Вечер на даче Алексея Петровича Рыбкина был образцом идиллии. Просторный коттедж из клеёного бруса, аккуратно подстриженный газон, уходящий к частному леску, и терраса, с которой открывался вид на заходящее солнце. Воздух был наполнен ароматом цветущей сирени и дымком от мангала, где жарился первоклассный шашлык из ягненка.
Его семья — жена Ирина, сорока с небольшим, спортивного сложения блондинка с умными глазами, и двое детей: тринадцатилетний Артём и одиннадцатилетняя Полина — играли в бадминтон на лужайке. Смех, крики, шлепок волана — звуки абсолютно нормальной жизни. Рыбкин, стоя у мангала с щипцами в руке, смотрел на них, и его обычно бесстрастное лицо смягчалось. Он сражался за то, чтобы этот островок нормальности существовал как можно дольше.
Рядом, раскачиваясь в плетёном кресле-качалке с бокалом красного вина, сидел его младший брат, Дмитрий. Он был полной противоположностью Алексею — загорелый, в дорогой простой одежде, с уверенными манерами успешного частного инвестора. Его компания, «ОООBossFish», уже давно и прочно обосновалась в списках богатейших в регионе.
— Итак, первые синие, — Дмитрий сделал глоток вина, глядя на брата. — Империя Цинь, провинция Сычуань. Уровень, якобы, до десятого. Информация пока скудная, но, говорят, сколько бы разведчиков туда не посылали, никто не вернулся.
— Я знаю, — спокойно ответил Рыбкин, переворачивая мясо. — У нас пока жёлтых хватает. Но это вопрос времени. Месяца три-четыре, не больше.
— Три месяца до хаоса? — уточнил Дмитрий, поднимая бровь.
— Три месяца до того, как ситуация выйдет на качественно новый уровень угрозы, — поправил его Алексей Петрович.
— Пока все играются с жёлтыми и синими, как с игрушками. Но когда поймут, что это бомбы... начнётся паника.
Дмитрий задумчиво покрутил бокал.
— И что, из этих дыр действительно что-то стоящее можно вынести?
— Больше, чем ты можешь представить, — Рыбкин жестом указал на калитку в дальнем конце участка, за которой виднелся патруль вневедомственной охраны. — Материалы с аномальными свойствами. Артефакты, меняющие правила игры. Даже трупы существ — бесценный материал для наших биологов из «Вектора». Тот, кто будет контролировать потоки этих ресурсов, будет контролировать всё.
— А ходоки? — перешёл к сути Дмитрий. — Как с ними работать? Давить или покупать?
— И то, и другое, — Алексей Петрович улыбнулся тонкой, холодной улыбкой. — Система уже выстраивается. МВП лезет напролом со своими отрядами из бывших сотрудников. Грубо, но пока эффективно. МГБ тоньше работает — вербуют, внедряют своих. Скупают информацию. Армейцы... те не спешат. Создают свои учебные центры, отрабатывают тактику. Ждут, когда мы, гражданские, набьём шишки и выясним, с чем имеем дело. А потом придут и подомнут всех под себя «во имя обороноспособности». Даже «Евразатом» своих учёных в комбезы облачил. Пирог пахнет, и каждый норовит отломить по краю.
— А эти... гильдии? — Дмитрий сделал небольшой круг рукой, обозначая стихийный рынок. — «Магические» ОПГ о которых ты говорил?
— Пока — полезные идиоты, — пожал плечами Рыбкин. — Неофициальная, но управляемая структура. Пусть рискуют, собирают разведданные и ресурсы за свой счёт. Мы присматриваемся, оцениваем самых перспективных. Потом самых ценных — подомнём под себя. Остальных... отсеем. Частный капитал не должен иметь такой силы, им позволено делать бизнес только с условием, что это идёт на пользу государству.
Разговор замолк. Дети, запыхавшиеся, подбежали к мангалу.
— Пап, а когда шашлык? — запросил Артём.
— Сейчас, сынок, — Алексей Петрович снова стал просто отцом. — Несите тарелки.
*****
Ужин прошёл в семейной атмосфере. Смех, рассказы детей о школе, планы на лето. Рыбкин был образцовым главой семьи. Но его мысли были далеко.
Когда стемнело и семья ушла смотреть фильм, братья остались на террасе. Мангал догорал, оставляя горстку раскалённых углей.
—Так что же мы делаем, Алексей? — тихо спросил Дмитрий, закуривая сигару.
— Сейчас? — Рыбкин откинулся в кресле, его лицо освещалось багровым светом углей. — Сейчас мы заготавливаем мясо.
Он помолчал, глядя на то, как последние язычки пламени лижут обугленные поленья.
— Эти ходоки, эти гильдии... они пока просто сырьё. Свежее, необработанное мясо. Мы даём им набраться опыта, обрасти связями, накопить ресурсы. Потом... потом мы будем их мариновать. Создадим для них такие условия, такие правила игры, что они сами побегут под наше крыло, отдавая всё, лишь бы выжить. А потом...
Он сделал паузу, и в его глазах отразился огонь.
— Потом мы это мясо зажарим. И те, кто стоит выше нас — власть имущие, сильные мира сего — с удовольствием его поглотят. А мы останемся у руля новой кухни. Кухни, которая будет кормить всю страну. А может, и не только страну.
Дмитрий молча кивнул, выпуская дым к звёздам. Игра была ясна. «BossFish» всегда умел ловить рыбу в мутной воде. А тут целый океанвозможностей.
Алексей Петрович Рыбкин смотрел на умирающий огонь. Островок семейной идиллии отогрел душу и был оставлен позади. Впереди была только холодная, расчётливая работа мясника. Завтра он внесёт проект постановления о добровольно-принудительной регистрации всех гильдий. А также поправки в закон «О противодействии организованным преступным группировкам». Первый шаг к тому, чтобы начать вести учёт стада и заставить их соблюдать правила.
Его взгляд скользнул к освещённому окну гостиной, где мелькали тени его семьи. Чтобы его островок счастья оставался таким же тёплым и дружелюбным в этом холодном и жестоком мире, другие должны гореть, отдавая тепло. И он подложит для этого все необходимые «дрова».