— Ты можешь зажечь свет?
— Колдовство блокируется, — напомнил лорд. Судя по шороху, он начал ощупывать стены. — Стандартная ловушка. Где-то должен быть механизм, который обратно откроет проход.
— Что с рукой?
— Не волнуйся, все хорошо. Тебе не придется перевязывать ее, как в романтичной сцене сентиментального романа, — с иронией отозвался он.
— Даже не планировала.
Я решила пройти дальше по тоннелю, держась за камни. Может быть, впереди будет лестница наверх? Под туфлями скрипел песок. Внезапно нога провалилась в пустоту, и я вскрикнула, покачнувшись назад.
Чуть не сорвалась вниз. Сердце стучало как бешеное.
— Мэгг?
— Да, — я медленно присела, ощупывая камень. — Здесь обрыв.
В самом деле, ловушка.
Не удивительно. В замке были и тайные ходы, одним из которых пользовалась Чариша. Подобные вещи закладывались веками ранее при строительстве, на случай осады и вторжения неприятеля.
— Мэгг, не стоит разбредаться.
Я тоже это понимала, так что вернулась обратно.
— Может, подождем до утра, пока нас не найдут? — начала размышлять вслух.
Рано или поздно Ив хватился бы меня.
— Думаешь, они знают обо всех ходах? Это место могло не открываться годами.
Раздался щелчок и какой-то глухой звук.
— Плита за тобой. Она движется на нас, — сообщил колдун напряженно.
Меня посетила леденящая душу мысль — что, если не песок скрипел по углам у меня под ногами, а раздавленные кости...
Начала лихорадочно ощупывать стену вместе с магом. Больше всего пугало то, что вторая стена могла приблизиться, закрыв нужную кнопку — тогда мы точно не успеем выбраться, и нас расплющит заживо.
Вдруг звук прекратился. Плита заглохла.
— Я вставил амулет в проем между стеной и плитой, — уведомил лорд Соль. — Это остановит механизм на какое-то время.
Камень в амулете вещуньи почему-то зажегся, прорезая мрак фиолетовыми лучами.
— Есть! — один из выступов поддался под моим нажимом, и кусок плиты над головой новь сдвинулся. — Подсади.
— Прости, дорогая. Я не могу тебе доверять, — с этими словами лорд Соль подпрыгнул, подтянулся и выбрался наверх.
Он спустил вниз руку, но я не могла за нее взяться даже в прыжке — слишком большое расстояние.
— Вытащи меня отсюда!
— Терпение, Мэгг...
Он начал что-то делать. Раздался тихий звон пряжки. В тот же миг амулет вспыхнул, прозвучал треск, посыпалась каменная крошка.
— Соль!
— Хватайся!
Я вцепилась в спущенный ремень, параллельно ища выступы в стене. Лишь бы он не порвался...
Как только выбралась и отползла в сторону, под нами загремело, и плита встала на место. Похоже, амулет по какой-то причине взорвался, и ловушку засыпало камнями.
Лорд Соль сидел рядом и так же восстанавливал дыхание. На полу лежал его поясной ремень и... короб с флейтой, что колдун отстегнул в процессе.
— Ай, — сказала я.
— Что такое?
Пролезла рукой под платье к завязкам, приподняв кринолин.
— Кажется, я повредила ногу, когда падала.
— Покажи, — он наклонился.
И тут же к его шее был приставлен кинжал.
— Возьми ремень и встань, — сказала я, поднимаясь на ноги вместе с ним, продолжая удерживать лезвие у его горла.
Колдун послушался, не отрывая взгляда от моего лица.
— Заведи руки за спину.
Он дернул краем губ в подобии улыбки.
Второй рукой я забрала у него ремень и начала им же связывать колдуну запястья. Стоя вплотную к нему, старалась лишний раз не дышать и не отвлекаться на посторонние мысли.
Так у меня хотя бы будет фора, пока лорд Соль станет освобождать руки.
— Ты прав. Приятно быть злодейкой, — призналась я.
Подхватила короб с флейтой и поторопилась на выход. В спину мне полетел смешок.
***
Весь двор вышел проводить неудавшихся женихов Чариши и делегацию из Тритретьего. Лошади были нагружены различными яствами, тканями и драгоценными кубками в дорогу.
Царевич встретил меня с обвинениями.
— Ты! — начал он и продолжил шепотом, так как вблизи находились король с принцессой: — оставила меня вчера в этом аду! Твое свидание хотя бы удалось?
