Не смогла грубостью, попробуешь жалостью. Как я могу тебе верить после всего, что было?»

Анна услышала это, сначала развернулась, но неожиданно снова вернулась к двери.

— Господин, не делай глупостей, о которых пожалеешь в будущем. Это всё, что я хотела бы сказать...

Я не ответил.

Её слова прошли мимо моих ушей.

Зачем мне слушать её, и о чём я могу пожалеть? Ну, ушёл я из поместья, в этом нет ничего плохого.

Свобода, наконец стану мечником, как и хотела Лия.

Уже никто не сможет меня остановить.

Анна, не дождавшись ответа, ушла. У меня на глазах выступили слезы.

Мне было очень тяжело игнорировать её, но что я ещё могу?

Она сама сделала мне плохо, и теперь я должен стать половой тряпкой, о которую все вытирают ноги?

Никогда.

Я снова перелез через раму и пополз вниз.

В окнах было темно.

Это снова играло мне на руку, казалось, всё поместье помогает мне сбежать.

Такое даёт уверенности в себе.

Оказавшись на земле, я первым делом прислонился к стене.

Осмотревшись глазами вокруг, я не заметил ничего странного.

Значит, всё идёт строго по плану.

Я побежал в сторону выхода.

Охранник даже не повёл взглядом, спал он очень крепко.

Подбежав к ограде, я начал перелезать её.

Ноги не слушались, от страха дрожали пальцы так, что я чуть не упал.

Из последних сил удержавшись, я перепрыгнул через ограду и оказался по ту сторону.

На свободе, где никто не будет мной управлять. Я, не оглядываясь, побежал во тьму.

Плохо помня, как дойти до города, я сначала двигался почти на ощупь.

Наше поместье было в лесу, отчего выйти из него в ночь было очень трудной задачей, но я не мог тормозить.

Я бежал довольно долгое время, и наконец впереди показались ночные городские огни.

Это было так волнительно, что казалось, сердце лопнет от напряжения.

Я выбежал на дорогу и оказался в знакомом месте.

Рынок.

Тут мы с Шарлоттой проводили много времени вместе.

Я начал глядеть по сторонам, выискивая возможную слежку глазами, но её не было, и я наконец расслабился.

Руки всё ещё немного дрожали, но уже не так сильно, как при начале побега.

Пройдя вперёд, я увидел очень знакомый силуэт, который сидел у лавки.

«Это... Аврора?»