Казалось, он не придавал большого значения тому, что только что мерился силами с наследным принцем.
— Дело не в этом, мне приснился очень странный кошмар! Такой мерзкий сон. Во сне я, Макс, стал поваром. Я усердно готовил еду для своего господина, но вдруг кто-то ворвался в его особняк и перебил всех людей.
Макс, который и так-то не очень полезен для выживания, к тому же не умеет толком использовать свою пробуждённую особенность (кроме как для побега), даёт массу поводов для недовольства.
Но есть в нём одно преимущество: он всегда говорит не подумав, поэтому и не врёт.
Услышав рассказ Макса о том, что он был поваром, остальные, похоже, сразу вспомнили монстра из банкетного зала.
— А был ли у сна продолжение, лорд Макс?
Спросила Эниэль, уточняя. Макс без задней мысли охотно ответил:
— Был, но это такой неприятный сон. Кому он нужен!
— Макс, помнишь того монстра из банкетного зала, которого мы здесь встретили? Он был одет в поварскую одежду. Не припоминаешь?
Слова наследного принца заставили Макса широко раскрыть глаза.
— Ах! Точно! Если говорить о сне, то я приготовил торт ко дню рождения господина. Я планировал разрезать его вечером на банкете. Мне очень хотелось поздравить такого хорошего человека. Но вдруг всех перебили, а торт куда-то исчез. Мне вонзили нож в грудь, и я чувствовал такую обиду, что хотел вырвать сердце врага и пережевать его.
Закончив рассказ, Макс схватился за грудь и задрожал.
Блюдо, которое нужно положить на тарелку монстра на третьем этаже, меняется каждый раз.
Я внимательно запомнила рассказ о торте.
— Фу-у, но какое отношение эта история имеет к делу?
— Имеет.
Сиан объяснил Максу:
— Перед монстром стояли две тарелки. Одна обычная, другая ‒ под серебряной крышкой. Нужно наполнить одну из них тортом.
— С чего вы так уверены, лорд Исенгрив? Может, вы просто гадаете?
Сиан вздохнул и холодно посмотрел на Макса:
— Вы не помните, что случилось только что? Тот монстр плакал кровавыми слезами, призывая имя Аквилиума. Судя по всему, это и есть воспоминания того монстра.
— У-и-и-к!
Макс уязвлённо скривился. Но, поскольку логика Сиана была безупречна, ему нечего было возразить.
— Успокойтесь оба.
В этот момент вмешалась Эниэль и указала на одну из дверей на втором этаже внутренней кухни.
Это была комната без двери, только с дверным проёмом.
— Сначала нужно найти чистящее средство и вымыть посуду. Похоже, второй этаж в основном пуст. Но эта комната, вероятно, кладовая. Зайдём.
Как и сказала Эниэль, второй этаж был в основном пуст. Лишь кое-где стояли ящики с запасными сковородами и кастрюлями.
Мы вошли в единственную комнату ‒ кладовую.
Там было несколько стеллажей.
«Здесь и появляется монстр с зашитыми глазами, да».
Вспомнив эту информацию, я приготовилась в любой момент взмахнуть топором.
В кладовой было пустынно и мрачно. Макс, желавший поскорее уйти, усерднее всех обыскивал стеллажи.
— Средство для мытья посуды! Оно здесь! Какое из них ‒ чистящее?
Ещё не найдя его, он хватал все бутылки подряд и ворчал.
Наследный принц смотрел на Макса, потеряв дар речи.
— Макс… то, что у тебя в руках…
На бутылке в руке Макса было написано "Чистящее средство".
— Осторожно, лорд Макс!
В этот момент крикнула Эниэль.
Над головой Макса, прикрепившись к потолку вниз головой, появился монстр-слуга.
Он выглядел не лучше горничной у входа. Кожа была синевато-фиолетовой, а оба глаза зашиты, что выглядело крайне жутко.
[Эти глаза. Мне нужны глаза Аквилиума.]
[Давай обмен. Глаза.]
[Дай глаза. Дай глаза.]
Монстр-слуга с зашитыми глазами тоже бросился в первую очередь на наследного принца.
Он размахивал сухими, словно у старого дерева, руками с едва сохранившейся плотью, пытаясь вырвать глаза принца. Длина его рук была неестественно большой.
В тот миг, когда длинные когти почти коснулись глаз принца, я взмахнула топором.
Вместе с монстром я случайно снесла и ящики на стеллажах второго этажа.
Трах-! Дзынь-!
Со второго взмаха топор легко разрубил тело монстра.
Я не теряла бдительности. Я видела, как горничная-монстр в последний момент бросилась с ужасающей скоростью.
Монстр-слуга в том же паттерне взбесился перед смертью.
[Дай глаза!]
Один раз обжегшись, второй раз не ошибешься. Хотя я и в первый раз не обожглась.
Брызнула кровь, и тело монстра рухнуло.
Кровь попала даже на белое лицо Эйприл.
Я безразлично перешагнула через убитого монстра и подошла к пошатнувшемуся наследному принцу.
— Ваше Высочество, вы в порядке?
Спокойно спросила я, испачканная кровью.
Это было предупреждение.
Предупреждение о том, что я ‒ чудовище, способное легко убивать монстров.
И о том, что если они узнают, что я знаю об их предательстве, их ждёт та же участь. Своего рода демонстрация.
Наследный принц сглотнул.
Тёплая атмосфера в отряде, которая была такой же, как во время прохождения подземелья на четвёртом этаже, разрушилась.
Он, похоже, вспомнил, как я появилась перед ними с головой демона.
— …Всё в порядке, миледи Эйприл. Благодаря тебе я цел.
— Как я рада!
Я рассчитывала время для перемещения на скрытую карту.
Мы получили чистящее средство, теперь нужно вернуться и вымыть посуду, верно?
Когда банкет будет готов, событие в банкетном зале завершится.
Прежде чем начнётся защитная игра, нужно наложить проклятие на способность Сиана, чтобы он стал бесполезен, как я и планировала.
Значит, сейчас, когда мы получили чистящее средство, ‒ самое подходящее время. Нельзя медлить.
Я достала из инвентаря таинственный ключ.
Спрятав в рукаве, я крепко сжала его.
Если нажать на драгоценный камень на ключе, игрок и находящийся рядом персонаж с доступной веткой перемещаются в комнату дворецкого.
«Сейчас».
Когда Сиан и Эниэль отошли подальше из-за крови, брызнувшей от монстра.
— Эйприл больше всего рада, когда защищает своих друзей! Как хорошо, что вы все целы.
С радостной улыбкой я естественным образом коснулась ключа в рукаве.
В тот же миг…
— Сиан! Я не могу оторваться от земли!
Крикнул наследный принц.
— М-м?
Я сделала вид, что совершенно не понимаю ситуации.
Скрытое подземелье, которое поглощает меня и всех, кто находится в пределах определённого радиуса.
Поскольку оно должно было перенести меня, заклинателя, но я стояла вплотную к наследному принцу, это, должно быть, выглядело так, будто магический круг поглощает его.