— О, превзошло все ожидания, — весело ответила я, не соврав даже. — Что случилось? Ты поймал того придворного?
— Поймал, а толку?! Королю уже доложили о поцелуе у фонтана — за ними чуть ли не половина двора наблюдала, оказывается. По кустам они все прячутся, что ли...
— И как отреагировал король?
Ох, не к добру все.
Я занервничала вдвойне, потому что в парк спустился лорд Соль, свежий и выспавшийся на вид, словно ничего и не было. Колдун встал рядом, беззастенчиво слушая наш разговор.
— Отреагировал так, как ты и подумала, — Ив продолжил нагнетать: — Скандалы, крики — бал сорван! Принцесса едет в монастырь!
— То есть ей — наказание, а свинопасу — ничего?
— А свинопас свой род не «позорил», — снисходительно произнес колдун.
Иоанн решил, что для одного утра огорчений мало, и добил меня:
— Я тоже чуть не попал под раздачу. Кто-то видел, как я седлал коня ее высочества... но я ведь тогда не был в костюме шута, так что меня так и не признали. Хотя лучше бы нам поскорее отсюда уехать, Мэгг.
— Зачем ты полез в конюшню? — рассердилась я. — Мне тебя еще твоему отцу возвращать. Желательно, чтобы голова на плечах тоже была.
— А так ли она нужна? — задал философский вопрос колдун. — Все равно он ею не пользуется.
— Вы теперь меня вдвоем, что ли, ругать собираетесь? Заведите детей и на них тренируйтесь.
Кто-то пораженно выдохнул: в парк вынесли последний дар для послов из Тритретьего — длинный полупрозрачный плащ. Его ткань невыносимо ярко искрилась на дневном свете, переливаясь всеми цветами радуги, будто была усеяна мельчайшими алмазами.
До конца не веря собственной догадке, я спросила у Лили про плащ. Фрейлина ответила, что он был соткан еще сто лет назад из мелких кусочков, которые когда-то были крыльями феи.
Лорд Раскин не выразил новых эмоций, а его спина стала лишь прямее. Я не могла понять, что загорелось в глазах краевых — возмущение или желание заполучить драгоценную ткань?
Лорд Соль моментально сбросил маску доброжелательности. Он обратился к монарху:
— Наш уговор был другим, — кивнул на плащ. — Вы обещали уничтожить его.
— Это реликвия королевской семьи, и я вправе распоряжаться ею так, как посчитаю нужным, — отрезал тот.
— Отец, что вы делаете? — вмешалась Чариша.
— Молчи, негодная.
Повеяло холодом. Вдруг посреди белого дня замок накрыла тьма. Небо почернело полностью, объятое не то тучами, не то плотным дымом. Ни разу в жизни мне не доводилось видеть подобное. Все люди зашевелились в испуге, и только колдун стоял неподвижно, а рядом с ним было темнее всего.
— Мы договаривались об ином, — повторил лорд Соль в полной тишине.
Пропали даже птичьи голоса.
В нескольких окнах треснули стекла. Король открыл рот, но из него вырвался лишь сиплый стон. Я почувствовала, что тоже не в силах говорить — таким тяжелым стал воздух.
Спустя короткое время вернулись все звуки, солнце вновь осветило траву у замка, а король затряс головой, отзывая слуг с «подарком».
— Унесите плащ, — приказал он, — с глаз моих. И сожгите.
А я смотрела на лорда Соль и думала, какого это — по-настоящему попасть в немилость такого человека? Как страшна, должно быть, его сила, направленная против тебя… И как, наверное, приятно иметь его в рядах своих союзников.
***
После обеда небо в самом деле заволокло облаками. Чариша вызвала меня с Ивом к себе. Выдавая расчет, она вела себя рассеяно и словно бы говорила сама с собой:
— Вы сделали все, от вас зависело... Я была беспечна.
Внутренне я не находила себе места. Чариша хотела завершить строительство пансиона — теперь не известно, что с ним будет. Короля занимает лишь внешняя политика. Конечно, то не моя забота. Но так не должно быть. Пытаешься жить согласно своим убеждениям, думаешь, что все под контролем, а потом — один поцелуй с каким-то свинопасом, и...
Нет, на самом деле я не находила себе места совершенно по другой причине. Я не должна была лезть в политику, говорить с лордом Раскиным. Не отвлекись я на него, останься я подле принцессы, возможно, сцены у фонтана удалось бы избежать.
Я все испортила.
