Лучше бы это был герцог Кайл или Юрель.
Такая эгоистичная мысль пришла мне в голову.
Ивелин не была для меня важна.
Просто, просто вторая обладательница ключа.
«Проклятие ослабления, ну, вряд ли оно такое уж серьёзное. Наверное, ничего страшного».
Я решила довериться этой второй обладательнице ключа.
Точно так же, как когда-то, встретив фракцию Эниэль, я решила присоединиться к ней.
Ивелин...
[Права администратора: временное снятие "стены" между фракциями.]
И в тот момент, когда я добралась до оборонительной башни, которая находилась довольно далеко, за воротами...
Я инстинктивно поняла, что мои опасения, как всегда, оправдываются.
Я никогда не была поражена проклятием ослабления и никогда не видела тех, кто был им поражён, но в обычном режиме я знала, что это просто... просто делает тебя немного медленнее и слабее.
Я вбежала внутрь оборонительной башни.
— Леди Эйприл? Как вы здесь оказались?
Первым, кого я встретила, был удивлённый герцог Кайл.
Выражение его лица было необычно мрачным. Я не могла понять, почему он так удивился.
— Я вошла через дверь.
— Между этими башнями нельзя было пройти... Поэтому мы не могли перейти. Разница между восточной и западной лестницами тоже непреодолима. Впрочем, неважно. Ивелин больна. Может, вы знаете, что с ней?
Действительно ли он настолько отчаян, что просит совета у меня, которую считают леди-идиоткой, или он вообще склонен спрашивать совета у таких, как я, ‒ я не знала.
Мне хотелось верить, что это второе.
Я пошла за герцогом Кайлом внутрь башни.
Внутреннее убранство башни мало чем отличалось от той, что была на противоположной стороне.
Разве что она выглядела более ухоженной.
Магические механизмы на стенах работали. В отличие от той башни, здесь питание было включено.
Рыцаря-раба Юреля нигде не было видно. Заметив, что я оглядываюсь в поисках Юреля, герцог Кайл сказал:
— Он ушёл. Сказал, что почувствовал снаружи что-то неладное.
Скорее всего, это была энергия, исходящая от проклинателя.
Я не знала, где в хард-режиме появляется проклинатель и как его победить.
Единственное, что я знала, ‒ это то, что я видела и пересматривала много раз...
«Ах».
Да, я вспомнила то всплывшее окно.
[Совет. В хард-режиме предоставляется возможность "честной" конкуренции. Опередите противника, получив хотя бы один предмет раньше!]
Конкуренция означала саму защитную игру.
Возможно, это означало, что я "должна победить" в этой защитной игре.
— Это здесь.
Наконец герцог Кайл открыл дверь.
Там была Ивелин.
Я уже догадалась, когда услышала, что герцог Кайл невредим, а Юрель, способный двигаться, вышел наружу.
Это она.
Я увидела чёрные цепи на шее Ивелин. Они выглядели так, будто были призрачные, но на самом деле их нельзя было коснуться.
Цепи, переплетённые с колючими лианами, всё сильнее сжимались вокруг Ивелин.
— У меня есть кое-какие познания в проклятиях. Леди, это проклятие. Его можно снять только при выполнении определённых условий.
Герцог Кайл посмотрел на Ивелин и серьёзно заговорил.
— Вам что-нибудь известно? Если бы мы знали, магия это, духи или колдовство, это бы очень помогло.
В отличие от вопроса Эниэль, уровень подозрений не повысился.
Он просто спросил, действительно ли я что-то знаю.
— Я... не знаю.
Ложь с трудом слетала с губ.
Мне было слишком легко говорить неискренне с группой Эниэль, которая обманывала меня, но перед людьми, которые никогда не причиняли мне вреда и не обманывали меня, это было трудно.
Герцог Кайл с понимающим видом сказал:
— Это понятно.
Это было лицо, которое понимало не то, что я не знаю, а то, что я просто не говорю.
Герцог Кайл отвернулся к Ивелин. Его спина вызывала у меня беспокойство.
Доброта была неудобной. Казалось, что я должна чем-то отплатить.
Я заговорила обычным, вялым тоном, который притворно напустила на себя.
— Эйприл слышала, что на наследном принце тоже наложили проклятие тысячелетней давности. Раз они привели лорда Сиана, значит, это связано с магией?
— Что…?
Герцог Кайл широко раскрыл глаза и снова обернулся.
— Им не было бы причин приводить заклинателя духов среднего уровня. Лорд Сиан сейчас не может использовать свою особенность.
Мой тон постепенно становился всё более похожим на мой собственный.
Но когда герцог Кайл обернулся, я уже закрыла рот.
Я сделала бесстрастное лицо, затем с недоумением и невинностью посмотрела на него.
— Почему вы так смотрите?
— Леди, вы только что…?
— А?
Конечно, это была я. Разве не очевидно?
Здесь были только я и герцог Кайл, и я говорила прямо рядом с ним.
— Нет, ничего.
Герцог Кайл смотрел на меня с замешательством и дрожью.
— Эйприл хотела бы, чтобы леди Ивелин поскорее поправилась.
— …Да, конечно. Так и будет.
Глядя наружу, я вдруг заговорила, словно что-то вспомнив:
— Эйприл пойдёт играть с сэром Юрелем.
И, словно подчиняясь внезапному порыву, я легко побежала вперёд.
На поле боя перед оборонительными башнями обе фракции могли свободно встречаться.
«Если бы у Эниэль действительно было дело, она бы подошла сюда».
Эниэль, главная героиня, чьи мысли я всё ещё не могла понять.
Я пришла сюда, потому что хотела принять решение.
Я предполагала, что есть два способа снять проклятие ослабления.
Убить или победить проклинателя, чтобы выпал предмет.
Или выиграть в защитной игре, победив копейщиков.
В любом случае, корень проблемы был в том, что победитель получал всё.
За очень короткий миг я подумала о том, что я могла бы сделать, если бы получила всё это.
Я не стратег, как мой брат.
Но это могло стать предметом для торга или подарком для укрепления дружбы.
Я хотела принять одно решение.
Могу ли я выбрать Ивелин и пожертвовать наследным принцем?
Потому что всё зависело от моего выбора.
В хард-режиме главная героиня ‒ только Эйприл Шарон, и решение принимаю я.
«Вот оно что, хард-режим».
Я взмахнула боевым топором, рубя копейщиков.
Главных копейщиков мы с Юрелем уже почти убили. Оставшиеся просто бесцельно бродили поблизости.
Условие победы ‒ убить больше копейщиков.
Я пришла сюда, надеясь, что Юрель убьёт их всех. Я хотела, чтобы выбор перешёл к ним.
К сожалению, этого не произошло.
Я рубила и рубила. Мне не было весело.
Хотя я не особо любила наследного принца, вес жизни был тяжёл.
И тут откуда-то послышался лязг цепей ‒ и появилось нечто, похожее на солдата первого императора в чёрной мантии.
Увидев ожерелье из шипов и черепов на его шее, я поняла.
Это проклинатель.