Риния вновь бросила взгляд в эту сторону, ожидая сигнала.
Эдель вдруг подумала, что ей стало жаль девушку. Даже если Риния выбирала
одежду, которая ей шла, её наверняка обманывали и сбивали с толку подобные
люди.
Эдель притворилась ничего не понимающей служанкой и пробормотала:
— На мой взгляд, то зелёное платье было самым красивым...
Риния слегка кивнула и с надменным выражением сказала Доре:
— Вы что, считаете мой вкус недостаточно хорошим? Или у вас есть какой-то
другой умысел?
— К-конечно нет! Я просто!..
— Шучу. Почему вы так испугались?
С лукавой улыбкой Риния вернула Доре каталог повседневных платьев.
— Я закажу только одно из тех зелёных платьев.
— А-а? А как же платье для пикника и вечернее?
— С ними я не тороплюсь. Вы ведь не разочарованы, правда?
— К-конечно нет! Ха-ха-ха!
Риния проявила больше сообразительности, чем ожидалось.
Если бы Риния ничего не заказала в «Динамис», они распустили бы о ней слухи в
других магазинах, решив, что она больше не их клиентка.
С другой стороны, заказ всех трёх платьев мог сделать её лёгкой добычей.
Не было нужды покупать так много у людей, которые свысока смотрели на неё и
пытались обмануть.
«Я думала, «Динамис» – приличное место, но, похоже, ошиблась. Магазин, где
отношение зависит от толщины кошелька...»
Эдель пересмотрела своё мнение о «Динамис». Хотя у неё самой никогда не
будет возможности заказывать такие платья, знать об этом всё равно было
полезно.
Если позже Риния забудет и захочет обратиться к ним, она сможет её
предостеречь.
На следующий день после обеда пришёл ювелир.
Ласло, который заботился о сестре, хотя делал вид, что это не так, сказал, что
можно вызвать знаменитый дорогой «Лакрис», но Эдель выступила против.
— Общественное мнение о мисс Ринии всё ещё склоняется к «неприязни».
Ношение дорогих украшений может усилить негатив... Если говорить
откровеннее, «Лакрис» может даже отказать в заказе.
«Лакрис» обеспечивал украшениями королевские церемонии и пользовался
поддержкой герцогского дома, так что их гордость была весьма высока.
Для того чтобы просто вызвать их, требовалась рекомендация постоянного
клиента, и даже тогда они иногда отказывали.
Эдель была уверена, что «Лакрис» откажет графу Крисусу. Она не хотела, чтобы
Риния и Ласло испытали ненужное унижение.
Поэтому она предложила несколько ювелирных магазинов, известных хорошим
дизайном и качеством.
Риния выбрала «Лореге», которым Эдель пользовалась несколько раз раньше.
Честно говоря, Эдель думала, что пришлют всего лишь сотрудника, но,
возможно, из-за статуса графской семьи приехал сам владелец.
Закончив представление, Родерик поднял взгляд на Ринию, затем замер, увидев
рядом с ней Эдель. Казалось, он узнал её.
Мужчина с хорошей наблюдательностью и памятью.
Конечно, как купец, он был также сообразителен.
Он не создал неловкой атмосферы, не признав Эдель, а вместо этого начал
демонстрировать привезённые изделия перед Ринией.
Видимо, Риния заметила, что он узнал Эдель, и в отличие от дня, когда
приходила сотрудница магазина платьев, открыто попросила у Эдель помощи.
— Эдель. Выбери что-нибудь для меня. Я действительно мало разбираюсь в
украшениях.
И Эдель шагнула вперёд, внимательно осмотрев принесённые Родериком
изделия. Если бы он привёз только странные вещи, как Дора из «Динамис», она
была готова отослать его, ничего не купив.
Однако Родерик, казалось, не обращал внимания на репутацию семьи Крисус и
привёз изделия того же уровня, что показывал Эдель раньше.
«Раз уж тут и так много броских вещей, стоит выбрать что-то базовое».
Эдель выбрала не слишком массивное жемчужное ожерелье, жемчужные
серьги-капли и ожерелье с равномерно подобранными кристальными бусинами.
— Этого пока достаточно...
— Разве это не слишком просто?
— Зато сочетается с чем угодно.
Эдель думала, что Риния может остаться недовольной, но, к удивлению, та
приняла её мнение без возражений.
Сумма в счёте была немаленькой, так как выбранные вещи были высокого
качества, но они стоили своих денег.