Принцесса спустилась на улицу. Все ее вещи вынесли к воротам, где ожидала подготовленная карета.
Лили дрогнувшим голосом спросила:
— Вы действительно отправитесь в монастырь?
— На время. Думаю, отец позлится и вернет меня обратно, — преувеличенно бодрым тоном ответила Чариша.
— Нельзя поговорить с его величеством, чтобы он смягчил наказание? — предложила я.
Остро ощущалась вина за то, что «не доглядела» за принцессой. Впрочем, я действительно пыталась предупредить ее не гнаться за флейтой.
Чариша выпрямилась.
— Я не намерена упрашивать отца, стоя на коленях.
— Я поеду с вами.
— Ох, Лили, — она не сдержалась и всхлипнула.
Принцесса все это время не расставалась с белой розой. Цветок в ее сжатой ладони выглядел на удивление свежим, словно его только что сорвали с куста.
И все-таки, нет здесь никаких теплиц! Где-то еще я встречала белые розы. Было что-то важное, связанное с ними...
К нам подошел свинопас. Кажется, я впервые видела лицо Тима абсолютно чистым.
— Есть разговор, но не при всех, — он дерзко намекнул на то, чтобы фрейлины оставили принцессу в одиночестве.
— Мне от них скрывать нечего, — сказала Чариша.
— Что ж, — он перестал придерживать плащ, под которым оказалась все та же рубашка, что была надета на нем на балу. — Не узнаешь меня? А так?
Он надел на себя небольшую треуголку с пером.
Роза выпала из рук принцессы.
— Тот самый принц, которого ты отвергла. Вижу, только сейчас поняла. Помнишь, что ты сказала тогда? Что мои подарки не стоят и ломанного гроша. Отказала даже в приеме. Принц Тришестого, этого маленького королевства, слишком беден для тебя, — горько усмехнулся он. — Однако свинопас потешил твое самолюбие.
Мне на голову капнуло. По привычке вытянула руку, словив несколько капель дождя.
— Это больше не имеет значения, — Чариша была пунцовой от стыда.
— Один прием! Я не просил стать моей невестой — я мечтал наладить торговлю. Но ты не пожелала даже видеть меня, — от говорил все яростнее, а принцесса принимала вид все более уязвленный. — Твое пренебрежение обернулось моим позором, и когда я вернулся на родину, то не смог посмотреть в глаза ни родителям, ни подданным. Слуга, и тот плюнул мне под ноги.
— Я сегодня же попрошу отца об аудиенции с тобой.
— Благодарю покорно, более не нуждаюсь. Я надеюсь, монастырь раскроет тебе глаза на жизнь так же, как мне — ваш двор свиней.
— Пожалуйста, постой...
— Прощай, Чариша.
Фрейлины неловко молчали, поправляя оборки на нарядах. Многие покинули двор, удалившись за зонтиками. У кареты осталась ждать только Лили.
Я подняла с земли розу и отдала принцессе. Та улыбнулась, но вышла лишь болезненная гримаса.
Затем Чариша отвернулась. Она стояла под накрапывающим дождем, в испачканном платье, наедине со своими переживаниями, и вытирала лицо.
И я ничем не могла ей помочь.
***
Собирались все так же в дождь. На улице все стало будто бы тише, окутанное влажной дымкой.
— Уезжаем, как крысы.
— Видно, не у всех историй счастливый конец, — Ив тоже выглядел подавленным. — Слушай, а этот лорд Соль, выходит, жуткий тип. У меня черное небо все из головы не выходит... До сих пор мурашки. Вы с ним давно знакомы?
— Не особенно.
— Где ты его откопала?
Нахмурилась, припоминая:
— На балу.
— Ты права. Балы — зло.
Мешок с деньгами бросила Иву в руки, а сама присела у ворот, роясь в вещах. Меня волновало кое-то другое. Я даже подумывала отдать это принцессе. Впрочем, вряд ли она обрадовалась бы. О, наконец нащупала маленький короб из красного дерева.
Открыла его, а там... Было пусто.
— Что это, щепка? — сунул нос в короб Ив.
На дне лежала лучина. Такая же есть у меня в ящике стола, в лавке на Торговой улице.
Чувство безысходности сменила ярость. Одно дело, когда тебя обыгрывают, и совсем другое — когда издеваются. Провела по уже сырым волосам, чувствуя лицом мелкие капли мороси.
— Я это так не оставлю.
Дорога за воротами замка уходила далеко вперед, к развилке.