На следующий день приехал торговец косметикой.
Хотя ассортимент косметики был невелик, Риния всё равно попросила Эдель
выбрать за неё.
— Я не могу доверять тому, что знаю. Поэтому, Эдель, выбери за меня.
Эдель впервые за долгое время получила возможность просмотреть содержимое
сумки торговца косметикой.
У Ринии была здоровая, упругая кожа, так что ей не требовались насыщенные
питательные кремы или агрессивные косметические средства. Эдель выбрала
высококачественный увлажняющий крем, пудру, подходящую по тону к коже
Ринии, неяркий, но элегантный оттенок для губ и более лёгкие духи, чем те, что
Риния обычно носила.
— Мисс Ринии не нужен тяжёлый макияж. Уход за кожей — лучшая основа. А
ваши нынешние духи слишком насыщенные. Такой лёгкий аромат вам больше
подходит.
Глаза Ринии расширились, когда она понюхала выбранные Эдель духи, и она
удивлённо воскликнула:
— Ух ты! Правда, как приятно! Цветочный, но не вызывает тошноты.
— Это потому, что ваши нынешние духи слишком тяжёлые. Этот вариант
идеален для вашего возраста и хорошо сочетается с вашим образом.
Эдель стало не по себе от мысли, что Риния терпела тошноту ради этих духов.
Наверняка Марша посоветовала то, что нравилось ей самой. Люди часто
рекомендуют то, что хотели бы для себя.
«Предложить такой насыщенный аромат девятнадцатилетней...»
Эдель с трудом сдержала вздох.
Ринии настолько понравились выбранные Эдель духи, что она даже не стала
пробовать другие.
Она даже продала торговцу «цветочную пудру», которую принесла ей Марша.
Поскольку этот товар был популярен, её удалось продать за хорошую цену, и
Риния отдала деньги Эдель.
— Не хочу слышать, что ты копишь даже на продаже косметики. Так что возьми
это, Эдель.
Эдель приняла деньги без возражений.
— Что такое? Я думала, ты хоть для приличия откажешься.
— Ты предлагала в надежде на отказ? Видимо, я это пропустила.
— Ты умеешь шутить? Вот это сюрприз.
Эдель слабо улыбнулась вместе с Ринией, затем наклонилась и прошептала так,
чтобы торговец не услышал:
— Будет нехорошо, если пойдут слухи, что дочь графа продала свою косметику.
Но если отдать деньги служанке, это не вызовет осуждения.
Торговцы косметикой были ходячими источниками информации. То, что они
здесь видели, несомненно, дойдёт до чужих ушей.
Риния заработала бы репутацию щедрой барышни, что положительно отразилось
бы на ней.
— Я верну их, когда торговец уйдёт.
— Не говори глупостей. Разве я выгляжу такой прижимистой?
Риния фыркнула и поднялась.
Затем она взяла крем, выбранный Эдель, и добавила его в счёт.
— Добавьте и этот.
Потом протянула крем Эдель.
— Возьми.
— Что? Зачем...
— Как зачем? Используй.
Риния резко отвернулась, словно пытаясь скрыть покрасневшие щёки, и Эдель
сделала вид, что не заметила.
Девушка, которая когда-то вызывала Эдель, чтобы насмехаться и требовать
коленопреклонения, теперь покупала ей крем и давала деньги. Эдель вспомнила
слова Ласло.
Да, хорошие дни всё же наступают. Так устроена жизнь.
Она почувствовала, как губы сами растягиваются в улыбке.
В последнее время Риния понемногу возвращала уверенность в себе.
После некоторых событий она осознала, что светские дамы не так уж и пугающи,
а наличие Эдель в качестве личной горничной означало, что её почти не
критиковали на светских мероприятиях.
— Мисс Риния! Добро пожаловать! Эти жемчужные серёжки вам удивительно
идут!
Благодаря таким моментам у Ринии теперь были друзья, которые называли её по
имени.
Однако она больше не опускала бдительность так легко, как раньше, следуя
советам Эдель.
— Знать может менять своё отношение очень быстро. Если они решат, что кто-то
может быть им полезен, вчера они могли плевать в лицо, а сегодня внезапно
возьмут под руку и будут вести себя, как лучшие друзья.
И, как и говорила Эдель, молодые леди, которые ещё недавно судачили за
спиной Ринии, внезапно начали к ней подходить.
Всё, что потребовалось, — это смена наряда, украшений и простая привычка
держать голову высоко.